Любимый медвежонок

      На полу спать оказалось очень неудобно, и от этого не спасло даже два одеяла, положенных на пол. Спина болела, как и все тело, что заставило девушку сделать одну очень полезную заметку: никогда больше не ложиться спать на полу. Даже ради милого голубоволосого красавчика, что остался с ней на ночь. Хотя нет, ради него можно.       Девушка вскочила. А как же там Адам? Она, дура, совершенно не подумала, что ему тоже может было неудобно лежать и добираться домой в темноте, наверняка его родственники волновались, ведь они сидели так долго… Но Пайнс тут же осеклась. У него ведь нет родственников из-за брата. Или всё-таки есть?.. Спрашивать всё равно не будет.       Она встала и зевнула, вытянув руки вверх. Умыться бы, а то как сонная муха. Интересно, сколько сейчас времени? Мэйбл открыла дверь комнаты и тут же вскрикнула, когда натолкнулась на препятствие.       — Ой, Мэйбл, прости, — пробормотал Адам, быстро-быстро хлопая глазами, чтобы проснуться. Девушка в изумлении застряла в дверях.       — Ты что…тут всю ночь просидел? — удивленно спросила она, оглядывая его. Взъерошенные волосы и непонимающий ничего сонный взгляд делал голубоглазого еще милее, чем обычно. Жаль, что он свалился прям под дверь, иначе бы она могла посмотреть на него спящего. Говорят, что спящие люди выглядят как ангелы. Мэйбл была уверена, это точно про него.       — Прости, не хотел доставлять неудобств, — снова извинился он, вставая. Девушка тут же замахала руками.       — Да нет-нет, что ты! Я просто подумала, что тебе, возможно, было слишком жестко спать прям на полу. У меня вот вся спина ноет, — она улыбнулась, заведя руку назад.       Голубоволосый пару секунд молчал.       — Ну да, было немного…непривычно, — усмехнулся Адам.       — Давай сейчас все уберем, а потом иди в ванную, а то выглядишь, будто тебя током ударило! — внезапно засмеялась девушка, на что в ответ получила «да у тебя тоже видок не совсем опрятный».       Они быстро свалили все вещи в комнату, чтобы не привлекали лишнего внимания и, смеясь, спустились вниз, даже не замечая ошалелого взгляда дяди Стэна и Венди, мимо которых они прошли прямиком в ванную.       — Эй, дай мне место! — толкнула его в сторону Мэйбл, пытаясь расчесывать длинные волосы. Но через пару секунд ее тут же не самым вежливым жестом отодвинули от зеркала, ухмыляясь.       — Мне тоже место нужно!       — Не толкайся!       — Это ты толкаешься, я стою спокойно!       — Сейчас как оболью тебя водой и посмотрю, как ты… — она запнулась на слове, когда Адам, набрав в ладони воды, выплеснул воду ей прямо в лицо, намочив волосы.       — Душик! — улыбнулся Адам, пока пару секунд пыталась прийти в себя, выронив расческу.       — Душик?! — взбесилась Мэйбл. — Я тебе сейчас покажу, как выглядит настоящий душик!       Девушка подошла к ванне и взяла в руку душ, включив ледяную воду и направив прямо на голубоволосого, который тут же закричал, смеясь, и начал закрываться всеми полотенцами, что только мог найти.       Тут дверь в ванную распахнулась и на двоих воззрились два удивленных лица Стэна и Венди. Пайнс-младшая сразу же выключила душ, вставая и представляя, как они выглядели со стороны: девушка с намокшими волосами и футболкой и дрожащий от холода, промокший до нитки парень, а также море под ногами обоих, которое они сделали. Кареглазая сглотнула. Убьют.       — Ну-ка убирать быстро всё! — заорал мужчина, разозлившись. Двое стояли, как кролики перед фарами. — ЖИВО!       Тут они уже засуетились, начав убирать намокшие полотенца с пола.       — Венди, поможешь им, — нахмурился Стэнли и ушел, даже не дослушав жалостливое «Но, мистер Пайнс…». Пришлось помогать.

