Железное сердце.

Следующий месяц, Пабло с головой погрузился в организацию своего ЧВК. В Буэнос-Айресе открылось несколько офисов. Полигон за городом обустроили казармами и полноценными стрельбищами. Новый персонал, также набирался стабильно. Оказалось, что в Аргентине очень много опытных бывших вояк, готовых работать на его организацию, за вполне скромные деньги. С набором юношей из неблагополучных районов, тоже не было проблем. Для многих, это был единственный способ легально заработать, получить кусок хлеба и крышу над головой. Как и планировалось, более опытные становились инструкторами и командирами, гоняя гавриков на учебке до седьмого пота. Вместо отдыха – несение службы, охрана предприятий и владений, набирающей силу компании Хорхе Бустаманте. Пабло было забавно наблюдать, как недавние сироты и дети бедняков, с поникшими глазами, теперь гордо выпячивали грудь, чувствуя себя героями в новеньких солдатских камуфляжах, балаклавах и держа автоматы калашникова в руках. Пабло решил немного изменить изначальную задумку и вместо классического АК 40-50 годов разработки, закупили АКМ-ы. Пабло решил не скупиться, и вместо планируемых бронежилетов 1-го класса, приобрёл броники более надёжного 2-го. Конечно, можно отложить такие траты до более прибыльных времён, но, как солдат, Пабло знал, что только идиот экономит на защите. Бронежилет первого класса носил он сам, начиная с Балкан и до Афганистана. Бесполезная картонка, два из трёх тяжёлых ранений, Пабло схлопотал из-за дерьмовой защиты. Частенько, чтобы поддерживать форму и улучшать навыки, Пабло тренировался сам у нанятых инструкторов. Майор Вячеслав Краев – бывший спецназовец Альфы. После отставки, эмигрировал в Аргентину, так как, через друзей живущих там, познакомился с Моникой – жгучей брюнеткой, которая стала его женой и матерью двоих детей. Это был второй русский на памяти Пабло, с которым тот сдружился. Бледный Вячеслав был старше жены-креолки почти на десять лет, но в свои сорок, почему-то выглядел едва ли не ровесником. Как тот объяснял ему, рецепт молодости: никаких сигарет и алкоголя, и здоровое питание. Другими кадрами в ЧВК был индеец Джейкоб – бывший рейнджер армии США. Молчаливый и тихий. Пабло одно время боялся, что они с Вячеславом передерутся из-за сложных отношений между их странами, но, как оказалось, что оба не питали симпатий к своим правительствам. Ну и ещё один видный инструктор – Ламас Гараб. Чернокожий вояка. Родился в одном гетто, чтобы вырваться оттуда ушёл в армию. Во время одной из операций за границей, дезертировал. В итоге, в течении тридцати лет нанимался оптом и в розницу тому кто больше заплатит. К своим пятидесяти годам, Ламас скопил достаточно шрамов и боевого опыта, а все деньги за выполненные контракты, спустил на молодую жену, которая сбежала, обобрав его до нитки. Молодая, пока далеко не элитная ЧВК основанная Хорхе и Пабло – единственное место, где его взяли. - Ты уверен, что нам сейчас лучше набирать этот сброд? – спросил Хорхе у Пабло, рассматривая фотографии и личные дела подростков поступающих на службу – На каждого профессионала, у нас приходится по двадцать сопляков, которые даже оружия в руках не держали. - У нас нет выбора. – твёрдо заявил Пабло – С теми средствами, что у нас пока есть в наличии… ты ведь сам мне об этом говорил. - Да, но эффективность… - Я тебя умоляю, Хорхе. Твоя бизнес-сеть в Аргентине, ещё не так разрослась, чтобы представлять угрозу для конкурентов и нуждаться в такой защите. Я вот думаю вот о чём. При уровне муштры, которой сейчас подвергаются наши ребята, базовыми навыками они овладеют за два, максимум, три месяца. Их нужно будет испытать. Ты можешь выбить у правительства контракт на участие в какой-нибудь местной авантюре? Хорхе поражался энтузиазму и хватке брата. Эх, надо было тебя в вправду в Военную Академию запихнуть, стал бы генералом и командовал армией Аргентины. - Я попытаюсь, что-нибудь придумать.

