Смертельная игра

— Сделка, говоришь? — Определённо. Трикстер щурит глаза, точно пытается пробраться в самое моё нутро, и шипит истинно по-змеиному, заставляя вдавить голову немного в плечи. И без того чересчур шаткую уверенность снесло одним его смешком. — Тут нет ничего весёлого. — Разве? — он притворно изумляется и вскидывает чёрные брови. — Ты не можешь предложить мне ничего, — цепкий взгляд спешно пробежался по моей фигуре. — Конечно, что могло бы меня хоть сколько нибудь заинтересовать, — недвусмысленной ухмылки на все лицо хватает для моих вспыхнувших щёк. Я расправила плечи, глубоко вдыхая в грудь как можно больше воздуха для подступающих возмущений, но вдруг резко выдохнула, несколько замявшись. Он вновь окинул меня холодным взглядом. Ладно, никто не говорил, что Локи начнёт слушать меня сразу же, и его издевки — самое малое, что он может на меня обрушить. Лучше сохранять хоть какие-то остатки спокойствия и благодарить за то, что меня вообще отсюда ещё не выгнали. Я снова повела плечами и произнесла: — Боюсь, ты не совсем прав. Начинать из далека, может, и не очень оригинально, но зато без всяких сомнений действенно. Зелёные глаза загорелись секундным огоньком любопытства и сразу же вернули всю свою надменность и приевшуюся отрешенность. Я хмыкнула: будто бы могло быть иначе. Локи немного раздражённо протянул: — Что же, переубедишь меня, и будь по-твоему. Не все ж тебе полуголой по коридорам шататься, — он издевательски оскалился. Спокойствие, помни про спокойствие. Я потупила взгляд в пол и прикрыла глаза. Не стоит вспыхивать из-за его дурацких колких фразочек. Тем более, что Локи только довольно ухмылялся, наслаждаясь происходящим. Этакое развлечение перед сном грядущим. — Ты и сам-то не лучше, — претензия сопроводилась надменным смешком. Ётун же не оценил моего упрёка. Все-таки, частичная нагота делала его только увереннее. Об этом говорили скучающее выражение белого лица, спокойный, но решительный взгляд и иногда растягивающаяся глумливая полуулыбочка. — Как-то все равно, — он равнодушно повёл плечом. — Впрочем, ты не можешь понять даже этого. Я поджала губы. — Ты тоже много чего не понимаешь. — Даже так, — его ухмылка стала шире. — Например? — Например, того, что ты огрызаешься как ребёнок, хотя это давно никого не цепляет. Ухмылка хоть и соскользнула с его лица, но оставила заметный след издевки, и Локи в один миг придал себе блаженно-наплевательский вид, просто пожал голыми плечами и сказал: — О, я бы поспорил. Если ты обращаешь на них внимание, значит, они тебя цепляют, а это хорошо. Я не хочу сказать, что люблю бесить окружающих, но это довольно занятно, — он скупо улыбнулся. — И все же, мы говорим не о твоих увлечениях. — Я подкидываю хоть какие-то темы к разговору. Ты же не собираешься рассказывать мне свои идеи. И если не начнёшь в ближайшую минуту, то пойдёшь за дверь, потому что я собираюсь спать. Пригласил бы к себе, да боюсь, ты будешь не в восторге. Конечно, я буду не в восторге. Я закатила глаза, шумно вздохнув, и прошла вглубь комнаты, слегка пихнув недовольного трикстера в бок. Если и говорить, то делать это точно не на пороге. Кажется, вчера тут где-то стояло кресло. Локи удивлённо проследил за мной, но промолчал. — На самом деле, думаю, моё предложение тебя заинтересует, — как можно мягче протянув, я присела в кресло и с нескрываемым удовольствием откинулась на мягкую спинку, сладко потянувшись. Ещё небольшая полезная черта в трикстере, выявленная за последние дни, — стремление к комфорту во всех его проявлениях, будь то отдельная часть Дворца, собственная столовая или же такое простое, но очень мягкое кресло. Локи, будто читая мои мысли на моем же лбу, который он настойчиво сверлил взглядом, молча усмехнулся и встал рядом у разожженного камина, сложив руки по привычке за спиной. Ётун хмыкнул: — Я надеюсь на это, иначе Гуди завтра получит ни за что. — Гуди? — Рагнара у меня забрала ты, — он склонил голову на бок, и взгляд его исподлобья был направлен на моё лицо. — А этого мальчика, которого ты разбудила, зовут Гуди. И, как выяснилось, он не выполняет своих обязанностей. — Его обязанности — не пускать меня? — я не удержалась от удивленного смешка, но Локи был невозмутим. — Остальных непрошенных гостей — тоже. — И обязательно было ставить его на всю