Лирика тяжёлого рока

      Прошёл год. Окончила второй курс, поступила на третий. За этот год произошло много событий не только в моей жизни, но и в жизни моих друзей и просто хороших людей, с которыми так или иначе меня свела жизнь. Некоторые уехали в другие города, поэтому общаемся только по интернету.       Друг детства Егор Савицкий уехал в Новосибирск и поступил в университет на факультет автоматики и вычислительной техники. Учится, подрабатывает барменом в ночном клубе. Живёт на съёмной квартире с девушкой. Он указал ссылку на её страницу в «ВК». Посмотрела на фотографии Иры Шариповой. Вроде бы симпатичная девушка, но мне что-то в ней не нравилось. Егор говорил, что она замуж не хочет. Ей просто приятно с ним. Его жизнь, поэтому не лезу. Пусть сам решает, как ему жить.       Его лучший друг Игорь Тишкин увязался с ним в тот же Новосибирск, в тот же университет. Он поступил на факультет лазерной техники и лазерных технологий. Алина Хлебникова, девушка, с которой Игорь тайно от нас встречался, поехала с ним и поступила на экономиста в этом же вузе. Я её знала в реале, ибо она училась в параллельном классе. Она милая и красивая девочка с приятным и спокойным характером. Надеюсь, что у них всё сложится. Надеюсь, что и Егор не сдаст друга, рассказав ей о Снежане.       Бывшая «любовь», Коля Беркутов, уехал в Санкт-Петербург, где поступил на факультет «Математика, алгоритмы и анализ данных». Мы с ним очень редко общаемся, но я рада, что его мечта осуществится. Только девушки у него пока нет. Но ничего — у него всё ещё впереди. Он достоин счастья.       Знакомые байкеры живут так же, как обычно. Продолжаю кататься с ними по городу, ловя встречный ветер. Костя Кузнецов не так давно сделал предложение Мирославе. Присутствовала на свадьбе. Это была самая интересная свадьба в моей жизни: жених в джинсах, гриндерсах, белой футболке с принтом черепа и двумя скрещёнными костями, жилетке с кучей цепей и бандане с белыми каплями; невеста в нежно-оранжевом держащемся на бретельках платье с воланами а-ля Блум, получившая трансформацию Энчантикс, как мне сказала Арина, и туфлях на невысоких каблуках. Мы погуляли на их свадьбе, и Жорик Жуков как-то шепнул мне:       — Может, скоро и на твоей свадьбе погуляем!       — Может быть, — усмехнулась я. — Всё-таки я нашла того человека, который ценит меня просто потому, что я есть.       — Давай, пора вам уже! — поддакивала Марина, выпивая стакан пива.       Кстати о ней. Она не может определиться со своей любовью. Теперь у неё новая девушка — какая-то Лиза, которой она поёт песню Андрея Губина, песню своего детства. Неизвестно, когда будет строить отношения на постоянной основе. Такая вот Ярцева ветреная. Будет удивительно, если она встретит ту, которая станет для неё «постоянной принцессой».       Лена Малашенко до сих пор встречается с Сашей Громовым. Он пока не предлагает ей жениться, но я понимаю, что рано или поздно всё придёт именно к этому. Их чувства только проходят испытания. Но надеюсь, что ничто не разрушит их нежную любовь. Всё точно так же у Тиграна и Татевик. Да, они дружат ещё с детства, но пока не спешат скреплять отношения печатью в паспорте. Надеюсь, что скоро это случится. Саакян скажет ему главные слова; или Рамазян сделает шаг навстречу.       Но главные слова уже услышали Катя Прозорова и Марина Ким; их мальчики пригласили поехать в уйгурский Алтай, и девчонки согласились. Когда закончилась сессия, мы снова сидели все вместе и пили сок в пустом «кафе», заедая его шоколадками. Как староста говорила нужные слова влюблённым, собирающимся в путешествие.       — Возвращайтесь. Скоро начало учебного года, а вы знаете, какая я бескомпромиссная, — улыбалась я. — Покрывать ваши прогулы не буду.       — Всё у нас будет хорошо, — сказала Марина. — Мы общались с роднёй Джанджи и Юншэна по «ВиЧату» . «Скайп» в Китае заблокирован, поэтому так общаемся. Теперь хотим встретиться вживую.       Молодые люди ушли, а я даже всплакнула, словно прощаемся навсегда, хотя они улетают только на два месяца. Хочу, чтобы они хорошо провели лето, чтобы эти дни были незабываемыми в жизни девчонок.       Так же проводила и Арину Гордиенко в Болгарию, в город Варна, являющийся родиной Филиппа Киркорова. Она летела не одна — с ней летел Максим Куприн, однокурсник Татевик. На первом курсе она его отвергала из-за того, что он походил на мачо, думающего только о себе, как она объясняла. Но Макс оказался не таким — на самом деле это ещё один приятный человек, которого я знаю.       — Летите и вы, — сказала я, похлопав Арину по плечу. — Отдохните и расслабьтесь под ясным солнышком.       — А потом мы полетим в Одессу и в Казань, — ответила Гордиенко. — Хочу Макса познакомить с моими родственниками. Мы уже почти год как встречаемся. Пора. Время пришло.       — Удачи. Надеюсь, что Макс произведёт приятное впечатление на твоих родственников.       — Произвёл впечатление на Арину — произведу и на её родню, — гордо заявил Куприн.       Молодые люди скрылись, а я смотрела вслед и радовалась — уже три парочки проводила на заграничные каникулы. Так хочется, чтобы они отдохнули и произвели хорошее впечатление на родню.       Приехала домой и заметила, что Женя собирает вещи, и Данил присматривает за малышками. Не понимала, что происходило тогда...       — Привет, Надь, — поздоровалась со мной Колобова. — Ты вовремя. Мы скоро переезжаем.       За этот год Лина подросла, научилась сидеть, а потом ползать; теперь немного ходит, хоть и выходит у неё пока не очень — девочка постоянно спотыкается и падает. Дашенька тоже подросла, немного научилась более менее связно говорить.       — Привет, Надя! — повторила дочка Данила.       — Куда вы переезжаете? — не понимала я.       — Мы с Линой переезжаем к Данилу. Мы скоро женимся. Решили тебе такой вот сюрприз устроить.       Была так счастлива, так рада за соседку, словно мне сделали предложение. От радости обняла Женьку и сказала:       — Я долго это ждала. Наконец-то! Счастья вам, молодая парочка. Чтобы всё было хорошо.       Через несколько минут все ушли, и я сидела дома одна. С одной стороны мне даже было радостно за Женю. Хорошо, что она, наконец-то стала счастливой и встретила человека, который полюбил её с её неприглядным прошлым. Данил понимает её, ибо, как мы со временем узнали, его родители были алкоголиками, и его воспитывала бабушка. Когда ему исполнилось одиннадцать лет, бабушка умерла, и он очутился в детском доме. Он выпустился оттуда, отучился в техникуме на бюджетной основе как сирота, ибо его родители к этому времени умерли, отравившись палёным алкоголем. Окончив техникум, стал сварщиком на заводе и заработал на ремонт квартиры, чтобы привести её в подобающий вид.       Их объединяет не только прошлое родителей. Они оба воспитывают детей от предыдущих отношений. Женя хорошо приняла Дашеньку, и та зовёт мамой её; Устинов принял Каталину и даже решил удочерить её, признать как родную. Но они оба обещали, что расскажут девочкам правду, что у Даши мать — Вера Кавалли, живущая в своё удовольствие в Римини со своим новым любимым супругом, а отец Лины — Андрей Соколов. Кстати, о своём бывшем парне и отце Лины вообще ничего не знаю. Он за этот год ни разу не поинтересовался, как мы живём. Он даже не знает, что у него есть маленькая дочь. Но нам всё равно — у нас есть любимые мужчины, с которыми нам хорошо, и Андрей нам просто не нужен. Нет и нет. Было и прошло — ничего возвращать не хотим и не будем.       От размышлений меня оторвал телефонный звонок. Подняла трубку и услышала голос любимого мужчины:       — Привет! Не хочешь встретиться?       — Привет! Давай. Где встретимся?       — Я заеду за тобой, и мы сходим в наше любимое кафе.       — Я тебя жду. Приезжай.       Ждала и предвкушала эту встречу. Всегда так было — когда Арк назначает мне встречу, всегда с нетерпением ждала её. Посмотрела в окно и увидела знакомый «Nissan X-Trail». Переоделась в короткое летнее платье и спустилась вниз.       — Карета приехала! — улыбнувшись, сказал мой любимый, поправляя окрашенную в зелёный цвет чёлку.       Озеров открыл дверь, и я села на переднее пассажирское сидение. Мы ехали по лесу и добрались до торгового центра в Центральном районе. Арк провёл меня по направлению в кафе, где я взяла пару салатов и мясо по-французски; любимый взял пару котлет, брокколи и тоже пару салатов. Мы немного перекусили и болтали ни о чём.       — Надь, я понял, что хочу не просто встречаться с тобой и заниматься любовью. Я хочу большего...       Арк осёкся. Напряжение повисло в воздухе, и я уже была готова спросить, что он хочет. Внезапно он выпалил:       — Давай поженимся?       — Зачем? — не поняла я, ибо этот вопрос был для меня полной неожиданностью.       — Все обалдеют! — хитро улыбался Озеров.       Его очаровательная улыбка так манила. Через три года вспомню этот момент в своей жизни, когда просмотрю корейский сериал, где главную роль сыграет актёр с такой же красивой завораживающей улыбкой, как у Арка.       — Давай, — ответила я ему, ибо сама хотела выйти замуж за этого человека.       Через месяц мы сыграли нашу маленькую, но приятную свадьбу, где присутствовали только я, Арк, наши мамы и моя бабушка. Надела чёрное короткое платье с пышной юбкой, а Арк надел джинсы, футболку с изображением группы Skillet и косуху. Мы поставили в ЗАГСе печати, и я официально стала Озеровой Надеждой Евгеньевной, супругой Озерова Аркадия Юрьевича.       После регистрации брака отправились в суши-бар, где перекусили очередными изысками азиатской кухни. Внезапно бабушка отозвала меня в сторону и сказала:       — Надь, а папа не захотел идти на твою свадьбу. Знаешь, почему? Потому что он Арка считает педрилой, поэтому он не хочет видеть его. Он так сказал, что с тобой общаться будет, а его чтоб не было видно в нашем доме.       — У меня есть Арк, ты, мама и мои друзья, а мнение отца меня не интересует, даже если он мой отец. Один раз послушала его и хватит! Я сама решу, за кого мне замуж выходить.       Чуть настроение не испортилось, но улыбка Арка и радость его мамы за сына вернули мне веру в человечество, ведь главное, что я счастлива с тем человеком, которого люблю. Не думаю, что ему так сильно нужна любовь моего папы.       За соседним столиком заметила Женю, Данила, Дашеньку и Лину. Колобова, теперь уже Устинова, была в коротком белом платье и в туфлях на невысоком каблуке; её новоиспечённый супруг сидел в розовой рубашке и джинсах. Девочки были одеты как принцессы — в белые платья со стразиками и сандалики.       — Привет! — поздоровалась с новой парой.       — Привет, Надюх! — улыбнулась Колобова. — Я смотрю, что у вас тоже свадьба. Мы специально приехали, чтобы с вами встретиться. Наши парни договорились, чтобы и мы приехали в тот же суши-бар, где отмечаете свадьбу вы. На нашу свадьбу некого пригласить, кроме дочек.       — А мы просто захотели вдвоём отметить этот день, — объяснила я. — Это наш личный праздник. Мы даже никому не сказали про свадьбу. Может, подло, но зато отметили спокойно. Не люблю толпу.       — У тебя понимающее окружение, поэтому тебе незачем переживать, — поддержала меня Женя. — Он тебя ждёт.       — А перед байкерами просто проставлюсь — приглашу в бар. Поедим пиццу, попьём пиво.       Этот день был самым счастливым днём в моей жизни. Ощущала себя самой счастливой невестой. После мини-банкета мы с Арком отвезли родственниц по домам, а сами поехали к нему домой, где ещё почти всю ночь отмечали самый главный день в нашей жизни.       Своё обещание я выполнила — пригласила всю нашу байкерскую группу в бар, находящийся в «Парусе». На этот раз заезда не было, ибо все мои единомышленники пили пиво в честь моей свадьбы, закусывая пиццей.       — Костю женили, и ты теперь замужем! — сказал подвыпивший Маршал.       — Да-да-да! Теперь ты у нас замужняя дама. Поздравляем! — вторила Марина, выпивая пиво с жирной пиццей. Как она ещё не растолстела от такого питания?       Так и прошло лето. Арк переехал в квартиру, которую мне оставила бабушка. Утром он уезжает на работу, и я вечером готовлю ему ужин, чтобы он меньше утруждался ещё и дома. В свободное время каталась с байкерами по улицам Новокузнецка. Иногда прогуливалась с Женей и её девчонками. Данил официально удочерил Каталину, и Устинова удочерила Дашеньку, ибо и к ней привязалась. Несмотря на переезд Жени всё равно продолжаю удалённо работать переводчиком, чтобы иметь и свой доход. Похоже, мне нужно получать второе высшее, чтобы стать полноценным переводчиком. Возможно, скоро смогу путешествовать за границей. Нет, не одна, а с любимым мужчиной.       Вечером Арк возвращается домой, где его жду я, а на столе остывает вкусный ужин. После того, как мы поедим, он говорит мне:       — Сыграй ещё на гитаре. Пофиг на соседей. Нам весело должно быть.       Играю и пою ему разные песни. Иногда он просит меня спеть и какую-нибудь попсовую фигню в рок-обработке. Бывает прикольно петь бессмыслицу, упакованную в тяжёлое исполнение. После этого мы долго смеялись. Все наши вечера по выходным проходят перед ноутбуком Арка, на котором он включает любой фильм или сериал, и мы вместе его смотрим и обсуждаем. Бывает, что доходит до споров, но всё равно приходим к общему соглашению.       