Бои без правил

Чонгука подвезла машина, которую арендует клуб, где и работает альфа. Доброго вечера — сказал альфа шоферу, мило улыбнулся и вышел из машины. Обернувшись в сторону дома, парень ахает и восторженно вздыхает. Перед ним огромный дом с высоким забором, а за ним виднеется прекрасный сад. Подойдя к домофону, альфа тыкнул пальчиком на кнопку и скрестил руки, смотря по сторонам. Чонгук засмотрелся на лозу с розами, которая расползалась по стене дома. Он не заметил, как из домофона ему ответил хозяин, но после он дал себе отчёт, что у заказчика до жути приятный голос, из-за которого мурашки пробежались по телу Гука. — Да? — голос исходит из домофона. — А…— у Чонгука резко сохнет в горле, а все слова забываются. — Вы заказывали…услугу… — Точно же! — смеётся парень, после чего дверь открывается. — Заходите. Альфа проходит во двор дома. Сад оказывается просто чудесным: пока Чон шёл в дом по каменной тропинке, вокруг него были пышные цветы, садовые фонарики, что спрятались среди деревьев, а вдалеке виднеются фонтаны. Поднимаясь по лестнице на платформу, на которой стоит застеклённый дом, Чонгук открывает входную дверь без проблем. Альфу встречает слуга в строгой форме, помогает раздеться и пройти к самому заказчику. Внезапно для студента, ему в нос ударяет запах вишни. Чон хватается за ручку двери в комнату, открывая её. Сразу бросается в глаза светлое помещение: плитка на полу блестела, а стены были покрыты золотыми обоями. Окно на всю стену, закрывающая тюль, что достаёт до пола, а посередине комнаты кровать на платформе — под ней махровый коврик. Шкафчик с туалетным столиком стоит напротив кровати. Вся мебель светлого цвета. Альфа вздрагивает, когда замечает знакомую фигуру, от которой и исходит этот аромат. Омега оборачивается — на его лице ухмылка, а глаза бешено бегали по телу Чонгука. — Ким Тэхён! — удивляясь, Чон поворачивается на 180 градусов и хватается за ручку, дабы открыть дверь и уйти. Но руки подводят, дрожат. Слыша за спиной смешок, ему ой как страшно становится. А если он его убить тут хочет?! А? Чонгук соберись… Ты же тайским боксом занимаешься, успокойся — паникует про себя альфа, но он не решается бить омегу, ведь это противоречит его моральным устоям. — Успокойся, — усмехнулся Ким, а его пальцы скользнули по сильным рукам альфы, а затем, перебираясь к плечам Гука и взявшись за них, поворачивают в свою сторону. Он вмиг обнял студента за шею, а ухмылка с лица так и не сходит. — В чём подвох? — Почему ты так мне не доверяешь? — выдыхает Тэхён, целуя его в шею. Ким валит Чона на кровать, а его коленка касается паха альфы. Чонгук тупит и теряется, ведь никак не ожидал тут Тэхёна встретить… именно Ким Тэхёна. Но когда Тэ касается своими губами чужих, Чонгук тут же ловит инициативу и его язык проникает в чужой рот. Он ласкает горячий язык Кима нежно посасывая. Тэ становится красным от таких напористых действий альфы — он же хотел тут верх брать! Омега не стесняясь стонет в рот младшего, но тёмноволосый отстраняется — его губы уже бегают по шее, желая насытиться ароматом Кима. — Чон! — Не по твоим правилам? — улыбается Чонгук, а Тэ впадает в ступор: ну и что прикажете отвечать?.. — Н-ну…— смущается красноволосый, а Гук чмокает омегу над собой в кончик носа, отвлекая от лишних мыслей. Обстановка разряжается.— Называй меня по имени, а не Ким Тэхён. Мне неудобно… Просто Тэхён или Тэ… Чонгук кивает и продолжает своё дело, уже взяв верх над старшим. Чон целует старшего, касаясь губами тела омеги. Мокрая дорожка из поцелуев спускается ниже груди; Чон пытается оттянуть мешающий шелковый халат в сторону, но его попытки тщетны, поэтому цепкие руки хватают и распускают пояс, что находится где-то в районе талии и распускает слабый узел. Младший расцеловывал грудь омеги, а Ким томно дышал, пошло смотря на Чонгука. Альфа, касаясь губами соска парня, посасывает его, а Ким, вскрикивает от неожиданности, пальцами вцепляется в плечи Чона, сильно их сжимая и выгибаясь в спине от удовольствия. Тихие стоны удовольствия раздавались в комнате, пока Тэхёну не удалось оторвать от себя