Мой лучик солнца

Почему жизнь зачастую так несправедлива к тем, кто заслуживает быть счастливыми? К тем, кто прошёл через многое, кто смог найти то, что заставляет его жить, заставляет просыпаться каждое утро… Просто: Почему? Он не знал, как вообще понять и принять то, что сейчас происходит. Он буквально потерял жизненный ориентир, так как представляя то, как не станет её — он фактически умирал сам. Разве есть смысл, если Виолетты нет? С силой сжимая виски, он рассерженно взъерошил волосы — не верится. Ни в то, что сказал сейчас врач, и ни в то, что есть жизнь без Виолетты. Нету. Ведь жизнь обещала стать лучше! Ярче, приятнее… Они забыли свои споры и разногласия, разрешили все недопонимания, и были одним целым — были теми, кто не может быть разделён. « — Ей всего 19. — подумал он, тяжело вдыхая свежий воздух в саду возле больницы, и с силой вцепившись рукой в железные перила. — Какие-то 19 лет…» За что? За какие грехи, такому светлому и доброму человеку как она — такой печальный конец? Неужели она не заслужила истинного счастья, чтобы прожить всю жизнь в радости и любви? Виолетта стала чувствовать себя плохо спустя пару месяцев после свадьбы отца. Слабость, головные боли, постоянная усталость… Ей было тяжело, но она не показывала этого. Зачастую, когда они ходили вместе куда-то — будь то кино, или кафе — их встречи были недолгие, так как она была не в состоянии продолжать прогулку. Она была обессилена. Не понятно, начала ли она тогда догадываться о том, что может произойти — но Леон все-таки думал, что она всё знала. Было много обследований, результаты которых ей не оглашались, и теперь провели последнее… И он сам должен был сказать ей всё. Точнее, он сначала был против — слишком тяжело говорить такое, он бы просто онемел. Но врач, грустно смотря на Леона, и на Германа, потерявшего всякий вид — отец Виолетты был бледен и тускл, — говорил, что эту новость лучше услышать от человека, которого любишь, чем от кого-то чужого. «Просто я знаю, что им так спокойнее…» — тихо сказал он, опуская глаза. «Им» — тем, у кого просто нет шанса… Герман не смог бы. Просто не сумел бы связать хоть одно слово, ведь речь шла о единственной дочери, которая была ему, как и Леону — смыслом жизни. Парень подошёл к двери палаты, в которой лежала девушка, и с трудом нашёл в себе силы, чтобы открыть дверь. Как он сможет сказать ей…? Как? Едва войдя, он увидел её — побледневшую, но все так же прекрасную, какой она всегда была. Светлые волосы её были распущены, а по лицу девушки пробежала счастливая улыбка, как только он вошёл. Какая же она красивая! Сколько раз он уже это повторял, и будет повторять. Ни одна модель не сравнится с его малышкой, Виолетта всегда будет для него идеалом внутренней и внешней красоты. — Я рада, что ты пришёл. — слабым голосом сказала девушка, протягивая к нему руку, и не переставая улыбаться. — Я скучала, Леон. — И я. — прошептал он, беря в свои сильные руки её хрупкую ручку, и целуя её. — Очень скучал, ведь я так люблю тебя… Папа приходил к тебе? — Да, недавно ушёл… Он так печален. — шёпотом сказала она. Парень присел на колени возле её постели, и поцеловал девушку — нежно и аккуратно, стараясь передать в этом поцелуе все его чувства. После Леон слега отстранился, и с болью в сердце посмотрел на девушку. Какие же слова…? — Я понимаю. — она слегка пожала плечами, в ответ на его вопросительный взгляд. — И я понимала это почти сразу, когда только прошла первое обследование… Знаешь, Леон, это немного страшно, но моя любовь к тебе даёт мне силы. — выдала девушка, отчего его сердце, кажется, перестало биться. Лучше бы и перестало, лишь бы только она была здорова. Парень опустил голову, искренне желая, чтобы она не увидела слёз в его глазах. Он никогда не плакал, но именно сейчас было невозможно сдержать свои эмоции… — Просто