Скажи, куда уходят все, кого я любил?

У мужчины должно быть место, где он может ослабить свою защиту. Особенно у кого-то вроде него, который упрямо идет вперед, отказываясь от помощи других. © Гинтама

***

      Она не могла уснуть всю ночь. Пару раз перекатилась на бок, ещё немного полежала на спине с закрытыми глазами, открыла их и вздохнула. Этот вздох вмещал в себя все те переживания, мучавшие её столь долгое время.       «Такое чувство, что я перестала видеть. Видеть не в прямом смысле, а в том, что перестала видеть правду. Я запуталась, не могу понять даже собственные чувства. Но… после того, как я свиделась с ним, я понимаю, что хотела бы вернуть прошлое… просто обернуться назад, обдумать все ещё раз, обдумать все свои чувства… никогда не пойти туда, никогда не заговорить с тем человеком, никогда не зайти в ту самую закусочную, никогда не влюбиться… Как было бы проще жить, если бы нам давался шанс исправлять прошлые ошибки. Интересно, есть ли люди, хотевшие тоже вернуться назад…?»       Вся её ночь была пропитана мыслями. Она думала так много, сколько её мозг мог выдержать. Уж поверьте, выстоять думы молодой девушки в самом расцвете сил, да ещё и влюбленной, дано не каждому вычислительному механизму, то бишь мозгу, как его прозвали в народе.       Мысли о молодом потомке Учих её душили и медленно убивали. Она страдала от собственноручно созданной агонии. В её голове вертелось лишь одно имя, заполонившее её разум от начала до конца. Саске. Да, именно он. Прошёл год, он возмужал, стал взрослее, умнее, возможно, пунктуальнее… Но это всё не относится к ней. Девчонка, что младше его на два года с хвостиком, с повадками юного парнишки и ни капельки не женственная. Да у Сакуры и то больше шансов было, чем у неё!       Цукико была неуверенной с рождения. Замкнутая и зашуганная с самого детства, она заперла эти качества глубоко в себе, стараясь скрыть их от окружающих. Но все мы знаем, что «скелеты в шкафу» имеют свойство выпадать с треском и громким «Бамс!!!». Вот также и внутренние страхи Кагуи неожиданно постучались в её жизнь, когда она не ждала и, тем более, не просила.       Прокручивая разные мысли в голове, она даже не заметила, как рассвело. Спать совершенно не хотелось, поэтому, встав с кровати, она взяла куртку и вышла из квартирки. Спустившись вниз по лестнице, она решила немного побродить по улицам Конохи.       Незаметно для себя она забрела на улицу рядом с кварталом Учих. Неожиданно её окликнул знакомый голос, что и отвлёк девушку от мыслей и заставил обернуться.       — Цукико-чан? — послышался мужской грубый баритон, явно старающийся вызволить девушку из её мира мыслей.       — Что? — задалась вопрос Кагуя, оборачиваясь на знакомый голос. Её взору предстал вид мужчины с добрыми чертами лица, обычным нарядом шиноби и завязанным хвостиком сзади.       — Итачи-сан, а что вы тут делаете?       — Я здесь живу, а вот что ты здесь делаешь так рано? — задал резонный вопрос старший из Учих.       — Простите… — виновато опустила глаза девушка. — Просто не спится, вот и решила прогуляться.       — И что же стало причиной твоего беспокойства? — подошёл ближе к бывшей ученице Итачи, вынуждая девушку перейти на шаг.       — Ваш брат, Итачи-сан… — подумала про себя блондинка, но вслух сказала совершенно иное. — Просто размышляла о военном положении деревни. Недавно Шикамару сказал, что Какаши-семпай обеспокоен чем-то, поэтому отправил несколько людей на разведку в какую-то деревню. Я немного взволнована.       — Знаю, — ошарашил своим ответом девушку темноволосый. — Какаши рассказал мне об этом. В Деревне Тишины собираются нукенины со всех деревень, Генго собирает их там с какой-то неведомой нам целью. Недавно он отправил туда отряд из пяти человек, никто не вернулся, лишь один из них успел отправить послание с подписью «Гендзюцу». Мы предполагаем, что, используя гендзюцу, Генго и собрал такой отряд.       — Но ведь это нельзя так оставлять! — воскликнула Кагуя, чем вызвала усмешку на губах Учихи. — Неужели учитель не может собрать группу, которая сможет противостоять Генго?!       — Он уже собрал… — пробормотал тихо Итачи, улыбаясь, но потом повернулся к Кагуе.       — Цукико-чан, мне нужен идти домой, а то Саске начнёт волноваться. Я бы хотел с тобой ещё обсудить эту тему, сможешь прийти сегодня в резиденцию к часу?       — Конечно, Итачи-сан. До встречи! — помахала на прощание мужчине Кагуя и скрылась за поворотом.       Обратный путь девушка провела ещё в больших размышлениях. Быть такого не может, что учитель ничего не предпринял. Если он уже собрал команду, то, скорее всего, просто не отправил её. Наверняка в неё входит Шика и Саске. Ведь умственные возможности Нара поражают, а такую силу и смекалку, как у Учихи, ещё нужно поискать…       В нейтральном настроении она пришла домой. Пройдя в свою комнату, она открыла дверцу шкафа и заметила на маленькой подушечке очки в синей оправе. Перед глазами сразу пронеслись все воспоминания, что были так близки её сердцу…       Время прошло быстро, и вот уже Кагуя идёт в сторону резиденции. Поднимаясь по лестнице, она решила сначала зайти к учителю, чтобы наверняка узнать, где Итачи. Постучав в дверь, она вошла и удивилась собравшейся там компании.       — О, вот и Цукико пришла, — весело произнёс Хатаке, держа руки в замке. — Проходи скорее, у меня есть для вас новость.       — Что за новость? — немного испуганно проговорила она и поравнялась с мужчинами.       — Как вы уже знаете, Страна Тишины вновь начала проявлять признаки жизни. Недавно я отправил туда группу из пяти человек, но никто не вернулся, а лишь пришло послание. «Гендзюцу». Мы с Итачи думаем, что Генго использует свои способности, чтобы приманить нукенинов в деревню и вновь устроить бунт против Конохи, — немного переведя дыхание, пепельноволосый продолжил. — Я собрал вас, чтобы вы ликвидировали нукенинов и Генго, освободив безвинных людей.       С минуту стояла полнейшая тишина. Каждый переваривал полученную от Шестого информацию, при этом нервно сжимая то губы, то кулаки. Если Саске и Итачи хоть что-то подозревали и были готовы к такому повороту событий, то Кагуя стояла, полностью обескураженная ситуацией. Первым голос подал младший Учиха:       — Какаши, я понимаю, почему ты взял нас с братом, так как против нас гендзюцу не имеет той силы, что против обычного шиноби. Но зачем нам Цукико? Если её возьмут в плен, она не сможет предоставить нам помощи или содействия в операции, — слова Саске были грубыми и резкими. Его речь не оставила равнодушной никого, кроме Хатаке: Итачи был поражен, а Кагуя от обиды поджала губы.       Неужели этот Саске думает, что Цукико до сих пор та же слабачка, которой она была год назад? Целый год, не переставая, она тренировалась и совершенствовалась. А он до сих пор считает её слабой и беспомощной, ровно также, как и на вылазке в Суне…       — Саске, ты… — хотел было отругать младшего брата Итачи, но был перебит речью девушки.       — Спарринг… — тихо проговорила она, а потом подняла голову с загоревшимися глазами на брюнета, отчего ему стало не по себе. — Спарринг! Если ты сможешь одолеть меня, я соглашусь со своей беспомощностью и откажусь от миссии, если же я хотя бы раз тебя задену, то ты заберешь свои слова обратно!       — Согласен. Через час на пятом полигоне, не опаздывай, — бросил безразлично Учиха и вышел. За ним вышла взбешенная блондинка.       Когда дверь захлопнулась, то Учиха и Хатаке переглянулись. Такая сцена привела Итачи в небольшое недоумение, а на Какаши накатил смех.       — Что это сейчас было? — задался вопросом помощник Хокаге.       — Знаешь, как-то слышал одну забавную присказку: «Чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей!»       — Дети! — вынес вердикт Учиха, с чем был полностью согласен Хатаке.       Ровно через час на пятом полигоне выжидала своего противника блондинка. Повседневную одежду она сменила боевой формой, а волосы распустила. Её часто спрашивали, не мешают ли ей они в бою? Но она всегда отвечала отрицательно. Её белобрысая копна волос была схожа с чем-то пахнущими воспоминаниями. Словно старый потрёпанный чемодан, что жаль выкидывать хотя бы потому, что он старый. Так и с волосами. Их жаль было стричь хотя бы потому, что они хранят на своих концах столько памяти, сколько не помнит уже сама Кагуя.       Сидела она так уже полчаса и не понимала, почему ей надо так долго ждать пунктуального Учиху. Неожиданно её начали атаковать.       