ночь? Трикстер только хохотнул и насмешливо протянул: — Не зрая ставил, раз ты сейчас сидишь передо мной. Я снова сжала губы в одну полосу. Не говори, что от него ожидала чего-то другого. Трикстер тихо рассмеялся, и его глаза довольно заблестели. Я нахмурилась ещё больше. — Твоя минута прошла, если ты не заметила, — протянул он и в ожидании вскинул брови. — Да и кресло ещё просидать станет, испортится, — трикстер снова гаденько хохотнул, когда мой убивающий взгляд долетел до него и не принёс, ровным счетом, ничего. Как глупо было полагать обратное, но я не сдавалась и, елейно улыбнувшись задорному злорадству Локи, протянула: — Бойся за себя, а не за кресло. Если Фригг узнает, что Тор должен помочь тебе с возвращением магии, то… Я осеклась и, видимо, не зря. Взгляд Локи показался несколько взволнованным и злым, а тон его голоса совершенно не походил на радушный. — Если тебе проболтался этот идиот, я прикончу Тора его же топором. Затея с шантажом официально провалена. Что же, как оказывается, быть женой трикстера один день вовсе не достаточно для того, чтобы играть в его же игры. Я закусила губу. — Вовсе нет, — Локи, на моё удивление, слушал молча и ограничивался исключительно колким прищурым взором. — Тор тут ни при чем. Нет вообще никакой разницы, откуда я узнала про это. — Значит, это была Фрейя. Больше некому, — он прошествовал к кровати, усаживаясь на самый её край, прямо напротив меня. Абсолютно глупая ситуация. Краска, ушедшая с лица, в тройном размере вернулась к щекам. Как вообще можно было подумать, что получится что-то скрыть от его шустрых мозгов? Я отвела взгляд, потому что мрачное и в какой-то мере скорбное лицо ётуна навевало мысли исключительно о возвращении к себе, и Локи почему-то сдавленно хмыкнул и уже более расслабленно продолжил: — С тобой даже никакого интереса. Всё написано на твоей шокированной мордашке, — он уставился на меня, немного ошалевшую, окинул снисходительным взглядом и пояснил. — Все и так знают, что я пытаюсь вернуть магию, Лива. Это не новость, и, прежде чем заключать на чем-то сделки, удостоверься, что имеющаяся в твоих руках информация не принадлежит ещё пол сотни асов, — он снова рассмеялся, и настроение его вернулось к прежнему веселью. Я оскорбленно отвела взгляд, вскинув голову. Уж это я как раз-таки и предусмотрела, глупая твоя голова. Локи же, наблюдая за мной, определённо так не считал, но очередной смешок с его стороны не помешал мне продолжить: — Пускай и так. Но гораздо больше асов ждут того, что я рожу тебе ребёнка. Я не хочу этого. Трикстер кивнул, соглашаясь. Что же, спасибо и на этом. — Верно, но тебе все же стоит подлечиться, потому что пробелы в памяти в столь юном возрасте — очень опасно, — он напустил на лицо вежливое волнение. Я сдавленно промычала, закатывая глаза. Когда от него нужна серьёзность, её ни за что не дождёшься. Локи снова довольно хохотнул, но уже спокойно и без всякого задора заговорил: — Мы уже говорили с тобой об этом. Никаких детей не будет, можешь расслабиться, — он-то явно последовал своему совету, склонив голову на бок и прикрыв глаза, размял шею. Может, я действительно оторвала его от подкотовки ко сну. Что же, так даже лучше — он заинтересован в более быстром завершении разговора. — Ты думаешь, нас спросят лет через пятьдесят или сто? Если ты дружишь с головой, то ты так не думаешь. Но он, будто мне на зло, только хохотнул, снова встал с кровати и подошёл к камину. Его прямой силуэт опять оказался в янтарных отблесках огня, и хоть на его губах и играла несползающая ухмылка, меж бровей залегла едва заметная морщинка. Вдруг он прервал свое молчание: — Какое бы желание не было у Одина нянчить внуков, без наших действий это не возможно. А свой… — он запнулся и хитро ухмыльнулся, поднимая на меня свои наглые зелёные глаза и довольно наблюдая за тем, как я краснею. — Себя я пока что контролирую. И даже если ты будешь раздвигать ноги передо мной, безусловно, под воздействием моего очарования или же ещё под чем-то сильным, я просто выставлю тебя за дверь. Я не привык пользоваться слегка сумасшедшими дамами. Я насмешливо фыркнула. Благородству его явно можно только позавидовать. Локи не скрыл улыбки. — Но тебе же тоже могут что-то подсыпать, верно? Его гениальность это несколько задело. Он одарил меня раздраженным взглядом