Так и прошли мои летние каникулы, и наступил третий год моего обучения в институте. Пришла счастливая на учёбу, предвкушая встречу с приятельницами, которых давно не видела. Во время большой перемены пили чай и ели пирожки и пиццу, купленную в буфете. Сидела со своей любимой компанией: я, Юля Калмыкова, Арина Гордиенко, Максим Куприн, Татевик Саакян, Катя Прозорова, Вэнь Джанджи, Марина Ким и Цай Юншэн; к нам присоединился Валера Кравченко. Заметила, что он сильно изменился — стал чуть более накачанным и смуглым от загара, и в его глазах появился какой-то грустный блеск. Наверное, Калмыкова немного изменила его. Мне и другим девчонкам это не понравилось, но Юля поспешила нас успокоить:       — Он со мной. Потихоньку приучаю к тому, как надо вести себя.       — Нужно близко общаться с друзьями девушки, — объяснил Валерон. — Да и с коллективом надо сближаться. Да и компания приятная.       — Надеюсь, ты со своей философией не будешь умничать, — сострила Арина.       — Просто я понял, что моя свобода начинается там, где заканчивается свобода другого человека, — ответил Кравченко.       — Ты это говоришь, чтобы нам понравиться? — усмехнулась я и, не дожидаясь ответа, отозвала Юлю в сторону.       Мы пошли в сторону окна, где никого нет, и прямо спросила подругу:       — Как ты на него повлияла?       Калмыкова смотрела на меня сквозь свои модные очки и, рассмеявшись, сказала:       — Просто я с ним весь год играла, как ты помнишь. Постоянно игнорила его, шантажировала и частенько приревновывала, когда он с какой-то девушкой заговаривал. Зеркалила его поведение. Сам же просил научить его. Вот теперь получил урок на всю жизнь. Только теперь он считает своей девушкой меня. Но я ему говорю, что не хочу быть его девушкой, и объяснила, что такой напор не сработает.       — Почему ты позвала его в нашу компанию? — недоумевала я.       — Просто он сделал доброе дело. Летом у меня от инфаркта умер отец, и я была в депрессии. Мать выгнала меня из дома, потому что так сказал её новый мужик. Валера помог мне справиться с депрессией, предоставил мне жильё. Правда, живём мы в разных комнатах, финансы у нас свои, я работаю официанткой в кафе. Он тоже вынужден работать, чтоб не быть альфонсом. Подрабатывает грузчиком.       — Вот как? Теперь у него сил не хватает спорить, потому что лотки тягает? Труд облагораживает, не так ли?       Мы вернулись к нашей компании. Валера что-то рассказывает, а все остальные смеются над его рассказами.       — Это ты так чуть не уронил палеты с водой? — спрашивал Джанджи.       — Да... — ответил Кравченко.       — Всё тот же Валерон... — прошептала я и задала ему вопрос: — Ну что, Валерон? Как работалось? Облагородил ли тебя труд?       — Ну да, как видишь, — прошептал Кравченко и опустил голову.       — Мне нравится, как ты меняешься, — улыбнулась Катя.       — Надь, ты уже замужем? — спросил меня Валера.       — Да, уже замужем. А что? Хочешь доказать, что лучше Арка?       — Нет. Будь счастлива без меня. Не смог сделать счастливой тебя — сделаю счастливой Юлю.       — Постарайся! — резко заявила Татевик.       — Не постараюсь, а сделаю, — гордо пообещал Кравченко.       — Давно надо было так, а то чуть ли не сталкерил меня, — припомнила я ему прошлое.       — Я понял, что был неправ. Я думал только о себе. Давай не будем смотреть в прошлое. Я всё понял и теперь исправляюсь.       — Хорошо, — кивнула головой я и села за столик.       Мы ещё долго делились своими впечатлениями. Я рассказала о своей свадьбе и свадьбе Жени с Данилом; Джанджи, Катя, Юншэн и Марина по очереди делились впечатлениями от поездки в Алтай и знакомства с семьями парней, которые закончились очень удачно — родители Джанджи и Юншэна тепло приняли потенциальных невест сыновей, что для меня было удивительным; Арина и Макс рассказывали о Варне, Одессе, в которой уже начинались волнения, и Куприн кое-как попал на Украину, и Казани. Не знаю, как они в следующий раз поедут в Одессу, если надумают. Поедут ли они туда когда-нибудь вообще? Гордиенко рассказывала, как они прокатились по улицам Варны, позагорали на Одесском пляже и отдохнули у Арининых бабушки и дедушки в Казани. Столько событий произошло за одно лето...       Была счастлива, что меня окружают такие люди. Даже не заметили, как прозвенел звонок на пару. Шла в аудиторию и по дороге задумалась. Всё-таки моя жизнь как лирика тяжёлого рока — с одной стороны сложна для понимания, с другой стороны приятна. Насколько эта жизнь многогранна и прекрасна. Сложно предугадать, какой тон она задаст, и какой оркестр будет окружать...