Юный мальчик

— Помогите с пакетами, — ты сладко проговариваешь, заходя в комнату парней с огромными сумками в руках. Твои ноты столь тонкие и высокие, что мурашки неосознанно бегут по всему мужскому телу, отдаваясь где-то в районе паха приятной истомой, что растекается по всему телу в виде плавной волны удовольствия. Эти ощущения впервые проявляются у мальчика, который совсем юный, который вот-вот станет парнем только сегодня вечером. — Хён, кто это? — тихий интересующийся шепот отрывает Джина от наблюдения за игрой в приставку Джуна и Хоби и заставляет прислушаться к себе, внимая всю суть ситуации. Чонгук незаметно показывает на тебя пальцем, смотря сверкающими глазками. — Это Т/и, наш новый помощник менеджера. Она нам будет покупать еду и помогать с личными вопросами, — Джин еле заметно улыбнулся, возвращая все свое внимание на предыдущее занятие. Ты слишком прекрасна. Эти плавные изгибы, что незаметно переливаются друг в друга, просто не могут не привлечь к себе внимания. Аккуратные, но сильные руки, плоский животик и осиная талия. Широкие плечи и бедра, упругие ягодицы… — Черт, нет! — Чонгук почти незаметно мотает головой, пытаясь отогнать вовсе не детские мысли. Такого не должно быть, это неправильно — хотеть девушку, которая старше тебя и которую ты впервые видишь. Но что поделать, они не спрашивают разрешения. Если захотели — значит войдут. Он будет мягко касаться твоей кожи на ключицах своими пухлыми губками, посасывать ее с закрытыми глазами и наслаждаться сием действом, чувствуя, как внизу будет постепенно подниматься детородный орган… Именно с этим мыслями парень будет со скоростью молнии бежать в комнату, дрожащими руками пытаясь закрыться на замок. Все, дело сделано. Чон усаживается на кровать, но вовсе не видит, что щеколда не закрылась до конца и соскочила с петельки, тем самым приоткрывая дверь. Парень очень быстро спускает резинку домашних шорт и боксеров, высвобождая уже полностью налитый кровью член. Парень заворожен своими размерами. Тем, как красиво смазка стекает по красной головке, прочерчивая влажную дорожку к яичкам. Большой палец тут же прикасается к чувствительной коже, оглаживая ее и размазывая солоноватую жидкость. Чон резко дергается от собственных прикосновений, от новизны ощущений, что накрывает с головой, самостоятельно отключая сознание. Рука с азартом опускается на покрасневший орган, начиная медленными движениями стимулировать его и имитировать толчки при половом акте. Так хорошо, мокро, приятно и грязно ему ещё никогда не было. Слишком много ощущений взрываются внутри, донося юношу до самых небес и спуская обратно. Так происходит несколько раз, а после в мужской голове возникает твой образ, то обтягивающее платье, аппетитные формы и красные губы. Движения рукой ускоряются в связи с новой картинкой, а на губах проскальзывают буквы, которые входят в твое имя. Ещё немного, давай же. — Чонгук? — ты очень беспокоилась о том, что парень так быстро сбежал из-за обеденного стола в самый разгар празднования, а сейчас какие-то странные звуки доносятся из его комнаты. Все это слишком сильно напрягает, поэтому ты и идёшь наверх, чтобы убедиться, что именинник в полном порядке. Он пытается со скоростью света привести себя в нормальное состояние, но ничего не выходит из-за неловких движений. — Чонгук, все в порядке? — заглядываешь в приоткрытую дверь и видишь его, такого запыханного, с растрёпанными волосами и капельками пота у висков. — Тебе плохо? — Д-да, есть немного, — тот неловко улыбается, хриплым голосом пытаясь выдавить из своего естества хоть какие-то слова. — Давай, я немного побуду с тобой и помогу чем-нибудь? — Нет, не надо… — он не успевает договорить, как