Выживший

      Лило и Стич сидели в звенящей, мёртвой тишине. Новость об уничтожении Рубена, образца № 625, выжгла внутри всё живое. Новое руководство Галактической Федерации не знало милосердия: указ гласил, что все генетические эксперименты и их создатель подлежат немедленной утилизации.       Лило боролась до последнего. Она кричала, умоляла, бросалась на амбразуры и чертила планы спасения, но её детский голос потонул в холодном металлическом лязге приказов Императора. Иногда мир оказывается слишком велик и жесток для одной маленькой девочки.       Они знали, что это их последние минуты. Лило чувствовала, как отчаяние душит её. Теперь каждый шорох в доме напоминал о потерях. Образец № 300, Страшила, часто снился ей. Он приходил в своём истинном, пугающем обличье, ничего не говорил, только пристально смотрел на неё из темноты. Этого взгляда хватало, чтобы Лило просыпалась среди ночи от собственного крика, задыхаясь от ужаса и вины. Она не смогла его защитить. Никого из них.       Даже привычные вещи стали невыносимы. Теперь сандвичи с тунцом вызывали у неё резкую тошноту, напоминая о Рубене. Этот собрат был ближе всех по силе к Стичу. Он мог бы сравнять города с землёй, принести миру бесконечные беды, но вместо этого он просто предпочитал делать сандвичи и лениться. Чем он заслужил уничтожение? Чем они все заслужили смерть? За то, что были созданы не такими, как все?       Неотвратимо заканчивалось время у последнего творения Джамбо.       — Как же я теперь без тебя буду? — её голос сорвался на хрип.       — Будешь, — тихо ответил Стич, прижимаясь ухом к её руке. — Ты — Лило. Ты им всем покажешь.       — Покажу? — она посмотрела на него сквозь пелену слёз.       — За меня. За братьев. За Джамбо. За охану.       — А если у меня не получится? Если я сломаюсь?       Стич посмотрел на неё своими огромными глазами, в которых отражалась вся бесконечная печаль его искусственной души.       — Значит, плохо старалась.       Дверь распахнулась с грохотом. Послы Федерации вошли в комнату. Они грубо, без тени сочувствия, схватили № 626. Лило рванулась к нему, но её оттолкнули. В последний миг, прежде чем цепи сковали его лапы, Стич успел вложить что-то холодное ей в ладонь.       Когда его увели и топот тяжёлых сапог затих в коридоре, Лило вскрикнула от бессилия. Она разжала кулак: на ладони лежали ключи от секретной лаборатории Джамбо. Это был его последний подарок. Его надежда.       — Я сделаю всё, — прохрипела она, задыхаясь от рыданий. — Обещаю, я заставлю их заплатить.