Сюрикены и кунаи буквально посыпались с разных сторон, но это было слабо. Увернувшись ото всех орудий, она активировала глаза, но они ничего не смогли засечь, видимо её «враг» заранее подготовился. Пока атак не было, девушка решила использовать одну сенсорную технику.       — Тенсейган! Реинкарнация поиска местности! — в мгновение куноичи увидела всю территорию полигона и засекла несколько потоков чакры, принадлежавших одному и тому же человеку. Всего их было восемь, но только семь атаковали её. Сразу прикинув, что к чему, она воспользовалась техникой, чтобы уничтожить всех теневых клонов. — Тенсейган! Путы Голубого Дракона! — неожиданно на местах, где находились клоны, из-под земли стали появляться мощные голубые сгустки чакры, похожие на верёвки. Они связали каждого, отчего все растворились, лишь один поток чакры перемещался с ветки на ветку, всё ближе приближаясь к девушке.       — Думаешь, мои глаза хуже твоего риннегана? — усмехнулась Кагуя и заблокировала удар. Между парочкой завязался бой, состоящий только из приёмов тайдзюцу.       — Даже мысли не было, — ответил ей в тон Учиха и продолжил нападки.       Что уж тут сказать, Саске был лучше её в боевых искусствах, поэтому, когда девушка стала проигрывать, то просто собрала большую часть чакры в кулаке и разрушила землю под их ногами. Брюнет, не ожидавший таких действий, резко отпрянул и оказался на другом конце поля.       — Трансформация Чакры! Драконы близнецы! — произнесла Цукико и за её спиной появились два одинаковых бирюзовых дракона. Они явно намеревались напасть на Учиху, но почему-то не делали этого. Некоторое время покружив воздухе, близнецы ринулись на парня, но были уничтожены его техникой.       — Трансформация чакры! Электрическая пантера! — животные сцепились в схватке, но когда техники соединились воедино, то исчезли.       За наблюдением такого интересного зрелища, Саске не заметил приближающуюся Цукико, но, быстро среагировав, активировал в руке чидори и ударил девушку в живот. Скорчив гримасу боли, она превратилась в обычное бревно, когда сзади на него нападала настоящая. Резко повернувшись, он понял, что не успеет увернуться или активировать Сусаноо. Кагуя ударила его по спине своей довольно мощной техникой, да так, что Учиху унесло на другой конец поля.       Влетев в булыжник и раздолбав своим телом добрую его часть, Учиха создал возле себя облако пыли. Пока он откашливался, единственная представительница вымершего клана размеренными шагами приближалась к нему гордой походкой, выпячивая грудь вперёд и выгибая спину. Саске сплюнул кровь, а внутри него нещадно разгорался огонь.       «Когда-нибудь я заставлю тебя выгибаться также, только уже подо мной»       Ждать больше смысла не было. Саске активировал Сусаноо, стараясь немного отойти от удара подруги. Он посмотрел на неё. Её взгляд словно пожирал его, а на губах играла ухмылка, которая изначально предназначалась ему.       — Стихия Льда: Созидание Льда! — в протянутой левой руке материализовалась катана.       Быстро встав в боевую позицию, она налетела на Сусаноо Учихи, что Саске не успел даже подумать. Резко ударив его защиту, она мгновенно стала покрываться слоем льда. Брюнет не понимал, чего этим добивается девушка, но понаблюдать за её действиями для него было излюбленным занятием.       Пока он занимался созерцанием Цукико, броню полностью заволокло льдом, и, даже не успев ничего понять, Саске оказался прижатым к земле. Спросите, как это получилось?       Во-первых, меч, призванный Кагуей, не был простым созиданием льда, он замораживал всё, к чему прикасался. Нанеся удар по Сусаноо, девушка заморозила его, а потом, нанеся уже физически значимый удар, разбила вдребезги. Обескуражив оппонента, она нанесла ему удар в живот с ноги и повалила на землю, приставив к горлу катану. Её взгляд горел, а его попадался всё больше и больше.       — Одно движение и ты труп. Сдавайся, Саске, у тебя нет путей к отступлению, — проговорила она, полностью уверенная в своей правоте, но в одном всё-таки ошибалась.       — А ты точно уверена в своих словах? — проговорил голос Саске, только не тот, что был прижат к земле, а другой. Он дышал ей в шею, обхватив талию рукой, прижимая к горячей мужской груди. В миг клон, который был принят Цукико за оригинал, развеялся, оставив смешанные чувства.       