***

      Примерно через два часа трое молодых людей вернули ванной ее прежний вид. Мэйбл и Венди пошли переодеваться к себе, а Адаму пришлось уйти, потому что подходящей одежды для парня не было: одежда Диппера была мала, а дядя Стэн ни за что бы не дал ему что-то из своего. Мэйбл не хотела отпускать его на улицу в таком «экстравагантном» виде, но голубоглазый быстро ее успокоил — сказал, что живет тут рядом. Пришлось отпустить.       В наказание дядя Стэн заставил всех троих сегодня работать без передышки, за исключением Адама, который на недолго вернулся домой за новой одеждой. Венди долго возмущалась — она не принимала участия в их детских забавах, почему ей тоже накостыляли? Да и что они, дети малые, чтобы наказывать их? Никакого уважения к сотрудникам!       Но день оказался не таким нудным, как все остальные. Мэйбл и Адам больше не устраивали бедлам, но всё равно дурачились, постепенно приплетая к этому и Венди. В конце концов, все трое стояли в обнимку за кассой и корчили разные смешные рожи для селфи, пока их не остановил грозный крик:       — Вы чего опять расслабились? Работать! — рявкнул Стэн. Все разошлись, но потом импровизированная компашка собралась опять. Так и прошел день.

***

      Наступил вечер, дядя Стэн наконец-то закрыл лавку и отправил сотрудников домой и в первый раз Мэйбл жалела, что рабочий день пролетел так быстро. Девушка отправилась наверх, чтобы поскорее уснуть и дождаться утра. Ночь для девушки постепенно становилась самым нелюбимым временем суток. Даже без помощи Билла ей постоянно снились кошмары, от которых она просыпалась по несколько раз за ночь. Так и до бессонницы недалеко.       Однако, когда она пришла в комнату, то поняла, что всё равно не уснет — слишком рано. Кареглазая взяла со стола ручку и взглянула на часы — семь вечера. Часам к девяти можно уже и попробовать заснуть… только вот чем заниматься все эти два часа? Взгляд упал на сжатую ручку. Давненько Мэйбл не рисовала.       Девушка не заметила, как через какое-то время на полу уже валялись листки с лицами Мэйбл, Диппера, дяди Стэна, дяди Форда, Зуса и Мелоди с Кевином, Венди. Ее вдруг прорвало как нефтяную вышку, и она стала рисовать чуть ли не всех, кого помнила, сама не зная зачем. Показывать это кому-то? Вряд ли. Наверное, чтобы потом их всех не забыть. Но разве их забудешь?       С улыбкой кареглазая снова принялась за чей-то портрет. Прямой нос, тонкие губы, искривленные в постоянной ухмылке, прищуренный…глаз? Пайнс быстро отбросила альбом, ошарашенно глядя на него.       Она только что рисовала Сайфера?       — Думаю, на сегодня хватит, — пробормотала девушка, собирая листки с пола. Ей и в жизни этого демона хватает, и она даже будет рада, если забудет его. А он ее. Желательно навсегда.       На замену рисованию пришло чтение. Достав свои любимые романы, Мэйбл удобно пристроилась на кровати, закутавшись в одеяло и включив лампу, теплый свет которой создавал неописуемое ощущение уюта. Где же там ее братишка? Без него всё не то. Хорошо, хотя бы Адам отвлекает ненадолго от грустных мыслей. Интересно, они с Диппером подружатся?..       — О, опять сидишь с книгой в руках. Смотри, осторожней, а то так можешь умной стать, — съехидничал чей-то голос неподалеку. «Как остроумно…» — мрачно подумала кареглазая, отвлекаясь от чтения, но все еще несмотря на него. — Эй, если ты сейчас не посмотришь на меня, я превращу эту книгу в кучу игл, которые тут же вонзятся в твои хрупкие ладошки, Звездочка.       Веский аргумент. Пайнс подняла взгляд.       — Ой, это что, я? — спросил блондин, поднимая со стола листок, который она очень некстати забыла убрать. Девушка тут же вскочила возмущаясь.       — Не трогай! Это не твое!       — Но там нарисован я.       — Я не разрешала тебе…       — А я тебя и не спрашивал, — с улыбкой перебил Билл, складывая рисунок и убирая куда-то в пиджак, отчего Мэйбл еще сильнее разозлилась, в который раз осознавая свою беспомощность. Злобно и обиженно клацнув зубами, девушка снова повалилась на кровать, утыкаясь в книгу.       — Ну что как жизнь? Поговори со мной, — через какое-то время попросил он, садясь в кресло неподалеку, удивив своей фразой девушку.       — Разве у тебя нет кучи «друзей», с которыми бы мог поболтать? — с подозрением и недовольством в голосе спросила она. Билл склонил голову, глубокомысленно спросив: «Че?». — Ну, например, с которыми ты тусовался, когда был… Странногедон.       Она слегка запнулась, вспомнив всё то, что им пришлось пережить тогда. Прошло столько дней, а она до сих пор содрогалась при воспоминании об этих днях… и сейчас главный зачинщик всего этого снова сидит рядом с ней и просит поговорить с ним. Как же тесен, твою мать, мир.       Сайфер рассмеялся, откидываясь на спинку.       — Они сбежали, как крысы, как только меня стерли в памяти Стэна, — как ни в чем не бывало, произнес он. А потом радостно хлопнул по коленям и встал. — Но теперь я жив-здоров, и все крыски теперь снова попались кошке! — и снова сел. — Ну что, так расскажешь, как поживается без меня, скучала?       «За один без издевательств сильно-то соскучишься, как же…»       И, как обычно, одноглазый стал донимать ее. Только вот, не как всегда, сваливая ей на голову вещи или создавая какую-нибудь ужасную-страшную-вонючую-огромную-мерзкую-кровожадную гадость, а в основном всего лишь приставал к ней со всеми вопросами, лишь иногда балуясь, оживляя нарисованных Мэйбл рыбок и наблюдая, как они бьются на полу, задыхаясь.       В конце концов, Мэйбл заметила, что Билл сегодня какой-то странный. Его взгляд был немного рассеян, а не цеплялся за всё, что попадалось на глаза с насмешливым прищуром; движения стали более медленными; даже поведение у демона стало более благосклонное, хотя, Мэйбл бы назвала его «пофигистическим». И тут Билл…зевнул.       — Эй, — негромко окликнула она его, когда он валялся в кресле. — ты что, хочешь…спать?       Она произнесла это неуверенно, потому что, по ее скромным познаниям, демонам не нужен сон и еда. Однако, парень, нахмурившись, не спеша повернул к ней голову и пару секунд молча смотрел, а потом кивнул.       — Да. В человеческом теле демоны также подвержены человеческим слабостям. Чувствуем голод, усталость, — протянул он, делая неопределенный жест рукой. -…боль. — через какое-то время добавил одноглазый, чуть улыбнувшись.       Пайнс вскинула одну бровь. Ему нравится боль?       — Но удовлетворять это нам нужно в значительной степени меньше, чем людям.       — Неужели в своем, м…обычном виде ты не чувствуешь ничего? — спросила девушка, вдруг осознав, что спросила это с сожалением. Заметив это, демон кинул на нее злобный взгляд. Но ее это не испугало. — Ни боли, ни усталости?       — Я чистейший сгусток энергии, — тихо и с раздражением проговорил Сайфер, а потом развернулся к ней. — Так что нет, усталость я чувствую, только когда притворяюсь мясным мешком.       — А боль? — продолжала допытываться кареглазая, склонив голову набок.       — Если знаешь, куда метить, — расплывчато ответил Билл после нескольких секунд молчания.       — Тогда зачем ты ко мне…       — Проведать, — быстро перебил он и встал. — Хватит расспросов, мне нужно идти.       После этих слов парень, кинув на нее усталый взгляд, куда-то удалился. Мэйбл нахмурилась. Если им нужно это в значительной мере меньше, то сколько же не спал Билл, что настолько вымотался? Девушка тряхнула головой. Ее это не интересует. Чем хуже ему — тем лучше ей. И точка. Нечего волноваться о существе, который превратил ее жизнь в Ад.       Вечер постепенно перешел в глубокую ночь. Мэйбл начала клевать носом, глядя в книгу — смысл слов уже терялся, строчки расплывались перед глазами. Скорее машинально, чем сознательно, она протянула руку к ночнику и выключила его, мгновенно засыпая с книгой на животе. В комнате наступила полная тишина.       Но ненадолго. Заснувшая не почувствовала, как сбоку что-то зашумело. Чей-то голос заговорчески позвал:       — Мэйбл.       Та даже не шелохнулась.       — Мэ-эйбл… — голос чуть повысился. Девушка во сне вздохнула. — Мэйбл!       Что-то холодное коснулось ее ног. Она вздрогнула, тут же просыпаясь, и увидела плохо освещенную луной желтую макушку демона. И, конечно, его чуть светящиеся в темноте глаза.       — И при луне мне нет покоя… — хриплым недовольным голосом пробурчала она, нашаривая рукой лампу. Свет зажегся, и посреди комнаты появился ужасно развеселенный Сайфер. Но не один.       Рядом с ним — странное существо огромных размеров. Все существо было белым, даже скорее бледного болезненного цвета, с вытянутой мордой, похожей на заячью. Кожа странного зверя была такой тонкой, что отдавала синевой, были видны сосуды. Глаз у него не было, а уши — тонкие и очень длинные, будто веточки, с маленькими кисточками на концах. Большое, длинное, тощее и гибкое тело больше напоминало кошачье, как и лапы с загнутыми когтями. Хвост едва помещался в комнате, будучи чуть ли не длиннее самого тела зверюги. Он же и чуть было не начал разносить все вокруг, но Билл щелчком связал его вместе с лапами, обездвижив испуганное животное. Оно раскрыло пасть с маленькими зубами, чтобы закричать и Мэйбл тут же вскочила с постели, в ужасе замахав руками.       — Билл!..       — Не беспокойся, я лишил его голоса, его никто не услышит, — заверил демон, улыбаясь. Он склонился к существу и, жутко ощерись, похлопал по длинной шее как лошадь. Почему-то Пайнс животное напомнило дракона без крыльев. — Смотри, какая прелесть бродила рядом с моей территорией, — он повернулся к ней, явно гордясь своей «добычей». — Это очень редкий вид, кстати, я такой только один раз видел, — Сайфер обошел животное и провел по кончику хвоста. — Думал, они вымерли.       