Принуждение

      Что может быть прекрасней виски? Стаканчик — или парочка — жёлтой выпивки, что медленно стекает в желудок, обжигая горло. Горькая отрава впитывается в кровь и затуманивает рассудок. Язык заплетается, очередная бутылка двоится и плывёт перед глазами. Язвительные остроты бармена, который недвусмысленно намекает, что уже, наверно, пора остановиться, стремительно теряют значение. Их звучание тонет в сотнях звуков, реальных и выдуманных опьяневшим мозгом. Свет бьёт в глаза, вызывая боль и веселье одновременно. Хочется встать и разбить лампочку — но их здесь сотни!       И тебя настигает прекрасная апатия! Восхитительно — как же сильно отсутствие эмоций может облегчить жизнь. Бесчувствие спасает от боли — и даёт простор для мысли. Легко мыслится, если голова не забита осознанием собственной ничтожности. Когда весь мир уносится далеко-далеко, звуки затихают, цвета теряются, образы расплываются, и остаёшься только ты, ты один в целом мире. Ты — и бутылка старого доброго «Джека».       Ещё глоток, ещё стакан, — и мир вокруг преображается. Яркие, но не раздражающие цвета, весёлая музыка, счастливый народ. Можно творить что угодно! Все лишь посмеются вместе с тобой.       Разгребать то, что ты натворил, предстоит уже завтра. Это будешь не ты, не та версия тебя, которая хотела бы существовать. Ему и так плохо — так что изменится от очередного выговора? Сейчас будет хорошо. Сейчас не будет боли. Лишь забытье, лишь лёгкая апатия.       — Братец-то не отругает? — ехидно спросил бармен, едва сдерживая улыбку.       — Пошёл нахер, Гриллбз! — Фэлл подставил гранёный стакан, позволяя человеку за стойкой наполнить его до краёв. Жёлтая жидкость стекала по стеклу на грязную деревянную поверхность стойки. Фэлл видел своё собственное отражение в этих крошечных каплях.       Сколько часов он уже сидит в этом богом забытом баре? Сколько бутылок виски он выпил? Сколько ещё времени он потратил впустую? Сколько выговоров, криков, а возможно и ударов придётся вытерпеть ему от брата?       Едва перевалило за полдень, до конца его смены оставалось больше пяти часов, но Сансу осточертело стоять в сраном лесу на морозе. Он кутался в свою куртку, пытался побегать на месте, хоть как-то разогреться — но ветер оставался всё таким же обжигающе холодным. Начиналась метель. Вершины огромных сугробов сносило порывами ветра, снег летел прямо в лицо. Хороший хозяин собаку не выпустит!       Но босс не был хозяином — а Фэлл не был собакой. Хотя отношение к нему было едва ли лучше. «Цепной пёс» — самое слабое и наименее оскорбительное его прозвище. Придуманное — как иронично — стражниками.       Похуй. Всё это — уже совершенно другой мир. Их всех не существует. Есть лишь я, бутылка…       Санс моргнул, помотал головой, пытаясь прийти в себя. Прищурился.       Недалеко от него, прямо около выхода, сидела девушка. Странно — скелет не видел, как она вошла. Белые волосы были коротко пострижены, лицо выражало спокойствие и некое безразличие к происходящему, однако карие глаза внимательно осматривали каждого, проходящего мимо. Она ничего не заказала — просто сидела и бесстрастно осматривала всё вокруг. Подол белого платья чуть колыхался от сквозняка, когда дверь открывалась, впуская очередного посетителя. В Сноудине метель — какого хера она расхаживает в одном платье? Ничего теплее рядом с ней, кажется, не было.       Но в голове Фэлла эта мысль продержалась всего несколько секунд — всё его внимание было приковано к глубокому вырезу…       — Эй, Гриллбз? — позвал скелет. — Это кто?       Он кивнул в сторону девушки. Та встала из-за стола и направилась к двери, попутно в последний раз окинув глазами бар. Её взгляд ни на секунду не задержался на Сансе.       — Она? — Гриллби пожал плечами. — Впервые её вижу.       — Красота, правда? — Фэлл усмехнулся. Затем подумал несколько секунд, осушил стакан и произнёс: — Запиши на мой счёт.       — И куда это ты собрался? — безразлично спросил Гриллби, заранее зная ответ.       — Пойду поговорю с красоткой, — усмехнулся скелет.       Он встал из-за барной стойки, пересёк бар, толкнул дверь и вышел на улицу.       Метель потихоньку успокаивалась, превращалась в обычный снегопад. Но всё ещё было морозно — Фэлл поморщился от резкой смены температуры. По его спине пробежали мурашки, изо рта вырвалось облачко пара.Угораздило же их поселиться в самой жопе мира…       Девушка стояла тут же. Лёгкий ветерок играл в подоле платья, заставляя его трепыхаться. Несмотря ни на что, лютый мороз её совершенно не беспокоил. По её обнажённым коленям и плечам не пробежало ни единой мурашки. Её бледная кожа была сама похожа на снег, волосы и платье казались льдом. «Холодная девочка». В сумраке метели единственным источником света была её сигарета. Дым и пепел уносился прочь ветром.       Что ж… Не думаю, что это будет испытанием для меня.       Фэлл напустил на лицо лучшую свою личину, улыбнулся, сверкая золотой коронкой зуба, и подошёл к девушке.       — Скучаем?       Девушка стрельнула глазами в его сторону, постучала пальцем по сигарете, стряхивая пепел. Повернула голову, смерив скелета оценивающим взглядом. Сделала ещё одну затяжку.       Не сказала ни слова.       — Что же ты молчишь, детка? — усмехнулся скелет, подходя ближе.       — Чего тебе? — бросила девушка. Даже не взглянула на него.       — О-хо-хо! Кто это у нас такой грубый? — Фэлл сделал ещё полшага вперёд. Скелет играючи выхватил сигарету, зажал её указательным и большим пальцами и бросил куда-то в сторону. — Не порть себе здоровье, малышка.       Щеку пронзило острой болью. Фэлл вскрикнул и прижал руку к покрасневшему лицу. Девушка опускала руку, которой только что наотмашь ударила Санса по щеке. На её лице застыл злой оскал, глаза так и сверкали.       — Не трогай, — зло произнесла она. Её кулаки сжались, девушка насупилась и направилась прочь.       Фэлл плотно сжал губы, так что они превратились в тонкую линию. Пронзившая щёку боль превратилась в тупую пульсацию. Лицо чуть покраснело.       Перед глазами пронеслись все подобные ситуации, которые когда-либо с ним происходили. Одна — такое случалось лишь единожды, и та шлюха пожалела о содеянном. Санс не встречал её, но знал, что она несколько раз видела его издалека — здесь слухи распространяются быстро. Бедная крольчиха, бедная-бедная… но слишком наглая. Всего-то стоило призвать один драконий череп — или её сильнее напугал оскал и сверкающий алым глаз? Санс не мог сравниться ни авторитетом, ни способностями со своим братом, но он уж точно умел вселить страх.       Эта тварь… Наглая. Дерзкая. «Неприступная». Да как она вообще посмела?!       — А теперь послушай сюда…       Девушка вдруг засветилась красным светом, развернулась лицом к скелету и упала в снег. Фэлл оскалился. Ему было похуй, когда брат мешал его с дерьмом. Похуй, когда шавки забывали своё место — и его место. Но чтобы какая-то барная шлюха посмела…       — Послушай сюда… — прошипел скелет. — Ты знаешь, кто я такой?       — Санс. — Девушка словно не замечала струящейся из тела скелета магии. — Ты брат Капитана Папайруса. Пропойца, бабник… И всё причитающееся.       — Значит, знаешь… — Санс усмехнулся. В одном его глазу вспыхнул красный огонёк. – Тогда тебе следует усвоить вот ещё что — если я чего-то хочу, то я этого добиваюсь. И никто — НИКТО — не имеет права мне мешать! И если ты, паскуда, ещё хоть раз посмеешь…       Девушка подошла вплотную к монстру. Она смерила его презрительным взглядом и вдруг протянула руку к шее.       Фэлл уже и не помнил, когда нацепил этот ошейник и когда снимал его в последний раз. Ему просто… понравилось, как он выглядит. Сколько скелету тогда было? Кажется, это произошло ещё даже до Метаморфозы — когда этот шипастый ошейник просто болтался на его шейных позвонках. А потом… Потом он вдруг начал обрастать мясом. Было больно, ужасно больно, кровь текла отовсюду, мясо просто прорывало кости и укоренялось. Потом потянулась кожа. Ногти. Зубы. Волосы. Каждый элемент словно рвал предыдущие ткани, пробиваясь наружу. Боль сморила всё Подземелье.       