Теряясь

Эта властная, целеустремленная женщина вошла в дом. Её уверенные шаги, целеустремленный взгляд, и холодная улыбка на лице говорили о многом. Например, об успешной карьере, замужестве, силе. Онью она кого-то напоминала, но все же он не мог вспомнить кого. Она села на диван, Нал мгновенно изменился: он стал суетиться, нервничать, парень уже быстро приготовил напитки для нее. -Жилан, о чем ты хочешь поговорить? Жилан? Знакомое имя… Китайское… Жилан, Жилан, Жилан, Пак Жилан. Все, вспомнил. Пак Жилан – дочь китайского миллиардера, который разбогател, начиная продавать бутерброды, которые делала его жена (кстати, она из Кореи), и постепенно сделав это своим бизнесом. Эта женщина – старшая дочь в этой семье, она занимает 50-е место в списке успешных женщин Кореи, замужем за простым менеджером, имеет дочь, именно скорее всего это та, которая сидит сейчас на кухне. И Пак Жилан – сестра Нала. Кажется, она явно не давала спокойно жить в детстве, т.к. Нал очень ее боиться. -Подожди, дай я посмотрю на того парня, — она показала на Онью, — ты кто? — Меня зовут Ли Джинки, приятно познакомится, — Онью попытался сделать на лице приятную миму, но эта попытка была растоптана, Жилан отвернулась от него и повернулась к брату. -Так ты сейчас с ним? – ее глаза о многом говорили, именно сейчас они показывали то ли напряжение, то ли интерес ко всему, эти черные глаза скрывали многое. — А, нет-нет, не волнуйся, сестра, — Нал все таки с боязнью говорил это. — Тогда хорошо, тебе сколько лет? 25? Ты знаешь, что это время для женитьбы? Ты до сих пор не ходил в армию, — каждые ее слова были все тверже и раздавались басом в душе каждого в этой комнате, — посчитай, пока ты сделаешь ребенка, продашь это никчемное здание, начнешь свой бизнес, много времени пройдет, — предложения все сильнее и сильнее звучали в голове. Лицо Нала было озабоченно чем-то, он смотрел в пол, молодой бармен был в гневе, его руки сжались в кулаки, это явно была его больная тема… — Сестра! Пожалуйста, хватит! – Нал уже кричал, он готов был заплакать. «Только не наговори лишнего, — мысленно просил Онью, не говори! Прошу». Ему было знакомо чувство парня, и в такой ситуации он всегда говорил лишнего, хоть Нал был и старше него, но по развитию он явно был младше, у него разум ребенка. И, так как это — ребенок, он может сделать любую глупость, не подозревая об этом. Ну, что поделать, это бывает с каждым, но не каждому это прощается. — Прости, я соврал! Мы с ним встречаемся! Я же просил, не говори лишнего! Но ты!!! И как-всегда для показухи ты просто обязан меня поцеловать на глазах других, о да, так и есть, — думал Онью, и, не додумав, был прав: Нал уже приложил свои губы к нему. Ах, как же Онью скучал по этим губам, персиковые, с привкусом чего-то сладкого, но в тоже время такие мужественные, именно этого желал Онью. Ему надоело всю инициативу брать на себя, как же хочется иногда побыть невинной овечкой… Реакция Жилан не заставила ждать: она сначала на всю это смотрела с любопытством, как смотрит студент биологического университета на лягушку. Девушка вставила и вышла на кухню. Нал медленно отошел от Онью, оба молчали. Опять неловкий момент. Эти двое не решались смотреть друг другу в глаза. Они стеснялись. Это прекрасное чувство, между ними начинало что-то зарождаться, или просто показалось? Через секунду она вышла с дочкой. -Мы уходим, надеюсь, что ты поменяешь свое мнение. Ты должен понять, что я стараюсь только для тебя, ты – мой единственный брат, запомни это, — она старалась улыбаться. Хоть Жилан и была властной, но она была женщиной. Женщиной со своими собственными чувствами. Она стала такой холодной из-за условий, которое ей установило общество, и, когда смотришь на Нала, то он кажется солнечным, таким теплым, что ты готов зарыться целиком в этой теплоте. Наверное, сестра заботилась тайно о своем брате. А Нал для нее так молод, что она еще не хочет смириться с его мнением, — я приду завтра с Долли. Они обе вышли, Долли махала своей ручкой им на прощанье и улыбалась своей детской улыбкой. За дверью их ждал черный Бентли. Все таки, это шикарная машина. Дверь захлопнулась, и они опять вдвоем. Нал хотел что-то сказать, но телефонный звонок не позволил ему это. Это был телефон Онью. Онью посмотрел, кто это звонил. На экране высветилось лицо