Разделенные: два имени для одного. Часть 1

Итак. Говорю сразу, что ЛЮБОЕ совпадение с сюжетом Наруто или любые герои с их характерами не имеют к моей работе никакого отношения. Я вообще это аниме не смотрел хд Магическая Академия Бротес находилась в другом измерении. Здесь погода не зависела от того, какой она была в Бротесе. Жизнь столицы мало пересекалась с течением жизни в учебном заведении. Но с приходом войны даже измерение Академии претерпело изменения. Над пиками старинных величественных зданий то и дело вились темные тяжелые тучи, нависая над пространством внизу и грозясь раздавить своей мощью. На улице почти никого не было, студенты находились внутри зданий, ведь дни шли, и раненых магов с каждым разом прибывало все больше. Это только угнетало разумных. Многие не доживали до следующего утра, кто-то находился в забытье и не реагировал на окружающую реальность. Настал тот момент, когда на войну ушли все старшекурсники, и теперь в Академии находились только студенты первых, вторых курсов и часть третьего. Инту это сильно не устраивало, он больше всех рвался в бой, чтобы принести хоть какую-то пользу. К роганту пусть идут все понятия о блуждающем духе, дракон просто хотел быть полезным. И его раздражало то, что он сидел в закрытой Академии под боком у боевых магов, что, возможно, по ту сторону границ сражались и умирали каждую минуту, лишь бы Академия выстояла. Виаш не спорил с братом, ибо знал, что бесполезно. Да и ему самому не нравился расклад. Он хотел быть рядом с теми, кого любил. С Интой, с друзьями. На войне Дэль и Ррон, как они там? Виаш покачал головой, поймав себя на мысли о том, что слишком часто думал об истинном. Они расстались, по вине Ррона или нет, но все кончено, так сказал Инта. Младший близнец нахмурился, подняв голову и посмотрев на своего брата, который что-то говорил Оссте и Гротэхлагу. Те согласно кивнули и отошли от дракона на расстояние нескольких метров. Так Инта тренировался уже достаточно долгое время. Он просил парней атаковывать его, и те соглашались. Виаш тоже принимал участие, но сейчас он взял перерыв, чтобы собраться с мыслями. Из корпусов Академии недавно вынесли порядка сотни носилок с теми, кто ушел к черному океану и не вернулся. Почивших хоронили посредством сжигания на погребальных кострах, никак иначе. Дым от костров затемнял небо, скрашивал тучи в угрюмые серые оттенки, и от этого на сердце становилось только тяжелее. Виаш вздохнул с облегчением, когда на территорию Академии через магический портал пришли Нирвэрдаэль, Мота и Мэтьмор. Дракон, хоть и был целыми днями занят тренировками и усмирением одного на двоих дракона, но все же впускал в свою голову мысли о родственниках. Земли Немиантрии оставались пока что нетронутыми, поэтому Виаш не беспокоился сильно. Но окончательное облегчение пришло, именно когда родственники возникли у портала. Близнецы тут же кинулись к пришедшим, и Нирвэрдаэль, не сдержавшись, всхлипнул и прижал к себе внуков. Мэтьмор не стал ждать, чтобы обнять парней, поэтому просто сжал их вместе с эльфом, как и Мота. И лишь когда минутные объятья закончились, к разумным вернулась способность говорить. - Где Дэль? – Нирвэрдаэль огляделся в поисках старшего внука, и близнецы как-то сникли. Как сказать мужчине, что парня забрали на войну? Как вот ему это сказать? Очевидно, Мэтьмор все понял по глазам парней, поэтому сжал губы в тонкую полоску, тяжело вздохнув и посмотрев по сторонам. - Его забрали, - тихо проговорил Виаш, смотря долгим взглядом на деда, а тот будто не понимал, о чем говорил дракон. Или отказывался понимать. - Забрали? Куда? - Туда же, куда и всех старшекурсников, - ответил за брата Инта, взяв Виаша за руку. – На войну. Мы ничего не знаем о них, поэтому не сможем ответить на все твои вопросы. Нирвэрдаэль открыл рот и пораженно посмотрел на ребят. Услышанное потрясло его, и эльф уже хотел что-то сказать, но Мэтьмор положил руку ему на плечо, сжав его: - Я пойду на войну и найду там Дэля. Он жив и невредим, это я тебе гарантирую, Нирвэрдаэль. Эльф лишь прикрыл рот ладонью, зажмурившись, будто от яркого солнца, и Виаш заметил слезы в уголках его глаз. Поэтому тут же обнял мужчину, чувствуя, что к нему присоединился Инта. Братья дарки и Осста с Гротэхлагом стояли в стороне, как и Бримэль. Но вот последний сделал несколько шагов вперед и приблизился к Моте: - Где мои родители? Они с вами? - С ними все хорошо, - Мота улыбнулась, но Бримэль уже заметил, какой уставшей была женщина. – Они пришли вместе с нами, но остались в Бротесе. Там необходима помощь, и Банэрдэль остался, а с ним и твоя мать. Но они знают, что ты здесь в безопасности. - Мота, - губы Бримэля чуть заметно задрожали. – Диса ушел на войну. Они вместе с Рроном ушли, и теперь никаких вестей. Нас не берут туда. - Вас и не должно быть там, - твердо сказал Мэтьмор, посмотрев на парня. – Лергрротакс все еще на территории Дрывранга, но то, что произошло на Нилиманте и Урвинаксе, не поддается даже осмысленнию. - А что в Урвинаксе? – рядом с эльфами тут же возникли Орьмал и Мирьхэ, заинтересованно заглянув мужчине в глаза. – Что там? - От магов, что встали на защиту наших лесов Жизни, были обрывки информации о том, что отряд боевых магов попробовал облегчить ситуацию в Носфере. И ни один из них не вернулся. Дарки больше ничего не спрашивали. Они лишь опустили глаза и молча отошли обратно туда, где стояли до этого. Здесь, в Академии, ни одна раса не обвиняла другую в том, что делали их соотечественники под влиянием гипноза. Все и так было понятно, что в том не было вины попавших под влияние. Но это не означало, что сами братья дарки не испытывали неловкость за свой народ. Мэтьмор не стал задерживаться в Академии. Побыв с близнецами лишь ночь, на рассвете он ушел, и охранники у магического портала пропустили его, услышав его намерения. Инта даже позавидовал мужчине. - Он найдет Дэля, обязательно, Нирвэрдаэль, - утешала Мота мужчину, сидя с ним на кровати близнецов. – Ты ведь знаешь, что может Мэтьмор. - А что он может? – Виашу стало любопытно. Он многое знал о Мэтьморе, но наряду с тем многого мог и не знать. Мота посмотрела на него, а затем на Инту и Бримэля. Эльф был постоянно с братьями, ибо после ухода Дисы чувствовал себя настолько раздавленным, что ни дня не проходило без слез. Парень остро ощущал, что война делала его слабым мальчишкой, который до ужаса боялся за жизнь своего истинного. Но нити истинности между ними по-прежнему были хорошо натянуты, значит Диса был жив. - Мэтьмор уникальный мужчина, который однажды послужил на благо Орртракса, - ответила женщина, смотря на парней. Замолчав на несколько секунд, они продолжила. – Когда Мэтьмор был еще студентом и учился в Академии лекарскому делу, дикие напали на леса Жизни в пределах Орртракса, уничтожив несколько. Как известно, леса Жизни являются неприкосновенной святыней, но дикие собрали внушительных размеров отряды, они никого не пускали к тем территориям, которые захватили. Это сейчас их лишают магии, а тогда это не практиковалось. И Мэтьмор, узнав об этом, вызвался добровольцем. Я опущу моменты того, что брат придумал стратегический план по отвоевыванию территорий лесов, но в конечном итоге все получилось. И сам Император наградил его почетной медалью за отвагу и предложил пост мага в своих рядах. Но Мэтьмор отказался и вернулся в Академию. По законам драконов его не имели права заставлять. Мэтьмор закончил учебу и спустя несколько лет вернулся в Немиантрию, где живет до сих пор. Вот такая история. - Мэтьмор был награжден Императором? - Да. Он очень сильный маг, это впечатлило тогда многих. И его добровольность тоже. Инта присвистнул. Он узнавал все новые и новые грани мужчины, которого он знал с самого рождения. Спокойный Мэтьмор, что ни разу не рассказывал о своей прошлой жизни, неужели он такой на самом деле? Кроме того, ужасный скромник. - А кто такие