Дурочка

Девушка оглянулась несколько раз через плечо, повторно проверив коридор на наличие в нем учителей, учеников или кого-то еще. Пусто. Все уже разошлись по домам, получив желанные валентинки или шоколад, а может и то, и другое. Девушки, набравшись храбрости, признались в совсем недавно вспыхнувших, словно только подожженный и разгоревшийся в мгновение ока костер или в давно скрываемых чувствах, приятно тлеющих в груди, как уголек, оставшийся после костра. Парни же приняли чувства или отвергнули их, разбив нежные девичьи сердца. Тодороки глубоко вздохнула, затем медленно выдохнула. Она собиралась с духом. Уже в который раз. Для нее подарить шоколад на 14 февраля было равносильно самоубийству. Чтобы она: умная, рассудительная и серьезная девушка, да влюбилась без памяти! Это было странно и непонятно для девушки. И в кого? В грубого и неотесанного болвана Бакугоу. Ей было даже немного обидно из-за этого, но что она могла с собой поделать? Шото ведь никогда не сталкивалась с чем-то подобным, вроде романтических чувств, отношений и прочей глупости. Любовь зла, как говорится. Многие одноклассницы давно обзавелись парнями, ходили на свидания и на всех переменах без умолку болтали о своих парнях: о том, что их устраивает или наоборот не устраивает в своих половинках, о чужих парнях. Сплетницы. Ее это раздражало, Тодороки старалась их игнорировать, не обращать внимания, а если с ней разговаривали на эту тему отвечала коротко и отстраненно. Но в тоже время девушку не покидало ощущение, что она упускает мимо себя что-то важное. Тодороки не была зубрилой или помешанной на одних занятиях, но это было ее отдушиной, как она считала. Шото всегда училась, когда ей было грустно или тоскливо, она забывалась в учебе. Когда девушка была рада, то выплескивала весь свой энтузиазм туда же. Живя без матери и под постоянным гнетом отца, она всегда старалась. Старалась быть лучшей во всем, будь то спорт, учеба или владение причудой. С детства у нее не было друзей, а те, которых Шото удавалось завести, уходили, лишь узнав, что она дочь Старателя. Поэтому она училась. Ради себя, еще ради того, чтобы доказать отцу, что она может чего-то достичь и без него, без его помощи и вечных наставлений. Дверь отодвинулась и в класс заглянула красно-белесая голова. Тут тоже пусто. Отлично, теперь дело за малым. Шото ловко юркнула в класс, тихонько прикрыв за собой дверь. Сердце колотилось как бешеное, казалось, оно сейчас пробьёт грудную клетку. В ушах громко стучала кровь, живот скрутило, а ладони нещадно потели. Тодороки даже перед экзаменами так не волновалась, как сейчас. Она нервно теребила ленточку на маленькой коробке в слегка трясущихся руках. - Так, нужно успокоиться, - прошептала сама себе Шото, прижавшись спиной к прохладной двери. Девушка подошла к первой попавшейся парте и положила на нее коробочку. Затем обтерла ладони о юбку и вновь взяла подарок. Она так сильно волновалась! Тодороки оглянула класс в поисках нужной ей парты. Крайний ряд, парта у окна. Вот она, на расстоянии вытянутой руки, нужно лишь положить коробочку в парту и все. О том, чтобы лично дарить даже и речи не шло, ведь тогда наверняка придется объясняться и раскрывать свои мотивы, а она была к этому никак не готова. Хоть она и выглядела отстраненной и даже холодной в какой-то мере, девушка была очень стеснительной. Пара неуверенных движений и коробка достигла места назначения. Это было так сложно, что она чуть не упала в обморок от волнения! А ведь Тодороки одна из самых многообещающих героев, ее силе позавидуют профи, а благодаря острому уму в битве она становится опасным противником. В тихом омуте черти