Perfect

      Всё так красиво украшено. Везде мои любимые цветы — пионы. Моя семья и друзья рядом со мной в этот знаменательный и счастливейший день моей жизни. Я перевожу взгляд на него, чьи изумрудные глаза светятся от счастья ровно так же, как и мои. — Согласны ли Вы, Луи Томлинсон, выйти замуж за Гарри Стайлса? — спросил меня священник у алтаря. — Мистер Томлинсон! Я Вам не мешаю? — раздался голос учителя? Я вздрогнул, разлепив глаза. — Луи, что с тобой происходит? Ты один из самых лучших моих учеников, но если ты не перестанешь витать в облаках, я буду вынуждена принять меры! — сердилась Мисс Тёрнер. — Прошу прощения, мисс. Клянусь, такого больше не повторится, — извинился я, нахмурившись. — Что, Томлинсон, задумался о булочках, которые тоннами жрёшь? — раздался мерзкий голос Дэна, который я просто проигнорировал, за что больно получил ручкой по голове. Класс. Идеальное начало дня. Ненавижу людей, как он. Почему нельзя оставить меня в покое? Да, я не идеален, но это ведь совсем не означает, что меня можно или нужно гнобить. Никто из них не был в моей шкуре и никогда не поймёт, каково это — страдать и ночами захлёбываться слезами обиды. Я не депрессивная девчонка-подросток, у которой один килограмм лишнего веса, и она убивается по этому поводу. У меня лишний вес с самого детства, тем более с моим небольшим ростом это выглядит ужасно. Мой друг детства, Найл, всегда шутит, что с моими бёдрами и задницей я был бы идеальным танцором тверка. Я действительно пытался бороться с этой проблемой, сидел, наверное, на всех диетах, которые существуют — всё было бесполезно. Я лишь срывался и набирал ещё больше. Но потом я просто перестал делать какие-то попытки. Даже несмотря на мой лишний вес, у меня есть пара. Гарри — самый лучший парень в мире. Мы учимся в одном классе. Он очень высокий, с телосложением греческого божества и с не менее прекрасными зелёными глазами. У него вьющиеся волосы до плеч и ямочки по две стороны от уголков пухлых губ, которые появляются при улыбке. Вдохновение для любого поэта и художника! Официально мы познакомились осенью, когда наш преподаватель по математике попросила нас обоих остаться после уроков. Как потом оказалось, Гарри был не силён в данном предмете, и она хотела, чтобы я ему помог. Этот день у нас не задался. Но через некоторое время я понял, что он совсем другой, нежели я себе представлял все эти годы. Я был влюблён в Гарри с тех пор, как мы с родителями переехали в Лондон, а я перешёл в эту школу. Мне было около тринадцати лет, когда я встретил его в коридоре, разговаривающим со своим другом Лиамом. В тот момент всё вокруг меня остановилось — я был поражён его красотой. Естественно, я не подошёл к нему знакомиться, что сделал бы нормальный, уверенный в себе человек. Последующие четыре года я страдал по нему. Видел его постоянно в компании различных девушек, с которыми он, конечно же, не просто разговаривал. Не зря ведь он главный бабник школы. Я даже не был уверен, что это влюблённость, ведь он парень, а сам я на тот момент не был геем или бисексуалом — у меня была девушка в Донкастере. Но сомнения улетучились, когда мы вместе оказались в душевой после футбола. Боже, этот позор я в жизни не забуду! Да и Найл не даст мне этого забыть. Парень оказался совсем не зазнавшимся бабником-мажором, коим его считала вся школа. Он несколько дней красиво ухаживал за мной, а я просто сдался. Я даже не был против его условия о неразглашении наших отношений, но Найл не одобрял этого, хоть и ничего не говорил. Его семья была очень известной в Лондоне, а отец, по его словам, был ярым гомофобом. Гарри боялся гнева отца. Но мне этого хватает, я ведь столько лет любил его и даже мечтать о таком не мог.

