Ходячее бедствие

       Пока Бен с аппетитом уплетал за обе щёки свой обед, я сидела рядом с ним и уныло потягивала холодную воду, отставив в сторону тарелку с овощным рагу. В столовой сегодня было тише, чем обычно, что неудивительно. Хотя по глэйдерам и не скажешь, что у них что-то произошло. Как разъяснил мне потом Бен, в Глэйде постоянно происходят странные вещи, поэтому парней уже ничем не удивишь. Для меня этот факт показался каким-то диким. — А ты почему ничего не ешь? — Бен, оторвавшись от своего рагу, наконец-таки обратил на меня внимание. — Кусок в горло не лезет, знаешь ли, — промямлила я, допив последние капельки воды из своего стакана. — Зря я тебе сказал, — вздохнул Бен, отодвигая свою пустую тарелку подальше. — Ничего не зря, — возмутилась я, — Если бы не ты, я бы до сих пор так ничего и не узнала. — Узнала что? — повернув голову в сторону, я заметила только что присевшего рядом Ньюта. Как будто знает, в какой момент появиться. Да ещё и так бесшумно! Я сделала вид, как будто этот вопрос был адресован вовсе не мне, а, скажем, Чаку, который сидел в противоположном углу столовой и с упоением хомячил свою порцию вкуснейшего рагу. — Привет, Ньют. Уже освободился? — со спокойным видом проговорила я, улыбаясь как можно шире. Но плантатор сейчас был совершенно серьёзен. Я бы даже сказала, что он был серьёзен, как никогда раньше. — Ты что, всё растрепал ей? — глэйдер, нагло проигнорировав мою реплику, гневно воззрился на Бена, явно не ожидавшего такого напора. — Нет, — Бен с невозмутимым видом начал крутить в руках свою ложку. Ньют вздохнул. Ложь бегуна он сразу же разоблачил. Это было видно по тому, как в его глубоких карих глазах сверкнули молнии ярости и раздражения. — Я же сказал тебе, что не хочу её во всё это вмешивать! — прикрикнул Ньют, перегнувшись через меня, приближаясь к Бену. — Вмешивать? Ты серьёзно? Она уже здесь, в Глэйде, поэтому Кэтрин в любом случае будет в это вмешана! — Бен понизил голос, увидев, что на нашу компашку начали оборачиваться другие глэйдеры. То, что они заботятся обо мне это довольно-таки мило с их стороны, но почему, чёрт возьми, глэйдеры говорят так, как будто меня здесь нет? Я что, вещь какая-нибудь? Нет, я человек, который в состоянии сам решать, что мне делать! — Не хочу прерывать вашу милую беседу, но я всё ещё здесь, к вашему сведению, — прочистив горло, сообщила я. Парни смущённо отпрянули друг от друга, виновато посматривая на меня. Бен поёрзал немного на своём месте, а затем резво вскочил, взял со стола грязную посуду и молча удалился в неизвестном направлении, даже не взглянув в нашу сторону. — Почему ты так уверен в том, что знаешь, как будет лучше для меня? — я развернулась лицом к Ньюту и встретилась с его странным взглядом, значение которого мне разгадать не удалось. Тот нахмурился и неожиданно взял меня за руку. — Я просто… Ты очень мне… Дорога, — слова давались ему нелегко, их словно вытягивали из Ньюта раскалёнными щипцами, — И поэтому я не хочу, чтобы ты пострадала, потому что дело, похоже, серьёзное и опасное. А ты ведь наверняка просто не сможешь усидеть на месте. Если я тебе всё расскажу, то ты полезешь в самую гущу событий, чего бы мне не хотелось.       Ньют устало вздохнул, а я неожиданно испытала прилив жалости. Он действительно выглядел каким-то потерянным и уставшим от жизни. Но разве это можно назвать жизнью? Скорее здесь применимо слово «выживание». Действительно, каждый день каждый из нас борется за свою жизнь, ведь в данный момент она в руках у тех, кто нас сюда засунул. А мы, глэйдеры, изо дня в день ходим у края пропасти, гадая, когда же мы свалимся в тёмную бездушную бездну. Тут мою голову посетила мысль, что все эти годы ребята, уже не тая в себе наивную надежду на освобождение из бетонных тисков Лабиринта, безвольно дожидаются своей кончины. Они проделывают всю свою привычную работу ежедневно, только бы не думать о том, насколько призрачным является шанс на свободу и нормальную жизнь. На эти размышления меня натолкнули глаза Ньюта. Моего Ньюта, который несмотря ни на что пытается не падать духом ради всех остальных ребят. Такова уж доля лидера. Внезапно я поняла, что обида