Перекресток жизни

      Москва погрузилась в ночь. Городская суета поутихла, пробки практически рассосались, а жители города разбрелись по своим домам. Шел второй месяц лета, июльские ночи стали совсем жаркими, поэтому находится в квартире без включенного кондиционера было практически невозможно, поэтому по возможности люди старались отказаться от прогулок по улице, а старались остаться дома в прохладе.       Брагины давно жили за городом, поскольку их семья стала больше, а Марине надоела городская суета. Впрочем, Олег не был против переехать за город, он быстро согласился, доверив жене выбор дома. Их дом был одноэтажным с большой кухней и четырьмя комнатами. У дома большой сад и веранда. Тамара любила заниматься садом, поэтому вокруг дома всегда было ухожено и красиво. Когда Тамара крутилась в саду, ее младшая сестра вечно крутилась вокруг, а поскольку Тамара души не чаяла в своей младшей сестренке, она была рада ее учить всему.       Брагина Тамара закончила уже десятый класс, девушка мечтала стать крутым реаниматологом, как ее мать, но при этом оценки в школе оставляли желать лучшего. Родители ей неустанно повторяли, что ее мечта не осуществится, если она не будет прилагать усилий. Но девочка всегда оставалась при своем мнении. Она хорошо знала химию и биологию, а это все что нужно было на вступительном экзамене, к тому же, что говорила ей Марина, Тамара всегда пропускала мимо ушей, а отца просто не хотела услышать. В то время как ее младшая сестренка - Алиса Брагина очень любила своих родителей и росла послушной девочкой. Она любила ходить в школу, дополнительно занималась гимнастикой, и когда Тамара ругалась с родителями, не понимала почему старшая сестра так остро реагирует на их заботу. Собственно, отношения в их семье напоминали больше какой-то трагический мыльный сериал, нежели обычную размеренную жизнь. Впрочем, может, так было во всех семьях, но, учитывая какой семейный экземпляр был перед глазами, а именно счастливая семейная жизнь Нины и Жени, Марина явно сомневалась, что в их семье все нормально. Однажды Марина даже спросила у подруги, как ей удается поддерживать такую идиллию, на что Нина ей, не боясь обиды, ответила: - Просто у тебя, Мариночка, жизненные ценности немного другие… Эти слова потом еще долго не выходили из головы Марины, женщина пыталась изменить ситуацию, но итог всегда получался одним и тем же. Семейная жизнь разладилась. Брагины стояли на грани развода. Олег практически не появлялся дома, ночевал постоянно в Склифе, на работе Марина его избегала всяческим образом, даже когда мужчина пытался пойти на мировую, Марина всегда все портила. Чувствуя весь этот разлад, Тамара и без того, ненавидевшая Марину, совсем вышла из-под контроля, а Алиса лишь только грустила, пытаясь помирить своих родителей.       Однажды вечером, когда Олег с Мариной в очередной раз поругались, и он ушел на дежурство, Тамара засобиралась гулять. Время близилось к десяти, а поскольку они жили за городом, естественно Марина никуда ее не пустила. Марина сидела за столом и изучала рабочие бумаги, рядом стояла кружка с кофе, а на фоне работал новостной канал. Заметив, как девушка быстро передвигается из комнаты в комнату, Марина ее остановила и спросила: - Ты куда это намылилась в такой час, Том? - Не твое дело, - резко ответила Тамара и скрылась в своей комнате. - Мое, раз я спросила, - Марина отложила очки и бумаги, после чего прошла в комнату Тамары, которая накладывала макияж у зеркала, - можешь даже не собираться, ты никуда не пойдешь, уже поздно, это раз… - Я уже немаленькая! И не собираюсь тебя слушать, ты мне не мать! – отвлеклась Тома от зеркала. Марина всегда не ладила с девочкой. Это началось с ее подросткового периода. Тамара почему-то для себя решила, что ненавидит Марину, винила ее во всех смертных грехах, особенно в том, что Марина жива, а ее мать нет. Конечно, Брагина всегда это понимала, она старалась, но терпения ей не хватало, поэтому их война продолжалась постоянно, а Олег как ни пытался их примирить, ничего не получалось. - Я тебе не мать, ты права, но так как ты живешь в моем доме, и тебя воспитываю я, будь добра, исполнить то, что я говорю. На чем ты собралась в город? Автобусы уже не ходят, - продолжала ее отговаривать Марина. - За мной приедут друзья. - Так вот можешь позвонить своим друзьям и сказать, что злая мачеха тебя никуда не пускает! А если ты уйдешь, то я позвоню отцу, а ты прекрасно знаешь, что он это так не оставит! Не долго думая, Тамара откинула тушь на комод и выпалила: - СУКА! Знаешь почему вы все время ссоритесь с папой, потому что ты невыносимая тварь, и даже он тебя терпеть не можешь! Такие слова больно кольнули Марину, а девушка продолжала: - Ты не умеешь быть заботливой и доброй, потому что слишком эгоистичная! Вон, посмотри какая хорошая тетя Нина, она в отличие от тебя любит своих детей, а ты принципиальная мразь! Ненавижу тебя! Ты портишь мою жизнь! У Марины даже не нашлось слов, чтобы ответить на это, такого Тамара никогда еще не позволяла себе. Оскорбления