А потом всё прекратилось — так же резко и беспричинно, как и началось. В какой-то момент, когда глаза перестала заливать кровь и слизь, Санс увидел в зеркале…       Человека. Он был человеком! Как и его брат. Как и король. Как и каждый монстр в Подземелье.       Ошейник чуть сдавливал горло…       И девчонка словно сошла с ума. Словно вообще не знала, что такое «наказание». Она подошла вплотную к Сансу, схватила его ошейник рукой и резко дёрнула.       Дыхание перехватило, Фэлл невольно подался вперёд и едва не упал. Его лицо покраснело — то ли от смущения, то ли от злости.       — М-да, вымогатель из тебя… так себе. — Она явно хотела сказать что-то покрепче, но в последний момент передумала. Санс, упершийся руками в колени, видел лишь её руки. Она зажала между указательным и средним пальцем сигарету.       — Ты… ты что, блядь… — хватая ртом воздух, прошептал Санс. — Что ты себе?..       — Ну, допустим, то, что заслуживаю. — Девчонка усмехнулась. — И то, что заслуживаешь ты. Посмеешь ответить?       Её слова были едкими, ядовитыми — Фэллу казалось, что она плюётся в него кислотой. В её голосе было столько превосходства… Она насмехалась над ним — откровенно и жестоко. Она дёрнула его за ошейник — словно цепного пса!       Эта сука доигралась…              Глаза застилала ярость. Магия, наполняя глаза, едва не продавливала роговицу изнутри. Алые слёзы — излишки магии — текли по твоим щекам. На лице застыл звериный оскал. Ногти едва не раздирали кожу — так сильно он сжимал кулаки. В голове стоял страшный звон.       Фэлл не помнил, что конкретно случилось. Просто произошла какая-то вспышка, мир вокруг затих, закружился. Вселенная схлопнулась в один момент — и возникла вновь.       Он толкнул девушку на пол своей комнаты. Та неловко упала, чуть приглушённо застонала. Её карие глаза с ненавистью и толикой гордости смотрели на возвышавшегося над ней скелета.       — Куда ты меня притащил?! — прошипела она, пытаясь подняться с пола. — Что ты творишь?!       — Завали! — Фэлл резко схватил её за руку и поднял с пола. — Ты даже представить не можешь, что натворила!       — Отпусти меня, идиот! — Девушка попыталась снова ударить скелета, но тот перехватил её запястье второй рукой.       — Я всегда получаю то, что хочу!       — Пошёл ты!       Она плюнула.       Фэлл отшатнулся. Его зрачок полыхал алым светом. Зарычав, словно разъярённый зверь, он ударил девушку кулаком.       Влажный хруст — и резко оборвавшийся крик. Обмякшее тельце в белом платье неловко опустилось на пол. На грудь из носа капали капельки крови. Скелет в ярости отпустил руку девчонки, и та упала на пол. Её тело чуть дрожало, глаза закатились. Всё ещё дышала — грудь вздымалась, сердце билось.       Фэлл нависал над девушкой, чувствуя, как ненависть, жажда мести и желание смешиваются в его голове и вытекают изо рта чёрной слюной. Подняв дёргавшуюся руку, монстр стёр остатки плевка девушки с лица. Да кто она такая, чтобы делать подобное?! Как она посмела, мелкая блядь?!       Фэлл сжал зубы. Ему хотелось разнести девчонку, разорвать её магией на куски и потом вышвырнуть куда-нибудь в Ядро. Пригвоздить её костями к стене в самом центре Сноудина, прямо на бар Гриллби — и похуй, что будет говорить бармен! Назидание другим. Санс пережил бы отказ — с кем не бывало? Но подобное оскорбление…       Фэлл инстинктивно коснулся пальцами ошейника. Шея всё ещё болела — сколько же сил в этой девчонке? Тупая сука, он ведь чуть не задохнулся!       Нельзя просто убить её — слишком просто. Нужно показать ей, что Фэлл не просто машина для убийств. Он способен на изощрённость — и на месть.       