ты заходишь в комнату и запираешь дверь на замок, усаживаясь на кровать Чона рядом с ним. — Ты чего такой нервный? — кладешь руку поверх мужской ладони, несильно сжимая ее, а по телу певца проходится холодная дрожь, запуская свои лапы в самое сердце и сжимая его, выдавливая кровь и вынуждая ее стекать прямо в паховую зону, поднимая член как можно сильнее. Чон тяжело сглатывает, потому что видит, что очертания органа становятся яснее и чётче. — Расскажи, что случилось? Я могу помочь? — Я… Ты. Вы… — он начинает жутко заикаться и краснеть от неприличных мыслей, что сейчас летают в голове. — Ну же, ты меня пугаешь, — начинаешь нервничать из-за непонятного тебе поведения парня, а после случайно замечаешь довольно большую выпуклость в районе бедер, после понимающе улыбаясь. — Ты уже взрослый мальчик, я смотрю, — подмигиваешь ему, улыбаясь, на что он лишь резко хватает тебя за руку с животными глазами и силой сжимая ее. — Ч…Чонгук… — тихо пищишь, понимая всю причину такого поведения. — Хочешь, я помогу? — хватка ослабевает. — Что? — он вообще не понимает, что происходит. Ты осторожно заваливаешь его на мягкую кровать, которая со скрипом прогибается под весом двух тел. — Расслабься, малыш Гукки, — улыбаешься, быстро стягивая лишнюю футболку и мягко касаясь нежной девственной шеи парня. В его глазах взрываются звёздочки от того, как ты медленно водишь рукой по большому члену, то сжимая ладонь сильнее, то практически не касаясь органа рукой. Нежные губки плавно спускаются ниже, не оставляя меток. Ведь ты понимаешь, что он артист, и эти следы могут подпортить ему репутацию. Они захватывают возбужденные соски, посасывая их и облизывая. Он хочет тебя, а ты должна помочь. Ведь кое-кто забыл про подарок, а это очень даже подходит на роль дублёра. — Хочешь трахнуть меня, Гукки? — такой нежный голос посылает тысячи мурашек по коже, а грязные слова и еле заметное касание губ мочки уха заставляет Чона постепенно сходить с ума из-за переизбытка ощущений. Громкий пошлый и развратный стон проносится по всей поверхности стен, когда ты плавно опускаешься на горячий орган. Видишь, как артист буквально извивается под тобой, часто дышит и жмурится, кусая свою губу, сжимает кулаки до побеления и нетерпеливо толкается вперёд, принимая уже более мелодичный женский стон. Член слишком большой для тебя. Ты опустилась только на половину, а уже чувствуется небольшая боль из-за непривычки. В тебе так узко и горячо, что перед глазами лопаются миллионы звёздочек и шариков, отдаваясь шумом в ушах и цветными облачками перед глазами. Парень в забвении шепчет твое имя, когда ты пытаешься хоть немножко начать двигаться и попытаться взять орган хотя бы на ¾ длины. Но вдруг Чон берет тебя за талию и мигом поджимает под себя, ухмыляясь, словно настоящий зверь. Он рычит, часто дышит, по вискам стекают капельки пота, а кожа покрывается испариной. Он смотрит в испуганные женские глаза и резко толкается до основания, предварительно закрыв твой рот широкой жилистой ладонью. Слезы тут же прыскают из красивых глаз, увлажняя мужскую кожу. Он даёт время привыкнуть, а ты уже начинаешь получать кайф от мазохизма. Амплитуда движений увеличивается, становится то плавной, то прерывистой, поэтому ты никак не можешь угадать, какой ритм будет через секунду. Но ты точно знаешь, что совсем скоро тебя унесет в далёкий мир экстаза. Ещё пара толчков, и Чон чуть не кончает внутрь с громким стоном. Хорошо, ты вовремя отстранилась. — Я никогда не подумала бы, что 18-тилетний девственник доставит мне столько удовольствия. Чонгук, это было круто, — твои слова заставляют его покраснел и стыдливо по крыться одеялом. — Ну, ты чего. Такое нельзя скрывать…