начинаем вновь

POV Sally

      Я часто переезжаю с отцом с места на место. Мы покидаем один город, оставляя там свои воспоминания, и приезжаем в другой, где всё начинается с чистого листа. Первым человеком, кто не обосрался от моей внешности и по-настоящему подружился со мной, стал Ларри. Он будто и не заметил мой "дефект" и не назвал меня сумасшедшим, когда приключилась вся эта история с призраками, так что мы быстро сблизились друг с другом. Я и не заметил, как стал проводить в его комнате больше времени, чем в своей. Даже если я нахожусь в одной комнате с отцом, он не обращает на меня почти никакого внимания, так что где Ларри, там и я.

POV Larry

      Очень часто Сал стал оставаться у меня ночевать. Бывает такое, что ему не спится, и он 3 часа ворочается на одном месте, пытаясь уснуть, из-за чего я слышу его тяжёлое дыхание, как он ёрзает по кровати. В такие моменты я просто обнимаю его, и он медленно успокаивается, а вскоре и засыпает. Но в иные ночи я чувствую его объятия, правда, не знаю, по какому поводу, но всё же это приятно. А если мой способ не работает, я тянусь к выключателю, и свет от лампы мгновенно разгоняет тьму его мыслей. Не представляю, какие кошмары его терзают, но мне от этого не по себе. Что чувствует Салли, чувствую и я.

POV Sally

      Я всегда ненавидел больницы. Эти бесконечные коридоры, вечно снующие туда-сюда врачи - жуть. В последнее время мне часто начали сниться кошмары. Я не знаю, с чем это связано, да и не придаю особого значения, но Ларри настоял на том, чтобы я лёг в больницу и прошёл обследование. Таким образом, сейчас я лежу на больничной койке, уставившись в потолок от дикой скуки, так как посетителей ко мне не пускают, нужен покой. Внезапно, я услышал, как что-то стукнуло со стороны окна. Я поднялся с кровати, чтобы узнать, откуда шёл этот звук. И только я открыл окно и собирался выглянуть, как передо мной возник Ларри с букетом цветов в руках. — Что, не ждал? — сказал Ларри, окончательно нарушая границу между нами и заползая в палату. — Конечно ждал, на стол накрыл, готов к потреблению мандаринов. — Может и не болен ты совсем? Ларри стал выкладывать на столик рядом со мной кучу фруктов. После чего, он подошёл ко мне и вручил букет цветов прямо в руки. — Это что, ты мне на могилу уже принёс? — Только если на мою, — съюморил Ларри и сел рядом со мной на кушетку. — Когда тебя отсюда выпишут? — Ты меня сюда засадил, тебе и флаг в руки. — Не думаю, что такую информацию скажут тому, кто вломился в палату, куда не пускают посетителей. — Хах, ты прав, — я улыбнулся от мысли о том, что Ларри опять что-то вытворяет ради меня. Уже вечерело. На улице стало совсем темно, а я и Ларри всё ещё сидели рядом друг с другом и наслаждались общением. — Слушай, а тебе не нужно домой идти? Уже поздно, — напомнил я, глядя на настенные часы. — Я останусь с тобой на ночь. Ты же не хочешь, чтобы ты спал без моей защиты? — Ни в коем случае, чувак. Мне было неудобно от мысли о том, что Ларри будет спать на холодном кафеле больницы, поэтому предложил ему поспать рядом со мной, на что я получил согласие. Было отчётливо слышно его сердцебиение и пульс. И я как дурак просто пялился и слушал. Смотря на него, невозможно было оторвать глаз, он весь будто сверкал и пылал. Не знаю, что ему снилось в этот момент, но могу сказать точно, что нутром чувствовалось тепло.

POV Larry

      За время, пока я жду Сала у выхода из больницы, можно было замутить барбекю и съесть его, а потом мучаться с гастритом. Наконец, из дверей показался Салли. Мы с ним дошли до ненавистного нами дома и поднялись до его квартиры. Сегодня воскресенье, поэтому дверь открыл отец Сала. — Здравствуйте, мистер Фишер, я привёл Салли из больни... — Выметайся отсюда, — перебил меня Генри, — из-за тебя мой сын попал в больницу, не появляйся рядом с ним, хочешь совсем его в могилу свести? — Но я... Договорить он мне снова не дал, захлопнув дверь прямо перед моим носом. Что с ним не так? Я всегда думал, что отец Сала — хороший человек, но, видимо, проблемы стали сводить его с ума. Бедный Салли, интересно, как он там. Что ж, наверное, мне стоит немного подождать у двери, ведь у предка Салли должны же оставаться мозги, верно?       Я уже собрался уходить, как из-под двери появился лист бумаги. На нём было написано: "Чел, если ты думаешь, что какой-то старый хрен может встать между нами, то я мысленно дам тебе по роже, так что приходи ко мне ночью, посидим на крыльце." Я скорее обчищу супермаркет, чем позволю кому-то встать между нами. Именно поэтому в полночь я уже стоял под его дверью.

