Любовь Злодея

Вам никогда не казалось, что злодеи тоже умеют любить? Только не так, как все, а несколько иначе, по-своему. Наверняка вы скажете: «Нет, он же злодей, бесчувственный и жестокий», но откуда вам это знать? Как вы можете судить о нём, не зная ничего? Ведь знать обо всех своих чувствах не должны окружающие. Разве только вы сами когда-то были злодеем, потому и говорите так. Потому что у самих нет чувств, потому что сами бессердечны. Однако, так или иначе, обвинять за общепринятые стереотипы никого не нужно. Ведь раньше и сам Моргарт так считал, пока в один миг всё не переменилось. Прежде, ещё когда игра только-только набирала обороты, а сам он послушно выполнял роль злодея, был уверен в своей жестокости, в своём эгоизме, в коварстве и беспощадности, в холодности и равнодушии. Наверно, поэтому он и понял, что власть в Энвелле должна принадлежать исключительно ему одному. Тогда-то он понял, что не желает играть по правилам. Тогда он обрёл своё истинное «я». И всё это время ему никто не мог помешать. Да, были эти глупые герои, которые наивно верили и надеялись, что им удастся одолеть Моргарта. А он над ними лишь насмехался, с огромным удовольствием превращая их в миниатюрные фигурки, из которых позже создал коллекцию. Но когда его приспешница Саламандра доложила что появились новые Герои, Моргарт лишь усмехнулся и был доволен, что его коллекция игрушек пополнится, и предвкушение власти плыли в его крови. Он конечно хотел уже выгнать её, ибо не любил, когда его беспокоят. Но информация у его слуги была стоящая, и он решил дослушать, узнать, что хотела сказать Саламандра. А сказала она, что вместе с ними теперь и бард, и команда собрана вместе, ей не справиться одной. Поэтому необходимо придумать новый план. Моргарта новость слегка удивила. Но он постучал пальцами по столу двумя руками, потому что в его зловещей голове появилась идея. И вот Мария Степанова поймана. Сказать откровенно, в первое время он о ней даже и думать забыл. И вспомнил лишь тогда, когда обсуждал с Саламандрой очередной план набега на школьников. Было это когда-то в конце осени реального мира или в начале зимы. Тогда он решил навестить Марию, которая давненько сидит в темнице. Но та встретила своего похитителя далеко не радушно: осыпала всевозможными проклятиями, требовала отпустить и перестать лезть к её ученикам. Моргарт лишь насмехался над ней, издевался, говоря о том, что в его планы входит уничтожение этих детей. И тогда женщина замолкала в страхе, а он, преисполненный гордостью, уходил в темноту своего замка. Приходил Моргарт к ней крайне редко. А если и приходил, то выслушивал её упрёки. Она называла его монстром, а ему это нравилось. Потому что он и был монстром, которого все боялись и ненавидели. Все, кроме неё. Марья Степановна с каждым разом вела себя рядом с ним смелее, не боялась его присутствия. И это даже начинало нравиться ему: наконец явился такой игрок, который не будет дрожать при виде великого и ужасного его, а будет смело смотреть ему в глаза. Шли дни, за ними проходили недели, а он приходил к ней всё чаще и чаще. Что-то его интересовало в ней. Не столько интересовала его как игрок, сколько как… Человек. Да, с каждым днём он понимал, что в этом огромном тёмном замке слишком одинок. И что эта учительница — единственная живая душа, обитающая рядом с ним. Тогда отчего же её отвергать, когда внутри всё так пусто? Да, Мария Степановна, которую он называл всегда исключительно по имени, была, пожалуй, тем человеком, с которым хотелось просто быть рядом. Наверно, это прозвучит странно, но он искал общения с ней. Любая причина, любое событие, любой разговор. Лишь бы просто оказаться с ней в одном зале. Он понял, что стал испытывать по отношению к ней что-то тёплое, светлое, что невозможно объяснить словами. Но каждый раз его возвращали на землю мысли о его плане, который он должен был претворить в реальность. Оттого и старался не показывать всей своей мягкости перед учительницей, в тайне надеясь, что-то чувство, которое он начал к ней испытывать, не что иное, как обычное наваждение, самовнушение. Но почему-то, говоря ей гадости, угрожая уничтожить её учеников, внутри всё сжималось, стоило только заглянуть в её бездонные синие глаза. Ну, а что можно сказать о Марии? С самого детства она мечтала стать музыкантом. И очень старалась, проливая пот и слёзы на уроках игры на гитаре, много ошибалась, но учитель был добр к ней, и давал полезные советы, и поддерживал её. Вскоре повзрослев, Мария выучилась игре на гитаре. Однако она почему-то не очень хотела быть музыкантом, понимала, какой это тяжкий труд. И чтобы не навязывать себе грустных мыслей, решила взяться за более серьёзную и ответственную работу в старой школе, а именно — стала преподавать её любимый предмет — географию. На сегодняшний день она уже проработала учителем географии целых двадцать три года. И с её учениками было не соскучиться. Моргарт не мог сосредоточиться на плане, мысли о этом барде застряли в его голове, её синие глаза, смелый характер. Он громко стучал по столу, проклиная мыслями эту Марию. Но он не мог выкинуть её из головы… И решив приступив к крайним мерам, чтобы его совесть появившаяся недавно успокоилась, он направился туда, где находилась Мария. Но пути к ней его шаги становились быстрее, его сердце билось чаще. Этого никогда не случалось — такая страсть к такой особе была для него в новинку… Придя к заточённой, он смотрел на неё с каменным лицом. Мария сидела опустив взгляд, а потом, заметив своего похитителя, резко встала со злобой на лице. Он молча стал подходить к клетке, и её решётки стали распрямляться, чтобы Моргарт мог пройти. Мария насторожилась и стала отходить назад с испуганными глазами. Когда уже прохода не было, она прижалась к решёткам, вытянув руки вперёд, дабы укрыться от него. Но у злодея, на удивление, не было злых намерений. Он взял её руки в свои четыре и стал гладить, а потом, подойдя ближе к ней, накрыл её алые губы своими. Совесть резко пропала из души Моргарта, видимо, она явно была довольна и счастлива как и сам Моргарт. Мария сильно удивилась, распахнув широко свои синие глаза. женщина просто не понимала, что происходит, что вытворяет этот монстр. Когда Моргарт удовлетворился поцелуем, он мягко отпрянул от пленницы, довольно ухмыляясь.