Пролог
19 января 2019 г., 19:55
У каждого из нас есть только одно истинное призвание — найти путь к самому себе. © Герман Гессе
***
«Жила-была в одной крохотной деревеньке семья, а в этой семье было два ребёнка: брат с сестрой. Старший и умный брат всегда заботился о своей наивной и глупенькой маленькой сестричке, которой было свойственно попадать в неприятности, пока шла её жизнь…» — хорошая сказка, правда? Но в моей «сказке» всё не так радужно. Моя деревня, деревня Скрытая во Мгле, славилась своими шиноби, для которых убить кого-то просто так было раз плюнуть. Вся эта ненависть повелась отнюдь неспроста. Наша основательница, Кагуя Ооцуцуки, положила начало необъятного круга ненависти. Моя семья, что была ничем не примечательна, оказалась в центре внимания из-за ранней одарённости моего брата. Кеккей Генкай, коим славился мой клан, был присущ отнюдь не всем и развить его могли лишь единицы. Мой брат, Кимимаро, развил эту способность ещё в детстве. Но, несмотря на это, я всё равно считала его самым добрым и нежным человеком, коих мне доводилось видеть. Он, в отличие от других шиноби клана, никогда не поднимал руку на безвинных людей или тех, кого не считал причастным к какому-либо деянию. У него была широкая душа и мягкое сердце, в которое он впускал не каждого. Мы были похожи как две капли воды: отличиями служили лишь наш возраст и жизненные мировоззрения. Кими-нии любил цветы, спокойствие, он был рассудительным и проницательным человеком, скупым на эмоции с чужаками и самым позитивным с родными. Я же хотела завести как можно больше друзей, расширить свой кругозор, но из-за скромности и скованности, что составляла большую часть моего характера, а также в меру обстоятельств, я так и не смогла завести друзей в своей деревне… Наши родители были отнюдь не жестокими, но проявляли злобу в ситуациях, подобающих данным эмоциям. Фуигучи и Карура Кагуя были теми людьми, которые дали мне начало, смысл жизни, или, как я на «тот» момент считала, существования. Ведь счастье, в своем обыкновении, не может длиться чересчур долго, всему приходит конец. Наши дорогие родители умерли на задании, — как нам доложили советники, причиной стала их «несостоятельность» как шиноби. Даже после смерти единственных близких нашим сердцам людей, старейшины деревни не могли успокоиться, гнёт с их стороны только усиливался, жизнь понемногу начинала превращаться в ад. Нас заперли в клетке, как зверей, опасных зверей. И пусть меня даже не считали за значимый или опасный объект для удовлетворения потребностей деревни, держали меня там лишь по одной причине — я не собиралась расставаться с Кими-нии ровно также, как и он со мной. После всех этих событий я замкнулась в себе ещё больше, а обращение как с животными царапало мою душу: привыкшая к любви и заботе родителей, я, даже морально, не была готова к подобному роду обращения. Наши мучения продлились около двух лет, после этого мы оказались предоставлены сами себе благодаря массовому убийству всех членов клана Кагуя. Для нас это стало одновременно и шансом обрести свободу, и толчком к самостоятельному образу жизни. С тех пор мы должны были выживать для продолжения нашей жалкой жизни. Мы скитались от одной деревушки к другой, запасаясь провизией, сведениями о политическом положении великих стран, а также знаниями о различных техниках. Кими-нии учился быстро, не прилагая к этому занятию каких-либо усилий — мягко говоря, гений с пелёнок. Я же либо не понимала сути ниндзюцу, либо элементарно не могла правильно скопить чакру для какой-либо техники — брат списывал это на ранний возраст, я — на бездарность. Шли года и вскоре мы наткнулись, видимо, на недавно образовавшуюся на тот момент деревню скрытого звука. Социальний и экономический статус деревни, шиноби, проживающие там, и их специальные техники — нам ничего не было известно об этой местности и мы, перейдя черту, прошли на территорию, скрытую, по моему мнению, скорее в тайне, чем в звуке. И это стало самой роковой ошибкой, которую я вспоминаю на протяжении всей своей жизни — ошибка, стоящая жизни. Моего любимого брата забрал человек с виду похожий на змею, как я узнала в дальнейшем, его звали Орочимару, один из легендарной троицы, саннин, чьи возможности поражают. А также отступник и преступник SS-класса, что предал и покинул свою родную деревню ради достижения целей, что казались немыслимыми другим, но такими достигаемыми для него — прямо ирония судьбы. Орочимару был настроен забрать одного из нас для проведения опытов над последними выжившими из клана Кагуя. Я знала, что