Чистилище

Изая довольно улыбнулся, прищурившись от ярких лучей солнца. Как тихо, спокойно… Трава, цветочки, кустики и веточки покачивались от легкого ветерка, который так приятно бегал в волосах. Солнышко припекало, но было со всем не жарко. А воздух, что вдыхал мужчина, был абсолютно чистым, с некой примесью запаха хвои. В общем, лепота… И брюнет разлегся бы поудобнее, ловя каждую секунду этой замечательной жизни, если бы не одно НО! Этим самым «но» являлся очень нервный и агрессивный субъект, бегающий вокруг дерева, на котором расположился бывший информатор, ушедший на покой после превосходного исполнения плана под названием «Даллахан». И этот субъект создавал Орихаре ряд крупных проблем. К примеру, блондин, а это был именно он, ибо никому другому здесь появиться нельзя (ну, за исключением пары-тройки людей), кидал в него камни. И ладно бы камни, они никакого вреда кроме пары синяков причинить Изае не могли. Но вот «камешки», которые выбирал Шизуо, больше походили на булыжники. А если учесть адскую силу «монстра», даже находясь на дереве, брюнет был в огромной опасности. Он знал, как никто другой, что злобный Хевайдзима способен на многое, включая вырывание дерева с корнем прямо из земли. Орихаре повезло, что он залез на толстое дерево. Хотя как – неизвестно. Всплески бешенства у блондина – обычное явление. Это стало уже традицией. Вместо утренних пробежек они просто доводили друг друга и бегали, как в игре «кошки-мышки». Брюнет не мог отказаться от своей язвительности, а Шизуо принимал все слишком близко к сердцу. Но вот сегодня бывшего бармена ожидала такая новость, после которой он действительно был готов прибить Изаю, не мешкая и не давая ему отсрочки. Как и все пары, мужчины часто ссорились, доводя друг друга. Дело даже доходило до кровопролития. Впрочем, как и раньше в Икебукуро. Но затем, опять же, как и все пары, мирились по обоюдному согласию и весьма приятным способом – в постели. Информатор порой после всех этих «примирений» не мог встать с кровати дня два. Если бы не адская силища Хевайдзимы, то прозвище «монстра» он бы получил совершенно в другом значении. Блондин был тоже очень доволен после того, как получал свое, хоть ему и приходилось иногда чинить сломанные ими вещи. Например, стол, кровать, тумбочку… Больше всего страдал диван, находившийся в гостиной, но и то потому, что «блоха» один раз закапризничал и решил переустроить их любовное гнездышко под свои предпочтения и заставил Шизуо зачем-то сделать гостиную, хотя гостей у них не должно было быть. Ну, так вот. В один из таких насыщенных дней, после которого вокруг их домика были разбросаны десятки сломанных сучьев, некоторые деревья наклонены, а муравейник, который Орихара завел для того, чтобы за кем-то наблюдать и строить свои коварненькие планы, ибо никак не мог отказаться от главного развлечения всей своей жизни, передавлен. Еще и кровать была не доступна: мужчины проснулись от того, что на них нагло пялились два абсолютно похожих друг на друга карапуза лет этак трех-четырех. Вот тут все и началось… Изая, заметив, что два мальчика очень странно напоминают ему уже знакомые черты лица, которые он видел не только в лице любовника, но и в зеркале, предположил, а точнее неудачно пошутил, что это их дети… Тогда брюнет не подозревал, что Хевайдзима настолько близко к сердцу воспримет его слова. В конце концов, Изая оказался на дереве, а Шизуо бродил вокруг его убежища, ругаясь чуть ли не отборным японским матом и иногда пуляя в соперника комья земли, шишки, ветки и глыбы каменной породы. В общем, не сахар. Информатор вздохнул, задумчиво покрутив излюбленное кольцо на пальце (второе он отдал блондину, посчитав это отличной заменой свадебных колец. Конечно же, этот бесчувственный чурбан не воспринял подарок, как следовало бы, да и налез ценный металл ему только на мизинец. Ну, это хоть как-то подтверждало их отношения). Сейчас брюнет пытался всеми силами понять, откуда взялись дети. Причем дети столь на них похожие. Лишь одна женщина могла их создать. Селти. Но ведьма уже давно не появлялась. А мысль, что Орихара сам родил