The escape for absolution

Наконец-то девушка может дать волю слезам. Отчаяние поглощает в головой, сейчас у нее словно открылись глаза на все происходящее. Мира вспоминает хладнокровные убийства и понимает – нет ей прощения. Всю оставшуюся жизнь ей придется замаливать грехи, просить прощения перед Богом. Даже если после смерти она все равно попадет в Ад, пускай так и будет, заслужила. Ее ноги волочат к церкви, но нет, рано еще заходить, Мира должна избавиться от грязной метки. По пути она видит небольшое кафе и забегает туда, надеясь уединиться в туалете. Мерцающая лампочка нагнетает обстановку, слезы застилают глаза, темные круги под глазами выдают слабость и болезненность. Девушка прополаскивает нож, затем без всякого сожаления вырывает кусок ткани, закрывающий плечо. Вот ты где, злосчастная метка, опасно и маняще поблескивающая. Ей повезло, что печать нанесли не на глаз, иначе бы пришлось его выткнуть, что само по себе опасно для жизни. Но даже если бы не повезло, она все равно бы сделала это. Печать красовалась между плечом и ключицей, надо всего лишь срезать кожу и тогда контракт будет аннулирован... Да-да, просто срезать кожу, и Миру сможет посвятить остаток жизни служению Богу. Ей становится страшно. Хоть она приказала демону не преследовать ее, кто знает, может Себастьян только и ждет момент, чтоб поймать ее с поличным... И тогда кто знает, что может случиться? Миру, мужаясь, принимается действовать. Резкими, быстрыми, насколько это возможно, рывками, она срезает куски плоти. Алая кровь моментально окрашивает все вокруг, омывая нож, заливая полы туалета. Мира сквозь зубы стонет, будучи уже не в силах забинтовать руку. Их-за адской пульсирующей боли она едва ли не призывает демона на помощь. Какая ирония судьбы! Тяжело дыша и борясь с головокружением, девушка сползает вниз. Наверное, это конец. Находя последние в себе силы, она поднимает руку и вцепляется в плечо, пытаясь остановить кровь, но, кажется, жидкости стало настолько много, что теперь поздно беспокоиться об этом… Мира труп. В дверь туалета кто-то настойчиво стучится. – Черт, серьезно? – шепчет Мира едва слышно. Она делает огромные усилия, чтобы подняться, а затем замирает. А если это Себастьян? Нет, он бы просто снес дверь. – Вы что там, веревку вьете? – не унимается женщина средних лет. – Я открою дверь, если вы мне поможете, хорошо? Молчание. – Хорошо? – еще раз повторяет Мира. – Что там у вас стряслось? – с тревогой спрашивает незнакомка. Перед глазами девушки пелена, она едва не теряет сознание от кровопотери и недостатка свежего воздуха. Запах крови одурманивает, засасывает в кровавые воспомининания… Дрожащей рукой, не дожидаясь согласия женщины, она сдвигает щеколду, видит лицо, застывшее в ужасе, и произносит: – Мне не нужна скорая, мне нужны именно вы… – Окровавленная рука Миры хватает женщину и затягивает в уборную. Бежевые лодочки леди средних лет утопают в крови. Наконец-то, незнакомка скидывает оцепенение, роется в сумке, находит прокладку и спрашивает: – Откуда идет кровь? – Плечо, – с трудом говорит Мира и показывает пальцем на свою сумку. Женщина тут же хватает ее и находит бинты. Отлично. Затем незнакомка кладет прокладку на рану и обматывает плечо бинтом. Миру закрывает глаза. – Эй, эй, не теряй сознание! Что мне с тобой потом делать? – Все хорошо, – отвечает девушка. Теперь все позади. – Как тебя зовут? И что с тобой случилось? – Все это не важно, – грубо отрезала Мира, – но спасибо за помощь. Пожалуй, теперь я могу освободить туалет. Мира со стоном поднимается на ноги, берет свою сумку, нож и кусок кожи с печатью. Нельзя такие вещи разбрасывать где вздумается! – С тобой точно все будет хорошо? – обеспокоенно спрашивает леди. У нее были уже седые волосы, однако выглядела женщина для своих лет весьма недурно. – Да, – отвечает Мира, бросая кроткий взгляд на спасительницу. Откуда-то девушка смогла найти в себе силы бороться дальше, смогла выйти из кафе, доползти до одинокой скамейки, не отключившись при этом.