альфу, притянув к себе и поцеловав в губы, усаживая Чонгука у края кровати. Омега на коленях альфы, расцеловывая его шею, принялся расстёгивать пуговицы у рубашки, затем ремень брюк и молнию, после чего оседая на пол, попутно стягивая брюки с нижнем бельём с Гука. Чон только собирался вздохнуть, но руки омеги прошлись по ногам альфы и остановились у колен. Немного раздвинув ноги, рука Тэ взялся за возбужденный орган Чонгука, а в рот он брал лишь головку члена. Альфа коротко стонет, откидывая голову назад и прикрывая глаза от удовольствия. Сердце началось моментально биться быстрее, Ким помогал себе ручкой и потихоньку набирал глубже, младший хрипло стонал, пока его рука зарывалась в волосах омеги; но неожиданно он сорвался и начал напористо втрахиваться в глотку Тэ, но тот даже не сопротивлялся, а даже кайфовал от этого и расслабил горло, чтобы брать глубже. Напоследок, красноволосый грязно посасывал головку члена, что сочится природной смазкой. Глаза, наполненные пошлостью и страстью падают на Чонгука, который заметил на себе взгляд Тэхёна. Рука скользнула по члену младшего, после чего омега говорит: — Помоги мне… пожалу…— не успевает договорить красноволосый, как крепкие руки обвивают его тельце и ставят на кровать в коленно-локтевой позе. — Что ты?.. Мххх!!! — громко стонет Тэ, когда чувствует внутри себя язык, который так приятно ласкает стенки ануса, что омежка ломается в спине. —Ч…ч… Чон-ч-Чон-гу-к.— пытается выговорить Тэ, но голос не слушается и дрожит. Красноволосый прерывисто дышит, руки его прижимаются ко рту, приглушая многочисленные стоны. — Тэхён? — зовёт Чон, на что Тэхён откликается и смотрит на альфу, тут же понимая, что хотел Гук. Он забирает у старшего резинку и цепляет зубами за край упаковки, а рукой тянет её в другую сторону, тем самым быстро открыв и достав содержимое маленького пакетика. Мусор летит в сторону, а тёмноволосый, раскатав по члену презерватив, берёт орган в руку и приставляет ко входу. — Входи уже…— просит Ким и задом подаётся к телу Чонгука, а альфа подчиняется. Взяв плоть в руку, проводя членом между ягодиц и останавливаясь у колечка мышц, парень аккуратно входит в анус. Тэхён дрожит как девственник, хотя почему как? Он и есть девственник. Самый настоящий. Ну что за блядство… Омежка жмётся, а из глаз выступают слёзы. — Тише… Малыш, скоро пройдёт, прости, — успокаивает и почему-то извиняется тёмноволосый. Наконец привыкнув, Ким сам насаживается глубже — это служит сигналом для альфы, который начал с медленного темпа. С каждым толчком парень ускорялся, а Ким тяжелее дышал и громче стонал. Под конец, когда Тэхён был готов кончить, Чонгук выходит из него, переворачивая старшего на спину, затем снова входит, а рукой начинает надрачивать Тэхёну по члену в такт толчков. Спустя три минуты бешеного темпа альфы и грязно хлюпающих толчков, Ким выгибается и обильно кончает себе на живот. Только Тэ будет заказывать ночную бабочку и спит с ней…даже если девственник, и этот факт немного пугает Чона. Тэхён просит остаться Чонгука у него на ночь, и, альфа соглашается, ведь ему предлагают большую сумму денег. Младший лежал на кровати и смотрел через окно на ночной город. В комнате тихо и темно, оба тонут в белых простынях и не спят, а время ведь 2:45. Ким лежал на альфе, его голова находилась на чонгуковской груди, что поднималась и опускалась от дыхания. Взгляд тёмноволосого падает на Тэхёна, когда тот неожиданно начинает пальчиком водить по торсу младшего. Именно поэтому ему кажется, что он попал в какое-то кино, ведь здесь всё хорошо и спокойно, не как в реальности. Тэ изнутри сжигает смешанный запах шоколада с вишней — идеальный аромат, ведь они подходили друг к другу. Блаженную тишину нарушает омега. — Чонгук, — хрипит Ким сорванным голосом. — Да? — тихо отзывается альфа. —Чонгук, скажи мне «я люблю тебя», —смущается Ким и сильнее прижимается к сильному телу. — Я люблю тебя, — слушается Чон и тяжело вздыхает. — Ты такой глупый, — хихикает Тэхён и с пожеланием «спокойной ночи», закрывает глаза, дабы уже наконец-то уснуть, а Чонгук засыпает вместе с ним.