детей (все же он «снизу» и, по сути, выполняет роль девушки) была просто наиглупейшей. Особенно если учесть, что дети уже достаточно подросли. - Шизу-тян, давай я слезу, и мы разберемся? – протянул мужчина, которому уже надоело сидеть на ветке, когда этот зверь носится внизу! - Слезай-слезай, - огрызнулся тот. – Я тебе всегда хотел голову проломить и отправить к праотцам! - Фактически, последнее невозможно, так как мы, милый, застряли на перепутье, - напомнил его собеседник, опершись подбородком о руку и посмотрев на любовника сверху-вниз. - Какая разница?! Смысл один! Я тебя урою! Ты, бесхребетная, наглая вошь в моей жизни! – рыкнул блондин, поднимая очередной камень. - Не выражайся при наших детях! – сдерживая смех, крикнул Изая, кивнув на две маленькие головки, выглядывавшие из-за двери и хлопающие своими невинными глазками. Бывший бармен перевел дух и откинул камень. Дети… Он не готов к такому! Да и действительно: «как»?! Хотя, в этом месте и не такая чертовщина творилась. В этом мире частенько вещи появлялись сами по себе. Но появлялось именно то, что им нужно было для жизни! Будто это место знает, что нужно мужчинам. Одной из таких вещей были блоки сигарет, которые Хевайдзима курил. Он и сейчас с удовольствием закурил, переводя дух и успокаиваясь. Орихара, поняв, что камнепад остановился, аккуратно спустился и подошел к любовнику, кокетливо поводив пальцем по его руке. - Ну что же ты? Тебе давно пора взять на себя ответственность. Или ты просто хотел меня использовать? – наигранно надул губки брюнет, напоминая избалованную школьницу, которая провинилась перед родителями. - Заткнись, блоха! Нам надо решить, что с ними делать, - отмахнулся от него блондин, возвращаясь к домику и выкидывая сигарету. Информатор склонил голову набок, удивляясь с какой легкостью Шизуо поднял двух малышей. А что? Смотрелось очень мило и… по-семейному как-то. Вот что не позволяло им стать полноправной семьей – отсутствие детей. Изая невесело улыбнулся, переводя взгляд на деревья. Неужели это место поняло их переживания, мысли, желания, и решило таким образом помочь им стать настоящей семьей?! Вот же… Его отвлек оклик недовольного блондина. Брюнет послушно прошел в дом, вставая рядом с Хевайдзимой напротив двух деток. Оба были еще такими маленькими: кое-как дотягивали до живота информатора (а тот и так был ниже бармена), темные взъерошенные волосы и карие глубокие глаза, были точь-в-точь как и у их «папки». Один из них, судя по всему младшенький, жался к брату, а старший во все глаза смотрел на мужчин, засунув палец в рот. - И что теперь? – повторил блондин, потерев переносицу. – Дети… это ведь тебе не муравьи, Орихара. - Говори за себя, имбицил несчастный! Ты мою Мишель раздавил! – возмутился тот. – И вообще, я воспитал двух сестер. - Ага, воспитал, - закатил глаза Хевайдзима, вспоминая две «опухоли» всей его жизни. Однако их он переносил намного лучше, чем их брата. – Постой, Мишель? – недоверчиво покосился на него мужчина. - Ну, пускай они такие. Пускай любят поэкспериментировать, последить за людьми, слишком приставучие и вечно что-то замышляют, - отмахнулся Изая. – Да, Мишель. Эта королева муравейника! Теперь она больше напоминает королеву лепешек, - пояснил он. – И вообще, я в курсе, что это дети! Но нельзя же так просто их оставить! - Их создал лес. Вот ему и вернем, - отрезал Шизуо, не желая тратить свободное время на кого-то еще. Бармен хотел было уйти, оставив последнее слово за собой, и выкурить как минимум пачку сигарет, чтобы успокоиться, как его за рукав поймали маленькие пальчики. Старший из близнецов, заглянул своими невинными глазками, попутно хлопая длинными темными ресничками, в глаза блондина и причмокивая своими губками-бантиками. - Папа, кусать… - протянул он тоненьким голоском, еще плохо выговаривая букву «ш». Неизвестно, что именно случилось в тот момент с Хевайдзимой. Он почувствовал, будто ток прошелся по его телу от пальцев ног до кончиков волос на голове и тут же вернулся назад, исчезая. Наверное, в этот момент его лицо выражало бурю эмоций, так как Орихара схватился за живот, хохоча