знай, что каждую секунду времени, которое нам дано — я хочу посвятить исключительно тебе. — заявил он, кладя голову на изголовье её кровати. — Тебе дано ещё много времени, помни об этом. — заметила она, рукой взъерошивая его волосы. — Нет, совсем немного, Вилу. Без тебя — совсем немного. — отозвался он, не выпуская её руки из своих. — Не говори так. — сказала Виолетта, и голос её дрогнул. — Я желаю одного, чтобы все мои близкие были счастливы, я хочу, чтобы ты прожил жизнь, полную радостей и без меня, Леон! — она прижала руку к груди. — Пойми, что ты ещё так молод. Ты должен жить и наслаждаться — вот она, моя самая заветная мечта. — Виолетта… — он не знал, что тут можно сказать, он просто хотел молчать, чтобы не давать ей обещание, которое вряд ли исполнит. Он посмотрел на её лицо, по какой-то непонятной причине излучающее радость. В глазах её прыгали огоньки. — Я думаю о том, что последние три года сделали меня, пожалуй, наисчастливейшей, Леон… Студия, ребята, ты… — она с упоением вспоминала то, что миновало так недавно. — Музыка, гастроли, концерты… Все это — истинная причина для радости. Ты научил меня любить, я поняла так много, и теперь… Теперь можно смело заявить, что 19 лет жизни прошли не зря. — Её речь была сумбурна, однако смысл от этого не терялся. Парень молча слушал ее, сев на кровать рядом с ней, и крепче обнимая Виолетту. — Вилу, знай… Ты — мой лучик солнца. — он поцеловал её в щечку. — Самый тёплый и самый нужный лучик, заставляющий смотреть на жизнь по-новому. — он говорил, а голос его становился все тише, настолько трудно и страшно было говорить почти слова прощания… — Я живу тобой, дышу ради тебя, ты — мое всё, понимаешь? Она слабо кивнула, положив ему голову на грудь, и переплетая свои руки с его. — Te confieso que sin ti no se sequir…Luz en el Camino tu eres para mi.— тихо напел Леон, улыбаясь девушке, медленно засыпающей у него на руках. — Desde gue mi alma te vio. Tu delzura me envolvio. Si Estoy contigo se detiene el reloj… Виолетта переносится мыслями туда, где они встретились с Леоном. Где он спас её от скейтбордистов, чуть не сбивших её с ног. Она видит их первый поцелуй, то, как они вместе гуляли… Их жизнь в студии и на гастролях… И сквозь эти воспоминания-сны она слышит их песню… — Quiero mirarte.Quiero sonarte. Vivir contigo cadaver instante.Quiero abrazarte.Quiero besarte.Quiero Tenerte junto a mi.Pues amor es lo gue siento.Eres todo para mi… Он прижимал Виолетту к себе, и пел их любимую песню, стараясь хотя бы ею как-то утешить себя и девушку. Виолетта чувствовала его тёплое дыхание, руки, держащие её в объятиях, нежный голос, заставляющий чувствовать самое прекрасное, что только спрятано в душе человеческой. — Я люблю тебя. — прошептала она, последний раз смотря на него, и улыбаясь, видя его добрые глаза. — Спасибо тебе за всё. Парень наклонился и коснулся её губ поцелуем. В нем она почувствовала всю его любовь, искренние чувства, желание быть рядом. Настолько сильна была их любовь, что в одном поцелуе можно было передать всё… Девушка закрыла глаза, а он продолжил напевать ей прекрасные песни, которые они сочиняли и пели в студии, иногда что-то рассказывал, пока она впадала в глубокий сон. Было одновременно и страшно, и радостно. Страшно, от того что всё вот так заканчивается — она от него уходит. И радостно — что столько всего осталось у них за плечами, столько прекрасного и незабываемого… Её охватил этот сон — вечный и непробудный. Однако теперь ей было легче, ведь она знала, что её поддержка — совсем рядом, хотя и кажется, что далеко. — Pues lo gue siento es…Amor… — прошептал он, целуя её в лоб, и вытирая слезы, набежавшие на глаза. — Я люблю тебя ещё сильней…Mi rayito de sol. И только теперь понимаешь, насколько жизнь коротка… И только теперь знаешь, что дорожить надо каждым моментом…