***

Огромное количество дорогих иномарок столпилось у дома четы Агилар. Столько гостей Маркос не видел даже на встрече выпускников. А ведь повод то не такой уж значимый. Официально, все хотят поздравить Лухан с новой победой в соревнованиях. Но на деле, будут праздновать её примирение с мужем. Не сказать, чтобы Лухан с Маркосом, сорились с последнего примирения, но последние годы, между ними начался холод. Они не расстались только потому что, успели пожениться до того, как юношеская влюблённость остыла. Но последующие годы они не ругались, не расходились, но жили порознь. Маркос был видным экономистом и сутками пропадал на работе, Лухан тоже время тратила, на тренировки и соревнования. Если и сопрекосались дома, до общались сухо: «Привет милая-привет любимый-как дела-нормально-спокойной ночи» Иногда случался и секс, но был настолько механический и быстрый, что ни у кого в памяти он не оставался. У них даже детей не было. Однако, получив очередную золотую медаль, Лухан вдруг решила заняться благотворительностью. Её вдруг окатила ностальгия, и жалость к несчастным сиротам, для которых детские дома ад. Маркос решил помочь ей и тогда между ними возродилась давно потухшая искра. Общее дело, общие трудности вновь объединили их. Это и стало поводом, для шумного застолья. Маркос по очереди впускал гостей. Первыми, конечно же вошла чета Коллучи-Рей: Франко и Соня, ставшие приёмными родителями Лухан, и Мия. В красном, элегантном вечернем платье, она сразу приковывала к себе взгляды. Следом, зашла Марисса. При её виде у Маркоса сердце ушло в пятки. От жизнерадостной бунтарки не осталось и следа. Да, она пыталась выглядеть живой. На тёмно-лиловое платье, а аккуратная филированная стрижка до плеч имитировала необузданный нрав. Но от Маркоса не укрылось другое. Марисса даже не пыталась пудрой или гримом скрыть ото всех тёмные круги под глазами и потухший ледяной взгляд. В своё время Марисса много сделала для Маркоса, помогла ему измениться, стать настоящим мужчиной. В конце концов, ей многие обязаны на колледже. Но вот как помочь ей самой? Хотя в прессу и случались вбросы об увлечении Андраде запрещёнными препаратами после развода, но в целом семья Коллучи-Рей старалась особо не распространяться о проблемах Мариссы связанных с наркотиками. В итоге, истинные масштабы тайны, знали отнюдь не многие. Маркос входил в их число только потому что был мужем лучшей подруги Мариссы. Следом стали заявляться бывшие выпускники – Гидо, Томас, Лаура, Пилар, Рокко и Вико, даже Франсиско объявился. Отсутствовали Диего, Белен, Мануэль, Фернанда и Фелиситас. Ну те наверное, прибудут на очередную встречу выпускников. - Марисса! – Лухан кинулась к подруге и они обнялись – Как прошли съёмки? - Как всегда. – пожала плечами Марисса – В последнее время, какую бы мне роль не дали, я их щёлкаю, как семечки. - Томми, как я рад тебя видеть. – Гидо пожал руку Томасу. - Гидо, мы виделись всего два дня назад. - Ах да, во время сеанса. Кстати, Марисса ты просто шикарно вытащила ту сцену во время допроса психопатки. - Ага. – вторил Томас – Прямо, как Энтони Хоткинс со своим Лектером в «Молчании ягнят». Это похоже был комплимент, Марисса сухо улыбнулась. - Ну что вы всё в прихожей стоите, идите за стол! – торжественно пригласил Агилар. Началось всё с вполне обыденных разговоров на тему: «ты молодец Лухан!», «мы гордимся тобой». Затем всё потихоньку стало переходить в сферу политики и бизнеса. - Слышали, что на Ближнем Востоке случилось? – спросил Рокко. - Нет. - Миротворцы попали в засаду боевиков. Много полегло. - Да уж, - сказала Соня – Страшно жить, Мариссита вон отменила свои гастроли в Израиль, чтобы не рисковать. - Я не собиралась отменять, мама – ответила Марисса – Это ты настояла. - Я не могла тебя пустить туда. - Вот-вот. – вторил ей Франко – Нечего тебе делать среди террористов. - Рокко с каких это пор