Сaptive

Перестанешь существовать, когда исчезнешь из мыслей других.

—Рик,—медленный холодный металический голос, словно резкий лязг бьющихся друг о друга мечей, всплывал над правым ухом прикованной. Она сидела на корточках, уперевшись руками в холодный пол, словно безродная псина, на ее шее весело сдерживающее кольцо и короткая цепь , которая не позволяла двигаться далеко. Тело очень болело от одной и той же позы. Местами стали проваляться красные следы. Живот издавал надоедливые больные звуки, и губы размыкались в очередном тошнотворном позыве, заставляющем всё тело наклоняться ещё ниже, и шею сдавливало удерживающее кольцо. Руки непроизвольно схватывались за бурчащий от голода живот, а из рта вытекало что -то, похожее на морскую пену. Она уже не помнит, сколько находится тут, она не может ответить на вопрос, как давно она ела. Глаза, которые привыкли жить во тьме, болезненно бегали в разные стороны, хотели найти собеседника. Теперь в помещении пахло не только тухло, но ко всему этому прибавился смрад не мытого и потного тела девушки. —Рика,—вновь доносится голос, но уже позади. Голова медленно поворачивается немного в бок, глаза устало смотрят в пустоту. «Я схожу с ума»—промелькнула мысль в голове пленницы. Девушка тут же залилась больным и нездоровым, каким-то злым и гортанным смехом. нет, возможно, это смеялась не она, может быть, это то, что жило теперь в ее теле, то самое наглое существо. которое так яро не давало покоя девушке и затмевало ее разум, с каждым разом утаскивало ее куда-то очень глубоко. Она больше не могла выносить вечные муки, связанные с физической и моральной болью. -Рик!-Девушка завыла от нового рвотного позыва, который так быстро поднялся к ее горлу, образовав комок. Голос тем временем продолжал звать ее, теперь зовущий насмехался над ней, рассматривая, как бедная девушка висит, в конвульсиях даваясь кровью, которая хлынула из ее глотки вместе с очередным потоком пены. Сознание дамы начало вновь отходить в другой мир, заставляя тело безвольно виснуть на цепях и содрогаться от пронзающей боли, которая возникала в новых местах, сдавливая, как змею. Шея начала ныть и покрываться темными полосами, дыхание приобрело утяжеленный характер. И вот перед глазами вновь появилась та самая манящая тьма, Царство Хель, оно скрывалось в темной дотошной бездне. Вокруг слышались голоса мучеников, крики, вопящие и болезненные, от которых некуда было скрыться, а так хотелось бы…. Последний вздох выдался с рыком, затем тело мягко повисло в забвении, голова по инерции откинулась назад, в глазах застыла пелена. -Опять испытываешь то, чего нет? –Хельга мягко обняла девушку, но она была очень бледной. -что прости?-Эрика рассматривала свою названную мать и не понимала, что происходит. -пойдем-Женщина весело улыбнулась и засмеялась так громко, что уши Эрики начало закладывать и даже положенные руки не помогали приглушить ее смех. Хельга тем временем тянула свою бледную руку к девушке, ухватывая ее за платье и таща в неизвестный мир. Рика положила свою руку на ее, показывая свое доверие женщине, но она чувствовала, что это не то, возможно, это не стоило делать. Хельга моментально превратилась в Хельгу, ту самую богиню темного царства, с одной стороны тела тут же слезла кожа, торчало кровавое мясо и оголённые кости, по которым стекала красная кровь, образуя большую лужу, перетекающую под каменный пол, на котором они стояли. -нет, -Эрика попятилась назад, взирая с испугом на саму черноволосую богиню, - нет,-Она понимала, что некать это не выход, Хель была беспощадной ко всем. Костлявая рука богини плотно сжимала кисть девушки. Эрика чувствовала, как силы покидают ее вновь, и в этот раз она просто перестанет существовать, не увидит солнца, светящего с неба, не почувствует ветра, который так ласкал ее при жизни. Сейчас она ощущала лишь холод и слышала эти душераздирающие крики, доносящиеся откуда-то спереди, за спиной богини, которая была непреклонна и лишь улыбалась, встречая новую душу, увлекательно утаскивая к себе. в царство, где горел яркий огонь: Языки пламени окутывающие души, которые кричали в страданиях. Внезапно Эрика ощутила боль в груди, словно в нее пнули или метнуличто-то увесистое. это сковало ее на месте, и нечто откинуло богиню в сторону. Девушка