и отвернулся к камину, плотно сомкнув губы, но в следующую же секунду задумчиво протянул, хотя брови его все ещё были нахмурены: — Могут, разумеется, могут. Но я внимателен к тому, что ем и что пью. Про это тоже можешь не волноваться. Я едва удержалась от того, что бы вновь не закатить глаза. Какая поразительная уверенность в себе и своих способностях. Я едко протянула: — Десять раз ты, может, и заметишь, но одиннадцатый пропустишь. Уничтожающий взгляд уже с неотъемлимым раздражением настиг мои глаза, и Локи снова замолчал, но опять же не на долго. Он нехотя, будто его кто-то заставил, кивнул, точно согласился, хотя согласие тут, конечно же, не значилось, и произнес: — Допустим. Но даже если мы снова будем близки, всегда есть способы избежать нежелательных последствий. Ты просто выпьешь зелье, как сегодня, и все. Я скептически фыркнула и сразу же нарвалась на оскорбленный вопросительный взгляд. А чего ты ожидал со своими действительно наивными рассуждениями? Ещё и богом коварства себя называешь. — Локи, Один не дурак, как бы ты не хотел думать иначе. Уж он-то может понять, почему у здоровой пары нет детей. В один день доступ к твоим зельям просто станет невозможным, и все. Я взмахнула руками, подразумевая под этим всю безысходность положения, но Локи только многозначительно посмотрел на меня, не скрывая на лице кривую усмешку. — У здоровой пары нет детей, потому что они просто не хотят спать друг с другом. — Считаешь, он не сможет все подстроить? — Ну разумеется. Не запрет же нас в одной комнате на ночь? — Как вариант. Локи незамедлительно рассмеялся, слегка приподняв голову и откинув назад чёрные волосы. Я стушевалась. Как бы это не казалось глупо, но в достижении своей цели можно пойти и не на такие уловки. Особенно, если в этом заинтересован Один, и особенно, если дело касается такой деликатной проблемы. Трикстер же небрежным жестом откинул со лба мешающие пряди, все ещё улыбался и, наткнувшись на мое досадное выражение лица, уже довольно спокойно и даже как-то сдержанно, будто пытаясь донести что-то само собой разумеющееся, спросил: — Ты правда думаешь, что Один будет тратить свое время на такие пакостные интрижки? — А ты думаешь, что нет? — я посмотрела прямо ему в глаза. Искорки насмешки постепенно растворялись в хитром холоде зелени, он все ещё стоял ко мне боком, но в один миг показалось, будто бы лицо его повернулось в мою сторону немного больше. — Совершенно точно нет. Потому что ему это просто не нужно. У него уже есть наследники, — он снова как-то ломано ухмыльнулся и вздернул подбородок, снисходительным взглядом изучая моё побагровевшее лицо. — Захотел на трон? — А почему нет? — Если ты думаешь, что Один пустит тебя на трон, ты сильно ошибаешься. Черты его лица будто стало острее. Локи всем своим телом развернулся ко мне, вскинул черную и острую бровь вверх, едва заметно, но довольно угрожающе, и сжал челюсть так, что желваки проступили особенно ярко. Он бесстрастно и тихо, но твёрдо прошелестел: — А кого же ещё ему сажать на трон? Ты видишь Тора достойным царём? Или будешь расчищать дорогу своему папаше? А ты все-таки жадная до власти, да? Я вспыхнула в одно мгновение, резко выпрямившись. — Отец отрёкся почти тысячу лет назад ради моей матери и ни какими силами не сможет получить власть! Но Тор — законный сын Одина и наследник Асгарда! А ты просто ётун. Последнее — почти неуловимый шёпот в раскаленный борющимися взглядами воздух, но лицо Локи посерело. Я смущённо отвела взгляд: вовремя молчать никто так и не научился. Тишина затянулась, прерываясь лишь моим нервным дыханием. Мысленно коря свой не в меру длинный и неусидчивый язык, я все же нашла в себе зачатки хоть какой-то соображающей извилины и произнесла: — Я не хотела, ладно? — взгляд виновато упёрся в пол, но затылок отлично чувствовал холод и ненависть, исходящие от трикстера. — Просто так получилось, — неловкие извинения, кажется, оказались бесполезны. — К чему это, если ты сказала то, что и думала? Он пытливо вглядывался в моё опущенное лицо и мрачно наблюдал за тем, как я пыталась ему перечить: — Я не думала об этом, но ты вывел меня из себя, — не особо веря мне, Локи только пренебрежительно усмехнулся, но промолчал. Удивляясь, что его гнев не вышел дальше его мыслей, я поспешила продолжить. — Всё равно, мы сейчас