ты стал интересоваться политикой? – спросила его Пилар. - Мы с Вико постоянно выступаем перед разными людьми. Бывало нас приглашали на банкеты после концертов. На них бывает множество интересных людей. И разговоры у них тоже интересны. - Шпионом заделался? – в шутку спросила Пилли. - Он у тебя научился. – вступилась за мужа Вико. Гости дружно рассмеялись, Пилар не обиделась, хохоча громче всех. - Давайте, не будем о политике – брезгливо поморщилась Лухан – Давайте, о чём-нибудь более приятном, о любви например. Марисса выразительно фыркнула. Тема больная. Присутствующие сделали вид, что не обратили внимания. Первой, тему решила развить Мия, продемонстрировав колье на шее. - Мне Тагар, подарил его и сказал, что если наши отношения протянут ещё год, то он сделает мне предложение. - Тагар? – Пилар не сдержала удивления – Это тот малыш, с которым Мари… - Да. Зря ты всерьёз не увлеклась им сестрёнка. – мечтательно заявила Мия, обратившись к Мариссе. Та лишь пожала плечами – Теперь он мой. Он такой замечательный. - Мия, я не думала, что так увлекаешься детьми. – сказал Томас, за что Пилар грубо ткнула его ногой под столом. - Он не ребёнок! – вступилась за любимого Мия – Он моложе меня всего на четыре, может, пять лет. - А выглядит так, будто на десять. – воскликнул Гидо – Его рост – метр с кепкой, худой, будто есть раз в день. Да и его увлечения сбавляют ему ещё два года. - А чем он увлекается? – спросила Соня. - Видеоиграми. – ответил Гидо – Я ведь открыл торговый центр и этот карапуз закупал у меня все новые приставки и эксклюзивы на них. Мия не обижайся, рядом с ним ты производишь ощущение педофилки. - Не обращай внимание. – вступилась за сестру Марисса – Тагар, хороший парень, уж я то знаю. Может он и выглядит и ведёт себя, как школьник, но у него большое мужское достоинство. Воцарилась тишина. Все по разному воспринимали определение «мужское достоинство». Соня, молилась, чтобы Марисса имела ввиду именно душевные качества парня, а не определённую часть тела. Не может же её дочь, быть такой похабницей. - Кстати, - осторожно заговорил Франциско – А Мануэль знает о твоей новой любви? Несколько пар взглядов «идиот, с языком без костей», устремилось на парня. Тот поёжился, но к удивлению, Мия не стала срываться на визг, а просто равнодушно пожала плечами. - Наверняка знает, но мне не интересно мнение нашего мексиканца. Любой бы, кто помнил тот момент примирения Мануэля и Мии на выпускном четвёртого курса, удивился бы, с каким холодом блондинка отзывалась о своём возлюбленном. Подробности очередного разрыва опять таки знало не так много человек. Но все считали, что это очередная ссора и милые помирятся. Но далее последовал разрыв помолвки, а после двух лет затишья у Мии появился молодой человек, похожий на мальчика. И судя по тому, как холодно она отреагировала на новость о Мануэле, Тагар не был способом вызвать у мексиканца ревность или забыть его. Мия, если ещё и не влюбилась в него, то уже была на пути к этому. Когда ужин закончился. Бывшие однокурсники разбрелись группами по уголкам большого дома и перешёптывались на разные темы, касательно рода деятельности каждого. Марисса, почувствовав очередной наплыв негатива, ушла в туалет и встав перед зеркалом умывальника, вытащила из сумки очередную таблетку. - Не делай этого, Марисса. – Лухан появилась в дверях туалета и закрыла за собой дверь. - Не лезь не в своё дело – огрызнулась подруга сжав таблетку в кулак. - Тебе самой не надоело? – спокойно наседала Лухи – Тебе не надоело себя губить? Осмотрись вокруг! В тот раз, по старой дружбе тебя бросились вытаскивать все друзья, но теперь у каждого, свои проблемы. После того, как Соня родила от Франко, она всё больше уходит в заботу о новой дочери. Которая чистая, послушная и не наркоманка. - Желаю ей счастья. – иронично сказала Марисса. Лухан не выдержала и взяла её лицо в