и то и дело поглядывая на партнера. Но и он смеялся недолго… Младший из близнецов все же оторвался от потрепанной рубашонки своего братика, которая больше напоминала на мальчике платьице, и протянул к брюнету руки. - На руски… обними, - хлюпнул покрасневшим носом малыш, а на краешках глаз у него выступили крошечные слезинки. *** Шизуо нервно покусал губу, мечась по их маленькой кухоньке в ожидании брюнета, ушедшего укладывать двух карапузов. Мальчики еще плохо говорили, но явно были уже умненькими, как и все дети их возраста. Как и ожидалось, день прошел очень трудно, но насыщенно. После «мелкого» скандала и создания вокруг дома сада камней, мужчины занялись детьми. Те были абсолютно уверены, что Изая – мама, а Хевайдзима – папа. Благо еще не наоборот. Мальчиков решили назвать Ичиро и Ючи. Старшенький был слишком любопытен, и Орихара, хоть и не хотел сознаваться, не поспевал за ним. Его даже удержать было тяжело. Тут видимо гены Шизуо проявились, хотя непонятно каким образом… Блондин принялся за старшего, позволяя тому дергать его за волосы и тянуть за нижнюю губу. Вот только мужчина не прощал информатору ни одного смешка, сразу пуляя в него чем-нибудь. Брюнет занялся младшим, Ючи. Малыш был, видно, перепуган не меньше, чем его родители своим появлением в этом мире. Он никак не хотел слезать с рук своей «мамы». Но это казалось тому безумно милым. Правда, после дня с детьми Орихара боялся, как бы он не оказался педофилом. Все же возможно… Ведь он раньше никогда не думал, что окажется не той ориентации. Да и связался «язва Икебукуро» со своим врагом. Блондин только-только закурил, как на кухню вошел уставший Изая. Брюнет широко зевнул, даже не удосужившись прикрыть рот. Мужчина плюхнулся на стул, а бармен великодушно поставил перед ним чашку теплого чая, которая первоначально предназначалась для него. Орихара охотно принял предложенное, делая сразу два больших глотка и опустошив тем самым кружку на половину. - Ну как? Заснули? – тихо спросил Хевайдзима, хотя кухню и спальню отделяло несколько стенок. - Как два ангелочка, - кивнул брюнет, начиная клевать носом. – Я думаю, что мы уже их приняли, раз дали имена. - Это тебе не собаки, которых оставляют только потому, что их приласкали и дали клички, - фыркнул блондин, поводив могучими плечами и облокотившись о столешницу. - Оя-оя, кто-то их хотел в лесу оставить, - напомнил Орихара, все же не собираясь уступать свое место «язвы». - Теперь не хочу, - отмахнулся тот. – Да и лес вряд ли их теперь заберет. И самим детям мы нравимся… - Шизу-тян, как думаешь, сам лес нам дал их, чтобы нам стало лучше в нем жить? Ну, я тут подумал, что раньше это место помогало нам с проживанием. Провизия, вещи, одежда… Даже гели для душа и сигареты! Стоит нам о чем-то подумать, как оно появляется! – все же выдал свою версию информатор, цепко вглядываясь в лицо собеседника. Мужчина, похоже, понял смысл слов своего любовника, нахмурившись и скрестив руки на груди. То есть… Кто-то из них детей захотел?! Нет, дети – это прекрасно. С ними веселее, о них заботишься, они тебя любят несмотря ни на что… Но вот… Вдруг они заболеют, а врача нет? Конечно, медикаменты могут появиться здесь, но вряд ли блондин или Изая настолько сведущи в лечении. А потом что? Мальчики будут расти в лесу, где из живых только двое мужчин, которые встречаются. Отсюда вытекает то, что им рано или поздно потребуется партнер, а партнера, будь то девушка или парень, нет. Сможет тогда лес восполнить этот свой промах? И как тут будет идти время? По сути, они оба с Орихарой уже мертвы… - Нам нужна Селти, - вздохнул бармен. – Только она знает, что это за место. Она и про детей нам расскажет. Понятное дело, что мы их оставим… - Ну, конечно. Ты - папа, а я - мама, - посмеялся «блоха», вставая и подходя к любовнику, прижимаясь к нему и обнимая за талию. – Как думаешь, мы будем отличными родителями? Ты - строгим папой, а я - доброй мамочкой? Или наоборот? - Не планировал я, так скоро становится родителем, - вздохнул Шизуо, опершись подбородком о затылок собеседника. – Да и не знаю, получится ли у меня… - Я