водятся... Закончив со своей важной миссией, девушка быстро покинула класс, надеясь, что ее подарок порадует Кацуки. На следующее утро, зайдя в класс, Тодороки увидела как ее подарок, который она с таким усердием подбирала, был взорван Бакугоу. Он даже не посмотрел, что было внутри. Просто достал коробочку, смерил насмешливым взглядом и уничтожил ее при помощи своей причуды. Мальчишки, стоявшие рядом начали посмеиваться словно стайка гиен и пускать колкие шуточки в сторону светловолосого. Стойкая и серьезная Тодороки потерпела поражение. Свое первое поражение. И не важно, что это любовь, а не битва со злодеями. Шото незаметно и очень быстро убежала оттуда, так обидно ей еще никогда не было. Она закрылась в кабинке туалета и стала думать, что сделала не так. Слез не было, только непонимание. Может все-таки не стоило делать этого? Нет, девушка решила сделать это и сделала. Это правильно. Может это из-за Кацуки и его характера? Определённо он виноват в том, что уничтожил дурацкую коробку, но Шото не могла винить его в своих чувствах, да и она все равно не хотела признаваться. Просто не видела смысла. Они разные, как небо и земля. Ну поступи она так, скажи ему о чувствах и, чтобы он сделал? Посмеялся над ней или накричал? А может просто развернулся и даже не дослушал бы? Девушка не знала, но боялась, что, какой бы ни был, исход будет ужасен. Но Тодороки не такая, она не слабая и уж точно не сдастся из-за такой мелочи. Ни за что. Это уже было в какой-то степени дело принципа. Просто, чтобы он взял этот дурацкий подарок. Она попробует еще, еще одна коробочка с красной ленточкой и немыслимое волнение. Теперь в его шкафчике. Бум! Вновь промах, вновь Бакугоу взорвал его. Его сумка. Бум! Опять. Передать через друга. Бум! Одно и тоже. Снова парта, снова то, с чего она начала, залитое солнцем помещение, сквозь большое окно, пустой коридор и девушка наедине со своими мыслями. Не важно, что 14 февраля уже прошло. Она должна это сделать. - Эй! - рявкнули у нее за спиной. - Может прекратишь уже, а? Ты меня достала. Кацуки высокомерно смерил взглядом зардевшуюся девушку, медленно повернувшуюся к нему лицом. Ее поймали на "месте преступления". Шото не ожидала, думала, что парень ушел домой вместе со всеми. Ей стало стыдно. Щеки Тодороки пылали как костер, а сердце застучало пуще прежнего, хотя недавно казалось, что быстрее биться ему уже некуда. Что ж, раз ее поймали, то другого выхода не остается. Девушка собрала всю волю в кулак и протянула перед собой ту самую злосчастную коробку. - Я хочу, чтобы ты принял подарок, - твердо сказала Тодороки, но внутри все ее тело дрожало, как листик на дереве в самую ветреную погоду. - Зачем? В любви мне признаешься? Мне не нужен твой шоколад, я опять его взорву, - парень хищно оскалился. Уверенность девушки таяла на глазах, она вспотела и ее взгляд начал метаться по пустому классу. - Что... Что мне сделать, чтобы ты взял подарок? Кацуки раздраженно вздохнул, еще чуть-чуть и он бы закипел: накричал бы на нее и начал вести себя, как обычно, то есть, как полный придурок. Но он этого почему-то не сделал. Внезапно парень распрямил спину, и его глаза загорелись нехорошим блеском. Шото испугалась Такой его реакции. «Что он попросит? Что-то неприличное? Неужели по...