Уроборос на счастье

Наше время       Гарри вошел в свою студию и тихо сполз на пол. Если бы он знал, что встретит сегодня вновь этого человека, никогда бы не согласился на предложение Люциуса выставить плоды своей кропотливой работы на всеобщее обозрение. Поттер и так не слишком стремился к вниманию общественности, а тем более магов.        Тихо цокая когтями по каменному полу, к мужчине подскочил огромный лабрадор, приветливо облизывая лицо. Шершавый язык привычно прошёлся по щекам с едва наметившейся щетиной. Схватив его за шею, молодой мужчина с нежностью потрепал его по холке:       — Тише, тише, мальчик. Я тоже рад тебя видеть.       Привыкнув в этому огромному комку энергии и лизучести, Гарри уже ни за что не променял бы его внимание на другие радости жизни. Его внимание, а главное преданность, подкупали гораздо больше.       Встав с холодного пола, Поттер поднялся в мастерскую на втором этаже. Это место было его тихой гаванью. Сюда он никого и никогда не пускал. Лишь однажды раскрыв своё сердце и распахнув двери своего дома, он горько пожалел об этом.       На стенах висели портреты одного и того же человека с разных ракурсов, но черты до боли знакомого и любимого лица на этот раз вызывали не нежный трепет, а нескончаемый поток ненависти, горечи и боли. Зря он думал, что всё позади и можно продолжать жить дальше. Слишком рано. Слишком больно.       Подойдя к еще не законченной работе, Гарри схватил холст и с остервенением начал резать ножом для бумаги портрет. Полотно с трудом и скрипом поддавалось, не желая заканчивать свою жизнь так. Не помня себя, мужчина бросил рамку и понесся к другой, висящей на стене, работе.       Минуты текли, складываясь в часы, а он все резал, кромсал, рвал, жёг всё, что так кропотливо создавал годами. Когда холстов не осталось, Гарри методично принялся разносить в пух и прах комнату. Стулья, банки с краской, мольберты…       Сгребая акварель, кисти, чистые холсты, мужчина тихо шептал, иногда срываясь на крик:       — Как же я тебя ненавижу!.. Ненавижу!.. Как же я ненавижу тебя!..       Выбившись из сил, он упал посреди гор мусора, бывшего когда-то дорогими его сердцу вещами. По щекам тонкими полосками стекали слезы, а руки нервно подрагивали.       Доски пола приятно холодили разгоряченную кожу. Уткнувшись в сгиб локтя, Гарри устало прикрыл глаза:       — Северус, я тебя ненавижу! Ненавижу! Мерлин, за что! Почему я не могу забыть тебя?

***

      Тихий стук в дверь разбудил мужчину на заре. Чуть поморщившись от неудобной позы, он с трудом поднялся с пола, где и провёл ночь.       — Мальчик, ко мне, — позвал он питомца, спускаясь по ступеням со второго этажа.       Лежащий у подножья лестницы, пёс, грустно глянув на него, прикрыл лапой нос и отвернулся. Виновато пожав плечами, парень пошел открывать, ведь стук повторялся раз за разом.       — Солнышко взошло, малыш! Утро просто сказка! Как насчёт небольшой прогулки? — воскликнул стоящий на пороге Люциус, и, не спрашивая разрешения, шагнул внутрь дома.       — Давно пора купить заглушающий амулет, чтобы спокойно спать по утрам, — пробубнил себе под нос Поттер, закрывая дверь. — Прогулка обязательна или можно обойтись чаем на балконе?       Надежда в голосе молодого человека позабавила Малфоя, но, отрицательно мотнув головой, он с довольным лицом поспешил разочаровать его:       — Вчерашняя выставка имела бешеный успех. В утреннем «Пророке» только о тебе и пишут. Там не только хорошие отзывы о самой выставке, но и рассказы тех, кто уже побывал в твоих умелых ручках. Собирайся, душа моя, мы едем в гости. Ты стал не просто знаменит. Теперь ты несказанно богат. За возможность попасть к тебе на сеанс маги готовы платить бешеные деньги.       — Я хотел бы побыть дома сегодня, — растирая ноющие виски, сказал Гарри. — Слишком насыщенный график последней недели немного утомил.       Обойдя стол, Малфой обнял парня за плечи, и, положив голову ему на плечо, тихо прошептал:       — Министр колдомедицины был просто заворожен твоей работой и не только…       — Министр - сухарь и ханжа, — фыркнул Гарри, сбрасывая чужие руки со своих плеч. — В моих услугах он не нуждается. Десять минут, и я буду готов.       Смотря на то, как Поттер покидает комнату, Люциус задумчиво улыбнулся. Значит не показалось. Он будет не он, если не узнает нюансов этой странной связи. То, что связь, определенно, была, говорило многое. Слишком многое.