больно ранили душу, глаза заслонила пелена ярости, поэтому Марина просто подошла и дала мощную оплеуху девушке: - В следующий раз фильтруй свои выражения, я тебе не подружка, и оскорбления терпеть не намерена! Но я в ответе за тебя, гулять ты все равно не пойдешь! Телевизор, что висел на стене, вдруг привлек внимание женщины, она быстро взяла дистанцию и сделала громче. Корреспондент рассказывала о происшествие, которое произошло несколько минут назад. Марина и Тамара внимательно слушали сообщение: - Сегодня вечером во время футбольного матча на стадионе Лужники произошел взрыв, число жертв уточняется… Марина не дослушала, ее мобильный телефон разрывался в рингтоне. Женщина направилась к телефону, сказав напоследок: - Я на работу, ты остаешься с Алисой… Она хлопнула дверью комнаты, а Тамара от злости выключила телевизор и кинула дистанцию в стену. - Я слушаю, - приняла вызов Марина, - да, я видела новости, Олег. Выезжаю, конечно! Буду, как можно быстрее. - Аккуратно! В городе сейчас начнется суета. - Хорошо, до встречи. Брагина сбросила, быстро оделась и уехала в Склифосовский, где их ждала напряженная ночка…       В то время пока Марина с Тамарой ругались, в Москве в квартире у Павловой и Кривицкого зашкаливало умиление. Женщина не так давно вернулась из магазина с продуктами, она быстро сняла обувь и громко проговорила, чтобы Геннадий, который был в комнате услышал ее: - Боже, там так жарко…Кошмар какой-то… Она прошла в комнату и, увидев, что ее ненаглядный опять стоит на голове, усмехнулась: - Ген, ты нашего кота не видел? Я ему еды принесла… И вообще, Кривицкий, чем ты тут опять занят? - Я? Йогой занимаюсь, - ответил Кривицкий, поднимаясь с пола и улыбаясь во все тридцать два зуба. - Слушай, а ты ничего не забыл?! – строго спросила Ирина, сложив руки на груди. – Мы уже не молодеем… - Ир, ну не дуйся, не могу я без своих занятий, не могу! – проговорил Гена и налил себе стакан воды. - Это, конечно, твое дело, но я бы тебе не рекомендовала стоять на голове по три часа, - включив голос начальницы, сказала Павлова. - Егорова, чего ты опять злишься? М? – мило улыбнулся мужчина, - я думал, мы уже прошли через это… Столько времени уж прошло, все хорошо же! Лучше скажи, как твои дела на работе?! Или мне по-прежнему нельзя об этом спрашивать?! Женщина нервно покосилась на любимого, думая, что ответить. После того, что она сделала для Геннадия, работа не ладилась у нее. По началу начальство отстранило ее, пытались влепить выговор, говорили, что ей повезло, что ее просто отстраняют. Она даже стала подыскивать новое место работы, она и до сих пор искала… но потом, не найдя Павловой хорошей замены, начальство ее вернуло, а то дело с бумажкой замяло. Да и родители мальчика как-то быстро успокоились, решив, что это все не вернет им сына. - Дела на работе, - задумчиво произнесла Ира, - да как они могут быть… Главный смотрит на меня криво…Пора уж все забыть, а он все косится на меня. Сам же замял все это, но палки в колеса почему-то сует все же…, наверное, все же пора мне на пенсию… Геннадий сел на диван и внимательно вслушивался в голос любимой женщины, которая рискнула всем ради его здоровья и ничуть не пожалела о своих действиях. Увидев, как он наблюдает за ней, Ирина смутилась и села рядом спросив: - Ген, с тобой все в порядке?! - Ир, я ценю то, что ты сделала для меня! Ведь я знаю, что это ты… Но я хочу просто услышать прямой ответ, - озадачено проговорил Кривицкий. – Ты порвала тот отказ мальчика, да? - Ген, а что изменит мой ответ…Тем более, ты знаешь его! Мы с тобой тысячу раз говорили об этом! – нервничала Павлова, - да, я ее порвала! Ты же понимаешь, что дорог мне! Я никогда не жалела о том, что сделала! В конце концов, мы с тобой уже старички, нам надо держаться вместе! - Да, нам уж на пенсию пора… Подыщем тебе замену, уйдем на пенсию, уедем из города, заведем себе огород… - Кривицкий, ты что с ума сошел…Слишком долго на голов стоял…Какой мне огород! Мужчина молча обнял женщину, ничего не ответив. Так продолжалось бы долго, если бы не кот, который запрыгнул на диван. - Ир, смотри, пропажа нашлась! – радостно проговорил Гена. - О, Кот! Ты где был? Я тебя обыскалась! – проговорила женщина и обняла котика. Они продолжили сидеть и смотреть телевизор, который до этого момента работал лишь фоном. По нему шел какой-то фильм, который был прерван срочным сообщением. «Сегодня в 22 часа 05 минут. На стадионе Лужники. Прогремел взрыв. Точная цифра раненых не известна!», - проговорил корреспондент новостей. - Какая прелесть…Началось! – тихо проговорила Ира. - Всех к нам? Общая мобилизация? Как в старые добрые …, – услышав, ответил Кривицкий. - Да, Ген, собирайся, - тяжело вздохнула Павлова, - Сейчас буду звонить! Нужны все…Посидели и хватит, - раздался рингтон, -Пошло, поехало… Алло! Да, да Таня, я слышала. Сколько пострадавших везут? Пока 20? Все, еду! Вызывай всех! Срочно! Я еду! – последнее Ирина Алексеевна почти прокричала, так как стали поступать раненые. - Веселая будет ночка! – вздохнув, проговорил Геннадий Ильич.