и злость исчезли — от них не осталось и следа. Появилось желание обнять его так сильно, как только смогут руки. — Ньют, со мной ты можешь и не быть сильным, — прошептала я, крепче сжимая его руку в своей. — Ошибаешься, Кэтти. Как раз-таки с тобой я обязан быть сильным в первую очередь, — он горько усмехнулся, — Иначе, кто тебя защитит? — Обними меня, пожалуйста, — всхлипнула я. Ньют без лишних слов притянул меня к себе. Именно здесь, в его крепких объятиях, вдыхая только свойственный Ньюту запах свежей травы, лёгкого дымка и чего-то ещё, я поняла, что сколько бы он ни контролировал мои действия, ревновал, вёл себя как идиот, я всегда буду любить его.       Даже не знаю, сколько мы вот так просидели, прижимаясь друг к другу, но столовая уже опустела и мы сидели там одни. Первым нехотя отстранился Ньют. Он смотрел на меня так, словно над чем-то раздумывал, загадочно улыбаясь. — Знаешь, что? Хочешь знать, что мы собираемся делать? Я тебе расскажу. Я чуть с лавки не свалилась. Сначала он горой стоит на том, чтобы ничегошеньки мне не говорить, отругал бедного Бена за то, что тот рассказал мне про происшествие в Лабиринте, а тут он сам хочет мне выложить всё на блюдечке с золотой каёмочкой. — Почему? Да потому что ты сводишь меня с ума, — хохотнул Ньют, заметив моё замешательство. Что ж, сочту за комплимент, Ньюти. К щекам прилила кровь. Просто на все сто процентов уверена, что Ньют заметил, как я медленно становлюсь помидором-мутантом, судя по тому, как он нахально усмехнулся. — Вообще, мы хотели сперва подождать возвращения Томаса. Но если всё-таки он не прибежит… Такой вариант тоже возможен. К сожалению. Но это навряд ли! Это-ж Томми! Он как. Эм… Таракан? В смысле он выносливый и…- заметив, как моя нижняя губа начала предательски дрожать при упоминании исчезнувшего друга, Ньют принялся неуверенно утешать меня. Получалось у него, кстати, отвратно. Если бы Том только слышал, что его сравнили с тараканом… — Не надо! Продолжай говорить о плане, — обнимаешься ты явно лучше, чем утешаешь. — Ладно. Как я уже сказал, эм… При ином развитии событий мы хотели собрать группу бегунов для того, чтобы изучить гривера в Лабиринте. Ну, знаешь… Вдруг он окажется полезным? Мы ведь прежде вблизи его подробно не осматривали. Минхо запомнил то самое место, где сейчас лежит гривер. Так что возможно, что мы близки к разгадке и свободе. — Как-то у вас всё просто оказалось. Выходит, для того, чтобы выбраться отсюда нужно было просто-напросто завалить это чудище? — я скептически хмыкнула, — Мне кажется, что разгадка лежит отнюдь не внутри дохлого гривера. Но если вы всё-таки соберётесь на вылазку в Лабиринт, чтобы выпотрошить гривера, то я в деле. — Нет. Я же сказал тебе, что ты никуда не полезешь, — Ньют нахмурился, — Я не могу тобой так рисковать! — Хорошо. Если ты не хочешь, чтобы я шла туда — я не туда не пойду, — осторожно начала я, — Но, Ньют, обещай, что будешь держать меня в курсе событий. — Я обещаю, что буду посвящать тебя в наши планы. Только пожалуйста, не делай глупостей, — Ньют умоляюще посмотрел на меня, всё ещё сжимая мою ладонь. — Я буду держаться в стороне, если тебе так будет спокойнее, — вздохнула я, пытаясь улыбнуться, чтобы приободрить Ньюта. Но он, напротив, снова стал серьёзней некуда, и мне пришлось прекратить свои попытки, потому что смысла в них не было. — Вот и хорошо, — Ньют встал со скамьи, намереваясь уходить, — Будь хорошей девочкой и не суйся, куда не надо. Лады? — Лады. Ты что, уже уходишь? — я вскочила со скамейки вслед за ним, удерживая Ньюта за плечо. — Ну, вообще-то у меня полно дел, — парень замялся, — Но мы ведь можем встретится после ужина? — Значит, вечером, после ужина? — повторила я. — До вечера, Кэтти, — Ньют снова обнял меня на прощание, затем развернулся и пошагал на выход из столовой. Не сказать, чтобы в голове что-то прояснилось после того, как я узнала план глэйдеров. Скорее сказать, я только сильнее запуталась. Мне нужно время, чтобы переварить полученную информацию. По-моему стоит сходить в шалаш медаков и занять себя какой-нибудь работой, чтобы скоротать время до вечера, а в перерывах можно подумать и о сложившейся ситуации.