кому-то из нас придётся пожертвовать для защиты другого и этим кем-то выступил мой брат — он взял на себя ответственность защитить меня ради родителей и себя. Кимимаро стал тем, кто проложил мне путь в будущее. И с тех пор всю мою жизнь сопровождает фраза, которую я считаю единственной подходящей моему образу жизни: «Хорошие концы у сказок — только для одного или двух героев. Остальные персонажи остаются или становятся несчастными. Можно ли вообще построить счастье без несчастья других?». Положительный ответ на этот вопрос я так и не смогла отыскать в недрах своей жизни. После этого случая я отчаялась в жизни ещё больше. Я не знала, куда мне идти и есть ли вообще смысл в таком существовании. Я не знала ответа на этот вопрос, поэтому, укрывшись в убежище, я провела в этой деревне около дня просто смотря в серое от дождя небо. Мое состояние души отзывалась в небесах, что были наполнены водой ровно также, как и я слезами. Решение сей ситуации пришло ко мне удивительно быстро — я решила пойти на риск. Я, не знающая сильных техник, не ориетирующаяся на местности и не способная достать себе еды, отправилась просто на поводу у жизни — если такова моя судьба, думала я, то я умру, если же нет, то выживу, чего я не очень хотела на тот момент. Провела я в пути около трех дней и упала без сил в неизвестном мне лесу. Уходя в упоительную темноту, я мечтала лишь об окончании своих мучений в надежде на смерть. Но у судьбы были свои планы на меня, за что я до сих пор не знаю, благодарить мне её или корить?.. Меня нашли шиноби деревни Скрытой в Листве. Три генина и джонин, возглавляющий их команду, стали первыми людьми, что отразились в моем сердце после родителей и брата, они стали первыми моими родственниками не по крови. Я до сих пор вспоминаю доброту, проявленную ко мне розововолосой особой, чья улыбка была нежной, как лепестки сакуры, и имеющей подобающее имя — Сакура. Эта девушка оставила в моём сердце свой собственный отпечаток, именовавший начало нашей женской дружбы и вечной связи двух сердец. И даже спустя года, я на века запомню фразу, что она сказала мне ради поддержки, но продержала с собой всю жизнь: — Раз тебе некуда идти, пойдем с нами! Команда семь станет твоей семьёй, а я — старшей сестрёнкой. Самый шумный, гиперактивный, эксцентричный, не дающий никому сидеть и грустить, ниндзя Конохи — так я подумала о нём впервые. И не ошиблась, Наруто, или как я стала называть его, Нару, стал для меня вторым братом. Он был следующим человеком, после Сакуры, принявшим меня. Он стал именно тем лучиком света в моей жизни, что изменил моё сердце, внеся в него дружбу, поддержку и взаимопонимание. Его манера никогда не сдаваться, быть верным себе и своему слову стали важными составляющими и моих моральных ценностей, за что я ему всегда буду благодарна. В меру добрый, в меру спокойный и в меру извращенец, как говорят мне его книжки, учитель Какаши стал для меня незаменимым сенсеем и другом. Он стал первым, у кого я выучила самые примитивные, а также довольно сложные техники. Такое сочетание доброты и мира в его душе напоминали мне брата, что был чем-то схож с учителем. И последний из этого квартета, что внёс лепту не только в моё мировоззрение, но и сердце, стал, несомненно, последний выживший из проклятого клана, чьей судьбе не позавидует никто, включая меня. Мы были похожи и я даже не могла с этим поспорить, но различие, что было существенным, отталкивало нас друг от друга: он желал мести за клан, я же хотела спокойствия для своей души. Мы были как половинки Инь и Ян, вместе представляющие одно целое, а по раздельности понятие об одном, но совсем разными словами. Я была светлой частичкой, он же — непроглядно тёмной. Итогом нашей встречи стало воодушевляющее для меня событие — команда учителя Какаши взяла меня с собой в Коноху. По решению учителя, окончательный вердикт мог вынести только Третий Хокаге, так что было рано говорить о каком-либо принятии, но даже надежда на жизнь с такими тёплыми людьми казалась для меня тем самым светом в конце тоннеля. К счастью, Третий Хокаге-сама принял меня в деревню, обеспечив жильем и титулом генина Листа, конечно же, после прохождения экзамена. Меня так и не смогли определить в какую-то конкретную команду, поэтому я стала вроде «пятого лишнего» в команде учителя Какаши. Ребята не были против моего присутствия, кроме одного мстительного друга… Наши отношения не заладились с самого начала, но на тот момент я не могла найти какой-то здравой мысли, почему же он так на меня реагирует. Освоившись в деревне, я стала более