Глава 20. Пауза
30 сентября 2018 г., 18:22
Наземникус плохо спал. Он пытался узнать у охранников хоть какие-нибудь новости о Фоксе, но никто ему не отвечал. По-видимому, только Доэрти был на это способен, но он все время находился в другом месте.
Наземникус остался один на один со своим собственным бессилием.
Как это могло произойти? Финниган не должен был оказаться в подобной ситуации.
Охранники провели расследование сразу же, как только Финниган был доставлен в лазарет. По крайней мере Джоркинс отреагировал быстро. Из того, что услышал Наземникус, Коул действительно был невиновен. Если бы все было так просто, Наземникус мог бы заплатить Дарию и сполна отомстить.
Но нет. Им пришлось искать виновника в другом месте. В деле фигурировало имя Джонсона, и Наземникус не понимал почему. Зачем этот парень отравил Финнигана? И главное, как он это сделал?
Еще был тот человек, аврор, который прибыл в тюрьму, менее чем через два часа после нападения на Финнигана. Наземникус опасался, что план его друга раскрылся. Но аврор просто на протяжении нескольких часов допрашивал Джонсона.
Вся тюрьма, казалось, кипела. Напряжение вызывало еще и давление со стороны руководства. Говорили об увольнении Кенсингтона, и Наземникус знал, почему. Некоторые заключенные, особо чувствительные к этой взрывоопасной атмосфере, ожидали возможности поджечь фитиль.
Столовая, закрытая со вчерашнего дня, была вновь открыта для обеда, но надзор усилился: по всей тюрьме охранников стало в два раза больше.
Но ни один из них не мог ответить на вопросы Наземникуса. Они лишь говорили ему возвращаться обратно за стол. Наземникус чувствовал, что вот-вот лопнет от гнева. Он готов был напасть на одного из этих ублюдков, чтобы хоть немного расшевелить их.
— Тебе нужны новости от мальчика? — прозвучал голос рядом с ним. Наземникус отвлёкся от своих мыслей. Это был Захариус, старожила тюрьмы. Не спрашивая, он сел на скамью рядом с ним.
— Никто, кажется, не знает, как он… — проворчал Наземникус, делая глоток воды.
— Он твой друг?
— Мы сидим в одной камере.
— Он твой друг? — настаивал Захариус. — Зачем так о нем беспокоиться, если нет? Конечно, если это не ты ответственен за его состояние…
— Конечно, это не я! — возразил Наземникус.
— Я знаю, это Джонсон. Он признался Доэрти.
— Откуда ты это знаешь, старик?
— Я слышал, как Джоркинс разговаривал с тем аврором, который дважды приходил в тюрьму…
Захариус энергично приступил к поеданию своей куриной ножки. Наземникус немного озадаченно посмотрел на него. Захариус и вправду имел гораздо больше прерогатив, чем другие заключенные! Наземникус всегда думал, что в заявлениях старика полно хвастовства. Но если он говорил правду, он должен знать гораздо больше, чем любой другой заключенный.
— Ты знаешь, как там Финниган? — с надеждой спросил он.
— Да… ему лучше. Фокс проснулся сегодня утром. Кажется, мисс Фадж думает, что ему больше ничего не угрожает.
Наземникус почувствовал облегчение. Тут он внезапно понял, что ничего не ел со вчерашнего дня, и начал уплетать свой кусочек курицы. Финнигану ничего не угрожало? Если бы это было так…
— Во всяком случае, он в хороших руках, — продолжил Захариус. — Мисс Фадж заботится о нем. Она даже отправилась в сектор Повышенной Безопасности, чтобы спасти его.
— В смысле?
— Да, она привела оттуда парня… Одного из приговоренных к пожизненному. Видимо, ей требовалась его кровь, чтобы вылечить Фокса. Тот парень был очень терпелив, держался как надо… Доэрти был в ярости. Ему никогда не нравилось иметь дело с Пожирателями Смерти. В любом случае, похоже, это сработало. Но не ожидай увидеть своего друга раньше, чем через два-три дня, приятель. Он еще слаб.
