Наедине с тобой

Артём всегда любил их выходные. Всегда. Потому что они были только вдвоём. С утра и до следующего утра. Эти моменты их уединения были не таким частым явлением, как хотелось бы. И каждый из таких моментов был по-своему особенным. И любимым. Хотя и быстротечным. Ведь когда проводишь день с любимым человеком, время летит незаметно. Пиндюра любил просыпаться с утра (ну ладно, не такого уж и утра) и видеть рядом мирно сопящее тело. Толик всегда спал близко к нему. Обычно голова казаха покоилась либо на вытянутой руке, либо на груди. А ноги и руки обвивали тело крепкими объятиями. Панда. Цой был очень похож на панду в такие моменты. Большую любвеобильную казахо-корейскую панду. Панду, которая могла повиснуть на тебе, обвив тело конечностями. - Снова меня с пандой сравнивал? - Кто же виноват, что ты похож на неё по утрам, когда так меня обнимаешь? – улыбается Артём. – Доброе утро, солнце. - Смотри, повисну когда-нибудь на тебе, будешь меня таскать. Доброе. Только не утро. - Подкачаюсь, значит. Когда встал, тогда и утро, Толик. - А раз ты ещё не встал, то ещё не утро. - Так я же не про себя. - Идиот, - беззвучный смех разнёс вибрации по телу. Цой приподнимается, смотря Тёме прямо в глаза. - Зато твой идиот, - парирует репер. - Мой, мой, - Анатолий наклоняется, получая и даря утренний поцелуй. – О чём задумался? - С чего ты взял? - Вид у тебя такой. - Просто пытаюсь представить, если кто-нибудь не надумает, а точно узнает про нас. Это сейчас многие думают, что я встречаюсь с Мари. А часть фанатов, что смотрели «Жару», считают, что у тебя есть девушка. Хотя Эмиль нас недавно спалил, что девушек у нас нет. - Это он зря. - А ещё представь, если бы по древним казахским традициям невесту тебе выбирали родители. - Хорошо, что я всё-таки русскоговорящий кореец из Казахстана. - Мой русскоговорящий кореец из Казахстана. - Нет. Этот ответ ввёл репера в полный ступор, который отобразился на его лице. - Я твоя панда. - Я точно тебе кигуруми в виде панды подарю, - смеётся Артём, укладывая парня под себя и целуя в губы. - На день рождения? – также смеётся Толик, когда они отрываются друг от друга, чтобы вдохнуть воздуха. - Ну не на восьмое же марта, с этим я уже опоздал. - Скоро Пасха. - Боюсь, не успею. - Ну вот. - Только не дуйся. Не подкидывайте идеи обиженному человеку. Потому что именно это он и сделает. Поэтому «хомяковые» щёки тут же появились на лице казаха. Тёма не может спокойно реагировать на это, отчего начинает смеяться, утыкаясь лицом в чужое плечо. А после и полностью укладываясь на обиженного парня. - Тёма, ты тяжёлый. Сползай. - Не-а. Когда ты на мне лежишь, я же не жалуюсь. - Вредина, - улыбается Цой. - На себя посмотрел бы сначала, - также улыбается Тёма. После чего приподнимается над другом, заглядывая прямо в глаза. - Пошалим? - Ой, не, не, не, Пиндюра, шали без меня, - смеётся Толик, потихоньку отползая от репера. - Ну, как же я без тебя то? – Артём притянул его обратно, заключая в крепкие объятия и целуя в шею. - А ты придумай. Ну пусти, - смеётся Цой, потому что он знает, что парень сейчас не серьёзно это предлагал. - Поцелуешь, отпущу. - Вымогатель, - он разворачивается в объятиях, приближаясь и целуя. На поцелуй тут же отвечают, беря инициативу на себя. Больше, чем такие спокойные выходные, Артём любил их поцелуи. Медленные, размеренные, сладкие. Он любил целовать эти губы, параллельно с этим зарываться в чужие волосы, хотя сейчас с дрэдами это слегка проблематично. Любил прижимать к себе это тело, почти пытаясь вжать парня в себя. Он любил всего Толю. Всю его любимую панду. - Ты своё получил, теперь отпускай. - Мне мало. - Ты. Наглая. Хитрая. Морда! - А ты большая, ленивая по выходным панда. Но ты меня любишь. И я тебя люблю. И мне мало. И я тебя сейчас поцелую! - Будто я против… - его затыкают поцелуем. Из кровати они вылезают ещё не скоро. И завтрак у них начинается далеко не в обед. Но в этом и есть вся прелесть их выходных. Они просыпаются, выбираются из кровати, завтракают, иногда прогуливаются, но по вечерам обязательно смотрят фильм. Обязательно. И этот вечер не стал исключением. Фильм, правда, оказался такой себе. Толик уснул где-то посредине фильма. Проснулся, уже когда закончились титры. Когда уснул Пиндюра, он не знал. Но самым забавным оказалось, как именно он уснул. Улёгшись головой на колени. - Если ты заслюнявил мне все джинсы, я тебя прибью, - шепчет казах, наклоняясь к спящему парню. - Я отработаю, - также шепчет репер, просыпаясь и поднимаясь. - Пойдём нормально спать. Кстати, в следующий раз я тебе фильм выбирать не дам, - парень поднимается и отправляется в спальню. - Прости, не думал, что фильм настолько говно. Зато мы выспались. И… - Я не выспался и пойду спать. Завтра нам на работу. - Обломщик. - Но ты можешь помочь мне быстрее уснуть. Но только так, чтобы я выспался, Тёма. - Чтобы ты выспался, нам нужно было лечь ещё три часа назад. Но я тебя понял, - сильные руки обвиваются вокруг талии, а губы тут же начинают терзать шею. – Люблю тебя, больше жизни. - Я тоже люблю тебя, Артэмик Викторович. - Ну почему именно сейчас? - Потому что я вредный. Но ты уже сказал, что любишь меня, - Толик разворачивается в объятиях, утягивая парня за собой на кровать. - И отказываться от своих слов я не собираюсь. - Тогда, может, нормально поцелуешь уже? - Да куда ж я денусь? – и губы накрывают чужие в поцелуе. Каждый шикарный выходной должен начинаться с поцелуев и ими же и заканчиваться. А между поцелуями обязательно должно быть интересное времяпрепровождение. Но самое основное. Самое главное, что должно быть, чтобы выходной действительно был шикарным — это любимый человек рядом.

Мешок проблем совсем не страшен, Когда ты рядышком со мной. И целый мир совсем не важен, Ведь я наедине с тобой.