Ки. Наверное ищет его. Нехотя, Онью взял трубку. И тут раздался звонкий голос Ки, разрубающий все вокруг. — Хей, хен! Ты где?!! Ты знаешь, сколько раз мы тебе звонили? Приезжай, мы волнуемся! Пока сам Онью не готов был принять тот самый факт о МинХо и Тэмине, а точнее их разговор. Он не хотел пока возвращаться в общежитие. Посмотрев на лицо Нала и поразмыслив, он сообщил, что возьмет небольшой перерыв. И в ответ ему были лишь гудки. -Что произошло? – Нал был встревожен, но Онью успокоил его лишь своей улыбкой. — Подожди, так мы уже с тобой встречаемся? И вот они снова вспомнили этот небольшой конфликт. Их лица покраснели, надо же было это вспомнить. — Эээээ, а ты не против? – молодой бармен, неуверенно попытался посмотреть в глаза своему собеседнику. Онью все равно почему-то был счастлив, это его немного встревожило. Нал – парень, с которым он знаком несколько часов, но такое чувство, что они знакомы вечность. Ай да ладно, чего терять? Если развлекаться – то по-настоящему, и у него есть перерыв. Отдых, и причем моральный – большое наслаждение. Чего ты ждешь? Вперед! — Пока нет, — Онью лукаво посмотрел на молодого человека. И вот то, чего он так ждал, лучезарная улыбка его новоиспеченного парня. И они отпраздновали это событие невинным поцелуем, главное – чтобы ничего не случилось… А в этой жизни возможно абсолютно все. Зря об этом думал Онью, этого только отягчало его внутренний груз, что это слишком быстро и слишком удачно. Он был уверен, что его судьба не допустит, чтобы он был счастлив. =В это же время= — Что??? Отдых? Перерыв?— раздавался гневный крик Ки. Четыре парня сидели в гостиной, у них были взволнованные лица, — ты пропал на ночь, мы звонили, ты не брал трубку! А потом заявляешь, что тебе нужен отдых! А нам как-будто не нужен! – Ки по-настоящему злился, потому что он очень переживал уход лидера ночью из дома. Это было неожиданно, ведь все участники группы всегда делились своими переживаниями. Это было как небольшое предательство со стороны Онью. — И все таки, из-за чего ушел Онью? – продолжил Ки, МинХо и Тэмин посмотрели друг на друга, а Джонгхен все так смотрел на Ки, — менеджеры уже знают об этом, если об этом узнает директор, нам не поздоровиться. — Тогда что нам делать? – негодующе спросил Блинг? – все рассказать? — Не надо, пусть пока денек-другой где-нибудь перекантуется, а по истечению этого срока, мы уже будем его искать, — ответил Ки, — у него в телефоне установлена программа, помогающая найти его в любом месте, он точно не уйдет далеко, и мы найдем его. А пока будем говорить, что он заболел. Все на это согласились, было очень трудно противостоять Диве, но пришлось, потому что пока только он мог взять на себя временные обязанности руководителя. Все разошлись по комнатам, кроме Тэмина и МинХо. -Это мы виноваты, — начал разговор Тэмин, — но как он узнал о нашем разговоре? — Мы пока не знаем, почему Онью ушел, может быть есть другая причина, надо подождать. Сказав это, МинХо ушел первым, и вслед за ним Тэмин. «Что же сейчас делает Онью?» На этот вопрос у Тэмина не было ответа. =В это же время= — Так значит, мы между нами ничего не было?! – у Онью сейчас было очень удивленное лицо, когда он узнал о подробностях времени после коктейля. — А вот так, когда ты отрубился, я отправил тебя к своей племяше, ты ее развлекал, — с убийственной улыбкой рассказывал Нал, моя посуду в раковине, в то время как Онью завтракал, — и это не удивительно, что ты ничего не помнишь. Ты просил коктейль покрепче, и нечего его было пить, если ты не знаешь о его свойствах, сам виноват. -Хорошо, я сам виноват, но каким образом я развлекал ее? – Онью уже приготовился к самому страшному. — Ты был ее конем, принцем, принцессой, а также подушкой, — еле сдерживая смех, говорил Нал, — а потом, когда она от тебя отстала, ты решил пройтись до ванной, где и тебя вырвало. И все это время я пока работал, ты умудрился посидеть в пустой ванне. — Зря я это спросил… — Подожди, дай докончу, — Нал все еще хотел продолжить свой небольшой рассказ, — так вот, и в конце концов мне пришлось кое-что сделать, и в итоге ты все равно оказался в моей кровати. Онью все еще был в шоке: он был игрушкой в руках девочки, он как-то перемещался по незнакомому дому. Хорошо, спрашивать про дело в ванной не буду, иначе еще хуже будет.