говорим не об этом. Я к тому, что… Даже двух наследников Одину мало. Гарантии сильной власти в продолжении рода, но продолжения у него нет. — Гарантии сильной власти — это ум, расчёт, коварство и, в конце концов, банальная адекватность правителя, а не количество внуков, — Локи многозначительно выгнул бровь, все ещё удерживая на лице кривую безразличную усмешку. — С твоей стороны будет глупо с этим не согласиться. — Может и так, — я неопределённое качнула головой, вызывая на лице трикстера маленькую тень улыбки. — Но это мы с тобой так думаем, а не Один, — я не сдавалась и только мысленно закатила глаза, когда взгляд трикстера довольно заискрился и он не поленился добавить: — И самое главное, что мы думаем совершенно правильно. — Потом порадуешься своему острому уму, — я сдержала слабую ухмылку, когда он недовольно поморщился, но вновь начал слушать меня. Ссора сглажена. — Просто пойми, что вопрос о наследнике поднимится гораздо и гораздо раньше, чем ты мог бы представить. Кажется, мои слова стали оказывать на него некоторый эффект, и стена его упорства стала постепенно рушиться. Я непроизвольно заерзала на кресле: мысль о том, что он все-таки прислушивается ко мне, немного радовала. Я слабо улыбнулась, но даже это не отвлекло трикстер от размышлений. Он снова погрузился в молчание, и глаза его будто бы заволокло разными мыслями. Локи опять перевёл взгляд с меня на огонь, и в свете языков пламени мелкие морщинки на его лице казались ещё глубже. Он точно становился гораздо и гораздо старше. — И что же ты предлогаешь тогда? — с уходящей тишиной он вновь вернул свой задумчивый взгляд мне. Я инстинктивно выпрямилась, поднимая голову. Трикстер смотрел в упор ничего не выражающим взглядом, что означала его готовность вновь выслушать меня, и я снова улыбнулась, от нетерпения ещё сильнее заерзав на бедном кресле. Желание выложить ему все и сразу постепенно брало верх. На миг задумчивость его лица сменилась лёгкой насмешкой, и Локи, наверняка подозревая нечто подобное, только фыркнул: — Ты же уже все придумала, так ведь? — Придумала, — я согласно кивнула, и улыбка на лице стала только шире. Локи снова усмехнулся, полностью разворачиваясь к огню и складывая руки за спиной. Прямой холодный профиль утонул в тягучем полумраке. — И как же моя магия связана с твоей возможностью забеременеть? — Вообще-то никак, — в его взгляде, обращенном мне через плечо, тут же снова пронеслись тени насмешки, и я поспешила продолжить. — Но мы можем выгодно сотрудничать. Похожий на рычание издевательский смешок, и я только шумно выдохнула, ожидая, когда же Локи наконец навеселится. В груди что-то неприятно заскреблось. Может, он и прислушивается ко мне, но наверняка свои рассуждения ценит гораздо и гораздо сильнее. В прочем, оно и логично. Но уже в следующий миг трикстер спросил: — Это как же? — насмешливым сомнением был пропитан его голос, он вскинул бровь вверх и с холодным ожиданием уставился на меня, теперь же полностью отвернувшись от огня. Я несколько приободрилась: все же он согласен выслушать до самого конца. А потому придвинулась почти что на самый край, подавшись вперёд и всматриваясь в его спокойное, но одновременно напряжённое лицо. — Я предлагаю тебе помощь, Локи. Я могу помочь вернуть тебе магию. На страх и риск, ожидая чего угодно, я умолкла, предоставляя ему возможность для ожидаемых насмешек, но он продолжал молчать, и лишь его брови немного сдвинулись к переносице, делая лицо вмиг на сотни лет старше. — Что ты имеешь в виду? — ещё немного, и низкий голос трикстера сольется с тишиной. Пара секунд моего изумленного молчания стоили Локи огромного количества терпения. Только когда он приблизился ко мне, что моё лицо — а в частности горящие смущением щеки — оказалось напротив его пояса, я опомнилась, вернула взгляд его опущенному на меня взору и немного сбивчиво произнесла: — Я знаю, опыты, алхимия и все такое — довольно сложно. Это дорого, энергозатратно, а ещё ужасно непонятно, если у тебя нет нужной литературы. И ты соврешь мне, если скажешь, что у тебя есть все из этого списка. Даже учитывая твой гениальный мозг. Локи что-то невнятно пробормотал и отстранился на несколько шагов, возвращаясь обратно к горящему огню. Я опустила взгляд, пару раз шумно вздохнула — все же голый торс отлично виден даже в