Затерянные в космосе.

Глоссарий: Фэйт — Fate — судьба. Анкжис най — принц моего сердца, супруг. Авулис най — обращение к самцу, имеющему сильное женское начало и находящемуся на пике овуляции. 21. 12. 2456г. 12:30       — «Я, Олег Стаценко, командир межпланетной станции Northern Lights (Северное сияние), веду видео журнал, в надежде, что сигнал заметят и предпримут попытку для спасения. Я и мой… Теперь уже партнер. Блять, не знаю, как рассказывать о том дерьме, в котором мы оба оказались… Ладно. Буду честным, мой муж. Да, Элион — мой муж». За спиной Олега послышался громкий детский плач. Мужчина вздохнул, нахмурился. Он оставил дочь спящей и пяти минут не прошло. «Неужели она выспалась? Только бы не залезла, куда не надо и не поранилась», — развернувшись к палатке собранной, кажется, из всего, что можно было найти на спасательной шлюпке, и накрытой кусками тонкой серебристой ткани и листьями, прокричал:       — Элион, ради всего святого, успокой Фэйт, хоть ненадолго. Мне надо закончить видеоотчет.       Из-за палатки появился высокий, ростом выше метра восьмидесяти, мускулистый парень с бронзовой кожей и большими синими миндалевидными глазами, которые, буквально, светились, на узком сердцевидном лице. И эти глаза излучали такую бесконечную любовь, что Олег порой терялся в этих топящих в своей безграничной нежности чувствах. Глядя на него, он вновь почувствовал томление в паху.       Черные волосы гребнем росли на голове и уходили на спину, постепенно переходя в густой хвост, увязанный плетеным из растительных волокон шнурком. Руки Олега покалывало от желания прикоснуться, зарыться пальцами в эти волосы.       Набедренная повязка не скрывала красивого рельефного торса. Поскольку форменные костюмы звездного флота прилично поистрепались и пришли в негодность, да и для дочери необходимо было сшить кое-какую одежонку, всё пошло в дело. Мужчина прикрыл веки и сделал глубокий вдох, успокаивая поднявшего свою могучую голову дикого «внутреннего зверя», так бурно реагирующего на свою пару, будто ответившего на призыв.       Не заходя в палатку, где надрывно плакал ребенок, парень подошел к Олегу, наклонился из-за спины к камере, установленной на пне. Выровнял, относительно плоской поверхности пня:       — Включена? Пишет?       — Да, а что? Иди Фэйт успокой, пожалуйста, я самого себя не слышу.       Элион наклонился к Олегу, поцеловал в висок, повернулся к камере:       — Он мой анкжис най*, — развернулся и скрылся за пологом палатки.       — Элион! Блин! Ну что за детские выходки? — прокричал в спину уходящему красавцу Олег, улыбаясь. Впору было разозлиться, но это так приятно, что кто-то любит тебя только за то, что ты есть. Ответная нежность затопила сердце, которое рвалось в полет за своим мужчиной.       Он вновь развернулся к камере. Теплая нежная улыбка не сходила с лица Олега.       — Так, на чем я остановился? Ах, да, мой Элион. «Я, представитель земной цивилизации, звездной системы Солнца и мой муж Элион, Аскорианец, представитель звёздной системы Центавра, планеты Проксима Центавра, оказались заложниками на необитаемой планете Глизе 667Сс., в звездной системе Глизе.       Наша межпланетная космическая станция оказалась уничтожена в результате столкновения с крупным астероидом. В живых остались только мы двое. По крайней мере, других выживших я не нашел», — Олег постарался сделать серьезное лицо. Еще не хватало, чтобы его улыбающаяся физиономия появилась в архивных документах.       Олег выключил камеру, поднялся. Зашел в палатку и замер на пороге. Элион спал на подобии матраса, набитого травой. Его бронзового цвета кожа практически сливалась с цветом кожи их полугодовалой дочери, мирно спящей на груди отца. Высокие скулы, миндалевидные, как у Элиона, глаза. Одно лишь отличало их: унаследованные дочерью от Олега волосы: густые, светло-русые.       «Дочь, надо же такому случиться!..» — он запустил пятерню в собственные кудри. За этот год, что они провели вдали от мира, от цивилизации, волосы прилично отрасли, висели над ушами и на шее беспорядочными длинными прядями. Но постричь или забрать в хвост, пока не представлялось возможным.       Сам факт родов не был бы чем-то из ряда вон выходящим, если б матерью была женщина. Но то, что он сам выносил и родил девочку, не укладывалось даже в собственной голове.       Оказалось, что Аскорианцы способны изменять пол партнера при выборе пары для воспроизводства потомства. Этот процесс обратим. После окончания срока и рождения малыша, материнский организм возвращается к исходной форме.       Олег покинул палатку, сел под деревом и продолжил вырезать ножом игрушку, начатую еще утром. У ребенка должны быть игрушки, и эта лошадка была точной копией его пони, оставленного на Земле. Задумавшись и быстро орудуя ножом, он погрузился в воспоминания.       ******       24, 12. 2455г Космодром «Восток».       Олег шел по коридору космопорта, повесив через плечо тяжелую сумку. Два дня назад он еще находился на территории части, а сегодня, получив приказ принять командование космическим крейсером, отправляющимся в исследовательскую экспедицию, шел на встречу с экипажем оного. Высокий, статный, уверенный в себе, с копной светло-русых волос, сероглазый полковник авиации, он возглавлял учебный центр по подготовке космонавтов, где проходили обучение шестьсот человек. Жесткий, твердый характер, железная воля, обеспечили быстрый подъем по карьерной лестнице. Требовательный, но справедливый, уважаемый студентами руководитель, занимал пост вот уже пять лет. Он завернул за угол и в конце коридора увидел толпу мужчин и женщин, ожидающих у двери. Кашлянул в кулак, давая знать о своем появлении.       Один из высоких парней оглянулся и с улыбкой шагнул навстречу:       — Олег Константинович, здравствуйте! — Стаценко узнал Петра, своего бывшего студента, а ныне первого помощника на звездолете.       Если бы назначение на звездолет не было бы столь неожиданным, то набор команды был бы для него первоочередным делом. И Петр несомненно оказался бы в числе первоочередников на пост помощника коммандера.       Олег подошел поздоровался, пожав руку всем парням, кроме одного, красивого мужчины с бронзовой кожей, «явно не землянин», который попросту не подал руки. Стоял рядом, склонив чуть на бок черноволосую голову.       Он рассматривал Олега пристально, словно под микроскопом, сканируя внешность. Мурашки побежали по телу, от столь пристального внимания. Стало вдруг жарко. Олег оттянул ворот форменного кителя.       Петр указал на него и представил:       — Коммандер, позволь представить тебе нашего нового ксенобиолога. Он представитель Проксима Центавра, Аскорианец. Элион.       Парень вновь склонил голову набок и произнес слегка вибрирующим голосом:       — Приятно познакомиться, авулис най.*       Олег не понял его последних слов, но переспрашивать не стал, открыл дверь и пригласил всех в комнату.       ****       25.12.2455г       Стоя на капитанском мостике космической станции «Northern Lights» Олег следил за показаниями навигационных приборов. Два часа назад звездолет пристыковался к станции на околоземной орбите. И теперь он принял решение направить станцию к конечной цели их путешествия. Нужно было преодолеть гиперпространство и попасть на орбиту Глизе 667Сс. В данный момент станция находилась в нужном для старта секторе. Команда заняла свои места, пристегнулась. Включились стартовые двигатели, станция задрожала, распространяя вибрацию в каждую клеточку, в каждую молекулу, дернулась и перешла на Варп, позволяющий двигаться во много раз быстрее скорости света. Двадцать минут спустя маневровые двигатели включились, переводя станцию в автоматический режим.       