Всего один шаг

      Алек и Клэри засыпают только под утро, они всю ночь провели в библиотеке, изучая Серую Книгу и другие значимые артефакты, но кроме рун кажется ничего не изменилось. Моргенштерн начинает клевать носом первая и когда она все же засыпает, упав лицом на страницы книги, Алек почему-то относит её в свою комнату и кладет на свою кровать, не забывая укрыть одеялом. Он ложится рядом и поворачивается спиной, при этом не касаясь её не единой частью тела.       Утро начинается с непривычно мягкого голоса Мариз, которая непременно рада видеть своего мальчика и Клариссу тоже. Они не виделись очень долго, с тех пор, как она и Роберт забрали Себастьяна в Идрис, оба родителя чувствовали вину за действия сына. Но как только Лайтвуд старшая видит Клэри в комнате Алека, она улыбается и будит парня, чтобы поговорить с ним наедине.       Парень не мог предположить о чем будет их разговор и поэтому молча шагал за матерью в кабинет главы Института. Мысли о том, что этот мир, со всеми этими новыми рунами, застилали все остальные моменты этого мира. Но разговор, который как он думал будет слишком серьезным, оказался вовсе не таким.       — Мы с твоим отцом подумали о том, чтобы попросить вас с Клариссой переехать в Идрис, — на выдохе говорит женщина и серьезно смотрит на сына. — Мы хотим чтобы вы были ближе к нам.       Парень удивленно смотрит на Мариз и с минуту раздумывает о том, что же сказать, считая о том, что это вовсе не ему решать.       — Я должен поговорить об этом с Клэри, — охотник слабо улыбается. — Не я один должен дать ответ.       — Александр, прошу подумайте вместе с Клариссой над нашим предложением.       Оба кивают и Мариза говоря о завтраке, который собирается приготовить, вместо того, чтобы навестить Джослин с Валентином и поговорить с ними об возможном отъезде их дочери, покидает кабинет. Александр уходит в свою комнату чтобы разбудить Фрэй и поговорить с ней о словах матери.       Но как только взгляду предстает спящая девушка завернутая в одеяло, мысль о том, что нужно разбудить её отпадает и парень, тихо прикрыв за собой дверь, идет на кухню. Себастьян, которого Алек меньше всего хотел видеть, уже там, завтракает и улыбается, разговаривая с матерью. Становится слишком странно видеть этих двоих в роли матери и сына.       Улыбка сразу же пропадает с его лица, когда он сталкивается взглядом с братом. Напряжение нарастает и Лайтвуд старшая уходит из кухни чтобы дать им походить. Наверное, стоит признать, что Себастьян был не прав и извинения сейчас в самый подходящий момент.       — Алек, я… — парень опускает глаза, пытаясь подобрать нужные слова. — Я… Я должен извиниться, за то, что было на крыше.       Лайтвуд запутался, он примерно выстроил себе их проблему и это по любому касается Клэри, но совершенно не знал, что было у этих двоих.       — Я и Клэри вместе и тебе стоит это принять, — голос моментально становиться тверже и парень скрещивает руки на груди. — А если тебе это не нравится, тогда извини.       Оба больше ничего не говорят, не замечая того, что Мариза покинула кухню, а завтрак приготовленный ею уже стоит на столе. Алек уже давно не помнит, когда последний раз ел что-то приготовленное матерью. Он был абсолютно уверен, что и здесь она замечательно готовит.       Здесь Мариза Лайтвуд не была строгой и серьезной сумеречной охотницей. Она не боялась показать насколько сильно любит своих детей и как заботится о них, часто улыбалась, смотря на влюбленных Александра и Клариссу. Лайтвуд старшая желала только счастья свои мальчикам и то, что произошло между ними огорчило её.       Решение о переезде молодых охотников в Идрис было затронуто ещё месяц назад, Роберт думал о том, что сын сможет начать работу в Академии Сумеречных Охотников, как тренер новобранцев, в то время, как Кларисса сможет заняться обучением примитивных имеющих Виденье. Мариза считала, что ей просто необходимо видеть этих двоих рядом и знать, что с ними ничего не произойдет.       Особняк Моргенштернов, который в детстве так любила Клэри, давно одиноко пустует. И если все же переезд состоится, она вместе с Александром сможет обустроить его так как им хочется и начать там настоящую жизнь. Задать этому особняку вид настоящего семейного гнездышка.