полумраке. Я бы даже сказала более, чем отлично. Отвлекало ли? Безусловно. Но сейчас совершенно не то время, чтобы предаваться мечтаниям и терять в глазах Локи хоть какие-то крупицы собственного авторитета, того самого источника всего необходимого. Если определять мою цель наиболее точно, то она будет заключаться в том, чтобы заставить трикстера увидеть во мне, моих талантах, знаниях и имеющихся сбережениях ту самую магию. К которой он стремится и ради которой пойдет со мной на любые соглашения. Сложно ли? Да почти невозможно. — Расскажи… подробнее, — Локи внезапно прервал затянувшуюся тишину, выступил из теней пламени вперёд, вновь оказываясь рядом и опустился около меня вниз, сидя то ли на корточках, то ли на коленях. Я пару раз изумленно хлопнула глазами. Но, тем не менее, его худое белое лицо было теперь с внимательным взглядом устремленно вверх, в мои глаза и мои мысли. Я оторопела на несколько мгновений. Удача сегодняшним вечером явно была на моей стороне. Вскинув голову немного вверх и не скрывая на лице победой улыбки, ликующим взглядом я окинула сосредоточенное лицо трикстера и поспешила исполнить его просьбу: — На самом деле все довольно просто, если вдуматься. Но тем не менее от этого моя помощь не становится бесполезной. Сейчас ты находишься, говоря прямо, в ужаснейшем положении с ужаснейшей репутацией. И даже не пытайся спорить со мной, потому что я, великие предки, права! — когда его взгляд начал наполняться холодным огнём недовольства, а рот приоткрылся в попытках реабилитации себя любимого, я почти что рявкнула на него, отдавая должное его манере и немедленно, грозно сводя брови к переносице. Получилось даже слишком угрожающе. Он прикрыл глаза и растянул губы в слабой ухмылке, но покорно кивнул головой, призывая к продолжению: — Допустим. Я слушаю дальше. Всё же не ожидая такого быстрого, но от этого не менее радостного и приятного эффекта, я краешком губ улыбнулась и снова начала рассказывать: — Тебе повезло со мной. Я довольно сообразительная, хитрая, а еще абсолютно согласна с тобой по поводу нашего брака. И если ты расчитываешь избавиться от меня за несколько дней, то сильно ошибаешься. Мы женаты, и теперь отделаться друг от друга поможет только чудо. — Или же моя магия, так ведь? — Или же твоя магия, — я согласно кивнула. — Собственно, в этом и заключён весь мой интерес. Как и частично твой. Заметь, я в меньшинстве, твоя выгода будет гораздо и гораздо большей. Локи скептически фыркнул, с явным недоверием вслушиваясь в мои слова. — Довольно циничные рассуждения для семнадцатилетней девушки, не думаешь? — он скосил свой взгляд на меня, слегка щурясь, точно что-то быстро прикидывает в голове. — Возможно, — я неопределенно мотнула головой, не спеша соглашаться с трикстером. — Но, если разобраться, мои идеи далеки от идеальных планов с разными злодеяниями, — я нервно хохотнула, чем заслужила ещё один настороженный взгляд в свою сторону. — Я имею ввиду, что с этой сделкой я очень вероятно окажусь в минусе. — О, так вот оно что… Локи на секунду умолк, не сводя с меня внимательного задумчивого взгляда, а потом растянул губы в привычной усмешке и неспеша протянул: — Что же ты такое хочешь мне предложить? Намёки его фраз скоро начнут сводить с ума, и только я наклонила голову к нему, чтобы загореться очередной минутной перепалкой с ётуном, как тут же замешкалась, на ходу теряя всю решимость. Спокойные и серьёзные глаза без тени пошлости и вызова смотрели на меня вверх из-под тонких ресниц, терпеливо ожидая ответа. — Как я уже говорила, поиск магии не сводится только к твоим знаниям, которым, разумеется, нужны и новые. У меня есть много денег, доступ к отцовским книгам и доверие Одина. Я много чего смогу тебе достать. — Также, позволь заметить, ты не обремененна скромностью и сдержанностью в своём поведении. Это тоже как-то должно помочь, верно? — без всяких церемоний прерывая меня, раскатистый смех разнесся по комнате. Локи издевательским прищурым взглядом сверлил моё лицо, за что и поплатился заслуженным толчком в плечо. Насупившись и нахмурившись сильнее, я одернула его: — Если нужно, и это сможет помочь. Но пользу от остальных имеющихся преимуществ ты отрицать тоже не можешь. — Ещё как могу, — трикстер прервал меня, изогнув брови и задумчиво почесав подбородок. — Практическую