Утро 7:30

Чонгук просыпается один, и, на долю секунды, его пугают пришедшие в голову мысли, что это всё был сон. Желанный сон Чонгука, ведь он так хотел встретиться с Тэхёном. Но осмотрев знакомую комнату и почувствовав запах вишни, его сердце успокаивается, как и он сам, и спокойно вздохнул. Спуская ноги к полу, Чон надевает тапки, что ему приготовили, и одевается в свою сменную одежду. Открывая дверь, Чонгук принялся искать Тэхёна. Странно, но в коридоре два запаха так звали его, хорошо что хоть маршрут их был одинаков. По кухне бегал Ким, растрепанный, в лёгком халатике и что-то готовил. Повар, стоящий рядом с красноволосым, охотно помогал ему в этом нелёгком для Тэхёна деле, ведь этот омежка не умеет готовить. Младший улыбнулся видя такую картину. — Доброе утро, — во весь голос говорит альфа, чем всех пугает, а красноволосый вздрагивает и роняет пачку соли в суп. — ЧОН ЧОНГУК!!! Я ДЛЯ ТЕБЯ ГОТОВИЛ, ВОТ ТЕПЕРЬ ЕШЬ ЭТО, — шипит омега и берёт в руки половник, с которым идёт к Гуку. Тэ за руку, в которой и было это кухонное оружие с непонятной жидкостью, хватает Чон и улыбается, чмокая в носик. — Доброе утро, — повторяет он. — Оййй, доброе, — бубнит Ким и распуская руки в разные стороны. Чонгук скушал то, что приготовил старший, правда это было вообще не очень, просто никак. Даже желудок начал издавать рвотные позывы. Как так, ведь повар рядом был — думает Чонгук и сидит в туалете обнимая своего белого друга, пока Тэхён не видит. Ведь если и заметит, то обижаться вечность будет.

***

В университете Чонгук встретил Чимина. Зайдя в аудиторию, он увидел сидящего Пака за самой дальней партой. Чона сразу привлекло то, точно его друг очень грустный, а глаза Чимина красные. Раз Пак не бухает, у него отходняка не может быть априори, аллергии у него тоже нет. Значит он плакал. —сделал умозаключение альфа и замер у дверного проёма. Но позже, выйдя из прострации, Чон подходит к другу, садится рядом с ним и спрашивает: — Чимин-и? — Чонгук берёт друга за руку, и, чуть наклонившись, альфа робко заглядывает в глаза старшего. Напряжение так и витает в воздухе. Чимин отвернулся и ручкой махнул, а-ля «всё хорошо, о чём ты?..» На протяжении всего дня Чонгук не просто не отходил от Чимина, он даже не отворачивался от омеги, чтобы тот был под его наблюдением и альфа мог подставить свое дружеское плечо в случае чего. Однако вся поддержка Чона на протяжении дня была просто бесполезна. Пак как будто упал в какую-то бездну, из которой и не хочет вылезать. Даже любимое лакомство светловолосого не помогло — он напрочь отказывался кушать… Омега сегодня был молчалив и груб со многими. Всё из-за вчерашнего дня.

Вчерашний вечер 18:56

Чимин осторожно открывает дверь в комнату мятноволосого и аккуратно закрывает её. Глазки блондина бегают по комнате и никого не замечают, но пройдя глубже в комнату, он видит Юнги. Альфа обернулся к нему, попутно расстегивая рубашку, и успев обнажить лишь до груди. Чимин давится резким запахом Мина, и, сжимая рукава своей кофты, скрестил руки и чуть замялся. Пока Пак мечтал у себя в мыслях, к нему успел подойти Юнги. — М-Мин Юнги? Зачем звали? — Пак наклонил голову в сторону. — Чимин, давай переспим.— У омеги эти слова застряли в голове. — Дире… — Вот деньги, — перебивает Мин, а в руки Чимина суёт конверт. Глаза Чимина расширились: ему и грустно, и радостно. Радостно — потому что он переспит с Юнги; он его любит и они истинные, так ведь? Грустно — ибо его как проститутку с улицы нанимают. Мин усаживается на диван, а светловолосого усаживает на свои коленки, к себе лицом. Губы старшего бегают по шее омеги, расцеловывая её. Младший смотрит на потолок, совсем пустым взглядом: ведь ему плохо, сердце давит. Руки Юнги раздевают Чимина жестоко и совсем не нежно, от таких действий омега приходит в себя, пугается, хватает за руки старшего и пронзает взглядом полным обиды. — Нет. Не надо, я не хочу… — Сразу сказать не мог?!  — психует Юнги, а дикий запах мяты даёт Чимину понять, что у альфы гон. Но Паку обидно от такого жестокого обращения со стороны альфы. Он ведь тоже хочет ласки, он хочет любить Мина нежно и страстно. — Нам нужно поговорить… Пак опускает голову, тяжело вздыхает и отпускает руки Мина. — Юнги, вы ведь знаете как я вас люблю. Мы истинные, неужели вы не заметили? Как вы могли со мной так поступить? Как вы могли меня снять как шлюху с подворотни? — Чимин резко заплакал: его глаза сами наполнились слезами, а руками он закрыл своё личико. Юнги недовольно вздыхает: — Мне всё равно, ты меня не интересуешь. В этот же момент у Пака всё рвётся и скребётся внутри. Дав Юнги неслабую пощёчину, Чимин с истерикой выбегает из комнаты. Он чувствует — его будто наизнанку вывернули. Зачем ему такой альфа? Пак сам не знает, он просто любит, влюбился как полный идиот.