дикие? - Изгнанные из подданства или же те, кто забрели на иные территории и сошли с ума. - Иные территории? - На каждом континенте сокрыто множество секретов, ребята, - проговорила Мота со вздохом, а после погладила Нирвэрдаэля по спине. – Предлагаю не сидеть просто так, а помочь лекарям с ранеными. Мужчина поддержал слова женщины, и они бы ушли сразу же, если бы Бримэль не обмолвился о том, что близнецы способны принять истинную форму. К слову, на родственников истинная ипостась близнецов произвела неизгладимые впечатления, и Нирвэрдаэль еще долго не мог поверить, что это его мальчики, которых он помнил совсем крохами, ковырявшимися ложками в каше. И в тот момент Виаш понял вдруг, что это было так давно, чтобы он сам об этом помнил, но совсем недавно, если исходить из возраста драконов. Помогая лекарям, Нирвэрдаэль немного забылся, а Мота, занимаясь любимым делом, старалась как можно больше облегчить страдания раненных магов. Большинство ранений были получены при помощи магических атак и просто так не заживали. Они кровоточили, гноились и нарывали, причиняли боль и дискомфорт, жар. Но пока что запасы Академии позволяли оказывать всю необходимую помощь. В таких условиях минуло еще два месяца после начала войны, когда Лергрротакс впервые объявился в Нилиманте. К слову, за то время мнимого затишья, что воцарилось вокруг, Нилиманта была оцеплена завербованными дарками и феями, что дни и ночи тренировались, а часть из них удерживали границу гигантского купола, который не позволял проникать никому извне. Это существенно затрудняло дальнейшие действия магов в отношении государства, ибо там остались ценные знания фейской расы. Спасшиеся феи уже почти потеряли всякую надежду. Лергрротакс не стал медлить, когда погребальные костры стали регулярным занятием на территории Бротескарда. Собрав армию из орков, дарков и фей, дракон, вопреки ожиданиям Орртракса, отправился совсем в другую сторону и напал на Штонс. Наги, что до этого объединили силы с другими разумными, выдержали первоначальный натиск врага. Но все начало постепенно меняться, ибо нацеленные на гипноз дарки вербовали своего противника, перегруппировывая его по другую сторону баррикад. Лергрротакс разделял состав своей армии, исходя из отдельных рас. Орки, плохо подверженные гипнозу, но послушные от того, что никто из них не хотел испытать на себе магию крови, были тяжелой силой с оружием, с катапультами и сооружениями для осады стен, которые воины переправили к Штонсу. Орки были прекрасными воинами, Лергрротакс знал об этом, когда собирал армию. Дарки были нужны для вербовки врагов из основного состава армии, ибо управляли орками. Разумные всецело подчинялись своему нынешнему хозяину и исполняли любой его приказ. Феи же, подвергшись мощному гипнозу Лергрротакса, обезумели и вообще потеряли инстинкт самосохранения. Они без зазрений совести кидались на боевых магов, грызли глотки и применяли запрещенные магические техники, подправив это все секретными фейскими рецептами. Кристаллы, что давали свет, можно было растереть в порошок и ссыпать в кожаный небольшой мешок, добавив фейскую пыльцу с кончиков крыльев и несколько минералов. Все это давало такую гремучую взрывную смесь, что первые же ворота, которыми планировали остановить армию в Штонсе, разлетелись в разные стороны. Еще феи были полезны тем, что могли летать, и от этого в армии Лергрротакса имелись атаки с воздуха. Четвертой категорией воинов являлись боевые маги разных рас, именно те, что были завербованы дарками в ходе нескольких сражений. Позже к ним применил гипноз уже сам Лергрротакс, ибо маги были все же опытными воинами. Просто никто не ожидал настолько масштабной войны. Орки, владевшие погодной магией, сутки напролет исполняли приказ Лергрротакса по иссушению океана. Та береговая линия, что была изначально, расширилась. Теперь орки могли продвинуться на несколько десятков метров вперед. Война только началась, а мир Урроны уже