Perfect

      Моя депрессия длится уже месяц. Я просто не могу успокоиться. Каждый раз все внутри переворачивается, когда вспоминаю тот злополучный день. Чего я ожидал? Почему в моем сердце до сих пор таилась надежда? Почему Гарри поцеловал меня? В голове было слишком много вопросов и слишком мало ответов. С тех пор как Зейн привёз меня домой, я выходил из своей комнаты только по мере необходимости. Моя успеваемость резко упала, я забросил тренировки, не виделся с друзьями. Я даже Найла с Зейном не пускал к себе, хотя слышал, как они приходили ко мне каждый день. Телефон мой был вне зоны действия. Мама пыталась поговорить со мной, но я просто не мог. Каждый раз я просто начинал лить слезы, и она решила оставить меня в покое. В школе я вёл себя совершенно отстранённо. Часто я замечал на себе сочувствующий взгляд друга Гарри — Лиама. Понимаю, что веду себя совсем неправильно, но мне нужно было это время. Я должен отпустить его и двигаться дальше. Он ведь меня бросил. Я никогда не нужен был ему. Мне нужно выйти из этой чертовой комнаты и встретиться со своими друзьями. Я решил сходить в душ и позвонить Найлу. Подойдя к зеркалу в ванной, я был, мягко говоря, ошарашен. На меня смотрел совершенно другой человек. У меня, что, стали выделяться скулы? Кажется, я похудел. К тому же, все мое лицо было покрыто щетиной. — Луи, я так рад тебя слышать, дружище! — услышал я радостный голос своего лучшего друга в трубке. — Прости меня, Найлер. Мы можем встретиться? — спросил я друга, неловко теребя браслет на запястье. Надо его снять. Слишком много воспоминаний и ненужных надежд. — Конечно, Лу. Хочешь, я приеду? — быстро и с волнением к концу предложения проговорил блондин. — Нет. Я итак достаточно времени провёл в четырёх стенах. Давай лучше увидимся в парке? — предложил я. — Да, и позвони Зейну, пожалуйста, — попросил я друга. — Окей! Тогда встретимся через час в парке. Люблю! — И я тебя, — улыбнулся я. Переодевшись, я спустился вниз, чтобы попрощаться с мамой, но обнаружил ее в слезах. — Ма, что случилось? Почему ты плачешь? — спросил я, сев возле неё, пытаясь приобнять. — Сынок, почему ты не говоришь мне, что с тобой происходит? Я ужасная мать! Мой сын страдает, а я даже помочь ему не могу, — охрипшим голосом ответила мама, глядя вниз на руки, в которых был платок. Господи, как же мне стыдно. Меньше всего я хотел расстраивать свою любимую маму. Я эгоистичный придурок. — Мама, прости, ты ни в чем не виновата, — сказал я, вытирая слезы с ее щёк, пока он продолжала их лить, смотря уже на меня. — У меня были некоторые проблемы, но сейчас все наладилось. Я обещаю — такого больше не будет. Честное слово! — я обнял ее крепко, уткнувшись в ее волосы, всегда приятно пахнущие яблоками. — Милый, пожалуйста, никогда так больше не делай. Я так испугалась за тебя, — продолжила мама, обнимая меня за плечи. — Господи, как ты похудел! Я сейчас же сделаю тебе твои любимые панкейки, — засуетилась мама, направляясь к плите. — Мам, все хорошо. Я не голоден. Меня Найл с Зейном ждут. Обещаю, позже я обязательно все съем. — Хорошо милый. Возьми деньги и обязательно пообедай. — Конечно. Спасибо, ма, — чмокнув ее и крепко обняв на прощание, я направился на встречу. Погода была не самая приятная, но в Лондоне всегда так. Бывали дни, когда я был искренне рад таким дням. Это было еще в детстве, когда я часто оставался у Найла или же он у меня из-за дождя. Но иногда я рад, что отмазкой моему настроению служит именно эта меланхоличная погода, которая, якобы, надоела мне. Я дошел до парка быстро, сразу заметив около входа две знакомые макушки. — Парни! — окликнул я друзей. Будто заранее знав, что я стою здесь, парни резко повернули головы в мою сторону, отвлекшись от разговори друг с другом. — Луи! Я так рад тебя видеть, — бросился