Безумец

      «Безумный», «псих», «ненавижу его», «истеричка», «слава богу, он сдох» — то немногое, что мне приходилось читать об Алоисе. Просто удивительно, насколько сильна ненависть фанатов Сиэля к Джиму. В их претензиях есть доля истины, и всё-таки я не соглашусь с тем, что «слава богу, он сдох».       Первое впечатление, которое Алоис создал, когда вышел трейлер ко второму сезону — другой. Он совсем другой, нежели Сиэль. И, в общем-то, уже сами серии показали, как мало, в сущности, было ясно из трейлера. Джим представляет собой тип капризного и несколько избалованного существа, которому жизнь вообще-то не благоволила. Маккен сам по себе тот самый тип личности, который не в состоянии о себе позаботиться. Психологический возраст Алоиса значительно ниже Сиэлевского. В случае с Фантомхайвом, мы имеем дело с личностью, взращённой болезненным опытом, который сформировал некоторые черты характера, изначально несвойственные маленькому Сиэлю: сила воли, невероятная гордость, замкнутость и безжалостная расчётливая жестокость — всё это не может не восхищать в Фантомхайве. Алоис же не сделал из своего опыта никаких выводов. Транси остался эмоционально травмированным ребёнком, жаждущим любви и заботы, кои он столь безнадёжно искал в Клоде до конца сезона.       На долю Джима выпало немало испытаний, начиная от потери Луки, чью ценность и важность, он осознал только после смерти последнего, заканчивая смертью от рук собственного дворецкого. И все-таки, несмотря на всё то, что Маккен пережил, несмотря на отчётливое понимание нечестности, продажности и распущенности людей, Джим остался слишком доверчивым. Доверчивым настолько, что позволил (именно позволил) обмануть себя демону.       Опыт сексуального и физического насилия сделал Алоиса жестоким и бесстыдным. У Транси проявляются типичные для бывшей жертвы наклонности к насилию, которые он практиковал на Ханне. В отличие от Сиэля, стыдившегося своего прошлого, тщательно оберегающего клеймо, поставленное тайным обществом, говорящее о том, что когда-то он был беспомощен и жалок, Транси вёл себя крайне беззастенчиво. Он бы мог поделиться особенно красочными моментами своей прошлой жизни в обществе, если бы ему не нужно было скрывать свою подлинную личину.       Из-за своего распущенного, часто неуместного поведения персонаж получил в свой адрес много критики, но не стоит забывать, чем руководствуется Алоис, держа себя столь свободно. Думаю, что не все отдают себе отчёт в самой главной разнице, которая есть между Сиэлем и Алоисом. Это вовсе не происхождение, хотя и оно играет немаловажную роль, но главным всё-таки является наличие семьи. Фантомхайву показать собственную слабость не дают его невероятная фамильная гордость и ответственность, возложенная на него отцом. Он ребёнок, взращённый любящими родителями. Отцом, который наверняка не единожды рассказывал о том, что такое честь Фантомхайвов и как важно ей соответствовать. Джим же, выросший на улице, порицаемый обществом, нелюбимый и ненужный — здесь ключевое слово, имеет крайне низкую самооценку. У Маккена вообще нет никакой гордости, потому что о ней ему просто никто ничего не рассказал. Он как пустой лист бумаги, похватавший понемногу у разных людей, не самых лучших, но основы — стержня в нём нет. Личность Джима раздроблена, она похожа на некий хаотичный эмоциональный сгусток, который едва ли осознаёт себя единым человеком. Его поведение, скачущее от восторженного до депрессивного, выглядит ненормально, но это именно то, что в конечном итоге он из себя представляет: существо, не знающее своих корней и потому не представляющее, кто он сам, не понимающее, что ему нужно и не осознающее, кому можно доверять, а кому нет, к кому стоит обращаться за помощью, а к кому нет. Это проявляется и в битве с Сиэлем и потом, когда он просит помощи Клода, и когда боится остаться один в темноте, и ещё много и много раз. Такое поведение указывает на то, что Алоису в принципе плевать на то, как он выглядит, потому что он сам о себе не самого высокого мнения, если оно вообще у него есть. Джим как открытая книга, все его эмоции на поверхности, они просты и незамысловаты, как и его чувства. В эмоциях Транси нет многослойности, сложности, присущей развитым личностям. Он всё ещё ребёнок, которому страшно и который вцепится в своего родителя, только бы не остаться одному. При этом этот ребёнок не гнушается раздвигать ноги, похабно облизывать губы, призывно смотря на всё того же родителя. Кстати, это ещё одно доказательство того, что Алоис так и не вырос. Разграничение любви романтической и родственной — важный этап в формировании личности, у Транси этого ориентира нет. В его понимании любовь мужчины значительно старше его и родительская любовь — это одно и то же.       