Однако, Мэйбл вообще не слушала ничего из того, что он говорил, а только смотрела на бедное существо, которое билось, пытаясь вырваться из пут и в беспомощно открывало рот, словно пойманная летучая мышка, пытаясь кричать, но не издавало ни единого звука.       — Отпусти его…       — Что? — он отвлекся от увлеченного разглядывания и повернулся к ней.       — Отпусти его! Сейчас же! — не сдержавшись, повысила голос Мейбл, топнув ногой. — Он же тоже живое существо! Ему больно и страшно! Отпусти!       — Я не жалел тебя, делая гораздо хуже. Думаешь, для меня чего-то стоит сейчас сломать этому животному пару костей? — с полуулыбкой спросил Сайфер спокойным тоном, чуть наклоняя голову набок. Девушка удивленно охнула.       — Ты…изверг, — прошипела она, еле сдерживая слезы. Снова издевается. Снова она беспомощна. Ее руки связаны так же, как сейчас лапы этого существа, которого она тщетно пытается спасти от «забав» безумного демона. — У тебя нет души! Зачем ты это делаешь? Почему?! Неужели нельзя стать хоть немного хорошим, неужели это так сложно, понять, что другим больно?!       Повисла тишина.       И тут Билл рассмеялся.       — О-о-о, дорогая моя Звездочка, — протянул одноглазый, чуть запрокидывая голову. — Я понимаю, что другим больно и меня это только веселит! — Мэйбл вздрогнула. Неужели…она же…надеялась, что он… — Будь по-твоему, тваринку я оставлю неподалеку в лесу, — по щелчку существо тут же исчезло. — Но он все еще связан. Пойдешь спасать — зверь обязательно набросится на тебя. Не пойдешь — что ж, на твоей совести еще одна загубленная жизнь.       Пайнс удивленно распахнула глаза.       — Еще…одна?..       — О, ты что, уже забыла? — улыбнулся демон. — А как же твоя свинка? Пухля, кажется…       Мэйбл неожиданно глубоко вдохнула, почувствовав, как слезы начали течь по лицу. Тот день снова проносился перед глазами, снова открывая рану, которая с годами так и не смогла полностью зарасти, время от времени мучая по ночам.       — Бедная девочка… А ведь тебе предлагали оставить его здесь, — он с наигранным сочувствием посмотрел на кареглазую. — Выбежала на проезжую часть и… БАМ! Какой плохой водитель, он ведь даже не остановился посмотреть, кого сбил. Так, Звездочка?       Девушка с силой закусила губу, глотая слезы. Ему не понять, как долго она пыталась смириться с этим, как долго рыдала, смотря на совместные фотки, где они дурачились, были так искренне счастливы… Для Мэйбл Пухля был не просто домашним животным, он был ее другом, членом семьи, частичкой сердца. И в тот момент, когда она увидела лежащего, перепачканного и умирающего друга на трассе, эту частичку будто вырвали из нее.       Тем временем Билл издевался, продолжая затрагивать одну из самых болезненных тем девушки.       — Заткнись… — глухо прорычала она. — Тебе никогда не понять меня! Ты просто конченый ублюдок!       Быстро схватил с тумбочки мобильник, она выбежала из комнаты и поднялась на крышу, начав рыдать взахлеб. Пытаясь разглядеть хоть что-то сквозь пелену слез, она дрожащими руками набрала номер Адама, единственного человека, чей голос бы сейчас мог ее успокоить.       Гудок.       Холодным ветер треплет волосы, которые лезут в лицо, но она этого не замечает.       Гудок.       Девушка поджимает колени и с силой кусает руку, всхлипывая носом.       Гудок.       Ночь теперь стала ненавистна для нее и Мэйбл тихо скулит, вцепившись в волосы.       «Помогите мне… Пожалуйста… Кто-нибудь…»       — Привет, Мэйбл, ты чего так поздно…       — Адам!       И тут телефон резко вылетает из рук, скатившись с крыши и разбившись где-то на земле, а Пайнс видит перед собой рассвирепевшего Билла, глаза у которого стали красными, почти как тогда, в переулке, а на руках появились когти. Рыкнув, он схватил ее за горло.       — Так вот значит о ком ты думала весь вечер?!       Закашлявшись, ей одной рукой приходится опереться назад, чтобы не упасть, а второй перехватить руку Сайфера, пытаясь отцепить его от себя.       — Что…       — Думаешь, я не заметил?! Да твои мысли за километр слышно! — закричал демон, не отпуская. — Адам такой хороший, поскорее бы встретиться с Адамом, интересно, что он делает, Адам, Адам, Адам! — буквально рявкал парень, а под конец всё-таки отпустил ее, злобно оттолкнув. Благо, она удержалась.       На шее остались небольшие порезы, из некоторых сразу начала литься кровь, и Мэйбл испуганно провела ладонями по шее, случайно вымазав, пытаясь восстановить дыхание. Она услышала тихий рык и открыла глаза, но…       Перед ней лишь предстал бесконечный темный сосновый лес и тихий шелест ветерка среди ветвей. Никого больше не было, лишь боль в шее и звон в ушах от крика не давали забыть, что сейчас произошло. Зажмурив глаза, она вцепилась пальцами в волосы и уткнулась лицом в колени, беззвучно плача.

