Уроборос на счастье

      Между гостями, наводнившими выставочный зал, сновали официанты, разнося шампанское и закуски. Посетители с умным видом рассматривали огромные полотна, на которых были запечатлены обнажённые люди с прекрасно выполненными татуировками.       На колдофото кожа казалась матово белой, а рисунки, изображённые на телах моделей, жили своей, никому не понятной, жизнью. Порхали птицы, расцветали цветы, колосились полевые травы. На одной из картин белоснежный барс сыто жмурил глаза, вылизывая своих котят.       Увиденное поражало своей красотой и необычной подачей. Мало кто в магической части Британии делал столь великолепные рисунки, да еще и живые. Волшебников, спокойно относящихся к тату, были единицы. Сказывался ужас, пережитый во время магической войны и правление Воландеморта.       На высоких постаментах стояли несколько молодых людей, покрытых великолепной вязью узоров. На коже обнаженной девушки, чьё тело прикрывал невесомый кусок зеленого шелка, от хрупкой шеи до узкой стопы расцветали орхидеи нежно-розового цвета. Их бутоны, раскрывались, слегка шевелясь, как от дуновения эфемерного ветерка.       Статный темноволосый мужчина радовал глаз почётной публики змеем, обернувшимся плотными кольцами вокруг его торса. Животное недовольно двигало хвостом и шипело на слишком близко подошедших зевак, всё время находясь в движении.       Рассматривая весь этот «зверинец», министр колдомедицины Северус Снейп вновь проклял своё желание порадовать вечно печального друга. После Азкабана и развода с Нарциссой Люциус Малфой долгое время был не в себе. Ему было трудно перенести утрату семьи, фамильного богатства. По подсказке психоаналитика, проводившего встречи с депрессивным больным в маггловской части Лондона, Малфой занялся тем, что было близко ему по духу: основал агентство, занимающееся поиском талантливых и перспективных молодых магов.       Каждый найденный Люциусом не огранённый бриллиант через месяц-другой становился звездой магического мира, щедро делясь своими талантами с окружающими. Певица, исцеляющая своим голосом; юный натуралист, вырастивший универсальный антидот; анимаг, раздающий котят, приносящих удачу и счастье. Список был до безобразия длинным.       Но каждый подопечный с любовью и благодарностью вспоминал время, проведённое с этим, когда-то гордым и чопорным, мужчиной. Теперь, в порхающем от группки к группке, легком, активном, общительном человеке с трудом можно было узнать ТОГО Люциуса Малфоя.       Последним его «приобретением» стал слабенький маг, работающий тату-мастером в одном из закутков Лютного. Особенностью его работы стало оживление рисунков, изображаемых на телах клиентов.       Сделав ещё один глоток, Северус поморщился. Шампанское он не любил, а что-то покрепче здесь не подавали. Заметив друга, Люциус подхватил какого-то парня, мило беседующего с Драко, и потянул за собой по направлению к Снейпу. Махнув официанту, Северус поставил бокал и собирался ретироваться, но услышал спокойный голос Люциуса:       — И куда это ты собрался?       Натянув самую дружелюбную улыбку, мужчина развернулся.       — Хотел проветриться. Рад тебя видеть.       Ехидно усмехнувшись, Малфой продолжил:       — Позволь представить тебе автора всех этих работ — Гарри Поттер.       Мужчине показалось, что из лёгких одним ударом выбили весь воздух, а перед глазами предательски замелькали картины, болью отдающиеся в самое сердце. Зеленоглазый парень в его постели сонно нежится в объятьях после страстной ночи; парень с большой коробкой в подарочной упаковке и алым бантов вопросительно заглядывает в его глаза; мягкая, шелковистая кожа под его пальцами, тихий стон и еле слышный шепот: «Пожалуйста, Северус…»; бегущий по песчаному пляжу вместе с щенком лабрадора мужчина в брюках с подвернутыми штанинами.       — Здравствуйте.       Милая полуулыбка и холодный безразличный взгляд.       — Приятно познакомится, Северус Снейп, — протягивает он руку для рукопожатия.       — Взаимно.       Фальшивые слова, пустые фразы, а в колдовских зелёных глазах ни капли узнавания.       Поцеловав молодого мужчину за ушком и что-то шепнув, Люциус отпустил того, поворачиваясь к Снейпу.       Малфой говорил, шутил, затрагивая друга, вовлекая в разговор, а тот неотрывно следил за тонкой фигурой в темном, перемещающейся по залу.       — Хорош? — тихо спросил Люциус, проследив за жадным взглядом зельевара.       — Да.