сторону я вижу только в деньгах. Ты была права, когда сказала, что алхимия и магия в целом — недешевое удовольствие, но у меня есть большие сомнения, что Тюр со спокойной душой передаст казну в моё свободное пользование. А твоими деньгами ведает он, тут даже не пытайся меня обмануть. Я отрицательно качнула головой и чуть прищурилась. — Ты говоришь о содержании из его казны. Но я теперь твоя жена, а значит деньги на содержание будут выделяться из казны главного Дворца. И ещё меня есть собственные сбережения, которыми я могу поделиться с тобой. Скептическое фырканье снизу, непонятный шёпот и наглый взгляд в полной мере выразили все подозрения трикстера. Я сжала губы в тонкую полосу, в очередной раз ввязываясь в глупые прерикания. Но, кажется, без них договориться никак не получится. — Представь себе, я не отличаюсь расточительностью. — Тогда откуда такая коллекция оружия, платья, драгоценности и весь прочий хлам? — он лениво прикрыл глаза и все ещё привычно ухмылялся, точно готовился выслушивать очередные сказки. — Я помню, как зимой его сюда везли, у слуг чуть руки не отвалились. — Жаль, у тебя язык не отвалился, — я оскорбленно оскалилась, но Локи только хохотнул, все-таки приоткрыв зелёные глаза и с интересом уставившись на меня в ожидании ответа. — Да мало ли откуда. То отец что-то дарил, то Фригг, то Тор. От платьев я в принципе не в восторге, так что деньги, если и тратила, то точно не на эти тряпки. — Но даже если мы допустим, что у тебя есть приличное количество золота, мы не сможем утверждать, что сможем без помех потратить его именно на то, что нужно, — он красноречиво двинул бровями, но вложил в этот жест более глубокий смысл. Я только скривилась и небрежно махнула ладонью перед самым его носом. — Ты сейчас лезешь в незначительные детали. Поверь, придумать отмазку для трат — самая малая проблема из всех прочих. Но верить он, что было и не удивительно, не собирался. Локи отпихнул от себя мою ладонь, которая все ещё была перед его лицом, и раздражённо продолжил: — Вот уж не думаю. Если ты считаешь, что Один будет сувать свой нос даже в нашу постель, то ты должна быть уверена в том, что он непременно заглянет в наш кошелёк, — понимая, что не заметить здравого смысла в его словах я не могла, Локи победно оскалился. — Допустим, — нехотя пришлось согласиться. — Но я думаю, что на все можно будет найти либо объяснение, либо прикрытие. А если мы прикинимся действительно крепкой парой, то, может быть, нам удастся избежать даже такого надзора. Локи сморщился и тряхнул головой, позволяя чёрным прядям снова свеситься на лицо. — Прогнозирования — не твое. С огромной вероятностью будут такие вещи, которые просто так прикрыть или объяснить не получится. Либо получится, но настолько подозрительно, что все твое расхваленное доверие начнёт исчезать, а это та вещь, которая, вынужден признать, сможет снести нам неплохую службу. Да и если мы прикинимся крепкой парой, то вопросы о детях поднимутся ещё раньше. Кажется, тебя это волновало. — Волновало, — я согласилась. — Но отчего же раньше? — Пораскинь своими мозгами, — Локи раздражённо прикрыл глаза, шумно выдохнув. — Поверь мне, крепкие пары не страдают от недостатка близости, и речь сейчас далеко не о духовном её проявлении. Результаты близости — беременность, если её нет несколько месяцев, то будут осматривать лекари. А наше здоровье, как ты понимаешь, прекрасное. И вопросы у Одина появятся тогда сами собой. Выпалив все на одном дыхании, будто он репетировал эту речь, Локи замолчал. Я поджала губы, отводя взгляд в сторону, куда-то ближе к камину. Все-таки он чертовски прав, и глупо это не признавать. — Хочешь сказать, что игра в любовь влечет свои достоинства и недостатки? — Именно, — трикстер согласно кивнул. — Но, хочу заметить, её нам тоже не избежать. Хотя бы ее малой части. — Авторитет? — И доверие. Ничто не сможет так сильно повлиять на остальных и притупить их внимание, как наши трогательные отношения. — Которые ещё следует правильно сыграть. — Никуда без этого. Но и перегибать не стоит, — Локи выразительно вздернул бровь. — Помни про вопросы о детях, — он задумчиво замолчал, почему-то усмеяхаясь. — И помни о наших с тобой характерах. Никто не поверит, что после всего того, что было между нами, мы в один миг станем любящей парой супругов. Я