ладони. - Мари, одумайся! Ещё немного и от тебя ВСЕ отвернуться! Сейчас не школа где один за всех и все за одного. Тебе охота остаться одной? - А я одна? - Пока нет. – ответила Лухан – У тебя есть две, теперь три сестры; мама, настоящий отец и отчим, но мы уже устали за тебя бороться! Неужели, тебе так охота остаться одной из-за дури? - Я уже одна, Лухан. – прошипела Марисса – С того самого дня как… Она запнулась и к щекам набежали слёзы. - Как уехал Пабло? – догадалась подруга – Ты все эти годы не можешь забыть этого предателя? - Он не предатель! – сорвалась Марисса и на секунду в страхе замолкла, боясь, что их услышат за дверью – Он любил меня так, как никто! - И потому уехал. – сказала Лухан – Бросил, под надуманным предлогом. - Теперь, глядя на всё это, я понимаю, что он был прав. – воскликнула рыжая. - Что ты имеешь ввиду? Марисса долго собиралась с мыслями, чтобы высказать всё, что накипело у неё за эти годы. - Помнишь, те тосты, которые мы поднимали после четвёртого курса? - «За равноправие во всём» - вспомнила Лухан, свои слова тогда – Да, почти все стояли парочками тогда. - Именно, кроме нас с Пабло и ещё нескольких, выпуск встречали парами. Ты не представляешь, как я завидовала вам всем тогда – сказала Марисса напряжённым голосом – Но я надеялась, что потом Пабло перестанет мучить меня и подойдёт ко мне. Или, хотя бы заведёт на стороне новую курицу с длинными ногами, тем самым даст понять, что он не стоил моих переживаний. Но ничего не случилось. Мне вспомнилась песня, которую Мия и Мануэль однажды написали, чтобы нас помирить: «у них была слава, но не было счастья, поскольку гордость не позволила им быть вместе». Я так и представляла, как дура, что вы переженитесь в итоге, а мы с Пабло до конца будем порознь. Это мне угнетало, Лухан. Я думаю, что и его тоже. Иначе бы, он не уехал. Я видела в его глазах любовь, но только сейчас поняла, почему он тогда заставил страдать нас обоих. - И почему, по-твоему? – спросила Лухан. Ей стало самой интересно. - Потому что, подозревал, чем это всё обернётся. - Чем? - Всем этим. – Марисса многозначительно развела руками – Когда Серхио посадили, наш курс встречал выпуск, наполненный любовью и ощущением того, что дальше будет только лучше. Однако, дальше всё пошло наперекосяк. Франциско разошёлся с Аугустиной, ещё на пятом курсе. Тогда мы не особо удивились, так как те были вообще посторонними людьми вообще непонятно как сошедшиеся друг с другом. Ну погуляли и разбежались, никто особо внимания не обратил. Но чем дальше тем выше накал страстей. Томас и Пилар расстались вскоре после колледжа при вступлении во взрослую жизнь. Она пошла на журналиста, а он вошёл в семейный бизнес родителей. Они отдалились друг от друга и решили, остаться друзьями. В итоге, Томми уже успел жениться. Предки подобрали ему бабёнку с внешностью Афродиты, теперь я поняла, кто был инициатором разрыва. Гидо и Лаура протянули чуть дольше, даже умудрились пожениться и родить ребёнка. Но наш дорогой Лассен, снова сорвался и стал не пропускать ни одной юбки. Может быть, сыграло то, что его дела пошли в гору, а роскошная жизнь опьяняет. В итоге, развод с разделом имущества и совместная опека над сыном. Вроде бы между бывшими супругами даже установилось нечто вроде шаткого равновесия. Они даже сидели рядом за столом, но я видела обиженные взгляды, которые Лаура кидала на своего бывшего. Ну а Мануэль с Мией… Лухан прислушалась. Всё это время ей было интересно узнать подробности разрыва самой романтичной пары колледжа. - Они были помолвлены. Ну ты знаешь, мы ведь все были там. Франко ревел, как ребёнок. Но наш мексиканец в быту быстро стал проявлять себя, как ярый собственник. Он ведь и раньше таким был. Переспал с пьяну с Сабриной, но выставил так, что это ему изменили. Мия жаловалась мне, что Мануэль её подавляет. Мешал её карьере модели, а отпуская на съемки очередного