вскрикнула, оставаясь одна в темноте. Боль так и не отступала, наоборот, начала пульсировать все быстрее и быстрее, заставляя дышать прерывисто. Каменный пол начал проваливаться под ее ногами, обрушиваясь с диким шумом, открывая потоки лавы под собой, образуя бурную горящую реку, которая неслась прочь, в новое неведанное место. Рика присела на корточки, рассматривая бурлящий поток, она боялась пошевелиться и утонуть. отколовшийся кусок пола, подхваченный бурным потоком, понес девушку назад, на свет, идущий сверху. Он был лучезарным и резал глаза, боль не позволяла разглядеть что-то, но девушка слышала прекрасное пение, исходящее от этого света, ощущала тепло, чьи-то руки, которые вытягивали ее. Она парила в воздухе, уже не находилась в лаве. лёгкий ветер так настырно играл с её волосами, а губки девушки начали улыбаться, боль стихла, уже ничего не беспокоило, даже грудная боль ушла так же внезапно, как и началась. Валькирия, крылатая женщина на коне, предстала перед ней во всей красе. она обняла девушку и усадила к себе. Эрика прижалась к ее прохладным доспехам и уткнулась носом в ее шею, щекоча дыханием наездницу. Воительница скакала по голубому чистому небу, оставляя землю под копытами своего коня. Девушка видела лишь небо, белые облака и яркое-яркое солнце. Конь бежал по радужному мосту, унося их в мир богов, к самому Одину. Биврест был открыт для новой погибшей души. Ветер раздавался в ушах молодой девушки, она не слышала, что поет Валькирия, но ей так хотелось слушать её прекрасный голос. И вот когда усталому взору Эрики предстал сам страж радужного моста Хеймдалль, одетый в золотые доспехи, дующий в рог, внезапно с неба раздался гром и пробежали молнии, образующие сетку над девушкой. Валькирия не смогла сдержать своего пугливого небесного скакуна, и девушка сорвалась вниз, рассекая воздух своим телом. Облака стремительно оставались сверху, становилось очень холодно. Рика прикрывала свои глаза и открывала вновь, не веря в происходящее с ней. она думала, что это очередной бредовый сон, вызванный агонией от болезни и голода, но она не знала, что за ее жизнь сражаются три стороны. Эрика стремительно падает на землю, не чувствуя боли, слышит лишь знакомые голоса и встает на ноги, как будто ничего и не было, молча перебирает ногами к своему пленному дому, около которого находятся трое и лежит на земле она сама. Дом охвачен едким дымом и ярким пламенем, обрушивается крыша и падают стены, охватывая собой молодую траву, обращая ее в пепел. -ОН ИДИОТ!- срывался на вопли молодой человек, вцепившись в Эрику руками, долбя ее щеки, пытаясь привести в сознание. Сама девушка не ощущала ничего, лишь находилась уже рядом с ним. Присев на корточки, она взяла парня за щеки, заглядывая в его голубые глаза. Он не чувствовал ее, лишь трогал ее тело, заливаясь как волк воем, продолжая приводить ее в себя. Дальше…. Дальше она ничего не помнит, лишь видела их нависшие лица над собой и улыбку Хельги, которая словно ее родная мать, заботливо поила водой пришедшую в себя. -Я рада, что все обошлось,-Говорила она, поглаживая девушку, которая уже лежала на постели в доме Корабельщика. Эрика тяжело вздохнула, понимая, что это был не сон, рассматривая свои руки, которые повредило пламя. –Все пройдет,- с тревогой прошептала она,-Провидец так сказал. –Девушка вздрогнула, услышав про него и сжала свой кулак так, что ногти тут же проткнули кожу. С глаз сорвалась предательская слеза, выдававшая ее беспокойство к происходящему. После своей поправки девушка почти не говорила, не то, чтобы она не могла, просто не хотела, что-то изменилось для нее, пошло не так или просто стало другим для нее, чужим, непонятным. Все чаще и чаше она скрывалась в лесах, минуя любое общение с кем-либо из своего старого окружения. Она начала заниматься травами, помогала людям, которые в этом нуждались и посещала провидца, который строил на нее другие планы, которым было суждено сбыться через некоторое время. Сейчас она жила на опушке темного леса, одна, среди диких животных и природы, никаких людей. Эрика вела свое хозяйство в маленьких сарайчиках, которые построила сама. все, кроме дома, его она нашла после слов провидца. Эта была новая вольная отреченная жизнь без всех. Ей нужно было время, чтобы понять, кто она и что с ней происходит.