не удержалась от пары ехидных смешков. — О да. Для этого действительно нужно неплохо постараться. Трикстер усмехнулся, отводя взгляд куда-то в сторону, а потом тут же возвращая его ко мне. — Тебе следует относиться к этому серьёзнее, раз уж ты решилась на это, конечно же. Я фыркнула, отмахиваясь от него и ненароком задевая кончик острого носа. Локи предупредительно нахмурил брови. — Я и так серьёзна. А уж играть мы должны будем перед Царём. Ётун почему-то тихо рассмеялся, окинул меня прищурым хитрым взглядом и вкратчивым тихим голосом спросил: — Только ли перед Царём? — Фригг? — И? — И все? — Тупица, — ётун желчно и даже как-то разочаровано выплюнул, резко вставая на ноги, распрямляясь во весь свой рост и отходя снова к огню. Массивная спина в полумраке пламени напряглась. — И даже не смей дуться на меня, — Локи кинул на меня взгляд через плечо, заставляя вмиг расправить ссутулившиеся плечи. — О нашем обмане, нашей игре должны знать только мы. Никаких прочих асов в нашей тайне, а это значит, что никто, ни одна живая душа не должна раскусить наш план. Он умолк. Его сосредоточеный, горящий взгляд упирался в меня, точно ждал чего-то. Я неуверенно кивнула головой. — То есть, только в наших комнатах мы можем быть настоящими? — В моей. — С чего вдруг? Губы трикстера искривились в предупредительном оскале. Он шумно выдохнул и терпеливо продолжил: — Я не могу быть уверен в тебе, когда тебя не вижу. Если ты допустишь хотя бы малейший прокол, дальше можно и не продолжать. Я оскорбленно вздернула подбородок. — Я хотя бы спать могу без мыслей о тебе? — Можешь, — он благосклоннно кивнул. — Но, боюсь, это единственное, что ты можешь свободно делать. Остальное — только здесь и только рядом со мной. Глупо думать, что никто за нами не следит. Даже сейчас, — он ухмыльнулся, обведя задумчивым взглядом комнату. — Вдруг, нас кто-то прослушивает, а мы обсуждаем планы царской измены? — Локи тихо рассмеялся. Я вздрогнула. — Это не измена. — Ещё какая, — его глаза заговорщически засияли. — Но, твоя радость, нас никто не слушает. Ещё когда магия была со мной, я успел позаботиться об этом, — он горделиво распрямился, даже не обратив внимания на моё издевательское фырканье. — Система безопасности? — Работающая даже сейчас, хотя поддерживать мне её нечем. — Поэтому ты выставляешь у дверей слуг, — я снова фыркнула, но Локи только пожал плечами. — Я уже говорил, это связано с несколько другими причинами. Впрочем, значения это сейчас не имеет, — он двумя пальцами потёр переносицу, прикрыв глаза. — В любом случае, ты должна понять меня, Лива, — Локи развернулся полубоком, исподлобья кинув на меня внимательный взгляд, а я же непроизвольно дернулась, услышав свое имя из его уст, сухое, строгое и совершенно серьёзное. — То, что ты предлагаешь, очень опасно, и раз ты готова ввязаться в это, то будь готова делать все, как скажу тебе я. Понятно? — Нет, — я упрямым взглядом уперлась в его скривившееся недовольством лицо. — Я тебе не слуга, чтобы бесприкословно слушаться. Мы же напарники. — Напарники? — он переспросил с хриплым тихим смешком. — Безусловно, так оно и может быть. Но это не означает твою вседозволенность, а так как я умнее тебя во многих вещах, гораздо опытнее и, в конце концов, просто старше, то все твои действия должны быть согласованы со мной. Так понятнее? — И все же я имею право голоса в этой ситуации, — на мой недовольный бубнеш под нос Локи только возвел глаза к потолку и благосклонно произнес: — Хорошо. Любая здравая мысль с твоей стороны приветствуется. Я несколько просияла. Трикстер слабо ухмыльнулся и отвернулся к огню, сложив руки за спиной. Воцарившееся молчание начало затягиваться. Нервно теребя помятый конец сорочки, я окинула задумчивым взглядом высокую тёмную фигуру трикстера и тихо спросила: — Я могу принимать это за согласие? Он в молчании развернул голову ко мне, так что тусклый каминный свет ясно очертил его резкий профиль. Глаза внимательно всматривались в моё лицо. — Возможно, — вкратчивый шёпот превратился в дрожь по спине. — Но у меня есть один вопрос. И он довольно важный. Нетерпеливо заерзав на кресле, я сложила руки вместе и выпрямилась. — Я слушаю тебя. Локи простоял в молчании ещё несколько мгновений, прежде чем начал говорить: — Допустим, мы вернём магию. Но что потом? — трикстер