Настоящее время, после пар.

Вечер. Пак шёл домой после трудного дня. По пути он замечает Юнги, который садится в машину, достаёт какую-то папку из сумки и рассматривает документы. Омега остановился и смотрел на своего истинного, но… Чимину нужно забыть его, ведь завтра он уже решил уволиться и работать в другом месте. Юнги завёл машину, отложив все документы. Машина только выехала на дорогу, как… Чимину ударяет громкий звук в уши, после чего он помнит лишь скорую помощь, пожарников и полицию.

***

Пак сидит в коридоре, а поверх его одежды белый халат. Руки омеги дрожат, а сердце бешено бьётся. Мимо проходят несколько медсестер и врачей, но их Чимин не замечает, он вообще ничего не понимает. В больнице жутко неуютно… Чимин сидит на скамейке, облокотившись о стену. Пак давно спит, его дыхание сбитое. Голова забита Юнги. Он вспомнил о том как поругались, а сейчас его альфа (как думает Пак) находится в больнице в тяжелом состоянии. — Проснитесь,  — это тихое слово слышит Чимин и потихоньку начинает отходить от своих мыслей во сне. Когда Чим открыл глаза, он увидел перед собой доктора, который намного старше омеги, высокий и пахнет от него ванилью. Пак немного испугался. — Простите, я уснул. — извиняется Чимин и трёт свои глаза, дабы их разлепить окончательно. — Аааа, — вспоминает светловолосый и подрывается с места. Схватившись за чужие плечи, глаза младшего снова наполнились страхом и ожиданием. — Как он? Живой?! Живой ведь? — паникует Пак и теребит доктора. — Тише, тише. Вы о Мин Юнги? — Да. — выдыхает омега и уже готовится к худшему. — С ним всё хорошо, врачам удалось привести его в себя за короткое время. Сейчас Мин Юнги спит, но из-за того что вы орёте под его дверью, можете его разбудить, а альфе нужен покой.— с лёгким смешком произнёс врач. Пак вмиг закрыл ротик ручками и извинился. Доктора насмешила и умилила такая омега, которая ведёт себя немного комедийно. — Слава богу… — с облегчением говорит Чимин и убирает руки от ротика. — Может отдохнёте? Поедете домой, поспите… — Нет, я буду тут, мне нужно дождаться Юнги. Я хочу к нему, — возмущается Пак. — Но сейчас ему нужен покой. Только завтра можно будет его навестить. — Тогда я буду его ждать тут. Доктор замечает, что омега упёртый и никуда не собирается уходить. — Хорошо, отдыхайте… Альфа удалился, а Чимин снова сел на скамейку и облокотился на родную ему уже стенку. Когда Пак начал засыпать, он аккуратно лег на скамью и сжался комочком. Так проходит час, пока его снова не будит доктор. — Простите, но я не позволю вам тут спать, — Чимин приподнимается, когда слышит знакомый голос. -Простите что опять вас разбудил. — Ничего, — бубнит Чим. — Я провожу вас в комнату отдыха, вы там сможете выспаться. Оба идут по длинному коридору, Чим сонно плетётся за альфой, ведь очень хочет спать. В комнате отдыха оказывается скромненько, но миловидно и уютно. — Можете поспать на диване, вот плед, — омеге протягивают мягкое покрывало, который он берёт и прижимает к себе. — А как же вы? Где вам спать? — Пак усаживается на диванчик. — У меня много работы, я даже не смогу вам снова помешать, — улыбается альфа, а омежка коротко смеётся в ответ. — Спасибо вам. — Отдыхайте, — доктор удалился из комнаты, улыбаясь Чимину. Парню стало легче, и, уже со спокойной душой, он крепко и быстро засыпает. Конечно, это же не твёрдая скамейка в коридоре, а целый мягкий диван с подушкой и пледом — здесь намного лучше.