нес такие потери. И хоть среди армии дракона тоже имелись потери, разве можно было их сравнивать, исходя из того, что «свободные места» восполнялись завербованными магами? Собрав срочные переговоры с государствами Немиантрией и Штонсом в тот момент, когда первая стена обороны Штонса из четырех была разрушена, Конррвитаэн предложил объединить армии и сосредоточить основной ее состав именно там, где велись полномасштабные сражения. Ибо до этого каждый сам охранял свое государство, и соседи только приходили на помощь. Поняв стратегию старшего брата, Император изложил собственные мысли на совете: - Лергрротаксу нужен только Орртракс. Но атакует он его в последнюю очередь, ибо сейчас он вознамерился подчинить себе все государства, одно за другим. - Не бывать тому, - Глава Штонса, наг Иссла, ударил ладонью по столу, таким он был сейчас нервным. Наги по природе своей были спокойными существами, но Штонс уже атакован, и Иссле это очень не нравилось. - Бывать или не бывать, Нилиманта пала, Дрывранг в буквальном смысле обезглавлен, Урвинакс в осаде, а Штонс лишился одной из своих стен, - спокойно изрек Глава Немиантрии, статный эльф по имени Кормувэ́ль. Император, на секунду прищурив выразительные глаза, посмотрел на эльфа. Тот сидел напротив него, положив одну руку на стол, второй же сжав рукоять черного магического посоха. Кормувэль был темным эльфом, однако кожа не имела типичный для этого вида сероватый цвет, была чуть бледного оттенка. Длинные черные волосы были убраны назад и закреплены на затылке несколькими прядями в хвост. Остальные же волосы ниспадали назад с плеч. Пристальный взгляд пронизывающих серых глаз скользнул по Иссле, а после переметнулся на Конррвитаэна. - Я заинтересован в том, чтобы сохранить свое государство. Поэтому если есть надежда на это, я объединю любые силы. Спокойный голос эльфа успокаивал нервы и придавал уверенности. Хотя, Император мог бы с легкостью заверить, что у него этой уверенности было хоть отбавляй. Разумные пали духом, но Император не мог позволить сделать то же самое своей армии. Он не кидал их, словно котят, в бой, давал возможность уже наученным генералам создать собственные стратегии. Студенты, прибывшие из Академии, в основной состав армии не входили и были рассредоточены в тылу и вблизи лесов Жизни на уцелевших континентах. Хотя совсем недавно до Бротескарда дошла новость о том, что после того, как первая стена Штонса пала, был уничтожен один из трех лесов Жизни. Соответственно все, кто охранял этот лес, либо погиб, либо был завербован и перешел на сторону врага. - Жители Шевии проводят подземный ход, чтобы горожане могли покинуть оссажденную территорию. Ессли оборона падет, жертв будет сслишком много. Надеюссь, Боги этого не допусстят, - проговорил Иссла, облизав нижнюю губу. Его серебристого оттенка волосы были заплетены в толстую косу и лежали на одном плече. Наг смотрел по очереди то на Конррвитаэна, то на Кормувэля. - Наших Богов не так много, чтобы они могли уследить совершенно за всем, что творится, - Кормувэль покачал головой, подняв руку с посохом вверх, указав в потолок. – Но я надеюсь, что они нас слышат. Конррвитаэн ничего не ответил на рассуждения о богах, размышляя о том, как бы так сделать, чтобы боевые маги смогли противостоять гипнозу. Его задумчивый взгляд отрешенно скользнул по эльфу, проследив за его рукой, как вдруг замер, увидев на запястье голубоватое свечение. Конррвитаэн чуть наклонил голову набок, присмотревшись. Кружевные белые манжеты рубашки эльфа чуть задрались вместе с рукавами черного плаща, и Император отчетливо увидел на запястье Кормувэля росток в объятьях крыльев. Метка была видна настолько отчетливо, что дракон прикрыл глаза, а после снова посмотрел туда. Рисунок никуда не делся, но Корвумэль уже опустил руку, и его посох глухо стукнул о пол. Мысли в голове дракона зашевелились от осознания того, что прямо перед ним сидел его истинный. Кормувэль? Конррвитаэн