ко мне в объятия Зейн. — Хей, он мой лучший друг! — недовольный моим долгим контактом с брюнетом, который не отпускал меня, Найл начал пихать его в бок. — Идите ко мне оба, идиоты, я так по вам скучал, — притянул я друга в объятия, крепко обнимая парней. Я отлично провел время с парнями. Я рад, что выбрался из этого депрессивного состояния. Завтра же вернусь к тренировкам и продолжу заниматься учебой, все-таки я в выпускном классе. Мне нужно думать о будущем и о том, как его не разрушить, даже не построив. Надо сходить по магазинам и купить себе одежду, так как мои шаровары мне уже великоваты. Это такое приятное чувство, честно говоря. Зейн сказал, что заберёт меня сегодня в школу. Так что я уже полчаса жду этого идиота. Он даже трубку не берет, наверняка спит. Я убью его, если опоздаю к мисс Тёрнер. С тех пор, как Гарри уехал, я вернулся на ее занятия. В первый школьный день после депрессии я получил несколько придирчивых слов от Дэна, не больше. Послышался сигнал машины. Наконец-то. — И где тебя черти носили? — набросился я на друга, не успев сесть в машину. — Оу, парень, тише, я всего лишь заехал в кафе, чтобы купить нам круассаны и кофе, — ответил брюнет, протянув мне бумажный пакетик. — Прости, Зейни, — похлопал я глазами, слегка надув губы, — ты лучший, — продолжил я, обняв друга, чем вызвал у него смешок. Мы тронулись в путь, я пошуршал пакетиком, достав оттуда круассан. Шоколадный, как я и люблю. В детстве мама часто готовила шоколадные печенья, которые, стоило их откусить, сразу рассыпались во рту, вызывая у меня восторг. Очень любил и ее шоколадные маффины, которые были нежными и воздушными словно вата. Жаль, сейчас она готовит их реже, хоть я и был тем, кто попросил это. С этими воспоминаниями я съел кондитерское изделие очень быстро, в промежутке давая откусывать его другу, который краснел из-за этого. Мы почти доехали до школы, когда Зейн нарушил тишину. — Лу, я хотел с тобой поговорить. — Слушаю. — Помнишь тот день, когда я нарисовал тебя? — спросил Зейн и, получив мой кивок, продолжил. — На новой неделе мой преподаватель едет в Нью-Йорк, где посетит галерею своего друга, и он хочет отвезти туда эту картину. Ему она очень понравилась. Он считает, что его друг будет в восторге. Это было бы таким крутым началом для меня, потому что он такая важная шишка в художественном мире. Ты не будешь против, Лу? — спросил он, умоляюще смотря мне в глаза. — Конечно нет! Я не против, Зейн, это важно для твоего будущего, — широко улыбнулся я, искренне радуясь за друга и сделав глоток вкуснейшего кофе. — Спасибо-спасибо-спасибо, я так счастлив! — набросился на меня с объятиями друг, затем он чмокнул меня в уголок губ и резко отстранился. — Прости, извини, я случайно, — растерялся кареглазый. — Все хорошо, — улыбнулся я, успокаивая друга. — Кстати, Лу, в субботу у моего друга Джо будет вечеринка, не хочешь сходить? — спросил Зейн, пытаясь сменить тему. — Конечно, а Найл тоже пойдёт? — Спрашиваешь? Он самый первый в списке. Это же вечеринка, — усмехнулся Малик. Неделя подошла к концу. Сегодня уже суббота, а значит, я иду на вечеринку с парнями. Я переодевался для вечеринки, когда зацепился за браслет. Почему мне просто не снять этот чертов браслет? Что я за человек! Все ведь давно конечно. От мыслей меня отвлёк телефонный звонок. — Алло? — Долго мне тебя ждать, принцесса? — услышал я голос Зейна в трубке. — Бегу-бегу, — смущенно улыбнулся я, радуясь, что друг не видит мои заалевшие щеки. — Ничего себе! — просвистел Зейн, когда я сел в машину. — Ты великолепно выглядишь, Лу, — подмигнул мне брюнет, пробежавшись по мне взглядом. — Спасибо, ты тоже, — засмущался я. Он правда выглядел шикарно. Чёрные джинсы-скини, белая футболка, открывающая вид на его ключицы и многочисленную россыпь