Наземникус ничего не ответил. Итак, целительница привела заключенного из Повышенной Безопасности, чтобы спасти Финнигана? Это мог быть только Блэк. А это значит, она знала об их отношениях.
Сможет ли она держать язык за зубами? Наземникус надеялся.
— Кажется, сегодня утром мисс Фадж попросила того парня вернуться и снова дать немного крови.
— А что Джоркинс?
— Я думаю, она подключает свое обаяние… Мисс Фадж ведь такая симпатичная! И кроме того, в первый раз этот заключенный был вполне спокоен… Не похож на плохого парня.
— Пожиратель Смерти? — заметил Наземникус.
— Живоглоту он нравится. Ты бы это видел!
— Кому?!
— Коту.
— Тот, что постоянно ошивается в лазарете?
— Да… Его зовут Живоглот. Вчера вечером он пришел в больничное крыло… Там было много охранников, все так суетились, что оставили дверь открытой. Появился Живоглот и пошел прямо к этому парню, так будто это его старый друг! Иногда я говорю себе…
— Что?
— То, что Живоглот не просто так ходит здесь… Я думаю, он ловит крыс в секторе Повышенной Безопасности, чтоб те не попали в лазарет и, не дай Мерлин, заразили кого-нибудь…
Наземникус попытался представить, как кошка идет по коридору, кишащиму дементорами.
— А дементоры? — спросил он.
— Им все равно, это же кот! Дементоры его даже не чувствуют… У меня создалось впечатление, что Живоглот знал этого парня. И он ему нравился. Потому что Живоглот больше ни к кому не подходит, кроме меня и мисс Фадж. Например, ему не нравится Доэрти. И он всегда избегал Флойда, когда тот лежал в лазарете.
— Лежал? — удивился Наземникус. — То есть его выписали?
— Еще в начале недели. Он был переведен в Мунго, потому что его тело было в таком ужасном состоянии, что мисс Фадж не смогла ничего вылечить.
— Флойд не в Азкабане?!
— Э-э… Думаю, он вернулся… Я слышал, как Доэрти говорил об этом…
— Но он не у себя в камере.
— Сейчас он в Повышенной Безопасности. Наконец, я понял…
Наземникус уронил вилку. Разные части головоломки вставали на свои места. Он кажется понял, что послужило причиной недавних событий.
***
На мгновение Изабель задержалась у кровати Фокса. Молодой человек спал спокойно. Он все еще был очень бледен и, вероятно, ему понадобится еще несколько дней для полного восстановления. Перевод Блэка из зоны Повышенной Безопасности был очень полезен с медицинской точки зрения. Хоть Изабель и старалась задерживать Доэрти и Эндрю достаточно долго, чтобы братья смогли как можно дольше побыть вместе, Фоксу предоставленного времени вполне хватило, чтобы прийти в себя. Когда Блэк ушел, его взгляд больше не выражал такую глубокую удрученность, из-за которой ухудшались его физические показатели. Изабель чувствовала отчаяние молодого человека, даже если она не понимала, чем оно было вызвано. Сириус Блэк смог дать Фоксу некоторый боевой дух, который поможет ему быстрее вылечиться. Блэк. Изабель так много слышала о нем, но все это кардинально шло в разрез с первым впечатлением, которое он дал ей. Конечно, сначала Изабель была напугана его уверенностью в себе, силой, которая исходила от него. Блэк не мог вот так легко сопротивляться дементорам. Первоначально она думала, что только бездушный человек способен преодолевать моральные страдания, порожденные этими существами. Но потом она увидела тот взгляд, прикованный к умирающему Финнигану. Даже монстры способны к состраданию… Но то, что Блэк беспокоится о своем брате еще ничего не значит… Изабель больше не знала, что и думать. Она взяла свою сумку и плащ. Фокс проведет вторую ночь в лазарете. Ей больше не обязательно было оставаться здесь, слоняясь по кругу. Ей был нужен хороший сон на нормальной кровати. В любом случае, сегодня дежурит Эндрю. А операционная, превращенная