думаю, у тебя отлично получится. Вот только тебе приступы агрессии надо придержать, - посмеялся Изая, подняв голову и поцеловав такие пленительные для него губы, тут же ощущая привкус табака. - Чья бы корова мычала. Не смей малюток учить своими блохастым штучкам! – фыркнул Хевайдзима, едва заметно улыбнувшись и поцеловав его в ответ, прижимая к себе. Брюнет запустил пальцы в его отросшие мягкие локоны, прижимаясь всем телом к своему излюбленному сопернику. Рядом с блондином ему всегда было спокойно. Пусть вначале Орихара все еще переживал о том, правильный ли выбор он сделал, загадав даллахан такое желание, но после множество раз убеждался в том, что выбор был сделан абсолютно верно. Ничего лучше такой вот жизни Изаю не ожидало. Что прекрасного в том, чтобы быть Богом и заставлять других людей любить друг друга, встречаться друг с другом, когда сам ты абсолютно одинок и знаешь, что все могло сложиться по-другому. А Шизуо никогда не давал мужчине усомниться в том, что ему тоже безумно хорошо рядом с бывшим врагом. Информатор вздрогнул, почувствовав тяжелую сильную ладонь на своих ягодицах, а вторую такую же ладонь под своей водолазкой. Его… его домогаются?! Но ведь в доме еще дети! Они могут их разбудить. Но сопротивляться умелым рукам Хевайдзимы, который уже достаточно хорошо изучил тело партнера, было с каждой секундой все сложнее и сложнее! - Шизу-тян, Ичиро и Ючи могут проснуться в любой момент! – выдохнул Орихара, когда его губы отпустили после длительного, возбуждающего поцелуя. - Не проснутся, - хмыкнул тот, нетерпеливо задирая верхнюю одежду любовника и касаясь языком ключицы партнера. – Если ты не будешь шуметь. - Но мы ведь только вчера этим занимались… И достаточно долго, - прохрипел Изая, сжав в кулаке волосы на затылке блондина и пытаясь за них оттянуть голову собеседника. - И? Я не насытился. Я вновь тебя хочу, - хмыкнул Шизуо, прикусив того за ключицу и оставляя бардовый след своих зубов на бледной коже. Дальше сопротивляться и искать разумные доводы информатор не мог. Чужие пальцы прошли по выпирающим косточкам позвонка, мягко поглаживая и рассылая от прикосновений мурашки по всему телу мужчины. Вторая рука бармена уже пробралась под штаны Орихары, раздвинув ягодицы и надавив на узкое колечко мышц, которое стало слишком чувствительно после длительных и почти ежедневных занятий любовью с этим ненасытным «монстром». Язык Хевайдзимы задел твердую бусинку соска, а затем его зубы накрыли ее, слегка оттянув. Изая тихо прохрипел, царапая плечи партнера поверх одежды. К сожалению, блондин знал, какой прелюдией можно довести брюнета до того состояния, когда он не мог ему отказать. И сейчас именно этого бывший бармен и добивался. Чертов Шизу-тян! Информатор позволил мужчине стащить с него брюки, оставляя их чуть выше колена, что сковывало движения. Шизуо тут же обхватил чувствительный орган «блохи», который был уже в полной боевой готовности после нескольких точных движений любовника, и начал медленно скользить по нему пальцами, задевая вздутые вены, уздечку и размазывая обильную смазку. Собрав пальцами другой руки немного любовного сока, Хевайдзима начал разрабатывать и подготавливать задний проход соперника для себя. Изая простонал, начиная кусать губы и нервно дергать бедрами, желая почувствовать прикосновения блондина к себе еще сильнее. Шизуо заткнул его поцелуем, вылизывая его десны, язык и щеки своим языком. Целовался он превосходно! Иногда Орихаре даже казалось, что через свою постель мужчина пропустил куда больше партнерш, чем знает информатор. - Теперь повернись и подними зад, - выдохнул бармен, отстранившись и отпуская любовника. - Как всегда – сама романтика и нежность! – хохотнул брюнет, однако послушался его и кое-как повернулся, опираясь локтями о стол и стараясь приподнять ягодицы. Сзади послышался звук расстегиваемой молнии. Изая нетерпеливо покусал губу, прикрыв помутневшие глаза. Хевайдзима вновь медлил, прекрасно зная о том, в каком состоянии находился его любовник. Чертов монстр! Ему же самому не терпится, а он лишь их мучает. Но так даже лучше… Хотя Орихара