Самое стремное интервью

      Молодая девушка, цокая высокими каблучками, вошла в комнату, где сидели Антон Шастун и Арсений Попов. Как только дверь открылась, парни резко что-то перестали обсуждать и быстро расселись по местам.  — Итак, молодые люди, — сказала она, присев напротив них. — Готовы давать интервью? Девушка улыбнулась, приготовив диктофон на телефоне.  — С вами я готов на всё, — томно произнес Арсений, подавшись вперед.  — Арс, — издал смешок его коллега, потерев переносицу. — Чтоб вы знали, он нормальный.  — Мне нравится ваш настрой, — смущенно ухмыльнулась журналистка, открыв на смартфоне заранее подготовленные вопросы. — Пожалуй, начнем.       Арсений открыл дверь на лестничную площадку и увидел Антона, стоявшего спиной к нему.  — Эй, какого черта? — спросил Арс, выйдя на площадку. Шаст обернулся к другу, и Попов опустил голову, сдерживая смех. Антон держал правую руку на своей шее, а лицо его выражало крайнее недовольство.  — Я застрял, — произнес он, пытаясь отцепить один из своих металлических браслетов от своей цепочки на шее.  — Давай, я помогу, — Попов подошел ближе, пытаясь высвободить друга. — Как ты так умудрился? — тянув улыбку, спросил Арс. Когда Антон нервничал, он становился жутко неуклюжим, и подобные ситуации даже умиляли его коллег. Но вечно излюбленный вопрос — «Как ты умудрился?» — фигурировал частенько среди ребят в последнее время.  — Я просто хотел размять шею и… Я сам не понял, как это произошло, — пробубнил устало Шастун.  — Чего ты так пулей вылетел из кабинета? Мне пришлось оправдываться перед ней за тебя. Антон нахмуренно уставился на друга.  — Это было самое стремное интервью за всю мою жизнь!  — Да нормально всё было.  — Было, — съязвил блондин, — до того момента, пока ты не отказался от съемок в фильме!  — А ты зачем согласился? — Попов перевел недоуменный взгляд на парня.  — Я думал, ты готов на любой сценарий, ты же театрал! Арсений оскорбленно отошел на шаг, возмущенно уставившись на Антона.  — Что? — раздраженно переспросил Шаст, пытаясь самостоятельно вырваться из оков.  — То есть, если я играл в театре, значит, я могу и в гейской порнушке сниматься?!  — Это не порнушка, — тяжело вздохнул Шастун. — Она же сказала: два поцелуя, одна постельная сцена, никто тебя не заставляет трахаться с парнем по-настоящему. Арс снова подошел к другу, встав вплотную.  — Это была проверка, ты же понимаешь, что она из этих? — шепнул недоверчиво он, привстав на носочки.  — Она не шиппер, она просто выполняет свою работу.  — Да дело даже не в журналистке, а в том, что все эти псы оккупируют наши с тобой жизни после экранизации фильма! Как ты не понимаешь?  — Ну и что?  — Почему же ты тогда сорвал интервью? Почему не согласился? Арсений иронично расставил руки в бока.  — Да ты ее слышал? — Шастун досадно возмутился. — «Если вам не принципиально, мы можем найти другого актера на роль вашего бойфренда»! Арс повел бровью.  — А тебе принципиально?  — Ну, блять, конечно! Антон снова отвлекся на свои побрякушки, уже психуя от того, что не может из них выпутаться. Но осознание пришло слишком поздно. Шастун взглянул на друга, а тот ошеломленно смотрел в ответ.  — Арс, — дрожащим голосом тише произнес Шастун, — я не имел в виду, что я бы лучше трахнулся с тобой, чем с другим… Я имел в виду, что, имея опыт работы с тобой, я бы лучше предпочел сниматься с тобой, чем с кем-либо еще. Антон испуганно пытался объясниться, и у него не особо получалось.  — Я… Я понял, — медленно кивнул Попов, покраснев от смущения.  — Ничего личного, да? — уточнил Шаст.  — Угу. Арсений снова дотронулся до запястья Антона, пытаясь помочь ему выпутаться.  — А тебе? — тихо спросил Шаст.  — Что мне?  — А тебе принципиально? Арсений не решился поднять глаза.  — Хотя ты скорее бы выбрал Серого, — уголком губ улыбнулся Антон, с неким волнением разглядывая парня.  — Серегу? — фыркнул Попов. — Да ни за что.  — Он же твой лучший друг.  — Именно, что друг.  — А я? Арс всё же поднял глаза.  — Ты? — Попов, пытаясь подобрать подходящие слова, сам ненароком запутался. — У вас же разные амплуа, и Серега не подойдет на такую роль. Шаст внимательно смотрел на то, как коллега пытался искусно оправдаться.  — Он же больше такой грубый хачик, а ты… милый.  — «Милый»? — усмехнулся Антон в своей обычной манере.  — Ну, ты понял, что я имел в виду, — рассмеялся Арс.  — Думаешь, у нас бы получилось войти в роль?  — Почему ты это спрашиваешь? — Арсений неуютно нахмурился.  — Потому что именно нас пригласили на это интервью, чтобы предложить роль «голубков».  — Не говори, что начинаешь тоже верить во всё это…  — Я не верю, — Антон пожал плечами, — я пытаюсь понять. Арсений резко дернул руку друга на себя, и браслет, наконец, освободился от цепочки, и Антон от неожиданности врезался в Попова. Арс успел подхватить друга, и они чудом устояли на ногах. Их лица оказались в сантиметре друг от друга. Взгляд зеленых глаз тут же застыл на чужих губах. Шастун и не подумал дать заднюю. Арсений долго решался, но всё же приблизился, наклонив голову в сторону для поцелуя. Пальцы Попова продолжали сжимать запястье парня, их губы чуть было не коснулись, но Арс будто назло не двигался дальше.  — Даже если ты поверил в эту бредятину… — прошептал он в губы коллеги, — думаешь, зритель не поверит? Он медленно отдалился, победно ухмыльнувшись. Арсений обернулся, чтобы уйти, но того неожиданно остановили. Антон развернул парня и, вцепившись в его футболку, бросил к стене.  — А чего это я один должен в это верить? — парень сверкнул улыбкой и нетерпеливо впился в губы Арсения поцелуем. Попов распахнул глаза, и от увиденного Шастуна, с его зажмуренными глазами и нелепо сведенными бровями, он медленно закрыл их, утопая в неожиданно нежном и сладком поцелуе. Губы Шаста показались ему влажными и теплыми, но внезапно приятными. Для обоих это было что-то новое. Необычайно новое чувство. Пальцы Антона разжали чужую футболку и медленно покатились на плечи парня. Когда он отстранился, то тут же отдернул руки, будто ошпарился.  — Ой… Попов взглянул на Шастуна с немым вопросом, но его взгляд вдруг сдвинулся правее. Антон обернулся. На лестничной площадке стояла та самая журналистка. Она чуть было не выронила папки, но вовремя очнулась и просто поцокала вниз, позабыв о том, куда она шла. Шаст обеспокоенно бросил взгляд на друга.  — Похоже, роль уже наша, — усмехнулся Попов, раскинув руки в сторону.