время от времени вел с территорией эльфов переговоры, но каждый раз то были послы из государства союзников. Кто бы мог подумать… - Император, - Кормувэль почтительно склонил голову, ибо понимал, что в Орртраксе свои порядки, и статус Императора сравнительно выше статуса Главы. Однако, как главные в своих государствах, они имели право сидеть за одним столом в присутствии друг друга. - Необходимо придумать, как избежать гипнотического гнета со стороны врага. Это бы существенно облегчило ход войны. - Это было бы отличной идеей, - подтвердил слова эльфа Иссла, и Император кивнул, все еще пребывая в шоке и недоумении, хотя никак не показал этого. Кто бы мог подумать, что истинные узы возымеют власть даже в такое смутное время. Император не стал запирать массивные двери своего дворца, распахнув их и провозгласив о том, что все драконы, желавшие укрыть своих детей в безопасном месте, могут спрятать их в подземельях под дворцом. Эти подземелья были невероятно древними и имели множество хитросплетений. Драконов дважды уговаривать не пришлось, уже к вечеру в подземелья спустили необходимые запасы продовольствия и нужных для жизни вещей. Детей в Орртраксе было так много, что колонна разумных не уменьшалась до рассвета. Некоторые взрослые пожелали остаться со своими детьми, у кого-то дети были еще совсем маленькие, но места хватало всем. Чтобы вместилось как можно больше народа, Император отдал свой дворец под распределение мирных жителей. Он знал, что Бротескард не вместит в себя всех, поэтому часть разумных решено было перенаправлять в Орртракс, так как государство имело большие территории. Волна испуга среди населения Бротескарда прокатилась тогда, когда вблизи границ континента возникли дарки. Они просто вышли из воды и остановились, не предпринимая никаких действий. Вокруг них сгрудились боевые маги, маяча перед глазами разумных на свой страх и риск. Все они боялись гипноза, который в последнее время существенно одерживал верх в войне. Стоило отдать Лергрротаксу должное. Он был великим магом, хотя все знали, как именно ему достались способности к гипнозу. Дарки, возникшие у границ Бротескарда исчезли в водах океана через несколько часов, и сколько бы маги ни атаковывали волны, разумные будто и вовсе не появлялись. Возникли они не только вблизи центрального континента, но и около Орртракса и Немиантрии. Что это было, никто не понял, как и для чего дарки оказались так близко к еще свободным континентам. Спустя несколько недель была разрушена вторая стена Штонса, но к тому времени наги почти закончили подземный ход, уходивший глубоко в землю. Было решено при помощи магии земли вырыть несколько котлованов под землей, к которым шли ответвления. После того, как наги эвакуируются туда, проходы было принято закрыть пластами земли, чтобы у врагов не возникло предположений о том, куда все делись. Воспользоваться ходами было решено только в том случае, если из обороны останется только одна стена. Иссла отдал приказ атаковывать воинов обломками павших стен, ибо камень, использованный для этого, был невероятно тяжелым и хорошо разрушал военные сооружения орков. Среди последних не было магов погодников, только воины. И они привели с собой страшных тварей. Похожие на обретаксов, громадные животные были закованы в броню, которую не брало никакое оружие. Атаки нагов оказывались бессильными, именно благодаря этим животным, а также бомбам фей, была уничтожена вторая стена. Главы трех государств попробовали противостоять гипнозу. Те дарки, что были на территории Бротескарда и владели гипнозом, рискнули поставить блоки на сознание разумных. Благодаря этому они обходили каналы вербовки и могли сражаться, но стоило Лергрротаксу призвать их к себе в услужение, как блоки падали, разламывались под натиском разума дракона. Несмотря на это, разумные радовались такой, пусть даже ничтожной победе. Благодаря этому они могли выиграть немного времени. Поскольку силы