в личную комнату Фокса, сверху донизу была окутана заклинаниями. Он не сможет сбежать. Кинув последний взгляд на молодого человека, Изабель покинула лазарет, пересекла двор, зашла через служебный вход в первое здание тюрьмы и вышла в вестибюль. Причалив к берегу, паром ждал постепенно прибывающий тюремный персонал. Штурман любезно помог Изабель подняться, и она села на одну из деревянных скамеек рядом с поваром, который улыбнулся ей во все тридцать два зуба. Она коротко улыбнулась ему в ответ и отвернулась. Изабель не хотела сейчас с кем-либо разговаривать. Если раньше она предпринимала довольно неудачные попытки завязать разговор со всеми этими людьми, сегодня она предпочла бы остаться незамеченной. Изабель очень устала. Она совсем не могла уснуть накануне вечером, сидя в своем кресле, которое служило ей подобием кровати. Но в основном она была истощена не столько физически, сколько морально. Изабель так боялась за жизнь Финнигана… Он был так рад, когда она привела к нему Блэка. Блэк и Фокс были братьями. Она нахмурилась. Если они были братьями, то какую роль тогда играл Фокс в их семье? Был ли он Регулусом Блэком, или у одного из их родителей был еще один ребенок? Единственный брат, о котором нам известно, мертв. Убит Пожирателями Смерти. Орион Блэк был настолько подавлен, что не смог справиться с потерей своего младшего сына… Слова отца никак не давали Изабель понять, кем же на самом деле был ее пациент. Был ли Фокс Регулусом? Был ли он раскаявшимся Пожирателем Смерти, приговоренным к смерти Тем-Кого-Нельзя-Называть? И если да, то почему он сейчас находился в Азкабане? Финниган — Пожиратель Смерти… Эта мысль беспокоила Изабель. Если это было действительно так, если Фокс действительно был Регулусом Блэком, то тот факт, что он изменил свое мнение, не мог заставить Изабель избавиться от неприятного чувства горечи. Она всегда думала, что оступившиеся люди могут искупить свои грехи. Но Пожирателями Смерти, в большинстве своем, не становились просто так. Они должны были быть преданы Темному Лорду… Как Фокс мог быть введен в заблуждение подобной идеологией? Но на самом деле, правда скрывалась в том, что Изабель просто отказывалась принимать темную сторону молодого человека. Разве она практически не простила Фоксу жестокость, которую он проявил к Флойду? Нужно было срочно возвращаться в реальность. Изабель должна видеть Фокса таким, какой он есть на самом деле.***
Люпин задумчиво расхаживал по берегу. Он поменял свою грязную зеленую форму на видавшую лучшие времена мантию. Люпин никогда не купался в золоте, но его финансовое положение уж слишком быстро ухудшалось… Снейп презрительно наблюдал, как он бродит, словно лев — волк! — в клетке. Северус помнил Люпина, как довольно уравновешенного парня, не очень экспрессивного по сравнению с его двумя придурковатыми друзьями, Блэком и Поттером. Поэтому сейчас то, что он так нервничал, очень раздражало Снейпа. Им всего-то нужно было подождать паром несколько минут, прежде чем их доставят в тюрьму… — У тебя закружится голова, Люпин, — наконец сказал Северус. Люпин внезапно остановился и резко засунул руки в карманы. — Я не уверен, что мне стоило слушать тебя… — Прекрасно! А теперь откажись от единственной возможности помочь своему дружку! — Ты не дал мне достаточно доказательств невиновности Сириуса Блэка! Люпин назвал Блэка по фамилии. Его злоба, должно быть, еще не прошла, что могло объяснять столь яростное нежелание помогать… — Ты всегда можешь отказаться, Люпин, — саркастически заметил Снейп. — Это будет не первый раз, когда ты отвернешься от своего друга. — О чем ты говоришь?! — резко ответил Ремус. — Ты подвел его, просто признав официальную