изучил почти все действия партнера, тот мог его еще удивить во время процесса. Вот сейчас теплые ладони лягут на его бедра, а отросшие ногти вопьются в нежную кожу, оставляя заметные синячки. Да-да, именно это Шизуо и проделал, приближаясь к любовнику так, что тот мог ощутить жар его тела. Брюнет начал обратный отсчет про себя, дожидаясь следующего действия. На секунду задержался, но головка утыкается чуть выше розоватого узкого прохода, который начинает болезненно пульсировать. Информатор выдыхает. Даже знание всех действий любовника в точности до секунды не дает ему сосредоточиться и успокоиться, позволяя сердцу бешено биться, а глазам потемнеть от желания. И самое обидное – начать стонать и молить о продолжении. Хевайдзима как наркотик. Получая его полностью каждый день, Изая желал получить еще и еще. Иногда даже ночью мужчина просыпался из-за маленького расстояния между ними. Орихара не мог с этим ничего поделать. Однажды брюнет плюнул на все ради этого «монстра» и был готов сделать это еще множество раз. Шизуо дождался полной капитуляции партнера: его сексуальный прогиб в спине и нервное движение бедрами. Брюнет все так же пытается сдерживать свой хриплый, осевший голос, который полностью был пропитан мольбой. Мольбой к этому блондину. Хевайдзима выдыхает, медленно входя в узкий проход любимого. Он из них двоих более собран, но также может в любую секунду потерять над собой контроль и начинать вдалбливаться в это слишком желанное тело, которое раньше он всегда хотел сломать. Мужчина медленно отвел бедра назад и сделал резкий толчок, вырвав хриплый стон из груди любовника. Шизуо облизнул сухие губы, видя, морщинку на лбу Изаи – явный признак попытки сдержаться. Хевайдзима накрыл руки соперника, прижимая их к столешнице, переплетая их пальцы, и начал плавно двигаться, с каждым толчком входя все глубже. Орихара простонал, ощущая спиной крепкую грудь любовника. Внутри и снаружи было адски жарко. Его собственная плоть покачивается от каждого движения блондина. Иногда брюнету и не требуется, чтобы Шизуо дотрагивался до него, лишь его движение внутри. Горячие губы прошлись по его тонкой шее, накрывая быстро бьющуюся венку и начиная ее облизывать и покусывать. Толчки становятся резче и сильнее. «Монстр» чуть отвернулся, перехватывая одной рукой запястья любимого, и накрыл плоть партнера другой, заставляя брюнета толкаться в его сжатый кулак. Изая вновь постыдно простонал. Хевайдзима мягко улыбнулся, поцеловав пунцовые уши любовника. Он ускорился, шлепаясь своими бедрами о ягодицы информатора. На их телах образовались капельки пота, медленно стекая на поскрипывающую столешницу. Орихара порой кусал губы до крови, ощущая железный привкус во рту. Шизуо, почувствовав соленый запах, тут же захватил своими губами губы сожителя, облизывая маленькие пощипывающие ранки. Блондин освободил руки брюнета и подхватил его под коленкой, чуть переворачивая на бок. - Шизу… тян… - простонал Изая, не ожидавший такого подвоха в самый разгар. - Ласкай свою грудь, - усмехнулся Хевайдзима, поцеловав его в подбородок и ускорившись. В таком состоянии Орихара был готов исполнить все, что прикажет этот хриплый прокуренный голос. Брюнет накрыл свои ноющие соски, сжимая их между пальцами и постанывая. После сильных толков «монстра», информатор вскоре кончил, и пару белесых капелек застыли на лакированной поверхности стола. Тут же мужчина ощутил горячую волну сзади. Блондин медленно вышел, протянув любовнику салфетку и опуская его ногу на пол. Брюнет недовольно забурчал, вновь смущенный тем, что стал выполнять то, что ему говорил бармен. Это ж надо… «Ласкай свою грудь»… Он похож на девушку?! И все равно ведь делает и получает кайф! - Не бурчи, - фыркнул как кот Шизуо, закуривая новую сигарету и поводив плечами. - Ты опять это сделал! – возмутился Изая. – Мы ведь договаривались, что больше таких приказов не будет! - Я не виноват, что ты в такие моменты слишком соблазнителен для блохи, - даже не почувствовав укола совести, сказал бармен. - Ты ублюдок, Шизу-тян, - пробурчал Орихара и тут же прислушался к шороху и жалобному