***

Прозвенел звонок, и я вышел из кабинета, направляясь в кафетерий, где мы с Найлом договорились встретиться. — Луи, дружище! — крикнул слишком громко Найл, на что многие обернулись, и мне стало неловко от такого количества внимания. Я сел за стол, на котором уже был огромный поднос с едой. Что за несправедливость? Найл ест раза в пять больше меня, а весит, наверное, меньше, чем мои сёстры. Мы начали обедать, как вдруг услышали какой-то громкий свист. Это опять придурки из футбольной команды Гарри. К чему такой шум, Боже? Найл встал и направился в ту сторону, не забыв вцепиться в мою локоть и потащить за собой. Когда мы подошли, то мои глаза почти вылезли из орбит: в центре этой шумной толпы стоял Гарри, который, наверное, потерял что-то в глотке шлюхи Тейлор. У меня начали слезиться глаза, мне было слишком больно смотреть на это, хотя я сам и согласился на это условие — он изначально говорил, что для образа ему нужно встречаться с разными девушками. — Эй, Томлинсон! Убери свой огромный зад, ничего не видно за ним! — крикнул Дэн, обратив на меня внимание близко стоящих учеников, некоторые из которых посмотрели на меня с насмешкой. — Заткнись, Дэн, — бросил ему Найл, хватая меня за кисть руки и потянув за собой на выход из толпы. Но мне этого не было нужно, я сам вырвался из его хватки, выбежав из столовой. — Лу! Да стой, не беги ты так! — раздался голос моего лучшего друга, а не парня, как следовало бы в такой ситуации. Я остановился, попутно вытирая слёзы с глаз и щёк. — Луи, не обращай внимание на этого придурка. Нашёл из-за чего слёзы лить! - блондин схватил меня за плечи, сведя брови на переносице. — Найл, дело ведь не в Дэне. Ты видел, как Гарри обжимался с той девчонкой? Он меня никогда так не обнимал, как её, а мы с ним, между прочим, встречаемся. Кудрявый мудак на самом деле не обнимал меня так страстно, за талию прижимая к себе. До сегодняшнего зрелища я и не обращал внимание на то, что он обнимал меня за плечи, лишь изредка прильнув ко мне всем телом. — Луи, просто поговори с ним и всё, — предложил Найл, похлопав меня по плечу. Мы постояли еще несколько минут, пока я успокаивался в объятиях Найла. Рядом с ним мне становилось в разы легче. — Хочешь, пойдём за мороженым? Я так проголодался, — он прижал ладонь к животу, сделав сосредоточенное лицо. — Найл? Что ты делаешь? — улыбнулся я. — Ты вообще-то буквально десять минут назад ел. — Знаешь, это неуважение к моему желудку! Он хочет кушать! Я вот чувствую там пустоту. — Ладно-ладно! — закатил я глаза, уже идя за Найлом и не чувствуя былую грусть.

***

Я проснулся от криков и воплей моих сестёр, что удивило меня, ведь сегодня выходной. Я и так всю ночь не спал, размышляя о событиях вчерашнего дня. Голова просто трещит. Мне срочно нужна доза эспрессо. Возвращаясь ко вчерашнему дню — Гарри так и не позвонил мне. Не знаю, видел ли он меня тогда в столовой. Я решил обязательно поговорить с ним позже. Думаю, он поймёт меня, мы ведь любим друг друга.