окончательно отвернулся от огня, и его горящие в темноте глаза, казалось, светили ярче пламени. — Потом? — я переспросила с неуверенным нервным смешком. — Я уйду, конечно же. — Куда? — Решу немного позже. — А как? — будто пытаясь подловить меня на чем-то, словно хитрый лис, Локи мягким тихим шагом подошёл к креслу. Я непроизвольно вжалась в мягкую обивку, желая в ней утонуть. — Я больше не буду твоей женой, и ничто не сможет удержать меня. Я сбегу. — И от Одина убежишь? — губы трикстера непонятно искривились. — И от отца своего убежишь? От Тора? От меня, в конце концов? Убежать ты можешь прямо сейчас, ничто тебя и не держит. Что даст тебе моя магия? — Твою поддержку. И твои возможности спрятать меня. Локи вновь замолчал, но не открывал острых глаз от моего лица и смотрел, словно бы оценивал. Молчание стало неловким, и я заерзала на кресле, стараясь спрятать взгляд хоть где-то, но трикстер вновь заговорил, утягивая на себя внимание: — Ты готова скитаться по всем мирам, по всей Вселенной только бы не быть моей женой? — он хохотнул. — Знаешь, это даже обидно. — Ты тут и не при чем, — я пожала плечами. — За кого бы меня не выдали, я бы убежала. — Ценишь свободу во всем? — А кто не ценит? — Справедливо. И все же, думаешь, сможешь жить отшельницей? Сможешь отказаться от семьи? Его напор меня интересовал и пугал одновременно. Я посмотрела на него в упор, в его горящие решимостью глаза, и через несколько секунд произнесла: — От Одина. И на время. Локи склонил голову на бок и нахмурился. — Что ты имеешь ввиду? — То, что Один не всегда будет править. Локи только расхохотался, запрокинув голову назад. Его голые плечи, подрагивая, заставляли тень на стене жутко плясать. Я уперла взгляд в сведенные колени. — Да ты замыслила переворот. За это казнят, Лива. Я вновь подняла глаза на него, и он, с растрепанными волосами, в полумраке огня и с широким оскалом на лице, походил на какого-то безумца. — Это не переворот. Я не собираюсь торопить его смерть. Летиция скоро станет Царицей альвов. Когда мы вернём тебе магию и я смогу бежать, я укроюсь у неё. Как бы Асгард не сотрудничал с Альвхеймом, она не выдаст меня. — Она не выдаст, да, — Локи кивнул, но тут же налетел с очередным вопросом. — А Фрейр? Ещё рано сбрасывать законного Царя со счетов, а вот союз с Асгардом он может ценить сильнее, чем мнение навязанной ему жены, — Локи подошёл вплотную, грозно нависая сверху. Его взгляд был наполнен вопросами. — Что ты будешь делать? — Да к чему же ты ведёшь?! — не выдержав его давления и напора, я вскакиваю на ноги. Мы молча смотрим друг другу глаза в глаза некоторое время, и только после он начинает говорить, шёпотом, прямо на ухо, обдавая кожу на шее горячим дыханием: — К тому, что твоё положение, может быть, не спасёт и магия. Он вновь замолкает и наблюдает за тем, как моё лицо медленно багровеет от накатывающего гнева. Кое-как удерживая себя в руках, я почти что выплевываю ему в лицо: — Моё положение спасёт магия. Как и твоё. Сейчас главная задача её вернуть, и поверь мне, это случится не за несколько месяцев и лет. Даже я понимаю, что мы всю жизнь можем бросить на эти поиски. И я понимаю, что, помогая тебе, я ставлю на кон все. И моё освобождение от брака с тобой, мой побег, вся дальнейшая судьба — огромный риск. Это все зависит от множества обстоятельств. Но, великие предки, я готова пойти на это, если есть хотя бы малый шанс удачи! И даже если ты откажешься, я в лепешку разобьюсь, но я найду способ своего спасения. Локи смотрит сосредоточено и серьёзно, слишком серьёзно, но меня это уже не пугает. Может, и довольно нагло, а может, и вообще неприлично, но я кладу руки ему на плечи, чувствуя под пальцами холодную гладкую кожу, и вижу, как он прослеживает за моими движениями, но не противится им. — Мне нужен твой ответ, Локи, — заглядываю ему прямо в глаза и слегка сжимаю руки на его плечах. Он остаётся расслабленным и спокойным. — В любом случае, с тобой или без, я буду пытаться выбраться отсюда. Но сейчас мне нужно знать твоё решение. Локи опускает взгляд с моего лицо на мою шею, грудь, руки, окидывает взглядом всю меня, но потом снова смотрит в глаза. Будто что-то пытается прочесть в них. Он медленно произносит: — С завтрашнего дня мы начнем действовать. — Мы? — Да. Я согласен, Лива. Сделка, значит сделка.