плачу в спальне. - Проснулись, - заметил Хевайдзима, тут же напрягаясь, словно большой дог, услышавший, что хозяину угрожает опасность. - Я к ним. Ты тоже не задерживайся. Думаю, в первое время уместимся в кровати, - заметил брюнет, поправив одежду и поспешив к детям, которые проснулись в темноте и перепугались. - Угу, я им завтра кроватки попытаюсь сделать, - заметил мужчина, обращаясь уже, скорее всего, к самому себе. Брюнет действительно не слышал последних слов любовника. Ючи проснулся и разбудил брата, и теперь оба малыша всхлипывали и звали родителей. Наверное, страшно оставаться в большой кровати в темной комнате совершенно одним. Информатор уже и не помнил себя в этом возрасте, но помнил сестер, которые всегда лезли спать к нему, чуть ли не выгоняя хозяина комнаты из постели. - Мамочка тут! – пропел в своей манере Изая, садясь на край кровати и обнимая детей, которые тут же начали к нему жаться. Мужчина уже не осознавал, как комична вся эта сцена. Раньше он никогда не представлял себя родителем. Тем более матерью. Но увидев испуганные лица ребятишек, брюнет будто почувствовал, каково быть ею. Ючи тут же заполз к нему на грудь, не желая просто лежать рядом. Этому ребенку нужен контакт, тепло. Ичиро тоже прижался к Орихаре, но на него забираться не стал. Вскоре пришел Шизуо, залезая с другой стороны в постель и одной своей рукой сгребая брюнетов и прижимая к своей сильной груди. Дети почти тут же уснули вновь, согретые теплом своих родителей, а вот информатор долго еще смотрел в потолок, призывая к ответу все свои ощущения. Он был почему-то абсолютно счастлив, чувствуя сопение Ючи на груди и легкое копошение второго близнеца сбоку, а так же видя спящее лицо бармена, обрамлённое светлой челкой. *** - Ты уверена, Селти? – возбужденно переспросил Изая, подавшись к сидящей напротив даллахан, у которой в этом измерении была голова. - Абсолютно. Это ваши дети. Конечно сами вы их сделать не могли, и родить… - заметила девушка, кидая двусмысленный взгляд сначала на стоящего неподалеку Шизуо, держащего на руках Ючи, а затем на брюнета, рядом с которым копошился Ичиро. - То есть, все же лес решил дополнить нашу жизнь? – уточнил блондин, убирая грязные пальцы малыша ото рта. - Выходит, что так, - пожала плечиками шатенка, улыбнувшись и отпив чай. – Извините, что я не так часто к вам прихожу. Сами понимаете, Шинра, ребенок, Икебукуро и работа… - Ничего, - посмеялся Орихара, подхватив близнеца, который уже со знакомым блеском в глазах, как и у «мамы», тянулся к блестящему ножу. – Мы тут тоже в последнее время были слишком заняты. - Вам что-нибудь нужно? – спросила Селти, отставив чашку и, по всей видимости, собираясь уже откланяться. - Я хочу кое-что уточнить. Если они вдруг заболеют, ты ведь сможешь нам привести хотя бы Шинру? – поинтересовался «монстр», которого больше всего беспокоил именно этот вопрос. - Разумеется. Я уже дала Изае телефон, по которому он может в любое время связаться со мной или Шинрой, - кивнула даллахан, вставая и потрепав мальчика по голове. – Можете беспокоить и если захотите переговорить о чем-нибудь. - О, да, - довольно протянул Изая, которому порядком надоело наблюдать за муравьями. - Но сначала мы отстроим детскую, а кое-кто обещал связать им одежду сам. Нельзя все время ожидать от этого места щедрых подарков, - напомнил Хевайдзима, нахмурившись и дав Ючи вместо его грязных пальцев конфетку. - Да-да, книгу мне Селти уже предоставила, - отмахнулся тот, решив проводить шатенку. Впрочем, пошло провожать ее все семейство. Блондин и трое брюнетов довели девушку до пустоши с неизменной сухой желтой травой. Валькирия тепло им улыбнулась и попрощалась с мальчиками, пообещав их познакомить в следующий раз с ее дочкой Тидори. Мальчики, еще не понимая, лишь похлопали глазками. Мужчины помахали ей рукой на прощание, держа сынишек поближе к себе. Шизуо приобнял Орихару за плечи, прижимая к своему теплому боку. Когда они только оказались здесь, они думали о том, как бы спастись и выбраться из этого места, а теперь… Теперь они собираются здесь жить всю оставшуюся вечность вчетвером.