Я всегда получаю то, что хочу…       Эта мысль вызревала в голове Санса всего несколько секунд, но он уже знал с точностью до мельчайших деталей, что хочет сделать. Что должен сделать! Око за око — в этом мире не действуют другие правила. Чёрное желание мешалось с кровью и текло в мозг, капля была в каждом нейроне, запах желания сочился из самого его существа. Желания мести — желание доказать. Фэлл чуть дрожащими руками отстегнул ошейник, снял его и повертел в ладонях. Потом, словно сомневаясь, застегнул его на шее девушки. Та поморщилась сквозь обморок и чуть дёрнулась. Санс взял цепь и неуверенно потянул на себя — девушка подалась вперёд. Приглушённый стон и невнятное бормотание донеслось до слуха скелета. Он улыбнулся.              Вот она и пришла в себя — как невинно хлопает ресницами! В карих глазах читается вопрос, который она сама ещё не осознаёт. Что же здесь происходит, верно? Что же случилось?       Девушка только-только начала просыпаться — упёрлась руками в пол, закашлялась, машинально стёрла засохшую кровь с носа и подбородка. Фэлл дёрнул за цепь, и девчонка, приглушённо застонав и захрипев, снова упала на пол.       Санс подошёл ближе, отводя руку назад и натягивая цепь. Девушка невольно приподнялась — её руки едва касались пола, дыхание стало мелким и прерывистым. В уголках её глаз начали появляться слёзы.       И Санс не знал, чего хочет больше — нежно вытереть её щёки или ударить вновь.       — Сидеть! — рявкнул скелет.       Девушка оскалилась. Воспоминания потихоньку возвращались в её гудящую, пульсирующую голову. Она открыла рот, чтобы что-то произнести, но цепь вновь дёрнулась.       — Я не разрешал раскрывать рот! — зло усмехнулся скелет. — Откроешь, когда прикажу!       — Да пошёл ты!.. — огрызнулась девушка. Она уже сложила губы, чтобы снова плюнуть в Фэлла, но тот оказался быстрее. Голова девчонки отклонилась, когда скелет хлёстко ударил её ладонью по щеке.       — Я сказал молчать! — взревел скелет. Его нутро пело — девчонка была унижена.       Фэлл нарочито медленно наклонился и взял девушку за подбородок. Та оскалилась, но на этот раз ничего больше не сделала.       — Хорошая девочка. И как же нас зовут?       Молчание. Девушка тяжело дышала и явно боролась с желанием впиться зубами в палец скелета.       — Я задал вопрос!       Она не боялась — в её глазах горело презрение. Девчонка не думала о последствиях своих неправильных действий, а просчитывала результаты верных. Фэлл почти слышал, как в её голове крутились шестерёнки. Ему это не нравилось.       — Синт. — Наконец она назвалась. Фэлл не знал, что она вкладывает в это слово — её голос был притворно-насмешливым.       — Синт… — задумчиво повторил Фэлл. — Ты новенькая у нас, верно?       — Давай ближе к делу!       — Ближе к делу? — Санс усмехнулся. – Мы начнём тогда, когда я захочу!       — Сними с меня эту дрянь!       Синт схватилась руками за ошейник и дёрнула — безрезультатно. Он словно прирос к девушке.       Фэлл наблюдал за её жалкими потугами, и мерзкое превосходство росло в его сердце. Ему нравилось наблюдать, как злость в её глазах сменяется презрением. Затем был шок, затем — неверие. Отпустив ошейник, Синт в бессильной злобе дёрнула за цепь — но её сил явно не хватало, чтобы перебороть Санса.       Ох, подожди ещё немного!       — Не старайся — так просто тебе не справиться, — злорадно произнёс Санс. Он разглядывал начавшую дрожать девушку. Вырез платья был глубоким, и Фэлл поймал себя на том, что всё чаще его взгляд приковывается к её груди. Да и в остальном Синт явно была как минимум не хуже прошлых его пассий — длинные ноги, белоснежное лицо, тонкая шея… Карие глаза — Санс хотел видеть в них слёзы!       Где-то внизу появилось знакомое ощущение.       — Итак, голубка, тебе не вырваться… — прошептал Фэлл, приближаясь к лицу пленницы вплотную.       — Пошёл ты, — огрызнулась Синт.       — Ай-ай-ай, какой же грязный язычок… Как думаешь, милашка, какой он на вкус?       Фэлл усмехнулся — Синт готова была сжечь его одним взглядом. Скелет отставил руку вверх, цепь натянулась, девушка невольно приподнялась. Их губы оказались в опасной близости.       