***

Pov Harry

— Гарри, ты ведь знаешь своего одноклассника Луи Томлинсона? Я попросила его остаться, чтобы он помог тебе с тестом, и это в последний раз. Мне совсем не хочется расстраивать твоего отца, но ты не оставляешь мне выбора, — возмутилась мисс Тёрнер. Боже, за что мне всё это? У меня вообще-то назначено на это время свидание с пышногрудой брюнеткой из моего класса. Видимо, никому нет до этого дела. Теперь ещё придётся сидеть два часа с каким-то чудаком, чтобы эта математичка не настучала отцу, какой я плохой. Луи сидел в другом конце класса, внимательно разглядывая свои руки. Я узнал этого парня, хоть мы и не были лично знакомы. Ещё бы не узнать. Этого Луи за километр можно увидеть с его-то огромной задницей. Как он вообще на стуле-то поместился? Я ухмыльнулся своим мыслям, когда услышал неловкие шаги в свою сторону. — Привет, — произнёс неловко шатен, сев за мой стол. — Ага, — произнёс я, самым безразличным голосом, которым только мог. Эти два часа длились буквально вечность. Скучнее этой математики был только этот парень, который пытался мне что-то объяснить. Отчаявшись, я даже пытался дать ему денег, чтобы он просто сам решил за меня этот чёртов тест, когда мисс Тёрнер вышла. Но мало того, что он отказался, так ещё и возмущался и начал истерить, как девчонка. Придурок.       В конечном итоге мне пришлось просто сидеть и делать вид, что я его внимательно слушаю. От скуки я даже стал разглядывать этого пухлого Луи. Он не такой уж страшный. Сбросить бы ему килограмм пятнадцать, и может даже девушка появится. Конечно ему бы ещё эти дурацкие очки снять. У него красивые голубые глаза. Зачем их прятать? От моих раздумий меня отвлек сам шатен. — Гарри, ты меня вообще слушаешь? — возмутился он, нахмурившись. — Ага, — ответил я, закатив глаза. Он очень нудный. — Ну что ребята, как успехи? — спросила преподаватель, войдя в класс. Кажется, она надеется на что-то. — Все хорошо, мисс. Думаю, через пару уроков Гарри сможет пересдать! — ответил голубоглазый, широко улыбаясь этой мегере. — Нет, Луи. У него и так было слишком достаточно времени, — сказала явно разозлившаяся Тёрнер. — Я слишком долго ждала, пока ты, Гарри, начнёшь серьёзнее относиться к моему предмету. В пятницу в шесть вечера я жду твой тест. Или же я ставлю тебе двойку, - продолжила преподаватель, все ещё злая. — Но я ведь… — Никаких но, Гарольд! Пятница, шесть часов, — сказала она, выходя из кабинета уже не такая бодрая, и захлопнула дверью. — Мне жаль, — тихо произнёс Луи, глядя на меня сквозь линзы уродливых очков, которые так хотелось разбить. — Да пошёл ты! — огрызнулся я и вышел из класса, тоже хлопнув дверью. Тем же вечером в баре я со своим лучшим другом пытался решить все свои проблемы с помощью алкоголя. — Гарри, почему бы тебе просто не дать этому Томлинсону денег, чтобы он решил за тебя этот грёбаный тест? — спросил Лиам, выливая в себя очередную рюмку непонятной жидкости. — Думаешь, я не пытался? Он упрямый как чёрт! Ненавижу. — Наверное, парень озлобленный на весь мир из-за своего веса, — задумчиво произнёс шатен, смотря куда-то в танцпол. — Блять, а мне-то какое дело до этого? Меня больше волнует то, как я сдам этой Тёрнер тест! — А что, если ты "попросишь" Луи подтянуть тебя так, как ты умеешь? — повернулся ко мне Лиам, подёргивая бровями. — В каком это смысле, Пейн? — Ну, пофлиртуй с парнем, и проблема решена. Неужели ты хочешь сказать, что не видел его влюблённые взгляды? - шатен оперся локтем о барную стойку, посмотрев на меня как на дауна. — Какой бред. Перестал бы ты бухать, — ответил я, забрав у друга рюмку. — Почему сразу бред? Парень явно на тебя запал, а тебе нужна его помощь, - развел он руками, — так сказать, взаимовыгодный союз. — Ни за что! Во-первых, я не гей, как некоторые, во-вторых, ты его видел вообще? Моя репутация мне дороже. — Стайлс, ты почему такой тугодум? Первый раз что ли? Дай парню просто помечтать, от обычного флирта никто ещё не умирал. Я же не предлагаю тебе трахнуться с ним. — Я подумаю, — ответил я не особо правдиво и отвлекся на красивую, миниатюрную девушку, сидящую за Лиамом.

