Буря внутри меня

      У кровати больного человека часто происходят масштабные примирения и ссоры. Пока человек борется со смертью, его родные и близкие борются или мирятся между собой. Здесь же, не было ничего такого. Марине нечего было делить с бабушкой Влада, старушка ни в чём не обвиняла девушку и была очень благодарна ей, что та оказалась в нужное время в нужном месте. Придя в себя, Влад некоторое время был в сознании, Марина напоила его свежеприготовленным отваром, и он уснул. Девушка, под глазами которой залегли глубокие синие тени от усталости и истощения, ни на минуту не отходила от него. Не спуская взгляда с парня, она прислушивалась к его дыханию и сердцебиению, гладила по голове невесомыми касаниями и только вздыхала. Говорить что-либо она уже не должна. Парень тихо спал, его дыхание стало ровным, жар постепенно уходил, мокрые от пота волосы прилипли ко лбу и шее, футболку с него сняли, и теперь ведьма видела, на его желтоватой коже подрагивали капельки воды, которой она его обтирала. Они собирались в капли побольше и разбегались по груди, стекали подмышки и собирались во впадинах на шее.       — Садись, Мариночка, поешь, — бабушка Маша накрыла на стол, но ведьма отрицательно покачала головой. — Давай-давай, детка! О себе не думаешь, о ребёночке своём подумай.       Марина вздохнула и послушалась старушку. Придерживая живот, она села напротив неё и благодарно кивнула, с жадностью откусывая кусок хлеба и запивая молоком. Господи, как вкусно! Всё как в детстве, у её бабушки: дубовый стол, накрытый белоснежной накрахмаленной скатертью, резные табуретки, много-много лет заказанные у местного плотника за бутылку самогона, точно такой же глиняный кувшин, точно такие же, потемневшие от времени ложки, очень похожие кружки, вкус хлеба и тот такой же. Она с огромной благодарностью смотрела на бабу Машу, а та просто любовалась, как ест девушка. Наверное, любой бабушке доставляет удовольствие наблюдать, как внуки с аппетитом уплетают еду. Хоть Марина и не была внучкой этой женщины, но та уже давно считала её своей роднёй.       — Дочка будет, — улыбнулась она. Марина пожала плечами, показывая, что не знает пол ребёнка. Хотя, если верить Алексу, должен родиться мальчик, ведь у него был сын. — Я не спрашиваю. Это я тебе точно говорю, девочку ты ждёшь.       Марина подняла удивлённый взгляд на бабушку Влада. Та мягко улыбалась, смотря ведьме прямо в лицо.       Девочка. По лицу девушки расплылась мечтательная улыбка. С самого детства Марина мечтала о дочке. Интересно, если бы это был ребёнок её и Влада, то малышка родилась бы ведьмой, как она? Как бы они назвали её? Мысленно Марина уже перенеслась в свои фантазии, позволив помечтать себе всего лишь мгновение. Ей представилось, как она сидит со своей бабушкой, и та учит её вязать крошечные пинетки для маленькой принцессы. Ведьма тряхнула головой. Чего думать о том, чему никогда не бывать? Но с чего баба Маша решила, что будет девочка? Только сейчас девушка вспомнила, что старушка была деревенской повитухой, и её часто звали к роженицам, чтоб она помогла. Не доверять в этом вопросе с её многолетним опытом не было оснований, но всё же. Она не узи… а должен родиться мальчик. И он не будет её сыном. Он всегда будет сыном Алекса, а что будет с самой Мариной неизвестно.       — Невинное дитя, — вздохнула баба Маша, по сердцу девушки что-то резануло лезвием. — Ты не подумала ни о себе, ни о ней, когда кинулась спасать Владьку…       Старушка опустила голову, подбородок её задрожал. Марина увидела это и протянула через весь стол руку, положив свою ладонь на сжатые в кулачки морщинистые старческие ручки, высохшие от возраста. Как же ей хотелось сказать что-то утешающее, но нельзя. Она могла только с жалостливым и сочувствующим видом наблюдать, как плачет бабушка.       — Знаю-знаю, — шмыгнула носом старушка. — Он тоже всё ещё любит тебя.       Марина еле сдержалась. По щеке заскользила одинокая слезинка. Она тоже! Она тоже его до сих пор любит. Возможно, даже сильнее, чем раньше.       — Он так горевал, когда ты уехала… искал тебя. То возвращался, то снова уезжал, маялся бедняга. А тут ты сама вернулась. Дочка от Александра что ли?       Марина отдёрнула руку, будто ошпарившись и, сжавшись в комок, отложила от себя бутерброд. Такой резкий перевод темы выбил её из колеи, мышцы забились мелкой дрожью от напряжения. Ведьме было мерзко от этого имени, в каком бы то ни было сокращении, она его хотела ни произносить, ни слышать.       — Да что ты, внучка, я ж не виню тебя, — отмахнулась бабушка Маша. — Это не важно! Не получилось с Владиком, значит, нашла своё счастье в другом месте.       Ведьма, сверкая глазами, уставилась на размышлявшую вслух старушку. Да уж, счастье нашла. Большое такое! Называется «приключения на задницу»! Девушка вперилась глазами в столешницу, закрывшись в себе.       Баба Маша повернулась к ней и, увидев состояние девушки, догадалась, что что-то здесь не так.       — Внученька! — ахнула она. — А он тебя не силой случайно взял?       Марина подняла глаза на старушку. В каком-то смысле и силой. Только не физической, а шантажом. Хотя и это произошло бы рано или поздно, если бы она тянула ещё. Пояснять что-то бабушке не пришлось, она откинулась спиной на спинку стула, сложив руки на груди, было видно, как она злится.       — Ты только Владику об том не говори, — Марина замахала головой, поддерживая её в этом решении, — а то он его убьёт…       Женщины ещё какое-то время просидели в молчании, пока Влад спал. Каждая думала о своём, но, в конце концов, все их мысли сходились к размышлениям об одном и том же человеке.       — Я догадывалась, что ты ведьма, — продолжила говорить старушка. — Ещё в детстве заметила, что ты другая.       Девушка беспомощно посмотрела на неё, ожидая продолжения разговора. Деваться ей некуда, уйти она не может, здесь Влад, и ему очень нужна её помощь, попросить замолчать или попытаться оправдаться тоже нельзя, она дала обет молчания. Остаётся только сидеть и слушать. Никогда раньше Марине не приходилось открываться кому-то, что она обладает магией. Её бабушка заметила сама, Алекс почувствовал тоже сам, а тут ведьма сама попросила женщину остаться во время проведения обряда. Как теперь она отреагирует на всё это? Отношение вроде не изменилось. Весь вид ведьмы сейчас пытался показать только одно: «Не бойтесь меня, пожалуйста!»       — Такой дар даётся очень редко, — женщина посмотрела на напряжённую ведьму, — и он в надёжных руках. Ты ведь не будешь творить зло.       Ах, бабушка Маша, если бы Марина сама знала, что она делала, пока её разумом управляли с помощью транса, было бы намного проще! Она смогла бы сама себе легко ответить на этот вопрос, а так… она не может даже кивнуть.       — Я должна тебя предупредить. Тот обет, который ты принесла в обмен на жизнь внука, не только очень сильный, но и очень сложный! — Марина согласно кивнула, продолжив слушать бабушку. — Жизнь обычно меняется только на жизнь, а ты хочешь обмануть природу.       Ведьма догадалась, к чему ведёт женщина. Да, она понимала то, что стоит ей произнести хоть одно слово, то либо в опасности окажется жизнь Влада, либо сама Марина. Но поскольку девушка и так живёт в постоянном страхе, бесконечно убегая и прячась, то для неё чувство опасности привычно.       На улице послышалась возня и странный шум, несколько мужских голосов громко переговаривались, сердце девушки упало, казалось, от страха она перестала дышать. Неужели Александр так быстро оказался здесь? Действительно, а чего ему тянуть, он знает, где она, знает, что бежать не собирается. Приходи, да забирай, тем более, что она сейчас не совсем в состоянии долго скрываться. Голоса становились ближе, ведьма переглянулась с бабой Машей, но та непонимающе развела руками — гостей она не ждала. Девушка нервно метнулась к окну, выглядывая на улицу, со спины она смогла рассмотреть трёх мужчин. Они были уже на пороге и беседовали со Светой.       Марина подскочила к двери, запирая её не только на щеколду, но ещё и парочкой заклинаний, незваные гости сейчас это не самая лучшая идея. Конечно, вечно эти стены дома не спасут её от Алекса и его людей, но временно обезопасить смогут, по крайней мере, до тех пор, пока деревенские не забьют тревогу, увидев как в дом бабушки Маши ломятся посторонние, а там уже будет полегче.       — Так вот ты какая, та самая Марина, — говорил один из них. Обрывок разговора донёсся до Марины через дверь, она решила немножко подслушать, ей не очень понравилось, как говорящий интонационно выделил слова «та самая».       — Чего?! — вспетушилась Светка. — Какая я вам ещё Марина?       — Эм-м, — замялся второй. — А кто ты тогда?       Голос этого мужчины был грубее, больше рычащих и грубых звуков было в нём, чем в предыдущем. Тот, что говорил до него, был обладателем более мягкого голоса.       — Я — Света, — отозвалась блондинка, и повисло молчание.       «Беги, Света, беги отсюда!!!», — повторяла у себя в голове Марина, надеясь, что каким-то образом бывшая подруга её услышит. Но она всё стояла там, разговаривая с приезжими, пока сердце Марины пропускало удары от страха.