фильма, только со скандалом. Он хотел, чтобы она только сидела дома и рожала детей. Порой, у него случались приступы озарения, тогда он просил прощения, и они с сестрицей спокойно говорили. Но потом, Мия снялась в постельной сцене. - Это случаем не в «Чёрной Камелии»? - Да-да, тот самый фильм. Тогда у дорогого Мануэля совсем крышу сорвало. Конечно, он не посмел её ударить; до моего Фернанда, слава богу не опустился. Но посуда билась с грохотом артобстрела. Мии тогда надоело быть половой тряпкой и убеждать, уговаривать, успокаивать. Она психанула и высказала грязному мексиканцу всё, что накипело, за три года отношений. Это был конец. А ведь я ещё убеждала его помириться с ней. Сказала Мануэлю, что после того, как Мия простила его измену с Сабриной, он точно не должен злиться на постановочный и ненастоящий секс в фильме. Тем более, что в реальной жизни её партнёр – гомосексуалист. - Ну так ведь Ману вроде остыл со временем. – сказала Лухан – Вон, через год после разрыва пытался снова наладить с ней контакт. - Поздно. – заговорщески улыбнулась Марисса – Сестра к тому моменту всерьёз увлеклась малышом Тагаром. Это на пользу не только ей, но и Мануэлю. Может быть, потеряв её навсегда, он наконец поймёт, что нельзя топтать и разбрасываться любовью. Ибо, как сказал мой отец: любовь – это река и никогда не вливается в одно русло дважды. Марисса за маской цинизма скрыла, лёгкий укол сожаления о несчастливой любви барби и мексиканца. Как они подходили друг другу, через столько препятствий прошли и всё накрылось медным тазом. Мануэль сам виноват. Но всё-равно обидно. - И ты думаешь, что такой сценарий мог бы пройти между тобой и Пабло. - Кто знает. – пожала плечами Марисса – Тогда я была девочкой и считала, что мы с Пабло уже достаточно пережили в жизни, чтобы снова разойтись из-за каких-либо недоразумений. И тем больнее для меня стал его уезд. Он ведь не просто уехал, Лухан. Он пропал, как сквозь землю провалился. Ни с кем не связывается, даже с матерью. Это говорит о том, что он завязал с прошлой жизнью и пытается начать с нуля. И правильно делает. Нечего ему делать с нами, горячими латинцами. Пять лет серенад и хождений за ручку, а затем развод после года кухонных скандалов и взаимные проклятия. - Ну так ты тоже начни сначала. – предложила Лухан – А не губи себя. Подумаешь, неудача с Рамосом, кто же знал, что он такой псих. - Неудача?! – не выдержала Марисса – Я потеряла ребёнка, Лухан. Свою кровиночку! - Я понимаю тебя. - Нет не понимаешь. Я подсела на дурь не только из-за смерти ребёнка. Когда я его потеряла, то осознала все чувства к нему! Самое мерзкое для меня было то, что хоть я и ждала его и даже любила, то какая-то часть внутри меня…. – на последних словах Марисса запнулась не в силах признаться. - Ты ненавидела его, потому что он был не от Пабло. – догадалась Лухан. - Верно, я записала эту мысль в своём дневнике, а Фернанд нашёл его – Марисса отвернулась не показывая нахлынувшие слёзы – Рамос мразь, но представь какого мужчине, когда жена на которую ты тратишь столько материальных и духовных сил, грезит о другом. И более того, желает, чтобы ребёнок был не от него. Поэтому я скатилась, Лухан. В выкидыше есть и моя вина, а поняв свою скрытую под материнской пеленой нежности и любви, ненависть к плоду, я осознала насколько я ужасный человек. Я недостойна семьи. Тем более семьи от Пабло. Последняя фраза, взбесила Лухан. - Ты не слишком превозносишь его? Он ведь тоже не ангел, вспомни всё то, что он творил с тобой пока, якобы не «изменился». - Так уж сложилось, что он лучший мужчина в моей жизни. Единственный, кто ради меня изменился. А вот я ради него не смогла. - Вот видишь, замкнутый круг. Ты тоскуешь по Пабло, и не можешь отпустив его жить дальше, но в тоже время считаешь, что у вас бы ничего не вышло. - Я не хочу, чтобы он остался в памяти простой детской