***

Pov Louis Я решил не сидеть и тухнуть дома в выходной. Позвонив Найлу, мы решили сходить в кофейню. Люблю этого блондина. Когда бы я не обратился к нему, никогда не отшивает меня — и так с пяти лет. Мы с ним всегда и везде вместе. Благо судьба сложилась так, что наши отцы оба работают на одной фирме, и их вместе перевели в Лондон. Нашему с Найлом счастью не было предела. Ведь Лондон — это мечта! А Лондон с лучшим другом — тем более. Он всегда был моим самым близким другом, который знал обо мне все, и, несмотря ни на что, продолжал им оставаться. Он всегда защищал меня от моих одноклассников, которые издевались надо мной из-за веса. — Томмо, шевели булками, я вообще-то замёрз! — сказал Найл, потирая руки около кофейни. — И я рад тебя видеть, Найл, — улыбнулся я другу. Мы зашли в кафе и сели за нашим любимым столиком возле окна. Недавно я приходил сюда с Гарри. Ему вроде понравилось. Тогда я ещё сам осмелился поцеловать его. Сейчас я не особо зацикливаюсь на его поступке в столовой, ведь он предупреждал меня в начале. Ну а объятия с парнем, возможно, смущают его, так как я его первый парень. И мне интересно где он сейчас и почему он не пишет. Может, проблемы с отцом? Напишу ему. Сладкие щечки: Привет, любимый, как твои дела? Я очень скучаю. Мы сможем вечером увидеться? — Томмо, хватит переписываться со своим парнем, удели внимание лучшему другу, а то я начинаю ревновать! — сложив руки на груди, возмутился Найл. — Мой сладкий лепрекончик, ты же знаешь, что ты мой единственный, — притворно сладко произнёс я, пытаясь дотянуться до его вечно румяных щёк, чтобы потеребить их. — Фу Томлинсон! Лучше иди и помой свои хреновые руки! Посмеявшись, я поднялся и направился в уборную. — И кто такой Томлинсон? Услышав за дверью мужского туалета свою фамилию, на удивление произнесенную женским голосом, я прильнул ухом к ней. — Неважно, детка, ботан один, — произнёс до боли знакомый, хриплый голос. — А почему он зовёт тебя любимым? — Китти, убери этот чёртов телефон. — Не-ет, мне теперь ещё интереснее! - прощебетала девушка. Я хотел уже открыть дверь и спросить, что тут происходит, как услышал то, что перевернуло мою жизнь, вычеркнув оттуда последние пару месяцев. — Он просто делает за меня математику, а я делаю вид, что он мне нравится, — ответил ей мой Гарри. Я не мог отойти от двери, находясь в шоковом состоянии. Неужели это правда? Все, что между нами было — все ради какой-то математики? Неужели кто-то готов разрушить чужую жизнь только ради своей, чёрт возьми, выгоды? За потоком своих мыслей и слез, я не заметил, как дверь открылась и оттуда вышел кудрявый с растрепанной девицей. Его глаза стали, наверное, размера с мою задницу. Он понял, что я всё слышал. Я отошёл от них и молча направился к выходу, вытирая свои предательские слёзы, пытаясь отдышаться от обиды и горечи. — Лу, подожди! — позвал меня этот ублюдок. — Пошел ты нахуй, Стайлс! — ответил я как можно безразличней, что не получилось, ускоряя шаги. Он схватил меня за руку, развернув к себе, пытаясь что-то сказать, но я был слишком зол и, не задумываясь, врезал кулаком ему в наглую рожу, отчего тот упал. Я жирный, но я не слабак. Вокруг нас начали собираться люди, в том числе и Найл. Он ничего не понимал, но увидев моё состояние, просто повлёк за собой, выводя из кафе. Я задыхался от слёз обиды и разочарования. Силы будто покинули меня. Я просто упал на землю и начал навзрыд рыдать, а Найл пытался удержать меня. — Лу, все будет хорошо, не плачь. Вставай, прошу тебя. Ты все преодолеешь. — Я... он меня.. его так... — заикался я. — Ты же понимаешь, что он не стоит твоих слёз? Чего бы он там не сделал, — утешал меня друг, поднимая мою тушу с земли.

***

      Прошла самая долгая неделя моей жизни. Я каждое утро придумывал причину, чтобы не идти в школу. Не хотел расстраивать маму своими проблемами, у неё и без меня хватает забот. Она делала вид, что верит в мои ежедневные отмазки, за что я ей очень благодарен. Найл приходил ко мне каждый день после школы, пытаясь убедить меня забить на этого придурка Гарри и пойти в школу. Сам виновник моего ужасного состояния звонил, писал, но я просто выключил свой телефон. Хотя одному Богу было известно, как тяжело мне это далось. Воспоминания о нас с Гарри так и крутились в моей голове, создавая огромную волну негодования и боли. Неужели так искусно можно лгать о своих чувствах? Я сделал много выводов за эту неделю. Во-первых, я должен вычеркнуть его из своего сердца, во-вторых, я сделаю всё, чтобы скинуть вес. Я докажу всем, что я достоин лучшего отношения к себе. Да начнётся новая жизнь Луи Томлинсона без глупой любви к Гарри Стайлсу и лишнего веса! Я рассказал Найлу о своих планах и он конечно же поддержал меня. Он даже сказал, что познакомит меня с одним парнем с факультета искусств, который работает тренером в тренажерном зале. Думаю, я никогда не смогу отблагодарить своего друга достойно. Я был настроен очень решительно. Первое, что я сделал сегодня проснувшись — выкинул все свои заначки со сладостями и вкусностями. Мама была очень удивлена, наблюдая за этой картиной. — Милый, все в порядке? — Более чем, мам, — произнес я воодушевленно. Мне позвонил Найл, сказав, что он ждёт меня с моим тренером у него дома. Я побежал в свою комнату, и, быстро одевшись, направился к лучшему другу за новой жизнью.