***

      Пришлось надевать свитер с высоким горлом.       Выспаться снова не получилось. Ее постоянно будили кошмары и, можно было даже не сомневаться, что виновником этого был Билл. Девушка искренне не понимала, что она сделала не так, почему тот вдруг взбесился настолько, что принял такой облик, который она видела крайне редко. Она знала, что, начав перечить Сайферу, кареглазая сама подписалась на очередные жестокие издевательства, но до ТАКОГО не доходило ни разу.       Поесть тоже не дали. Кто бы подумал.       Настроение было что ни на есть паршивое, но она решила не опускать руки. Мэйбл пережила все прошлые издевки и пусть на этот раз всё прошло еще хуже, ей есть что терять, а значит, надо держать из последних сил. Но сказать легко.       На выходе из ванной у нее подкосились ноги. Она спешно вцепилась в раму двери, еле как устояв. Добравшись до рабочего места, она встретилась с Венди, и та предложила прогуляться вместе в кафе Сьюзан. На отказ Мэйбл рыжая сразу успокоила ее тем, что скоро придет Адам и за всем проследит он, а им можно и прогуляться пойти, хотя бы чтобы кареглазая перестала всё время сидеть в четырех стенах, как дряхлая старушка с сорока кошками. Рассмеявшись на это, Мэйбл сдалась и согласилась.       Только вот она совсем не подумала о том, что они все-таки будут там есть. Из-за чертового психопата Сайфера еда для Мэйбл теперь казалась либо на вкус как полнейшая гадость, либо на вид, так что есть она не могла.       — Спасибо, я не буду, — со скромной улыбкой сказала Пайнс, отодвигая тарелку подруге, которая тут же возмущенно воззрела на нее свои зеленые очи.       — Э-э-э, ты че, «блинчики Сьюзан» и «не будешь»? Ну-ка быстро ешь!       — Да нет, я не хочу…       — Ешь, давай!       — Да не хочу я, у меня, э…диета!       — Плевать мне на твои диеты, мы не зря деньги на эту вкуснятину тратили!       Кордрой взяла один блинчик в руку и начала пытаться запихнуть его в рот, но Мэйбл активно сопротивлялась, крутясь вправо-влево и мыча что-то нечленораздельное.       — Ешь!       — Да не..!       Открыть рот было главной ошибкой Пайнс, потому как быстро сориентировавшаяся рыжая впихнула ей в рот еду. Однако, никакого отвратительно ни запаха, ни вкуса девушка не почувствовала, и начала быстро жевать, постепенно становясь все более веселой.       — И правда, вкуснятина! — воскликнула Мэйбл, начав уплетать блинчики под одобрительный хохот Венди.       — А я говорила.