POV Sally

      Не знаю, что нашло на моего батю, но это было очень странно, по крайней мере, раньше он такого не вытворял. Поэтому, по наступлению темноты, я тайком прокрался мимо спящего отца и выбрался из квартиры прямо в домашнем шмотье. — Чё как? — Пойдёт. После того, как мы вышли на крыльцо, мне в глаза сразу бросился трейлер на колёсах, припаркованный неподалёку. Не успел я толком понять, в чём дело, как Ларри побежал к нему со словами: — Запрыгивай, и мы поехали. — Что, о чём ты, видел вообще, как я одет? — У меня есть куртка, садись. Уедем от всего этого дерьма куда-нибудь далеко, в Нью-Йорк, например. — Что мы жрать-то будем? В твоём трейлере, к сожалению, не осталось ничего от предыдущих хозяев, ну что за неуважение! — Расслабься, Маугли. Мы спокойно можем поесть мох, жуков, а если приспичит стать антивеганом, каннибализм тебе поможет. — Ларри, ты совсем отбитый, ну. Я тебя сейчас спокойно забью камнями за чушь, которую ты несешь, а потом скормлю волкам, чтобы точно доказать тебе, придурку, что питаться тобой не намерен. — Реально Салли-кромсали. — Ларри-схерали. — Сделал меня, подлец. — А что насчёт твоей мамы, ты оставишь её тут? — Вопросы капитану корабля только на судне, на борт! — Пьяным за руль нельзя, чувак, вылезай. — Тебе дыхнуть? Да сам подумай, тебе разве не хочется свалить куда-нибудь из этой дыры? И правда, что держит меня здесь? Пьющий и совершенно не интересующийся мной отец — это единственный, окромя Ларри, человек, которого я знаю больше, чем 10 минут. — Уговорил, засранец. Я залез в старенький трейлер на колёсах, Ларри нажал на педаль газа, и мы тронулись вперёд. Куда — неизвестно. Когда вернёмся — неизвестно. Известно лишь одно — это будет чертовски весело.

***

Мы мчались по шоссе, наблюдая за полной луной, освещающей наш путь. У меня в голове накопилась целая куча вопросов, но единственный, на который я получил ответ, это происхождение трейлера. Ларри объяснил это просто: украл. Что ж, время вспять не повернёшь, ничего не поделаешь. На остальные же вопросы был один ответ: "Всему своё время, расскажу позже."       Было уже совсем темно, а Ларри явно устал от дальней дороги, поэтому я предложил остановиться на ночь и развести костёр. Моё предложение восприняли с энтузиазмом, и Ларри сбавил скорость, свернул к близжайшей полянке, а после погасил двигатель. Полчаса мы возились с обустраиванием нашего мини-лагеря, но это стоило того: уютная палатка с разожжённым рядом костром прямо под ночным небом. — Эх, музыки бы сюда, — сказал Ларри, глядя на далёкие звёзды, — гитара и костёр отлично сочетаются не только как топливо, но и как лекарство для души. — Знаешь, я покопался в салоне нашего "дома" и нашёл это. Я поднялся на ноги и пошёл к фургону, а после достал оттуда старую гитару. — Она, правда, сломанная и совсем не настроена, но ты же в этом разбираешься, сможешь починить? — Да не вопрос, Сал! Ты спас наш вечер. Ларри тут же сбегал за инструментами и принялся за починку, а я смотрел на его серьёзное лицо и впадал в размышления. Редко этого человека увидишь серьёзным. Труд делает человека человеком, верные слова.

