Забудь про «Кодекс»

Кровь тонкой струёй стекала по колену, окрашивая белые одеяния в багрово-красный цвет. Ветки на пути постоянно мешали бежать и нещадно били по лицу. Сбиваясь с пути, парень бежал по тёмному лесу, не теряя надежды выбраться. Позади него между деревьями мелькала чёрная тень, срезая длинными острыми крыльями преграды себе и оставляя их на дороге, чтобы отрезать пути к отступлению беглеца. Она приближалась всё стремительнее, не утруждая себя постоянной погоней, а резко маневрируя в казавшейся непролазной лесной чаще. Светловолосый юноша обернулся в поисках преследовавшего глазами. Вот что-то шелохнулось справа от него, заставив прибавить скорость. Юноша изо всех сил постарался расправить белые крылья, безвольно сложенные у него за спиной, но и эта попытка не увенчалась успехом. Одно крыло было сломано и сейчас вызывало жуткую боль, мешавшую ясно мыслить и своевременно уклоняться от препятствий на пути. Силы покидали блондина, но он боролся до конца, не давая тени приблизиться к нему и на метр. Постоянно прокручивая у себя в голове пункты ненавистного ему «Кодекса». Но вдруг одна из веток зацепила больное крыло, сбив парня с дороги. Тот споткнулся о лежащее впереди бревно и покатился, находя телом каждый камень, с небольшого холма, напоследок хорошенько приложившись спиной о ствол дерева, встретившего его у подножья. Чёрный силуэт остановился на мгновение на вершине холма, потеряв его, и теперь выискивал его белую рубашку в вечерней темноте. Блондин тихо застонал, не выдержав боли, чем привлёк на себя внимание. Он спустился к нему и увидел слёзы в глазах теперь уже беззащитного ангела. Он почувствовал его страх. И вот он уже рядом. Чёрные крылья аккуратно поднялись и сложились за его спиной. Он поднял руки и скинул в головы капюшон, скрывавший его лицо. Чёрные, как смоль, волосы, чёрные одежды, чёрная душа. Лишь глаза голубого цвета, так странно вписывающиеся в его тёмный облик. Он присел на колено перед тем, кого так яростно преследовал. Ангел сидит, опираясь о ствол. Слёзы медленно текут по красивому лицу, смывая кровь и грязь. Одно крыло непроизвольно обвивается вокруг него, стараясь защитить его обладателя и не потревожить второе больное крылышко. Белая рубашка уже давно потеряла свой первоначальный вид, теперь представляя собой изорванное в клочья и испачканное во всём, в чём только можно, полотно. На одной штанине также бывших некогда белоснежными брюк багровое пятно и разодранная в колене ткань. Руки исполосованы мелкими порезами ветвей и несильно кровоточат. Он настолько бледен, что, кажется, испарится при малейшем дуновении ветра, обернётся белым облаком, холодным и таким чужим. Это странно, но демон не хочет ему этой участи. Светловолосый юноша робко глядит на него, глотая слёзы. В тишине леса раздался тихий всхлип. Ангелам нельзя показывать слабость, но ему сейчас явно не до правил. Ведь тот, от кого он бежал, снова его нашёл. И заберёт с собой. Его точно накажут. Демон протягивает руку и касается холодной ладонью его щеки, вытирая солёные капли, портившие столь красивое личико. Юноша слегка вздрагивает от прикосновения, но не отстраняется. Лишь задаёт извечный вопрос: — Зачем, Рихард? Тот не отвечает, лишь поправляет второй рукой выбившиеся из растрёпанного хвоста светлые пряди волос и заглядывает ему в глаза. Ангел, уже не стесняясь, отвечает на его взгляд, попутно обводя глазами лицо демона. Он тоже красив, только своей, тёмной красотой. Чёрные волосы резко контрастируют со светлой кожей, голубые льдинки в глазах приковывают его внимание. Тонкая линия губ слегка искривилась в усмешке. Он отстраняется и, аккуратно подхватив юношу, словно пушинку, поднимает его с земли и прижимает к груди, заставив обнять его за шею, чтобы не упасть. Светловолосый парень прижимается к нему, чтобы согреться. Он знает, что тот его не оттолкнёт. Это будет не его наказание. Демон лишь резко вздыхает и, расправив крылья, поднимается над лесом. Юноша не сразу понимает, что обращаются к нему. — Снова убежишь? — Взгляд демона потускнел, он смотрел ангелу прямо в глаза, ища ответ. — Ты же знаешь, что из-за «Кодекса» я не могу по-другому. Тёплые ореховые глаза юноши встретились с холодными голубыми. Он обнял его сильнее, будто вымаливая прощение. — Убегу, но… прошу, не отпускай меня. Одинокая слезинка скатилась по его лицу, упав на чёрную мантию Рихарда. Тот непроизвольно залюбовался этой картиной. Сколько любви в этой крохотной душе. «Кодекс ангела» запрещает общение с демонами, запрещает слабость, запрещает сдаваться и потакать своим желаниям. Чтобы хоть немного облегчить наказания, ждущие его наверху, он который раз сбегает. Но Рихард всё равно его находит, чему ангел в душе искренне рад. У него есть ещё месяц, прежде чем свершится очередной побег. Демон аккуратно дотрагивается холодной ладонью до щеки ангела, вгоняя того в краску. Наклонив его голову, он посмотрел ему прямо в глаза. — Пауль, как можно любить и до сих пор упоминать эти правила? — Он пустил в ход один из любимых приёмов демонов – искушение. Он невесомо касается губами таких влекущих, слегка приоткрытых от удивления губ ангела. Тот, замерев на секунду, робко отвечает, сцепляя руки в кольцо вокруг его шеи. Брюнет на мгновение отстраняется, заметив скованность действий юноши. Поддерживая его за шею, он тихо прошептал ему на ухо: — Забудь про «Кодекс». Сейчас он уже ничего не значит. — Льдинки в его глазах дрогнули. Услышав это, Пауль медленно провёл пальцами по чёрным прядям и, осмелев, сам потянулся за новым поцелуем, вызвав умиление демона и учащение его дыхания от волнения. Тот хитро улыбнулся и углубил поцелуй, зарывшись одной рукой в мягкие светлые волосы, а другой – придерживая его за талию. Ведь правила созданы, чтобы их нарушать. И сейчас никто из них не признавал другой истины. Всё давно не делится на чёрное и белое. Мир далеко не так прост, как кажется. Серых полутонов сейчас гораздо больше. И это был яркий пример смешения красок. Чёрное слилось с белым, а белое позволило ему это сделать. Одна картина, куча деталей, сливающихся в единое целое. Кровь, небо, ангел и тот, кто способен контролировать это существо, созданное из света. Вот только всё уже было под контролем, и, в то же время, беспорядочно металось меж двух огней. И никто не посмеет это прервать. Это как глоток свежего воздуха для них обоих. А отказаться «дышать» - явное безумие. Буйство красок, сумасшествие и беспамятство. Свет потухнет, рухнет мир, а эта цепь ещё долго не прервётся, возвращая их к жизни. Порой, бессмертие – это не так уж и плохо, если знаешь, чего хочешь. Я не вернусь. Я теперь с ним. «Ровно дыши, капитан моей распущенной души».