***

      Поесть ей удалось, но день все так же прошел хмуро. При воспоминании о ночи и разговоре с Биллом ее настроение стремилось к отметке, близкой к температуре замерзания гелия. К тому же, хоть и она была невыносимо рада Адаму, девушка боялась к нему подойти и снова начать говорить ведь, судя по реакции Сайфера, он вообще хотел размазать его внутренности по какой-нибудь стеночке. И она не сомневалась, что он сделает это, но все же, не сделал, и Мэйбл была очень удивлена. Поэтому оставалось лишь скромно улыбаться в стороночке и всеми силами избегать парня, буквально навязываясь на всевозможные поручения, лишь бы бегать туда-сюда и не иметь возможности заговорить с ним.       Постепенно наступал вечер, хижина закрылась, а Мэйбл была полуживая от усталости. Громко вздохнув, она пришла в гостиную и обессиленно оперлась на кресло, в котором сидел дядя Стэн и читал газету.       — Ничего себе! Мэйбл, ты посмотри, да это же как раз нужные мне запчасти! Да еще и с какой скидкой! — тут он удивленно приблизился к газете. — ТОЛЬКО ДО КОНЦА ЭТОГО ДНЯ?! Детка, собирайся, мы едем туда!       Она пару секунд стояла с ничего не понимающим видом, а потом, оживившись, радостно улыбнулась. Возможность не сидеть одной дома? С удовольствием!       — Да, дядя Стэн, сейчас иду! — воскликнула Мэйбл и побежала к лестнице, а мужчина ушел в другую комнату. Тут на половине пути у девушки подкосилась нога и та, упав на колени, проехалась ими по ступенькам, чуть не скатившись кубарем. — Ай…       Кое-как добравшись до комнаты, она привела себя в более-менее божеский вид, быстро переодевшись и осторожно, медленно спустилась вниз, потому что из-за падения и усталости ее ноги почти не держали.       — Ну ты чего там копаешься? Запчасти не ждут! — недовольно крикнул Стэнли, уже стоявший около машины. Улыбнувшись, девушка ускорилась, начав бежать, но снова промахнулась мимо ступеней у выхода и полетела наземь. К ней немедленно подбежал мужчина.       — Какая ты неуклюжая, — проворчал он, поднимая племянницу.       Мэйбл постаралась сделать вид, что ничего не было и пойти за ним дальше, но опять чуть не устояла. Тогда Пайнс-старший внимательно и хмуро смотрел на нее, заметив, что кареглазая выглядела как-то уж слишком уставшей, хоть и при этом вела себя как ни в чем не бывало, все так же улыбалась.       — Останься-ка ты дома, — сказал он, кладя руки ей на плечи. Мэйбл тут же замотала головой.       — Нет-нет-нет! Я в порядке!       Она ни за что не останется одна дома! Это будет равносильно тому, что ее бы оставили наедине в клетке с тигром. Хотя, Билл больше был похож на лиса…       — Останешься дома. Скоро буду, — Стэнли быстро сел в машину, хлопнув дверцей, и уехал. Мэйбл, пытаясь подавить в себе слезы, упала на колени, пачкая джинсы. Оставили…они все бросили ее в клетке с тигром. Ещё и дождь так не вовремя пошел.       Она бы непременно просидела на улице еще, раздумывая о чем-то своем, но холодные капли, настойчиво бившие по спине, не дали этого сделать и, громко выдохнув, Мэйбл встала хмурясь. Одежду испачкала, дурочка. «Надо возвращаться домой» — смутно пролетело в мыслях. Ей ли не знать, как потом тяжело расчесывать намокшие волосы. Вчера вон, с Адамом узнала… При этих мыслях кареглазая тихо усмехнулась, вспоминая шалости с другом. Хорошо, что с ним всё в порядке.       Дома было тепло и сухо, а уставшая непонятно от чего Мэйбл даже не стала переодеваться, лениво развалившись на диване. «Совершенно не понимаю его поведения», — Мэйбл уставилась в темный экран телевизора, тяжело вздохнув. — «Да и вряд ли пойму когда-нибудь, он же сумасшедший, никогда не знаешь, что у него на уме… То спасает от бандитов в переулке, то сам пытается убить, то спасает от парней, то толкает со скалы… Это какая-то форма собственничества, типа, ее нельзя убивать никому, кроме меня? Больной демон… Я думала, он приводит в исполнение все свои слова, но, кажется, уже пару раз не сдерживалась и грубила ему. Например, как вчера ночью, но мой рот до сих пор цел и невредим», — Мэйбл слегка дотронулась пальцами до губ, и ее тут же передернуло. — «Ну и хорошо, что не делает этого. Зачем я только согласилась в ту ночь…»       Девушка подтянула к себе ноги, обхватывая их руками и отвела куда-то взгляд.       «Но, всё-таки, не согласись я сделать этого, возможно, никого бы из нас уже не было в живых», — тут Пайнс закрыла глаза, почувствовав, как усталость напала на нее с новой силой. — «Одна моя смерть будет ничто по сравнению со смертью всех моих близких.»       