поцелуй?» - мятежно метались мысли в голове девушки. Шото испугалась, да, но ей этого хотелось. Тодороки не отрицала, но ей стало очень стыдно за такие мысли, ведь она ошиблась, поняв, что парень даже не думал о чем-то подобном. Светловолосый подошёл к одной из парт, отложил свою сумку с учебниками и вынул из парты кошачьи ушки, кажется, они были сделаны из толстой проволоки или чего-то подобного. Тодороки искренне недоумевала. «Зачем кто-то принёс их в школу? Да еще и оставил в парте. И почему кошачьи уши?» Но через минуту девушке стало плевать на эти вопросы. - Вот, - он протянул их Тодороки и усмехнулся ее непонимающему взгляду, - ты должна надеть их и помяукать. «Только не это! Это даже хуже чем поцелуй», - подумала Шото и тут же опустила глаза в пол, вспомнив недавние постыдные мысли и ненароком задержавшись взглядом на губах Бакугоу. - Нет, это очень... - Тодороки замялась подбирая подходящее слово и вновь принялась теребить ленточку на коробке. - Смущает. Кацуки прожигал ее недовольным и очень нетерпеливым взглядом. «Ты отняла у меня столько времени, а теперь идёшь на попятную, глупая девчонка?» - кричал его взгляд красных глаз. И это придало девушке уверенности и даже немного злости. Шото резко выхватила ушки из его руки и посмотрела с вызовом на парня. Она злилась, что он такой болван и еще на себя за свою нерешительность. Вот только ее запала хватило ненадолго, как только Тодороки надела этот предмет, то лицо ее тут же вспыхнуло и стало цвета самой красной розы, даже кончики ее ушей покраснели. Бакугоу чувствовал явное превосходство и вновь ухмыльнулся. - М...м... - не удавалось выдавить ни звука, Тодороки вся сжалась под пристальным взглядом. - Что? Неужели и это для тебя такая непосильная задача? - Бакугоу презрительно фыркнул и развернулся, собираясь уйти, но тонкие пальчики схватили его за рукав, тем самым остановив. - М...мяууу, - наконец тихо протянула девушка, смущение уже перекинулось на ее шею. Она вся заалела и показалась Кацуки... милой? Да, именно милой. Крепко держа его за рубашку, сжимая маленький подарок в руке, с этими ушками и красным от смущения лицом. Определенно милой. - Ладно, давай уже свой шоколад и проваливай. Кацуки разозлился, что Шото показалась ему милой. Это было так в его духе! Он на все злился, но сейчас, что-то изменилось. Это была другая злость. Светловолосый грубо выхватил коробку и нетерпеливо потянул за ленточку, не дав девушке сообразить, что вообще только что случилось. Но открыв ее, Бакугоу замер, как вкопанный. Это был не шоколад, а маленький подвесной брелок, который был очень похож на тот, который он увидел в витрине еще в детстве. Маленький Кацуки так хотел этот брелок, но тогда у его мамы не было лишних денег, а Шото, спустя столько времени, увидела похожий и купила его. Она думала не о деньгах или, что подумают, подари она это, а о том, чтобы сделать приятный сюрприз своему первому и настоящему другу, который со временем отдалился от нее, сделав очень больно. - Я подумала, что тебе понравится. Девушка улыбнулась и сразу отвела взгляд. Это было в миллион раз хуже, чем она представляла. Неловко до одурения и до дрожи в и без того трясущихся коленках. Кацуки с отсутствующим выражением лица занес руку над головой Шото, она зажмурилась, не зная, что он хочет сделать. Но парень лишь... погладил Тодороки по голове, аккуратно, чтобы не слетели ушки, ведь они так ей шли. - Дурочка, - он нежно прижался губами к ее горячему лбу и прошептал после недолгой паузы, - спасибо. Тодороки замерла, боялась пошевелиться, чтобы не спугнуть волнительный момент. Сейчас она была действительно счастлива. И никакая учеба не смогла бы подарить ей таких эмоций или вызвать подобных чувств. Кажется, на щеках Кацуки выступил едва заметный румянец. Да он же смутился, мать честная! Девушка улыбнулась от всей души и расхохоталась. А ведь ушки и впрямь милые. Этот день полон поистине невероятных вещей и Тодороки надолго запомнит его. Но в одном она сегодня убедилась на все сто процентов: Шото не прогадала с подарком.