Исследовательский зонд, запущенный полтора года назад, определил на Глизе возможность существования жизни. И сейчас Олег стоял и смотрел в космическое пространство на красивую планету перед ним. Она очень походила на Землю, только водные просторы занимали значительно большую площадь. Целью экспедиции было изучение сырьевых ресурсов планеты и поиск биологических форм жизни. Этим и должен был заниматься ксенобиолог и геологоразведовательная группа.       Двигаясь по орбите планеты, они должны были приблизиться к ней через двадцать дней. За это время сканеры должны были отсканировать поверхность, составить топографический план и выбрать место для безопасной посадки шаттла.       — Олег Константиныч, мы Новый Год отмечать будем? — Петя расстегнул ремни безопасности и повернулся, сидя в кресле.       — Почему нет? — скупо на слова отозвался Олег, сурово глядя в космическое пространство за бортом станции.— Но как без ели? — добавил вполголоса.       Петя не ответил, отвернувшись, улыбнулся. Новый Год было решено праздновать по хорошей русской традиции, то есть, не обижая никого. Поскольку на календаре 25 декабря, сначала решили отпраздновать католическое Рождество, затем, по традиции широко отметить Новый год, весело и с душой отмечаемый в России, не забывая при этом о Рождестве православном.       После ужина, поднявшись в комнату отдыха, Олег остолбенел. У дальней стены стояла пушистая, под два с половиной метра, огромная ель. Кто, как и когда смог протащить на борт звездолета, а затем и станции эту шикарную красавицу, Олег даже не догадывался. Наряженная цветными шарами, бантами и различными фигурками птиц и животных, ель сверкала цветными огнями. Мишура и лампочки украшали комнату отдыха. Музыка гремела, казалось, со всех сторон сразу. На столиках, принесенных, похоже, из учебного центра, стояли крепкие и не очень напитки и фрукты.       Люди группами перемещались по комнате, беседуя и поздравляя друг друга. Некоторые танцевали, другие пели, подпевая под трек. Элион ни на шаг не отходил от Олега и, до неприличия, пристально разглядывал молодого офицера космического флота. Запах исходивший от него заставлял Олега дрожать, в голову лезли неприличные фантазии с его участием.       Весело проводя время в беседах и участвуя в конкурсах, Олег едва заметил, как вслед за пивом и шампанским последовали более сильные напитки. Он пытался залить алкоголем навязчивые образы. Сделал попытку встать из-за столика, пройтись. До странного быстро опьяневшее тело резко покачнуло, капитан ухватился за столик, пытаясь выровнять равновесие.       Элион, весь вечер ходивший «хвостом», подхватил заваливающегося на бок капитана. Извинился и повел его в каюту. Капитан шел по коридору, навалившись на высокого стройного Аскорианца. Запах этого инопланетянина сводил с ума, пьянил хлеще алкоголя. От желания прикоснуться к бронзовой, чуть светящейся коже Аскорианца, покалывало подушечки пальцев рук.       Олег резко и глубоко втянул воздух, накрыло так, что подкашивались ноги. Он развернулся, прижав Аскорианца к стене, прошептал в губы «Элион» и впился жестким поцелуем… Олег не совсем понимал, что происходит с ним, такая резкая потеря контроля даже в нетрезвом состоянии была не свойственна молодому крепкому организму, привычному к разного рода экстремальным ситуациям. Он хватался за Элиона, как утопающий. И, порой, казалось, что он и в правду тонет в этом фейерверке эмоций, накрывал такой калейдоскоп ощущений, что кружилась голова и подкашивались ноги.       Элион отвечал не менее рьяно, прижимая к себе горячее желанное тело. Лизал, гладил, покусывал. Олег от наслаждения лишь всхлипывал и поскуливал. Элион не первое десятилетие бороздил космические просторы, но впервые встретил совместимого лишь с ним представителя другой цивилизации и не собирался лишиться шанса оставить потомство. Для вымирающей цивилизации Проксима Центавра разбрасываться генофондом непозволительная роскошь. И то, что парой ему явился человек, мужчина, стало для него шоком.       — Най!.. Авулис най! — тихо прошептал в губы. Кроме его пары для него больше никого не существовало. Теперь он жил и дышал лишь только для него, для Олега. И вопрос защиты и расстановки приоритетов для Элиона больше не стоял. На первом месте всегда будет его пара, его анкжис най, супруг. ****       Олег с огромным трудом разлепил веки. Сильно болела голова. Свет, бьющий с письменного стола, резал глаза, словно песка насыпали. Пошевелился. Обнаженное тело обдало прохладным воздухом, вздохнул и ощутил спиной прижавшееся к нему горячее тело и руку, обвившую грудь. Напрягся.       — Элион? — почувствовал нежное поглаживание и увидел тонкие пальцы, нежной лаской пробежавшиеся по животу и остановившиеся на соске, ласково покружившие по ареолу. — Что ты делаешь в моем кубрике? — Стаценко, не отрываясь, следил за движением бронзовокожей руки по своему торсу. Казалось, мышцы тела, сокращаясь, следуют за пальцами Аскорианца. Тянутся к этому источнику нежности и жаждут наслаждения. Парня начало реально потряхивать и вовсе не от выпитого накануне алкоголя. Олег вновь стал терять контроль над своим телом.       Элион склонился к ушку и томно произнес, слегка вибрируя:       — Най! Мой Анкжис най! — поцеловал в плечо.       Коммандер рванулся из горячих объятий, скатился на холодный железный пол кубрика, прикрываясь простыней.       — Уходи немедленно, — голос дрожал от смущения. Разум твердил одно, а предательское тело уже все решило само: рьяно и с проникновенной нежностью отзывалось на откровенные ласки красавца, лежащего за спиной.       Элион грациозно поднялся и покинул, улыбаясь, кубрик. Глаза светились смесью обожания и поклонения.       Всю следующую неделю до Нового года Олег сторонился назойливого Аскорианца, зорко следящего за ним в самых неподходящих местах. Даже теперь, стоя на капитанском мостике и анализируя показания датчиков, он ощущал на себе взгляд синих миндалевидных глаз. Нахмурился, происходило явно что-то необычное. По утрам, спустя четыре дня, стала мучить тошнота, соски стали чувствительнее и набухли. Он с трудом выдерживал дневное ношение формы. Прикрыл веки, успокаивая тело, реагирующее даже на мысли об Аскорианце. Вновь сосредоточил на датчиках взгляд.       — Петр, вы проверили данные приборов? Не нравятся мне они…       — Гравитационные сенсоры сходят с ума, сэр! Похоже на космическую бурю, — Петр нахмурился. С таким необычным явлением помощник командира сталкивался впервые, хотя это была не первая его экспедиция. Впереди аккумулировались вихревые образования звездной пыли и похожей на пар звездного вещества.       Митсури обернулась, тряхнув затянутыми в хвост дредами:       — Данные невероятные, поэтому мы вам и прислали их, сэр! — самая молодая из астронавтов в команде, юная японка была математическим гением. Рассчитать траекторию и проложить оптимальный курс для станции, для нее было делом трех секунд, причем все сложные расчеты девушка производила в уме и делала это быстрее бортового компьютера. Ей не было равных на симуляторах. И, при утверждении состава команды, Олег затребовал именно её.       — Петр, доложите обстановку! — жесткий волевой подбородок поджался. Олег весь собрался, обратился в слух. Все данные по обстановке на станции должны были прийти на главный компьютер для анализа.       — Пока не видим данных, сэр, дайте двадцать секунд… Корпус тряхнуло. Волевой рык капитана прорезал воздух:       — Включить поляризацию. Установить визуальный контакт! — команда бросилась выполнять приказ командира. Умение работать в команде было главным в критических ситуациях. И Олег учил и отрабатывал со своими студентами именно эти умения.       — Капитан, вы это видели? — паника звучала в голосе лейтенанта Тахиро. Программист с огромным стажем работы следил за отлаженным функционированием всей технической базы электронной аппаратуры на борту корабля. И это должен был быть его последний полет.       