Девчонка резко переменилась в лице. За долю секунды в её глазах пронеслась искорка смеха. Фэлл, замешкавшийся от подобного, остановился в паре миллиметров от её губ. А Синт вдруг сама подалась вперёд и впилась в его губы.       С этого момента всё рухнуло.       Фэлл чувствовал, что она словно пробует его на вкус. Мысли заколотились о черепную коробку. Едва соображая, что творит, он наклонился вперёд, пытаясь вернуть себе контроль над ситуацией. Его язык переплетался с языком девушки.       Руки знали, что делать. Подчиняясь, казалось, лишь самим себе, они заскользили по платью девушки. Резко схватили одежду Синт и сорвали её с неё. Прошлись по рёбрам, пересчитывая каждое, потом в обратную сторону, потом вновь вверх. Проскользнув по животу девушки, они нашли грудь и взялись за неё. Большая, мягкая. Фэлл чувствовал, как растёт возбуждение.       Скелет оторвался от губ Синт. Девушка сидела перед ним почти нагая, тяжело дышала, смотрела на Фэлла взглядом, по которому он не мог понять её мыслей. Казалось, на месте глаз появились пустые белые глазницы. Белый — смешение всех цветов радуги. Она не чувствовала ничего, и в то же время её сознание разрывалось от эмоций. Что происходит?       Санс поднялся на ноги. Девушка попыталась сделать то же, но скелет с силой опустил её на пол. Уняв дрожь в пальцах, он расстегнул ширинку. Спустил штаны, затем — трусы…       — Ты ведь будешь послушной девочкой, верно? — Санс оттянул цепь назад. Синт даже не попыталась сопротивляться. Её лицо оказалось прямо напротив его паха. — Открой ротик.       Рука Фэлла легла на затылок Синт. Она нехотя раскрыла рот, чуть коснувшись губами члена Фэлла.       — Не стесняйся! — Скелет надавил рукой на затылок девушки, и та невольно подалась вперёд.       Металлический привкус во рту — пирсинг. Он горячий, по венкам перетекает кровь.       Санс почувствовал, как горячий язык девушки начинает извиваться у неё во рту. Она, поддаваясь его силе, не смея противиться, двигалась вперёд-назад. Её губы ласкали его член, по всему телу разбегались мириады мурашек, пульсация в ушах, биение собственного сердца.       Она насмехается! Она, блядь…       В каждом её действии скелет видел насмешку. В ушах, перебиваемый пульсацией крови, трескался её смех. Словно разбитое стекло. Фэлл чувствовал, как осколки вонзаются в его пальцы.       Подчиняйся!       И она подчинялась. Всего несколько минут назад Синт была готова разорвать Санса на части, а сейчас… Такая послушная. Что движет ею? Такая нежная…       Фэлл отпустил цепь и положил вторую руку на затылок девушки, однако сил уже почти не прикладывал. Она двигалась сама, полностью завладев положением.       Желание текло из него густым потоком. Санс задрал голову, чувствуя, что пот заливает глаза. Он приглушённо постанывал, чувствуя, как теряет контроль. Он был на грани — сколько времени прошло? Санс едва держался.       — Получаешь удовольствие? — Санс не понял, что девушка вкладывала в эти слова. Она оторвалась всего на секунду — и тут же вернулась к занятию. Фэлл не понимал, что происходит. Такого с ним ещё никогда не было.       Сколько времени? Сансу казалось, что прошло всего несколько секунд.       — Я… — прорычал он. — Ты… что…       Либидо выплеснулось из него. Фэлл почувствовал, как ноги тяжелеют, а по телу растекается эйфория. Он пошатнулся и едва не упал — казалось, сейчас его удерживала только Синт.       — Закончили. — Девушка отёрла лицо и встала. Фэлл отшатнулся — в её карих глазах сверкала ненависть.       Санс не нашёл в себе смелости, чтобы ответить. Синт взяла с пола своё платье и вышла из комнаты, оставив Фэлла наедине со своими двоякими чувствами.       Словно впервые в жизни. Санс стёр капли пота со лба и опустился на свой матрас.Душа стучала в груди, билась о рёбра.       — Что только что произошло?       