Утро

. Юнги открывает глаза, всё перед ним плывёт, а голову безумно режет. Он хватается за неё, но одну руку не получилось поднять, к ней была присоединена капельница. Альфа недовольно фыркнул и скривился в лице. — Боже… — Доброе утро, Мин Юнги, — говорит врач и начинает осматривать тело Мина. — У вас множество ушибов, головная боль не будет проходить месяц. — Хуёво., — ругается альфа и ложится поудобнее,— Это всё? — Да. — Стойте! Тогда почему я не чувствую свою ногу? — Мне бы не хотелось этого говорить, но у вас порвались связки на ноге. Мы готовим протезы, не беспокойтесь, вы скоро сможете ходить. — Прошу, побыстрее… У меня много работы. — Конечно, вас хотели навестить. — Кто? — удивляется Юнги и чуть вздрагивает.

За дверью.

— Ты еблан. — Я знаю.— отвечает Чимин и убирает от себя руки Чонгука, отворачивается и смотрит в пол холодным взглядом. — Тебе больно? — Чонгук волнуется за этих двух больше, чем за себя. Как так? — Да! Вдруг он меня не хочет видеть? Я не хочу ему делать хуже и своим присутствием всё портить! Чонгук, заходи без меня. — Не понимаю тебя, ведь ты так рвался к нему. — Съёбывай, — шипит омега и садиться на скамейку, которую бы полночи жопой грел, если бы не добрый врач. — Прости, Чимин… — сжимая ручку от пакета, Чонгук дотрагивается до двери и только собирается открыть, но: — Не смей говорить, что я тут, — угрожает Пак и снова прячет своё лицо. — Закрой свой рот уже… Чонгук открыл дверь и прошёл в палату. Вид Юнги его расстроил, но вот Мин улыбался и чуть усмехнулся. Врач вышел из комнаты, чтобы им не мешать. — Привет, Юнги, — радуется Чон, быстро поставив на тумбу пакеты, и крепко-прикрепко обнимает своего директора. — Чонгук…боже, я думал вы меня оставите, — с долей сарказма сказал Мин. — Никогда, Мин Юнги, —улыбнулся Чонгук. — На «ты», пожалуйста… — который раз не говори этому младшему, всё равно будет говорить по своему. — Я волновался за тебя…

Сегодняшняя ночь.

— Чонгук! — плачет Чимин по телефону и заикается. — Чимин? Что опять случилось? — Ну спасибо!!! Гад! — Успокойся. Что случилось? — Юнги в больнице, его м-машина, — заикается Чим и говорит адрес больницы, после чего сбрасывает.

Настоящее время.

Тогда слова омеги его напугали, ведь Чимин так никогда не плакал. — Как я буду без вас на ринге? — Я буду волноваться за это. Мне важно что бы ты выиграл, -Юнги проговорил это тихо, после чего закрыл глаза и вздохнул. — Так… Я хотел бы вам кое-что рассказать.— сказал Чонгук, нервно теребя подол рубашки.

Прошло около пяти часов.

За это время Чон уже ушёл. Он беседовал с Юнги примерно часа два. А Чимин… Он всё так и сидит в коридоре. Точнее…сидел. Пак замер, видя в каком состоянии находится его любимый. Он медленно подходит к спящему Юнги и чуть улыбается. Омега убрал пряди волос, что лезли альфе в глаза, аккуратно, скорее тихонько, чмокнул в носик Мина, и, сев на стул, ручка Чимина сама полезла к руке альфы, и, обхватив её, чуть сжала. Младший снова быстро засыпает, устал бедняга, ведь он истерзал себя морально. Мин открыл глаза, чувствуя тяжесть в районе живота, и, посмотря в сторону, замечая спящего Пака. Альфа улыбается и безумно радуется, а душу греет вид такого домашнего Чимина. Юнги снова закрывает глаза, а их руки сцепил в замочек: отпускать ему такую милоту совсем не хотелось. Мятноволосому быстро удаётся уснуть. Боже…как же приятно когда истинный находится рядом.—подумал Мин про себя. Так прошла неделя. Чимин каждый день приходил к Юнги, тому становилось лучше, и, вроде, они наладили отношения. Но альфа всё ещё не сказал «прости» за своё поведение в ту ночь. А омеге всё равно, ведь ему приятно обнимать Мина каждый день, кормить его и разговаривать с ним.