A Blurry Photograph (That I Have Since Ignored)

— Что делаешь? — спросил его семнадцатилетний парень, чьи волосы поменяли цвет с бирюзового на ярко-желтый. Голова Гарри Поттера виднелась из-за стопок из коробок в дальней части чердака. Черные волосы Гарри торчали во все стороны, а на смуглой щеке красовалась белая полоска. Гарри посмотрел на своего крестника, Тедди Люпина, который стоял среди коробок. Гарри выпрямился, он был всего на пару дюймов ниже Тедди, и поправил очки.  — Убираюсь, — ответил Гарри, уперев руки в бока с дразнящей ухмылкой на лице. — Все это слишком долго здесь пылится. Надо бы спросить Молли, что со всем этим делать. Тедди окинул его недоверчивым взглядом, возвращая своим волосам обычный цвет.  — Ты же в курсе, что ты волшебник, да? Гарри закатил зеленые глаза, такие же, как у рыжеволосой смеющейся женщины, которую Тедди заметил на фотографии.  — Я сначала разберу эти коробки. Они… достаточно старые. Тедди посмотрел вниз, на свои потертые ботинки, потому что знал, что фраза «достаточно старые» означала жизнь, которая была до него. Тедди не скучал по тому, как пальцы Гарри задерживались на побледневшем зигзагообразном шраме, который, казалось, расколол лоб.  — Что-то хорошее? — спросил Тедди после минуты молчания. Он прошелся по кольцу в своей губе верхними зубами и засунул руки в задние карманы своих рваных джинсов. Гарри собирался ответить, но его прервал громкий крик снизу.  — Джеймс! — Похоже, что кричал Альбус, средний ребенок Поттера. Потом снизу послышался писк, который мог принадлежать только Лили Луне, и громкий взрыв.  — Так, мне надо с этим разобраться, — вздохнул Гарри. Он прошел мимо Тедди и направился к люку, служащему выходом с чердака. — Первый день последнего года уже завтра, да? Не задерживайся здесь надолго, Хаффл-панк. Тедди усмехнулся, но не смог сдержать улыбки, когда его крестный отец спустился на второй этаж, чтобы узнать, в какие проблемы вляпались его дети на этот раз. Поскольку завтра и правда был первый день Тедди в качестве семикурсника, это означало и первый день Джеймса Сириуса в школе Хогвартс вообще, и не было никаких сомнений — он доставит школе много хлопот. Тедди просто заскочил в гости, чтобы повидаться со своей крестной семьей, прежде чем отправиться с Виктуар на маггловский концерт. Он подумал, что ему уже стоит отчаливать, но все же решился пройти дальше, туда, где раньше сидел Гарри. Там стояла уже открытая коробка, пыль покрывала бумаги и движущиеся фотографии, заполняющие коробку до краев. То, что заставило Тедди присесть, было изображением на самой верхушке. На фотографии была пара, пара, которую Тедди узнал бы даже без подписи «Ремус и Тонкс, 1996» кривым почерком Гарри на белой рамке вокруг фото. Его мама ухмылялась, а папа крепко обнимал ее и прислонился к ее щеке, оставляя на ней поцелуй. Камера успела заснять короткое хихиканье. Тедди начал играть со своим пирсингом в ухе — такая у него была привычка, когда он нервничал. Отложив фотографию в сторону, он заглянул в коробку. Многие фотографии принадлежали другим членам Ордена, о которых Тедди уже слышал, но никогда бы не узнал без надписей на рамке. Наконец он нашел одну с отцом, чьи волосы уже были затронуты сединой, а его веснушчатый нос пересекал тонкий бледный шрам. Он держал завернутого в одеяло малыша с неоново-зелеными волосами. Ремус не замечал, что его фотографируют, потому что не поднимал взгляда с новорожденого. Тедди почувствовал, как глаза наполняются слезами и положил эту фотографию отдельно. Он снова заглянул в коробку и заметил небольшую коробку для обуви. Нахмурив брови, Тедди взял ее и осторожно отклеил скотч, чтобы открыть крышку. Внутри было больше фотографий, но они выглядели более старыми. На самом верху были фотографии с людьми, о которых Тедди знал только со слов Гарри или Уизли. Иногда и бабуля рассказывала о них. На первой фотографии, которую он взял, была молодая пара, выглядевшая не старше двадцати. У девушки были темно-рыжие волосы и веснушки. Когда она посмотрела в камеру, Тедди увидел, что ее зеленые глаза были точь-в-точь такими же, как у его крестного. Она улыбнулась, когда ее приобнял человек, очень сильно похожий на Гарри, разве что глаза его были карими, а кожа намного темнее. Перевернув картинку, Тедди прочитал: «Лили и Джеймс, 1978». Написанно было незнакомым почерком. Вздохнув, он вдруг почувствовал вес призраков прошлого, который свалился на его плечи и отложил фото в сторону. Тедди знал, что это были родители Гарри, те, в честь кого он назвал своих детей. Но Тедди знал другого Джеймса, который внизу терроризировал своих младших братьев и сестер, с темно-рыжими волосами и карими глазами Джинни. Лили Луна тоже не была похожа на свою тезку. Ее волосы были светлее, чем у ее бабушки. Тедди знал, каково быть названным в честь умерших, и он тоже не был похож на своего деда, однако это не спасло его бабушку от слез, когда однажды Виктуар назвала его «Тед». По спине Тедди пробежал холодок, когда его глаза зацепились за фото его молодого отца. На фото он был один, сидел в кресле, его волосы еще не тронула седина, а на