Его череп готов был разорваться на части, мозг скукожился и прижался к затылку. Руки чуть подрагивали…       Что случилось? Она словно… сама хотела этого! Я видел, видел презрение и насмешку в её глазах, в каждом её движении! Как будто её — нет, не злила, не ужасала — слегка раздражала эта ситуация, а потом… Потом она вдруг нашла выход. Сансу казалось, то где-то был подвох. Он тщетно перебирал в голове воспоминания — на кульминационном моменте всё было словно подёрнуто дымкой. Он чувствовал лишь растекающееся наслаждение — и угрюмость девушки. Синт… она вышла, сказав лишь одно слово.       Даже не сняла ошейник…       Что-то здесь не так! Она что-то скрывает! Фэлл оскалился. Что она может скрывать? Какой ей от этого прок?       Скелет тяжело поднялся с матраса и направился к выходу. Нужно догнать эту девчонку!       Она не ушла далеко — словно и не собиралась. Просто стояла на крыльце дома братьев-скелетов, опершись спиной о стену, и курила. Её расфокусированный взгляд был направлен куда-то вдаль, она почти не дышала и не двигалась. Мороз нисколько не беспокоил её.       — Что это было? — уже куда менее агрессивным тоном спросил Фэлл, подходя к девушке.       — Я думала, тебе лучше знать, — пожала плечами та. — Не думала, что у тебя такое впервые.       — Нет, я не об этом! — Скелет сжал кулаки. — Ты просто… — Он осёкся.       — Ну?       — Твои глаза…       У неё не было глаз. Просто белые дыры на их месте — как будто в её черепе была абсолютная пустота. Как будто это были две воронки. Санс отшатнулся. Девушка нахмурилась и моргнула — в ту же секунду её лицо приобрело нормальный вид. Карие глаза смотрели с упрёком.       — Что… — Санс сглотнул. — Ты… кто такая? Что ты такое?       — Синт, — коротко бросила девушка, вытаскивая сигарету изо рта и стряхивая пепел.       — Я не тупой, девчонка! Я спрашиваю…       — Я поняла. — Синт бесцеремонно его перебила, вновь вдыхая дым от сигареты. — Просто… пока что тебе рано это знать.       — Что ты со мной сделала? — Фэлл щёлкнул пальцами. Её не испугала магия — но ёбаные драконьи черепа должны хоть чего-то стоить! Санс попытался призвать их…       Ничего не произошло. Санс щёлкнул пальцами снова — ничего. Скелет нахмурился — такого раньше никогда не было! Что ещё более странно: он чувствовал, как энергия циркулировала по венам вместе с кровью, но вот… проходить сквозь кожу отказывалась. Как будто её что-то удерживало внутри.       — Не пытайся. — Синт выкинула сигарету в сугроб. — На этот раз мне нужно было обезопаситься. Пройдёт через пару часов.       — Что ты делаешь? Что ты со мной сделала? — Фэлл хотел, чтобы его голос звучал требовательно… но тот предательски дрогнул.       Синт повернулась к нему. Выражение безразличия на её лице сменилось гневом. Она сделала шаг вперёд; Фэллу потребовалось приложить усилия, чтобы не попятиться. В своём белоснежном платье девушка напомнила грозную снежную бурю.       — Что ты сделал с самим собой, Санс?! — рявкнула она. — Ты только посмотри на себя!       — Чт…       — Ты ударил меня, мудак! Почему?       — Я…       — Отвечай!       Фэлл сглотнул. На него явно пытаются надавить. Напустив самое грозное выражение лица, на какое он был способен, скелет огрызнулся:       — Тебе не стоило плевать в меня.       — Ох, ну разумеется! — Синт заломила руки. — Я знала, что ты придурок, но и не подозревала, что ты такой лицемер!       Санс промолчал, не найдясь, что ответить. Что она имеет в виду?       Синт тяжело выдохнула, её плечи опустились, подбородок упал на грудь. Потом она медленно подняла голову — и Фэлл начал всерьёз сомневаться, что это не сон. Глаза девушки были влажными. Она была готова заплакать.       — Ты сильный, Санс! — тихо сказала она. — Ты… ты, чёрт возьми, обладаешь магией, которую я ещё ни у кого не встречала! А я, поверь, видела сотни и тысячи монстров — но никто не был похож на тебя! Ты хоть понимаешь, что в одиночку мог бы горы свернуть!       