Со второго этажа послышались шорохи. Девушка тут же вскинула голову, начав оглядывать лестницу, но там никого и ничего не было. «Опять он… Всё равно достанет» — не слишком весело подумала она, поежившись от холода, который приносил промокший свитер и волосы. Наверняка опять что-то чудит. Надо пойти проверить, а то, кто его знает, может, он там на стене выцарапывает самого себя, а потом заставит каждое утро приносить к этому рисунку дары. Как только Мэйбл начала подниматься по лестнице, половицы на которой чуть скрипели, шум становился всё отчетливее. В небольшом коридоре никого не было, и девушка направилась к чердаку.       Но стоило ей открыть дверь, из-под которой бил свет от лампы, как она застыла в дверях, изумленно вдохнув и, так и не выдохнув.       Перед ней стоял Сайфер, а рядом с ним на полу, избитый, на коленях стоял…ее брат. Демон держал Диппера за волосы, а тот мог только нечленораздельно мычать, потому что его рот был заклеен скотчем, а руки связаны за спиной, как в каких-то дурацких фильмах. В другой ситуации Мэйбл бы посмеялась этому, но сейчас ей овладел страх. Блондин наклонился к брату и снял скотч, видимо, чтобы посмотреть на его реакцию.       — Мэйбл, убегай! — тут же закричал Диппер, задергавшись, а Билл, видимо разочарованный таким банальным посланием, ударил его по лицу. Темноволосый со злостью сжал зубы. Девушка так же стояла на месте, смотря на все это, будто парализованная.       — Вот так ты встречаешь любимую сестричку, Елка? — недовольно протянул демон, будто его это задело. — Только увиделись, а уже сразу прогоняешь, а ведь она так хотела тебя увидеть, ночами прям спать не могла, — он с улыбкой обернулся к Мэйбл, которую била крупная дрожь от вида искалеченного брата. Когда он успел? Почему она не услышала его сразу?       Рука потянулась в сторону топора, стоявшего слева от двери, который как-то шутя оставила Венди, «а то вдруг воры». Мозгами она понимала, что обычным топором демону не навредит, но это может выиграть немного времени Дипперу. Девушка старалась не думать, что это бессмысленно и одноглазый всё равно догонит и ее, и его. Так она может сделать только хуже, только сильнее разозлить или, не дай Бог, замахнувшись…промазать.       — Ты… — начала дрожащим голосом она, когда демон заметил, куда она тайком тянулась. — Ты же обещал… Что не тронешь… Моих р-родных… — стараясь сдерживать слезы, прошептала девушка. Но вдруг ее охватила ярость. Всё и правда бессмысленно, она не выиграет в игре, где правила диктует он. Рука сжалась в кулак, ногти царапали кожу. — Мы заключали сделку! — закричала Мэйбл, но на Билла это не произвело никакого впечатления. — В этом замешана только я, делай всё, что хочешь со мной, а не с ними. Они будут в безопасности, в твоей власти только я, только меня бей и мучай, таковы были условия, условия нашей гребанной сделки! — она даже не слышала саму себя из-за ужасно сильного звона в ушах, а ноги еле держали ее из-за паники, овладевшей ею полностью. Нельзя было нарушать условия, нельзя было!       Но и расторгнуть сделку нельзя, ведь тогда никому из ее семьи точно не выжить, черт возьми!       Демон стоял с полуулыбкой, всё-так же держа за волосы недоумевающего Диппера, который пытался что-то говорить. Тут он отпустил его, и парень повалился на пол. Билл подошел к Мэйбл, стирая с лица улыбку и, наклонившись, заглянул ей в глаза. Девушка застыла, как кролик перед фарами, растеряв всю свою злость.       — Я отлично помню условия сделки, Звёздочка, — прошептал он, чуть улыбнувшись. И тут же отошел. — Но тогда ты забыла спросить… — одноглазый повернулся к ней спиной, присев на корточки перед внезапно потерявшим сознание братом. Девушка часто-часто задышала, почувствовав, как в ней снова поднимается буря. -…не лгу ли тебе я, — засмеялся Сайфер, ударяя парня под дых, отчего Диппер сразу сжался и начал хватать ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег. Мэйбл резко рванула влево.       — УБЛЮДОК! — заорала девушка не своим голосом, замахиваясь топором над фигурой Сайфера, сидевшего к ней спиной. Демон испуганно распахнул ярко-желтый глаз, но не успел даже повернуться, как острое лезвие со всей силы врезалось в плоть. Брызнула кровь и послышался звук ломающихся костей, которых она, опять же, не слышала.       Мэйбл встретилась взглядом с такими любимыми карими глазами. Диппер лежал на полу, окровавленным ртом издавая непонятные полувздохи-полувсхлипы, а из его груди торчал тот самый топор, пробивший грудную клетку и наверно, легкие.       