раскрепощённой, следовательно, благодаря общению с Наруто и Сакурой, приобрела чуточку наглости, что помогла мне в последующем общении с этим зазнайкой. За то время, проведенное в Конохе, я так и не смогла подружиться с ребятами из других команд. Мы знали друг друга поимённо, но особых взаимоотношений между нами не возникало. Единственными моими друзьями на тот момент была лишь команда семь. Время шло неумолимо быстро, но и я не сидела сложа руки. Благодаря тренировкам, которые проводил со мной учитель Какаши, я смогла научиться самым примитивным техникам, а также определиться со своей квалификацией, как шиноби — я являлась сенсором. Учитель сказал, что у меня врождённая способность определять вид чакры и моментально его запоминать. Так прошло около нескольких лет, которые я до сих пор вспоминаю с теплотой в сердце. Экзамен на чуунина, нападению на деревню, миссия по возвращению Ба-чан в деревню и становление её Пятой Хокаге… Произошло столько много всего, что, вспоминая это сейчас, я бы хотела закричать от всего сердца, рыдая. Но не всё было радужно даже в Конохе… Саске стал тем, кто нажал спусковой курок моего личного пистолета действия. Своим уходом из деревни он показал всю свою независимость от нас, старейшин и даже Хокаге. Его действия казались мне настолько свободолюбивыми и честными по отношению к чувствам других, что я задумалась над тем, что я бы не смогла так поступить. По крайней мере на тот момент. Когда ребята отправились за ним вдогонку, я уговаривала Ба-чан, чтобы она позволила мне отправиться за ними для поддержки и помощи. Но в конечном итоге помощь понадобилась мне. На своём пути прямо перед моим носом были Наруто и Саске, меня одёрнули назад прошлые переживания и опасения. Мои ночные кошмары постучались в мою жизнь также резко, как и ушли из неё. Мой любимый и единственный брат лежал на земле, а перед ним стоял целостный и здоровый Гаара. Я не помнила, как закричала, как приказала Гааре прекратить, не помню и того, как заплакала — всю эту ситуацию я узнала лишь со слов моего красноволосого друга. Но единственное, что навсегда отразилось в моей памяти, это выражение лица и глаза моего брата. В тот момент я как будто смотрела в зеркало. И это было отнюдь не из-за нашей внешней схожести. Что-то было в его глазах. Внутри них была боль. Я видела это и в себе. Теперь, когда прошло время, и я задумываюсь о том, как мучительно умер мой брат… Временами мне действительно хочется ответить на эту жестокость большей жестокостью. Мне хочется, чтобы кому-то тоже было больно, как мне. — Я рад, что перед смертью всё же смог увидеть тебя, дорогая. Моя любимая Луна, прости, что не смог подарить тебе чуть больше времени, проведённого в мире… Я люблю тебя, сестрёнка, но, прости, следующего раза не наступит… Его последние слова я сохранила в своем сердце ровно также, как люди Конохи передают свою волю Огня детям. Мой дорогой Кимимаро умер и этого никогда не исправить, но, даже несмотря на это, благодаря Гааре я смогла запечатать свою ненависть вместе со своими слезами, которыми оплакивала его смерть. Смерть последнего человека, оставшегося в моём прошлом спровоцировала внутреннее изменение в характере. Тогда я не понимала Саске, но сейчас я понимаю всю его боль, что так схожа с моей. После смерти Кимимаро я разочаровалась в себе. Я была слаба, не способна что-либо сделать для того, чтобы он смог выжить. А он сделал всё для того, чтобы я смогла жить. Эта несправедливость с моей стороны не даёт мне покоя по сей день, поэтому, единственным решением, которое я смогла принять на тот момент — уйти из деревни, чтобы вырасти как личность. Мне надоело, что все утирали мне сопли, как ребёнку, не понимая, что так я никогда не смогу стать сильнее, поэтому я ушла, оставив в своём прошлом воспоминания о своих прошлых друзьях и смертях. Но я никогда не забывала о них. Ни о Нару, ни о Сакуре, ни о Саске. Они все стали для меня теми людьми, что внесли огромную лепту в мои жизненные ценности, которые я храню по сей день. Ведь если забыть о том, что осталось за твоими плечами, то не сможешь определить направление — вперёд ли ты движешься. Поэтому эти три лучика света стали моими путеводителями. Было сложно уйти из того места, которое, по сути, было пропитано любовью и счастьем. Но я решила для себя, какими бы ни были мои потери и какое бы прошлое ни было у меня за плечами, я не хочу больше жить утраченным. Да, я буду временами оглядываться назад, чтобы ценить то, что ждет меня впереди. И я буду любить. Снова. — Моё имя Цукико Кагуя, и этой мой путь ниндзя!