Она вдруг замолкла. Выдохнула — создалось ощущение, что она уже много-много раз пыталась объяснить это скелету, а он просто отказывался понимать. Словно дитё малое. Синт выставила перед собой руку, и там сама собой появилась сигарета.       Она может создавать предметы из ничего? Что это за магия?       Девушка положила сигарету в рот, пожевала немного и выплюнула, так и не решившись зажечь. Тыльной стороной ладони вытерла слёзы.       — А ты… а ты тратишь себя… на это!       И вновь молчание. Фэлл не понимал, что происходит. Больше всего на свете ему хотелось вновь ударить девушку — просто чтобы она заткнулась! В тот же момент какая-то часть его сознания мешала даже поднять руку. Он стоял, прикованный к одному месту, и пытался не задохнуться.       — Санс, ты можешь сказать, сколько раз за день тебя унижают? Сколько раз об тебя вытирают ботинки? Мешают с дерьмом? Почему ты молчишь?       А, так вот оно что… Когда-то то же самое спрашивал у меня Папайрус.       — А какой смысл? — Фэлл усмехнулся. Он на своей территории — этот вопрос он обдумывал долго и скрупулёзно. — Босс выше по званию — мне не хватает ещё одного публичного оскорбления? Городу плевать.       — Мне не плевать, Санс. И тебе не должно быть!       — Ты несёшь какую-то чушь.       — Так всё же они правы?       Фэлл поперхнулся не успевшими вылететь изо рта словами. Девушка внимательно глядела на него своими глубокими глазами. Сансу казалось, что она смотрит сквозь одежду, сквозь кожу — прямо на его душу. И знает, куда надо надавить. Скелет закусил губу. Что ему ответить?       — Они правы, когда называют тебя бесполезным? Ты действительно ни на что неспособная куча дерьма, Санс? Ты действительно лишь жалкая марионетка?       — Я…       Синт скрестила руки на груди и наклонила голову. Фэлл не знал, что сказать. В горле встал ком — казалось, воздух едва проникает в лёгкие. Его мутило, голова кружилась, странная пульсация проходила через всё тело. Девушка смотрела прямо на него.        — Нет… — Как же жалко звучал его голос! — Нет, я не…       — «Нет»? — Синт отклонилась, коснувшись затылком стены. — Так докажи это! Или ты можешь ударить только девушку, которая не даёт? Ты можешь постоять за себя, Санс? Можешь?       Время, издеваясь, замедлилось. Девушка взглядом прожигала в Фэлле дыру. Он не мог уйти от вопроса — не сейчас. Санс знал, что не простит себе этого. У него был выбор. Был? Разве?       — Могу… — сдавленно прошептал он.       Словно глоток свежего воздуха — дыхание Санса стало глубоким, хриплым. Синт сжала губы так, что они превратились в тонкую нить.       — По крайней мере, у тебя хватает смелости… на слова. — Девушка усмехнулась. — Попытайся, Санс, ладно? Попробуй быть хоть немного сильнее!       — Кто ты… такая?       Синт улыбнулась. Кажется, впервые за всё время, что Фэлл её видел.       — Тебе… пока рано знать. Я… я обещаю, что расскажу тебе, если ты…       Она тяжело вздохнула, словно несла на себе какой-то тяжкий груз. Она улыбалась — но глаза были полны грусти.       — Мне пора, Санс. Пора идти — но я буду следить за тобой.       Девушка развернулась и пошла прочь. Фэлл стоял как вкопанный. До него медленно доходил смысл сказанного.       — Подожди! — окликнул он девушку, которая уже успела уйти очень далеко. — Стой! Ты мне почти ничего не сказала!       — И не должна была! — прокричала в ответ Синт. — Ты всё узнаешь!       — Но…       — Я всегда буду рядом! — Девушка взялась за всё ещё болтавшийся на её шее ошейник, оттянула цепь. — Если нужно — я рядом!       — Стой!       Налетела пурга. Синт исчезла за стеной белого снега, словно стала частью самой метели. Санс лишь тогда смог сдвинуться с места.       Исчезла. Даже следов не осталось.       Санс упал на колени прямо в снег. Холод медленно пробирался под кожу, но ему было плевать. Он не понимал этого — но в сознании скелета происходили кардинальные изменения.       — Нужно… дать отпор?..       Ветер заглушал его слова. Санс втянул носом морозный воздух и поднялся на ноги. Холод исчез.       Он знал, что должен делать.