влюблённостью. Это маяк, моя половинка, которую я потеряла. Может когда-нибудь я снова попытаюсь оставить его в прошлом и найти новую любовь, но это не ранее чем через следующие семь лет. Предыдущая такая попытка для меня закончилась сама знаешь чем. Закончив говорить, Марисса резким движением закинула таблетку в рот. Не прошло и минуты, как её зрачки расширились, а на лице появилась блаженная улыбка. Лухан покачала головой. Она ничем не могла помочь подруге. Никто ей не мог помочь. Она замкнулась в ненависти к себе и презрении к миру. Даже Соня, до сих пор любящая дочь и называющая «солнышко», всё больше отдалялась от Мариссы всё больше времени проводя с Франко и новым ребёнком. Даже Мии, Соня Рей стала чаще улыбаться чем родной Андраде. Марисса всё больше оставалась одна. Её друзья отдалялись, у всех свои проблемы и девушка их не винила. Покинув туалет, бывшие подруги ловили на себе мимолётные взгляды гостей. Те болтали на непринуждённые темы, но Марисса поняла, что они всё слышали. - Что? Не может быть! Ты же обещал Хавьер! – орал в трубку Гидо. Марисса услышав знакомое имя обратила внимание на цыгана. - Вот зараза! – вскрикнул Лассен, когда на другом конца связи послышались короткие гудки. - Не знала, что ты сблизился с Аланисом. – сказала Марисса подойдя к Гидо – Не думала, что его появление на встречи выпускников та вас сблизит. - Я тебя умоляю, Марисса. Мы с Хавьером деловые партнёры только и всего. Честно, никогда бы не подумал, что так всё обернётся. Как оказалось, с ним очень удобно вести бизнес. То что мой единственный супермаркет перерос в сеть, а затем пополнился торговыми центрами – результат нашего с ним сотрудничества. - Он просто ростовщик. – устало протянула Лаура – Хавьер даёт деньги отца в рост, а затем гребёт проценты, либо долю с прибыли. - Ну так, а что плохого? – спросил бывшую жену Гидо – Он не жадный и много не берёт. - Конечно, не берёт. – вставила Лаура – У него треть предпринимателей столицы в должниках. Даже если с каждого брать всего по два песо, то можно яхту купить и не только. - Он хорошо помогает своему отцу. – воскликнул Франко – Аланис-старший частенько бывал моим партнёром. Хавьер его правая рука, как моя – Мануэль. - Не надо о нём – брезгливо поморщилась Мия. - Мия, я уже говорил тебе, что хоть у вас и не сложилось, я не собираюсь отказываться от отношений с этим человеком. Он стал мне, как сын. – грозно осадил её Франко. - Так что там случилось? – спросила Лаура у Гидо – Хавьер тебя кинул? Гидо грустно покачал головой. - Помнишь, мы хотели перенести один из супермаркетов из-за аварийного состояния здания, где он находился? Хавьер обещал найти замену. И нашёл. - Но? – многозначительно протянула Лаура. - Но кто-то уже занял то помещение – сокрушился Гидо – Хавьер сам в шоке. Говорит, появились из неоткуда и купили помещение. Какой-то магнат из Европы, аргентинского происхождения, вернулся домой и наводит порядки. Гидо обречённо уселся в кресло. Лаура, чисто инстинктивно хотела приобнять его, но вспомнила, что они уже не женаты и о боли, которую он ей причинил. - Теперь, супермаркет просто закроют. Конечно, это не единственная точка, у меня целая сеть, я не разорюсь, но убытки будут огромными! - Ты впервые столкнулся с конкуренцией, дружище. – сказал Рокко – Привыкай. В бизнесе, все друг другу волки. - Я этого так не оставлю. – внезапно гордо воспрянул Гидо – Я вычислю этого выскочку и покажу где раки зимуют. Хавьер, обещал мне помочь. Когда гости начали расходиться, то Мариссу в её нынешнем состоянии пришлось, буквально волочь до машины. Франко и Мия делали это вдвоём. Лухан, успела найти целую упаковку колёс, замаскированных под обычное успокоительное. В гневе, подруга слила наркотики в унитаз. Это было не в первой, Марисса всегда находила источник, но по крайней мере сеньорита Агилар осталась с ощущением, что она хоть что-то сделала.