версию, не пытаясь разобраться во всем этом дальше… Чего бы никогда не сделал настоящий друг. На мгновение Снейп подумал, что Люпин собирается прыгнуть на него. Его рука сжала палочку в кармане. — Что ты знаешь о дружбе, Снейп… — устало сказал Ремус. — Разве ты рисковал чем-нибудь ради другого человека? Ты ничего не знаешь о дружбе, ты не знаешь, каково это быть преданым тем, кем ты дорожил больше жизни… Теперь настала очередь Снейпа нервничать. Нет, он не знал. Он всегда был одинок. Он никогда не рассчитывал ни на кого, кроме себя самого, и никогда не рисковал… На ум ему сразу пришло два человека. Один из них был Регулус, но Снейп сразу же отмахнулся от этой мысли. Он не был другом Регулуса и никогда не будет. Северус просто вносил свой вклад в общую идею, только и всего. Паром наконец причалил. Люпин сел на скамейку, и Снейп решил сесть напротив. Это было более приемлемо, чем сидеть рядом с ним. Он не хотел даже касаться этого гибрида… — А теперь? — Мы отправимся на остров. Предупреждаю, это очень неприятная поездка. Но больше нет никакого волшебного способа приблизиться к Азкабану. Даже портключа. Затем мы пройдем серию проверок, отдадим палочки, и нас отведут в зал для свиданий. — У меня нет палочки… Снейп удивленно посмотрел на Ремуса. Тот устало взглянул на него в ответ. — Нет палочки… почему? — Я не использую ее. Какой толк пользоваться ей в мире маглов? Я садовник. Мне не нужна палочка. — Садовник? — Травология все-таки пригодилась мне… Снейп не ответил. У него появилось странное ощущение, что в Люпине что-то сломалось. Он искренне надеялся, что Регулус не ожидал от него слишком многого. Потому что Люпин, похоже, был абсолютно бесполезен.***
Переправа была ужасной. По крайней мере Ремус утешал себя тем, что Снейп больше ничего не говорил. Казалось, он изо всех сил боролся с тошнотой, как и сам Ремус, который очень хорошо чувствовал гнилой запах, поднимающийся из трюма. А холодные, бушующие морские волны заставили его продрогнуть до самых костей. Ремус долго колебался прежде чем приехать в Азкабан. Уверенный взгляд Снейпа, все его утверждения и аргументы, погружали Ремуса в ужас. Сириус был невиновен? И Регулус, живой Регулус, пытался вытащить его? Было так много несостыковок… Во-первых, когда это Сириус помирился со своим братом? Разве между ними не было противостояния на протяжении всего их обучения в Хогвартсе? Кроме того, Регулус был Пожирателем Смерти. То, что он в конечном счете отвернулся от Волдеморта, еще ничего не значило. Даже среди других Пожирателей находились те, кто недолюбливал Темного Лорда, как предводителя. И Регулус вполне мог остаться при своей идеологии. Что касается невиновности Сириуса… Ремус правда хотел верить в это. Предательство друга — это как нож в спину, рана от которого не заживала уже многие месяцы. Но кто же тогда был предателем? Ремус мог думать только о Питере. Он не мог поверить, что это был Питер. Устав ходить по кругу с собственной неопределенностью, Ремус, наконец, решил принять участие в деле и отправился в Азкабан вместе со Снейпом. — Не вздумай блевать на меня, Люпин! — угрожающе сказал Снейп. — Или я выкину тебя за борт! Лицо Снейпа, такое же зеленое, как и у самого Ремуса, исказилось в гримасе отвращения и не упустило возможности лишний раз съязвить. Наконец, паром доплыл до берега. Они сошли с него вместе с еще одним волшебником, который посетил остров в эту субботу. Их встретили два охранника, которые тут же начали досмотр. Люпин счел эту операцию особенно неприятной. Он почти забыл, что в этом месте магия работает по-другому, отчего возникают довольно неприятные ощущения по всему телу. Далее он последовал за Снейпом в темное