Билл, исчезнувший и появившийся чуть сбоку за секунду до того, как лезвие должно было пронзить его спину, вдруг безумно заулыбался, а зрачок на его глазе сузился, делая вид еще более ненормальным.       — Вау, Звёздочка, да ты всё-таки даже более ненормальная, чем я думал! — захохотал демон, чуть откидываясь назад. Мэйбл, казалось, теперь вообще ничего не видела. Не видела ничего, кроме своих окровавленных рук и испуганных темных глаз брата, его лица, искаженного страхом вперемешку с болью и непониманием всего того, что сейчас произошло, изо рта которого текла небольшой ручеек крови и она же разливалась багровым пятном на рубашке лежащего парня. В этот момент для нее будто остановилось время.       Это не может быть. Какой-то глупый сон.       Перед глазами все начало расплываться, их защипало, и девушка сама не заметила, как упала на колени и начала рыдать, цепляясь за перепачканную рубашку, но брат ничего ей не отвечал. Рядом стоял Билл и смотрел на Мэйбл, но улыбка уже пропала с его лица. Трудно было сказать, что ему весело наблюдать за этим, хотя всего пару минут назад смеялся на весь дом.       Дрожа всем телом, сама, не понимая, что она делает, будто в бессознательном состоянии, кареглазая в последний раз сжала рубашку брата и внезапно резко выскочила из комнаты, побежав вниз, едва ли, не падая от слабости и расплывающейся картинки перед глазами. В голове лихорадочно пробегали какие-то странные мысли, смысл которых она не понимала, невнятный комок из чувств, будто разрывал изнутри, затмил весь разум, и девушка не стала этому сопротивляться, направляясь куда-то. Ей показалось, что она сейчас сойдет с ума.       Если уже не сошла.       Звук мотора привел ее в чувства, когда девушка стояла на кухне, сжимая в руке нож. Ошарашенно посмотрев на холодное оружие в своей руке, она тут же со страхом отбросила его. Что она такое делает? Звуки шагов.       «Это дядя Стэн!» — пронеслось у нее в голове. Твою мать, только бы он не…пошел к ней…       При мысли о том, что она снова увидит в комнате, девушке хотелось выть, но ничего лучше она не придумала. Быстро сбежав по лестнице вверх, Мэйбл открыла дверь и залетела в комнату, захлопывая за спиной дверь, прислоняясь к ней спиной. Для дяди она просто спит.       В комнате никого, кроме нее, не было. Кроха надежды забилась в сердце, и девушка уже была готова принять то, что она свихнулась и ей всё это почудилось. Это было легче принять, чем то, что она только что…собственными руками убила брата. Но, приглядевшись, кареглазая заметила на полу капли крови. Не трудно было догадаться, что это разрушило все надежды.       Закусив с силой руку, так, что Мэйбл почувствовала на языке солоноватый металлический привкус, девушка сползла вниз, стараясь заглушить этой болью все мысли и чувства. Не чувствовать ничего, кроме боли в руке.

***

      В комнате стало светлее. Солнце медленно поднималось, светло-рыжая полоса протянулась над лесом, выгоняя темно-синюю ночь. Прошло уже несколько часов, но она до сих пор не двинулась с места, вцепившись в плечи искусанными руками, уткнувшись лицом в колени, мокрые от слез. И не спала. Забыться сном было просто невозможно, лицо брата постоянно вырисовывалось каждый раз, когда она пыталась надолго сомкнуть глаза.       Но ведь… Если забыться другим сном, это больше не будет мучить ее? Ведь… Она больше не будет ничего чувствовать тогда, верно?       Мэйбл медленно поднялась с пола, руки безжизненно свисали вдоль тела. Она никогда не думала об этом. До этого момента.       Бредя вниз по лестнице в сторону ванной, словно сутулая тень, девушка захватила по дороге со стола тот самый нож. О чем она думала вчера, схватив его тогда, не о том же ли самом?       Медленно набиралась вода. Она была прохладной, но сейчас это кареглазую не волновало. Главное решиться. С дрожащими руками она смотрела на свое отражение на лезвии. Она не сможет с этим жить. «Простите. Простите меня все, и ты, Диппер», — попросила про себя Мэйбл, стирая текущую по щеке слезу. Девушка осторожно погрузилась в холодную воду.       В комнате стало светлее. Солнце медленно поднималось, светло-рыжая полоса протянулась над лесом, выгоняя темно-синюю ночь. Нож выпал из окровавленных рук, на которых хаотично были расположены порезы. Неважно, что больно, главное, чтобы сработало.       Через какое-то время вода показалась ей ледяной, стало ужасно холодно. Так вот как это?..       «Надеюсь, на той стороне меня будешь ждать ты, Диппер.»

***

      На пороге появилась чья-то фигура, удивленно оглядывая ванну, вода в которой окрасилась в красный.       — М-мэйбл?..