***

— В последнее время ты — единственный человек, в которого я верю, потому что остальные — лишь фальшь, — сказал я, глядя, как падающая звезда оставляет за собой яркий белый след, — взяли стопку журналов, вырвали совершенно непохожие страницы и склеили воедино. Личности? Смешно. — Знаешь, я думаю, ты прав. Я не понимаю многих людей. Что творится в их головах, когда они поступают так или иначе? Иногда дело доходит до полной задницы, а всё потому, что они не кто иные, как обрывки мыслей других людей, цитатки которых потом напишут в учебниках истории. — Такая вот граница в обществе. Недостаточно иметь своё мнение, необходимо также и уметь встать за него горой, не дать мнениям остальных сломить твоё и заставить думать тебя иначе. — Верно сказано, чувак. Я снова задумался о чём-то своём, но на этот раз мои мысли прервались ещё быстрее, чем в прошлый раз, так как работа над гитарой была закончена, и я услышал прекрасную игру Ларри. Его проникновенная игра заставила меня пододвинуться поближе. И ещё чуть ближе. Я не заметил, как стал уже совсем близко к нему. Я обхватил его руку, и понял, что он — тот человек, которого я искал всё это время, и вот наконец нашёл. Наверное, до него тоже дошло, поэтому Ларри запел: Настало время — мы уходим за Солнцем, Чтоб завтра снова вместе с ним и прийти: Когда бетонный город утром проснётся, Мы встретим новый день в прохладной тени. От надоевших грёз и снов Вслед догорающим закатам В страну туманных островов — А завтра вновь обратно! Где нет тепла, там согревает дорога, Созвездий голос — будто свет маяка, Тот, кто не понял слов великих пророков, Пусть продолжает строить дом из песка. — Чувак, твоя песня напоминает мне о счастливом прошлом, когда я не носил этот долбаный протез, и когда всё было круто. Ларри громко засмеялся. — Что смешного? — Ты первый, кому я пою в своей жизни, и я чертовски рад, что тебе понравилось. Я заметил, как Ларри смотрит на меня и не смог удержаться от желания взглянуть на него тоже. Казалось, в этот самый момент невидимая нить, что была между нами, стала видимой, и любой человек, взглянув на нас со стороны, мог бы понять, кто мы друг для друга. Кажется, во мне снова расцветает то необычное чувство, которое было давно зарыто мною же. Чувство, которое разливается чем-то приятным и теплым во мне; чувство, заставляющее меня трепетать. Я взял его за руку. Она была тёплая и влажная, как климат в долбаной Исландии, но мне нравится. — Знаешь, даже и не хочется, чтобы этот день кончался, — сказал Ларри, уставившись на ночное небо. — Я с тобой согласен, остановить бы время, чтобы этот момент длился вечно. Неловкое молчание повисло в воздухе тяжким грузом, поэтому я решил нарушить его: — Пойду приберусь в трейлере. — Да, хорошо, чувак.

POV Larry

      Я проводил Салли взглядом, и появилось сильное желание занять себя чем-нибудь, поэтому я взял в руки гитару и принялся разглядывать её, изучая все царапинки, помятости, облупившуюся лакировку и натянутые струны. Дрова в костре приятно потрескивали, а вокруг летали светлячки. Всё это придавало ночи свой особый шарм, делая это время суток притягательным и прекрасным, чего не скажешь про день и вечер. В такие ночи понимаешь простые истины, которые присутствуют в жизни каждого человека. Тем временем, вернулся Салли и сел на траву, облокотившись на камень. Хоть его лицо и закрыто протезом, а внешне он не подавал признаков беспокойства, я душой чуял, что у него на душе что-то не то. — Сал, всё в порядке? Я будто оторвал его от каких-то мыслей, потому что после моего вопроса он дёрнулся и огляделся, не понимая, откуда шёл звук. — Да, у меня всё хорошо, почему ты спросил? — Да так. Показалось. Что ж, обычная странность Салли Фишера, не перестаю удивляться тому, как этот человек не похож на всех тех, кого я успел узнать за свою жизнь.