здание по каменистой дорожке. После очередной проверки Снейп назвал имя заключенного, которого они хотели бы видеть. И Ремус сразу понял, что здесь было что-то не так. Охранник, который выполнял роль портье, внезапно засуетился. — Чего вы там копаетесь? — как всегда любезно спросил Снейп. — Есть небольшая проблема, — сказал сотрудник. — Какая? — тон Снейпа был таким же холодным, как и окружающий его воздух. — Мистер Фокс находится в лазарете… — Почему? — На него напали… Если вы подождете немного, я посмотрю, чем смогу помочь… Охранник поднялся и подошел к двери в задней части зала. Ремус и Северус переглянулись. — Это не добрый знак, да?.. — неуверенно спросил Ремус. — Я знал, что этот идиот попадет в беду! — пробормотал Снейп. — Когда ты диссидент среди Пожирателей Смерти, конечно, самое лучшее решение — это отправиться в Азкабан… Ремус удивленно посмотрел на него. Было ли в словах Снейпа беспокойство? Он прекрасно смог скрыть его в своей интонации, но кое-что все же выдавало его: нервный жест кончиками пальцев, шея немного втянутая в плечи, словно чтобы противостоять предстоящему удару, легкий румянец, заигравший на его щеках. — Финниган Фокс все еще в лазарете, — сказал охранник, возвращаясь к ним. — Но его жизни больше ничего не угрожает. — Что с ним случилось? — Проводится расследование. — На него напали? Кто? — Я не могу ответить вам. Все, что я могу сказать, это только то, что разборки между заключенными являются обычным делом в Азкабане, и как правило не имеют никаких последствий… — Никаких последствий?! — воскликнул Снейп, немного потеряв самообладание. — Попасть в лазарет — это вы не считаете последствиями?! — Нет, я не говорил этого… Просто на этот раз дело было действительно серьезное, но теперь все в порядке. Мистер Фокс отдыхает… Без сомнений, вы сможете увидеть его на следующей неделе. — Не раньше?! — Вы можете написать ему, он может ответить вам… Но мы не передаем задержанных из лазарета в зал для свиданий. Если он там, то только потому, что он сейчас не в состоянии самостоятельно передвигаться, иначе его отправили бы обратно в свою камеру… Охранник внезапно покраснел, понимая, что его слова точно не успокоят посетителя. Действительно, Снейп выпрямился, готовясь выбивать из него все возможные объяснения. Ремус никогда не видел, чтобы он так беспокоился о ком-либо. Неужели между Снейпом и братом Сириуса завязалась дружба? — Вы говорите, что все в порядке?! — в ярости воскликнул он. — Да, он не может встать с кровати, но в целом он в порядке! — Он немного слаб, он восстанавливается… — повторил сотрудник, побледнев. Краем глаза Ремус увидел, как несколько охранников начали медленно приближаться, готовясь достать палочку. Он схватил Снейпа за руку. — Достаточно, Северус… Мы встретимся с ним на следующей неделе. — Да, если он не отбросит коньки раньше! — Этого не произойдет, все меры безопасности принимаются в интересах заключенных! — запротестовал охранник. Круг охранников стал немного ближе. Ремус дернул Снейпа за руку. — Прекрати, мы напишем ему! — настаивал Ремус. — Отпусти меня! — крикнул Снейп, внезапно поняв, что его трогает оборотень. — Отлично. Мы напишем. Но обязательно сообщите ему, что сегодня приходил его друг. И я предупреждаю вас! Если с ним еще что-нибудь случится, я устрою вам много, много неприятностей! Снейп повернулся на каблуках и последовал за Ремусом к выходу из тюрьмы, буквально излучая ярость.***