его плечах было гораздо меньше забот. Он устало улыбался в камеру. Зачарованный, Тедди вытряхнул все из обувной коробки, чтобы найти больше фотографий со своим отцом, с потерянной жизнью, о которой ему никто не говорил. Там были фотографии отца с Джеймсом и Лили Поттер, с блондином, о котором Тедди никогда не слышал. Была даже фотография Джеймса Поттера, крепко обнимающего другого молодого человека. Его кудрявые, по плечи длиной, волосы были черными и блестящими, он улыбался в камеру и так же сильно обнимал Джеймса, словно боясь отпустить. Сириус Блэк, подумал Тедди с небольшой улыбкой. Крестный Гарри. Продолжая рассматривать фотографии, Тедди наткнулся на несколько фото с Сириусом и своим отцом. На одной они закинули руки на плечи друг друга, на другой руки Сириуса обернулись вокруг талии отца, а вот на этой пальцы их рук были переплетены и они смотрели друг на друга с нежными улыбками. Сбитый с толку, Тедди стер с этих фотографий пыль и нашел еще несколько фото с ними. Широко раскрыв глаза, он наблюдал как на снимке в его руке Сириус целовал его отца, после чего они вместе смеялись. Тедди почувствовал, как внутри него вспыхнул гнев, который он ничем не мог объяснить. На последней фотографии из коробки был Ремус, свернувшийся около Сириуса — оба они спали на диване в чьем-то доме, еще в другой жизни. Голова Сириуса была откинута назад, рот был приоткрыт, в то время как Ремус завернулся в одеяло.  — Тедди, ты все еще здесь? — крикнул Гарри, и Тедди быстро вытер глаза и слезы, которые успели полоснуть его щеки. — Здесь Виктуар, она сказала, что вы должны были встретиться… Что случилось? Он не заметил, что Гарри уже поднялся по лестнице и пересек чердачное пространство и теперь стоял напротив него. Он присел на колени перед своим крестником с обеспокоенным выражением лица, когда заметил одинокую слезу на щеке Тедди.  — Почему ты… — начал Гарри, но потом взглянул на фотографии, разбросанные вокруг Тедди. — Ох, Тедди.  — Разве… Как… — Тедди пожал плечами. — Прости, я не знаю, почему я плачу…  — Тедди, ты не должен извиняться за свои чувства, — улыбнулся Гарри. Тедди выдавил слабую улыбку, а затем нахмурился и указал на фотографию молодых целующихся мужчин. Гарри проследил за его взглядом и кивнул.  — Он вообще любил мою маму? Гарри некоторое время пристально смотрел на Тедди, будто подбирая слова.  — Тедди, я знал твоего отца в течении небольшого промежутка времени… — наконец сказал Гарри, — и это несправедливо. Несправедливо, что ты провел с ним всего несколько дней. Но я знал, что он любил твою маму очень-очень сильно. Я верю в то, что он был влюблен всего два раза в жизни.  — Он был его первой любовью? — прошептал Тедди, эмоции бурлили в нем при каждом упоминании об отце. Гарри посмотрел на фотографию, которая показывала прошлое, которое могло бы перерасти в хорошее будущее, если бы ошибки и разрушения обошли их стороной, с грустью во взгляде.  — Он был его первой любовью.  — Получается, он был бисексуалом? — предположил Тедди мгновение спустя. Гарри позволил улыбке расползтись по лицу.  — Не думаю, что ему нравились ярлыки.  — Так же, как и вам с Драко? — закатил глаза Тедди. Гарри закрыл уши руками, словно ребенок, издавая громкие звуки, как будто бы это смогло заглушить голос Тедди. Тедди засмеялся и продолжил, когда Гарри закончил это отвратительное представление:  — Только посмотри, как счастливы Джинни и Луна.  — Что правда, то правда. Я рад, что мы поняли, что лучше нам остаться друзьями до того, как все стало бы слишком плохо, — признался Гарри.  — Да, это мило. Трое родителей. Возможно даже четыре?..  — Виктуар ждет тебя внизу. — Гарри игриво толкнул Тедди в плечо, когда он встал, чтобы уйти.  — Скажи ей, что я буду через минуту, — сказал Тедди. Гарри махнул рукой, покидая чердак. Тедди собрал все фотографии и положил их обратно в коробку. После успешно проделанной уборки он забрал с собой лишь две фотографии (где его родители стоят вместе и ту, где отец держит его на руках, когда он был совсем крохой) и спустился на второй этаж. Только его ноги коснулись пола, как его тут столкнули.  — Эй!  — Тедди, Джейми собрался нажаловаться на меня! Беги! — завизжала Лили, пробегая дальше по коридору. Несколько минут спустя, недавно ставший одиннадцатилетним, огненно-рыжеволосый мальчик помчался за сестрой. Тедди схватил Джеймса за талию, чтобы заманить его на лестницу.  — Что ты тут делаешь? — спросил Тедди своего брата, поднимая проколотую бровь.  — Ох, мне так жаль, мистер Староста, — рассмеялся Джеймс, пытаясь вырваться из хватки, чтобы побежать за своей сестрой, новая палочка была крепко зажата в его руке.  — Джеймс Сириус, хватит доставать свою сестру! — крикнул Гарри снизу. Третий, средний ребенок прошел мимо в гораздо более медленном темпе, со скучающим выражением лица наблюдая, как его брат преследует его сестру.  — Он на самом деле ни одного заклинания не зна…  — Я знаю, Ал, — улыбнулся Тедди, хлопнув Альбуса по плечу, после чего они вместе спустились по лестнице туда, где раздраженная Виктуар пыталась заставить Лили прекратить использовать ее в качестве щита.