Ударив Учиху локтем в печенку, она резко встала и приставила меч к его носу. Он, словно играясь, выставил руку вперёд, сдаваясь. На его губах играла ухмылка, он явно был рад своему неожиданному и, можно сказать, горячему появлению. Кагуя же нервно потирала шею, в которую недавно дышал брюнет.       — Ничья, — сказал Саске и отвел лезвие меча в сторону. Тот же в свою очередь сразу же рассыпался. — Я забираю свои слова обратно и прошу у тебя прощения.       — Я буду ждать вас в восемь у выхода из деревни. Попрошу не опаздывать! — съязвила Кагуя и растворилась на месте.       — Когда-нибудь ты ответишь мне за всё то, что сегодня со мной вытворяла, мелкая, — пробормотал мужчина и последовал примеру подруги.       Переместившись сразу в свою комнату, Саске снял надоедливый плащ и повесил его в шкаф. Пройдя на первый этаж, он не застал брата, поэтому, поставив чайник на плиту, он присел на стул и откинулся на спинку.       Сегодняшняя битва привела его в восторг. Цукико стала не просто красавицей, но и умницей. Он мог бы даже поставить ей зачёт за битву, но она так увлеклась сражением, что не заметила подмены…       «Ты уже не маленькая девочка и не слабачка, да, Цукико? Помнится, год назад ты еле-еле могла мне противостоять, а сейчас уже такое вытворяешь…» — Саске нервно запустил руки в волосы и слегка сжал их. После их битвы его сразу бросило в жар. — «И где ты научилась так соблазнять? Ей богу, ещё раз ты такое вытворишь, тебе такое с рук не сойдёт…»       Он много думал насчёт её преображения. Она выросла. Наконец из девочки превратилась в девушку. В настоящую девушку, и духовно, и физически. Он до сих пор помнил тот день, когда попрощался с ней год назад, за это время она сильно изменилась, но тот блеск в глазах не угас даже спустя время. Не угасли и его чувства, что он испытывал по отношению к этой мелкой. Он помнил её ещё маленькой и беззащитной девочкой, которой нужна была защита, его защита, но спустя время она превратилась в гордую и сильную девушку, что может и сама постоять за себя. Признаться честно, он просто хотел её защитить, защитить от всего этого поганого мира, что навис над ней…       Но, что он не мог понять до сих пор, так это то, как она отреагировала на его слова. Неужели он так сильно смог её задеть? Но ведь он хотел не столь её обидеть, как просто отговорить от этой миссии. Он помнил, что случилось в прошлый раз в деревне Занавеса, поэтому не хотел больше подвергать её тем же мучениям.       Звук закипающего чайника заставил его отвлечься. Взяв кружку, он добавил туда мешочек с травами и залил все кипятком. Зелёный чай успокаивал его разум и давал возможность лучше думать.       Послышался щелчок входной двери. Итачи пришел. Поставив допитую кружку с чаем, он пошёл навстречу брату. Пора собираться.

***

      Вернувшись со спарринга домой, девушка упала на свою кровать. Сейчас, лёжа на мягкой поверхности матраса, она прокручивала в мыслях прошедший день, а в частности их бой. Она и вправду не заметила его, перепутала с клоном, а потом… Он так бесцеремонно приблизился к ней, схватил за талию, прижал к себе… она всем нутром чувствовала его сердцебиение, что заставляло собственную грудь колыхаться, его тело, источавшее тепло, его защиту… Она снова ухватилась за невидимый край плаща дамы в шляпе по имени «Надежда»…       «Не хочу это признавать, но… Я была готова даже сдаться, лишь бы побыть в его объятиях на одну минуту больше... Спасибо мозгам, что они не дружат у меня с сердцем.»       Ближе к вечеру Цукико начала собираться. Взяв свой маленький рюкзачок, она запихала туда ещё один комплект своей одежды. Также, заранее состряпав онигири и бутерброды, положила их туда же вместе с парой бутылок воды. Повесив рюкзак на оба плеча, девушка вышла из дома. На улицах деревни не были ни единой души, что радовало. Подойдя ближе к воротам, Кагуя заметила Учих. Сразу же почувствовав появление сокомандницы, они оба посмотрели на неё: один, с пониманием и добротой, другой же — с холодом и некой болью, что была так и не понята девушкой. Поэтому, не придумав ничего разумного, она отвела глаза и сосредоточилась на старшем из Учих.       — Итачи-сан, пора? — спросила она скорее вынужденно, чем заинтересованно       — Да, выдвигаемся.