То, как Алоис без всякого стеснения предлагает себя, показывает, сколь незначителен, на самом деле, для него половой акт. Это всего лишь способ манипулирования, который обычно используют расчётливые дамы. При необходимости Транси мог бы переспать с любым. Секс для Джима не продолжение любви или отношений, даже не постыдная обязанность, это некое обязательство, за которое он что-то сможет выгадать. Не думаю, что он в полной мере понимает, насколько соблазнителен, скорее он считает других испорченными, не осознавая, что и в отношении него можно применить эту характеристику. Опять-таки Маккен не осознаёт, что получить объект собственных желаний можно каким-то иным способом, нежели соблазнением, потому что просто не обладает зачатками необходимого умственного измышления.       В этом плане он очень похож на хорошеньких женщин, желающих заниматься только внешним лоском, и не разбирающихся в самих себе и людях. Говоря вообще, в Джиме много женственного. Для его гетеросексуальности просто не остаётся места. Считать, что Джим гомосексуален из-за пережитого насилия, значит быть слепцом. Во-первых, соблазняя графа, Алоис проявил порочное, и даже фривольное поведение. Конечно, скептики могут возразить, что у него не было выбора. Однако, это не совсем так, ведь на момент соблазнения графа, Джим уже успел вызвать Клода. Опять-таки, наступая себе на горло и давая себя использовать, гетеросексуал не был бы столь непристойным. Джим же поступил именно так потому, что по своей натуре является жертвой. Такие люди часто провоцируют других на то, чтобы с ними плохо обходились или использовали.       Во-вторых, Алоис уже, будучи графом, проявил всё своё горячее внимание к Клоду, а не Ханне. Любой гетеросексуальный подросток увидел бы, насколько соблазнительна была эта женщина, к тому же Ханна была добра и стерпела бы любые унижения от Алоиса, прекрасно осведомлённого об этом. Но Маккен предпочёл выколоть ей глаз, а не трахнуть. Кстати, его поведение слишком смахивало на ревность.       К сожалению, из-за своего искреннего и честного чувства Алоис окончательно потерял всякую ценность для Клода. И это ещё один повод, чтобы задуматься, а не превозносим ли мы то, что, в сущности, не имеет никакой ценности для других. Единственной положительной чертой Джима была привязанность, она-то и сделала его невыносимо жалким не только в глазах своего демона, но и зрителей.       Честность, с которой Джим отдавался эмоциям, раздражала и восхищала. Его попытка убить Сиэля, а потом вымолить его прощение, показать, сколь похожи они, не нашла отклика, потому что выглядела жалко. К тому же Фантомхайв никому не верил, тем более истерику, только что браво махающему мечом и тут же поливающему его слезами и соплями. И всё-таки это не было притворством. Алоиса никогда нельзя было обвинить во лжи, в отличие от Сиэля. Он невероятно честен со всеми, но не с собой. Я думаю, что Джим осознавал, какого рода отношения были у него с Клодом. Маккен довольно искусен в вопросах эмоций и неплохо читал подонков, однако он не хотел принимать правду, поскольку это бы означало, что он продал душу ни за что. Транси решил обманывать себя до последнего, именно поэтому он предпринимал разного рода уловки, чтобы вызвать в Фаустусе хоть какие-то эмоции. Пусть бы это был гнев, но не равнодушие. Бедный Джим понятия не имел о том, что Клод изначально соврал ему, и, в общем-то, Фаустусу не был нужен.       Алоис — превосходный образчик отрицательного персонажа, его личная история не может не восхищать. Она трагична и вместе с этим невероятно смешна до абсурдности. Злодей, чьи неприглядные черты и психологические уродства с такой тщательностью демонстрировались и порицались, оказался главным заложником и жертвой. Ирония состоит в том, что жертва была столь ничтожной, что её никто даже не заметил. Смерть Джима вызвала лишь облечение и у героев, и у зрителей.       Жестокой насмешкой во всём этом было и то, что Джим издевался более всех над персонажем, который его любил. И в этом кроется извечное: «Мы всегда будем добиваться любви тех, кому мы безразличны». Умирая, Клод оценил прощальный подарок Алоиса и нашёл в этом последнюю и единственную причину для того, чтобы поглотить его душу — стравка его и Себастьяна, смерть самого Фаустуса показались ему красивым развлечением. Ханна же подтвердила мысли зрителей, сказав, что Клод признал Алоиса.       Не могу сказать, что конец можно отнести к счастливому, и не потому, что Алоис и Клод умерли, а потому что они оставили после себя ощущение фантасмагоричности и безмозглости всего произошедшего. Авторы обесценили чувства Транси последними словами Фаустуса. Для вечного существа главный интерес в долгой жизни был уход от скуки, а существу, прожившему четырнадцать лет, нужно было присутствие в его жизни любящего взрослого. В результате оба умерли, так и не поняв друг друга.