***

      Наступило утро. Солнечные лучи окутали землю светлым ковром, а на траве выступила утренняя роса. Мы с Салли сели в трейлер и двинулись дальше. На удивление всё было слишком нормальным: Я смотрел на дорогу, а Сал рассматривал что-то внизу. Правда, через 10 минут я снова обратил на него внимание, но его взгляд не оторвался: Его, судя по всему, уж слишком привлекли собственные руки. Что ж, нормальность кончается. Зато по радио звучала хорошая мелодия. Играло: Ты увидишь ответ впереди Ты поймешь — не всё так гладко Это молодость, дорогой Завтра её тут нет Молодость — это секрет Молодость — это загадка Молодость — это бензин Молодость горит без остатка       Мы неслись по шоссе, наматывая километр за километром, пока вдали не показался маленький городок. Мы нашли близжайший продуктовый магазин, и я вызвался идти за покупками, чтобы не утруждать Салли. На удивление, мне попался большой магазин, характерный скорее для крупных городов, чем для таких почти посёлков. Я провозился с выбором нужных вещей и провизии где-то 15 минут, стоит вернуться, Сал там наверное уже заждался. Кассир, дружелюбно улыбаясь, пробил мне всё набранное добро, и я с чувством выполненного долга вышел из магазина, где меня сразу встретил Салли с видом охотника за сокровищами, который обнаружил Хрустальный Череп. — Ларри, я нашёл тут кое-что, идём за мной! Салли прямо-таки прыгал на месте от нетерпения, поэтому я решил пойти с ним и разузнать, что он там увидел, предварительно закинув продукты в машину. Сал повёл меня закоулками, мы шли недолго, пока он не привёл меня к заброшенному на вид дому. — И что дальше? Это же просто трухлявый домик, — сказал я, оценивая возраст здания. — Мы будем тут жить, что скажешь? Чёрт возьми, я ждал, что ты это скажешь. Вот так вот сразу решиться на подобное было трудно, но что нам терять? — Заселяемся. Я пригнал трейлер к дому, а Салли принялся за тотальную уборку комнат. Всё: кухня, гостинная, спальня были покрыты толстым слоем пыли. Не могу представить, что произошло с бывшими хозяевами этого места, и почему они оставили этот дом. Надеюсь, никаких призраков, мне хватило этого дерьма.

POV Sally

      Тряпка в моих руках прошлась атакой по слоям пыли на кухне, на очереди было окно, из которого открывался вид на задний двор, поросший сорняком и травой. Я увидел своё отражение в этом запылённом окне. Мной резко овладело чувство страха. Я чувствовал Ларри рядом, будто мог сейчас дотронуться до него, но дурацкое окно показывало, что его нет, твердило, что он не рядом. Нет, ты лжёшь, отражение. Я со всей силы стукнул по окну так, что оно вдребезги разбилось, осыпаясь сотнями осколков на подоконник. На звук прибежал Ларри и тут же спросил: — Что случилось? А когда увидел разбитое окно, тут же добавил: — Ты в порядке? — Всё хорошо, Ларри, мне просто было страшно, что тебя не было рядом, а это окно, оно лгало мне ещё больше, ведь ты тут, со мной. — Мне кажется, с тобой происходит какое-то дерьмо. Скажи честно, что ты чувствовал за всё это наше путешествие? — Я не знаю, правда, я чувствовал чьи-то укусы, будто на меня напал осиный рой, мало того, что тебе пришлось меня сопровождать, когда лёг в больницу, так теперь я ещё и вижу видения в дневное время суток, не говоря о кошмарах, иногда мне кажется, что комната сужается до размеров коробки, и её стены давят на меня со всех сторон, а временами чувствую, что колени зудят, будто я молился Господу Богу. Я не хотел тебе говорить об этом, чтобы не заставлять тебя беспокоиться. Я не хочу сходить с ума. Иногда это доходит до того, что я хочу умереть, но я не хочу делать тебе больно, потому что ты очень хороший человек и нужен этому миру. И я не хочу от тебя уходить, когда я с тобой, страхи будто уходят от меня, и на душе становится приятно. — Ты знаешь, вчера ночью я смотрел на сломанную гитару, и тогда мне в голову пришла мысль, что подлинная красота таится в надломах, трещинках и едва заметных шероховатостях. Красиво, когда что-то не так. Красиво, когда неправильно. Чтобы родилась звезда, должна случиться одна вещь: газовое облако должно упасть. Падай. Разрушайся. Это не твоя гибель, это твоё рождение, Сал. Я почувствовал горечь на щеках, мутность в глазах. Всё в порядке.

POV Larry

      Я кладу голову Салу на плечо, сжав его руку в кисти; она холодна, как лёд, а пальцы дёргаются, как бешеные. Он перебирает пряди моих волос. Я хочу навсегда запомнить нас и этот вечер. Салли до сих пор болен, но я помогу ему пройти через это.