татуировок, причёска, как всегда идеально уложенная. Мы добрались до Джоша, когда вечеринка была в самом разгаре. По-моему, я здесь видел Лиама. Не люблю встречать этого парня — сразу вспоминаю Гарри. Он, наверное, давно забыл о моем существовании. Я пошёл искать Найла, когда случайно стал свидетелем разговора Лиама с каким-то парнем. — Ты серьёзно? Стайлс? — удивлённым голосом спросил парень. Услышав фамилию, я плотно прижал ухо к двери уборной. Помню, как делал то же самое недавно в кафе, что закончилось ужасно. — Да. Никогда не думал, что Гарри женится раньше меня, — усмехнулся Лиам. Гарри что? — И когда свадьба? — продолжил парень. — Сразу после выпуска. Что ж, это раз нисколько не отличается от прошлого. Все ужасно. Я перестал их слушать и побежал вниз. Мне срочно нужен воздух. Выйдя на улицу, я просто разрыдался. Это конец. Конец всему. Я знаю, что каждый раз так ною по парню, которому плевать на меня, но я не думал, что он женится на ком-то так быстро. — Луи, что ты тут делаешь? — услышал я знакомый мягкий голос Зейн. — Мне нужен был воздух, — ответил я, всхлипывая и пытаясь сдержать слезы. — Что случилось? — забеспокоился он, повернув меня к себе за плечи. — Гарри женится, — пожал я плечами, печально улыбнувшись. — Блять! Опять этот ублюдок! — начал кричать Зейн. — Сука, как же он меня заебал! Почему ты не можешь забыть этого мудака? — продолжил Зейн, нервно хватаясь за голову. — Просто дай шанс другим сделать тебя счастливым! Оставь его в прошлом, — кричал брюнет. — Я не могу быть счастливым! Я никому не нужен! Мне никто не нужен! Я как был для всех жирным ботаном Луи, так им и остался. Я не достоин любви, Зейн! Ты ведь не понимаешь! — кричал я, вытирая слезы, но и не пытаясь их остановить. — Никогда, слышишь, никогда больше так не говори! — ответил Зейн, затем, резко притянув меня к себе, впился в мои губы. Я был в шоке. Не мог пошевелиться, слезы застыли в моих открытых в удивлении глазах. Я будто окаменел. — Прости. Я не должен был, — отстранился брюнет. В ответ я просто покачал головой и сам прижался к его губам, вовлекая в поцелуй. Я не мог до конца понять, что именно я сейчас чувствую, но я понимал, что нуждался в этом.       Итак, сегодня понедельник, а это значит, что я иду в школу. Нам придётся поговорить с Зейном. Я все выходные пытался спрятаться от него. Трус ли я? Нет. Просто я запутался в своих чувствах и мне совсем не хочется впутывать в это дерьмо Зейна. За эти месяца недоотношений с Гарри я слишком многое пережил, чтобы захотеть отношений, хоть и хороших, после такого. Зейн идеальный парень. Он умён, красив, с отличным чувством юмора, прекрасный художник, а что самое главное — отличный друг. Я не хочу потерять эту дружбу. Признаюсь, он мне действительно нравится, но у меня слишком противоречивые чувства. Все же я склоняюсь к тому, чтобы мы не портили нашу дружбу чувствами. Я благодарен ему, что он не стал названивать мне после того как я «сбежал». Мне нужно было время. Что касается Гарри: это была действительно последняя капля моего терпения, надежды и веры его словам. Я пообещал себе больше никогда не вспоминать его и просто отпустить. Видимо, я был недостаточно хорош для него. Мне нужно двигаться дальше, и у него теперь совершенно другая жизнь. Браслет, подаренный мне кудрявым, я передал через ему через его охранника. Не знаю, дойдёт до него или нет, но мне нужно было это сделать. Признаться, сначала я просто хотел выкинуть его в мусорное ведро, так как был очень зол. Спустя некоторое время я немного успокоился и понял, что, несмотря на то, что у нас ничего не сложилось, я все же благодарен ему. Я благодарен ему за свою первую любовь, почти беззаботную, яркую, незабываемую любовь, за все эмоции, новые и знакомые, пережитые с ним. Я отпускаю его и желаю счастья