Перед иллюминатором, внезапно, из эпицентра вихревого образования показался огромный астероид, неотвратимо плывущий на станцию.       — Боже… — прошептал Олег. — Тревога! Красный код! Включить лазеры! — страх мурашками пополз по позвоночнику, вызывая дрожь.       Но голос капитана был тверд и заставил команду собраться и действовать в соответствии с протоколом. Каждый, словно винтик в едином отлаженном механизме принимал решение на своем посту.       — Вектор отклонения Бета 5, курс 320. — Митсури, как всегда, не дрогнула, была решительна и собрана в критический момент. Вновь тряхнуло, вибрация поползла по корпусу.       Олег прокричал:       — Огонь из всех лазеров, доложить о повреждениях!       Крик капитана заглушил сильный взрыв, сквозь который пытался прорваться голос старшего механика с нижней палубы:       — Гравитационный двигатель выведен из строя, я такое впервые вижу, сэр! Энергия 38% и продолжает стремительно падать!       Тахиро обернулся:       — Система стабилизации повреждена! У нас были подняты щиты? — в голосе мужчины теперь сквозила неуверенность.       Элион подошел к Олегу и встал рядом, готовый защитить свою, пока еще не признавшую его, но от этого не менее дорогую, пару. Олег кинул на него жесткий взгляд и ничего не сказал, в боевой обстановке некогда было разводить сантименты.       — Датчики кислорода на палубе с шестой по двенадцатую на нуле, — паника звучала в густом грудном голосе женщины. Похоже, непоколебимая Митсури дрогнула, сдавая позиции спокойствия и непробиваемости.       — Мощность щитов девять процентов! Мы сыпемся! — огромные глаза Петра смотрели на капитана с мольбой. Нерешительность командира могла стать фатальной.       — Всю энергию подать на передние щиты! Готовьтесь к срочной эвакуации… — Элион положил руку на плечо Олега. Тот обернулся, кинул на Аскорианца жесткий взгляд и движением плеча скинул руку.       Очередной мощный взрыв сотряс станцию. — Приказ №13! Начинается эвакуация! — Включил громкую внешнюю связь, прокричал в микрофон. — Все отсеки! Говорит капитан Northern Lights! Немедленно покинуть корабль! Всем занять места в спасательных шаттлах, согласно штатному протоколу!       Капитан переключил систему на автопилот. Оглянулся, Элиона рядом не было. Где-то внутри подняла голову паника. Включился компьютер. Приятный металлический голос произнес: «Автопилотирование уничтожено! Возможно только ручное управление» на экране загорелись слова «warning — IMPACT» и начался обратный отсчет.       Олег сорвался с места, бросившись к спасательным шаттлам, по пути заглядывая в отсеки, выискивая глазами назойливую бронзовокожую фигуру. Элион появился со стороны третьей палубы, с большим металлическим кейсом в руках.       — Что это?!       — Медикаменты! — взрывы следовали один за другим.       Бросились к внешним шлюзам, где были пришвартованы шаттлы и в шоке замерли. В шлюзе стояла одинокая капсула, с трудом способная вместить одного пассажира. Олег поднял корпус капсулы:       — Элион, вперед! — Аскорианец отрицательно мотнул головой, нахмурился. — Давай! Выполнять приказ! — со злостью в голосе заорал Олег.       Элион забрался в капсулу, кинув кейс в ноги, прихватил туда же тонкий нейлоновый брезент. Чуть приподнявшись, с силой дернул на себя Олега и пристегнул ремнями обоих. Хлопнул ладонью по пульту, закрывающему капсулу. Датчики считали одного пассажира. Капсула зашипела и рванула с места.       Очередной приступ тошноты накатил на Олега. Он застонал и уткнулся носом в ключицу Элиона, вдыхая вожделенный запах Аскорианца, действовавший на него, как афродизиак. Капсула летела, вращаясь, в открытом космосе, за спиной прогремел мощный взрыв, рассыпавший станцию на осколки. И лишь впереди маленькую капсулу и двух ее пассажиров, слившихся в нежном поцелуе, встречала Звезда Глизе с ее планетой Глизе 667Сс… так похожей на родную Землю.