Изабель наконец приняла предложение Джоркинса и взяла отпуск. Как только она прибыла в лазарет этим утром, сразу же подошла к постели Фокса. Эндрю заверил ее, что пациент хорошо спал. Это легко читалось на лице самого Финнигана. Он поблагодарил ее с обезоруживающей искренностью и излишней теплотой в голосе, поэтому Изабель окончательно успокоилась. Она быстро покинула лазарет и отправилась в сектор Повышенной Безопасности. Там целительница провела больше часа, осматривая заключенных первого уровня. Доэрти категорично заявил, что не допустит ее ко второму. В конце концов у Изабель испортилось настроение, по большей части из-за дементоров, и она решила не спорить с охранником. Когда она вернулась в лазарет, то встретила Джоркинса. Он с некоторым беспокойством посмотрел на нее и предложил взять отгул. — Вы будете бесполезны, если в конечном счете заработаете депрессию, — утверждал он. Изабель согласилась. Уйти из Азкабана было ей только на руку. Кроме того, у Изабель было свое неотложное дело, а Эндрю и Джоркинс могли вызвать ее в любое время, если понадобится. Паром должен был уже причалить к понтону, ожидая возвращения субботних посетителей. Джоркинс предлагал Изабель воспользоваться его камином, но она предпочла немного освежиться. Ей всегда нравилось плавать на пароме. Она спустилась по тропинке к морю. Было еще целых полчаса до отплытия, и, тем не менее, паром не был пустым. На деревянных скамьях сидели два волшебника. Она подошла к судну, принимая руку штурмана, и села, краем глаза изучая двух других пассажиров. Первый, высокий и худой, имел довольно неприятный внешний вид. Его строгое лицо казалось еще более некрасивым из-за явного гнева, который можно было почувствовать просто сидя рядом. Другой имел почти такое же телосложение. Молодой, как и первый, но с более измученным видом. Этому человеку явно пришлось через многое пройти. Они сидели лицом к лицу, и у Изабель сложилось впечатление, что они прибыли вместе, несмотря на очевидное презрение, которое испытывали друг к другу. Это было довольно любопытно. — Уже уходите, мисс? — удивленно спросил штурман. — Директор предложил мне немного отдохнуть, — объяснила Изабель. — Последние дни выдались сложными. Небольшой отдых вам не помешает. — Действительно. Один из двух волшебников, который выглядел старше своего возраста, посмотрел на Изабель, и она перехватила его взгляд. Она послала ему дружескую улыбку и вернулась к созерцанию волн. Изабель было интересно, к кому приходил этот человек: к родителю? Другу? Жене? Нет, на нем не было обручального кольца. И почему он был на пароме вместе с этим, казалось бы, неприятным волшебником, когда время посещений еще не прошло? — У меня сейчас только один пациент, и он поправляется, — продолжила разговор Изабель, обращаясь к штурману. Она увидела, как два волшебника одновременно повернули к ней головы. Изабель покраснела, смутившись такого внимания к своей персоне. — Вы имеете в виду Финнигана Фокса? — спросил неприятный волшебник. — Да, — ответила Изабель, застигнутая врасплох. — Это он… — Мы приходили к нему, — сказал второй волшебник. — Но нам сказали, что он лежит в лазарете… Как думаете, ему лучше? — Да, он в порядке. Возможно, завтра его выпишут… Вы его друзья? Если это было так, то понятно почему первый волшебник был так разгневан. Двое мужчин переглянулись, словно посоветовавшись друг с другом. Изабель не поняла, почему этот вопрос оказался для них трудным, и это заинтриговало ее. — Скажем, он друг нашего знакомого, — сказал усталый волшебник. — Мы пришли к нему поговорить… И были немного потрясены, узнав, что он в лазарете. — Он пытался защитить другого заключенного от человека с довольно неустойчивым характером… И стал жертвой мести. Но сейчас мистер Фокс в порядке, будьте уверены. Двое мужчин обменялись новым взглядом, но не ответили. Поскольку ни один из них, казалось, не хотел продолжать разговор, Изабель решила погрузиться в свои мысли.