были сосредоточены вокруг Штонса, Конррвитаэн вновь рискнул отправить отряд магов в Урвинакс, предварительно направив их на постановку блока в сознании. Это действительно сработало, маги смогли пробиться к воротам Носфера и даже оттеснить завербованных дарков назад на несколько сотен метров. Учитывая, что все это время противники были у подножия стен, результат порадовал многих. Осажденная столица ослабла, слишком много разумных ютились на ее территории, хотя до этого они были рассредоточены по всему государству. Воспользовавшись минутами спокойствия после того, как дарков оттеснили от городских стен, маги открыли магический портал, дав возможность разумным покинуть город. И на этом везение завершилось. Не успела и половина населения переместиться через портал, как дарки атаковали вновь, умножившись в количестве. К основному составу осаждавших примкнули те, кто все это время прятался по всему государству и ждал своего часа. И вот собратья призвали друг друга. Чтобы не рисковать безумно ценным магическим порталом, маги переметнулись за стену столицы, и ворота тут же закрыли обратно. Но как только воины оказались в Носфере, обод портала поблек, а после медленно растворился. Так получилось потому, что по всему периметру стены были блокировавшие телепортацию артефакты. Но блокировали они не только ее, но и иные магические перемещения. Отключить артефакты означало верную смерть, враги бы сразу это почувствовали и воспользовались этим. Ррон забыл про сон. Постоянное напряжение просто не давало уснуть, и дракон ходил из стороны в сторону, думая о многом, в частности о том, как там были его мальчишки. Конечно, в Академии было все спокойно, но зная горячий нрав обоих, особенно Инты, Ррон ничуть не сомневался в том, что близнецы что-нибудь вытворят. Война не позволяла думать о них, как о бывших дракона. Ррон гнал от себя подобные мысли прочь. Наступило слишком кровопролитное время, чтобы истинным парам расставаться. Сколько их погибнет на войне… сколько уже погибло? Генералы отрядов вели подсчеты погибших, но до новобранцев подобной информации не доносили. Ррон за все время, что находился в тылу, ни разу не увидел отца. Спросив у Дисы, где тот, дракон получил ответ, что отряд Ирруварда был направлен на территорию Урвинакса вызволить запертых за стенами. Помня, как неспокойно было в том государстве, Ррон почувствовал состояние тревоги за отца. Но он быстро унял дрожь во всем теле, положив руку на живот. Вся брюшина была защищена плотным черным корсетом, какие носили все боевые маги на случай атак. Как уже было известно, грудная клетка была в состоянии защитить внутренние органы, а вот живот не был защищен, отчего враги могли целиться именно в него. Ррон плохо понимал стратегию Лергрротакса. Хотя, может быть, дракон не сильно в этом разбирался потому, что не был в настоящих боях и не знал всех прелестей военного дела. Получается, злодей хотел по одному смести все государства и оставить Орртракс на сладкое, собрав многочисленную армию из всех рас подряд? Ррон и придерживался этой теории, пока не появилась новая весть: часть армии, что штурмом почти взяла третью стену Штонса и добралась до Шевии, внезапно отступила, лишь возведя купол над уже павшими территориями. Кто удерживал эти купола, было непонятно, так как ни дарков, ни фей, ни орков видно не было. Вот армия была, и вот она исчезла. Впрочем, пропажа быстро нашлась. Противник совершенно неожиданно возник в Немиантрии и сразу перешел в активное наступление. Феи передвигались в воздухе, словно хищники, завидев жертву. Дарки применяли ужасавшую эльфов магию крови и вербовали их. Получалось гипнотизировать не всех, но армия противника медленно пополнялась. На территорию Немиантрии была немедленно отправлена армия. И среди основного состава был отряд под командованием Дисы. Вот тогда-то по спине Ррона и потекли первые капли пота. Дракон, как бы он себя ни агитировал к победе, все же испытывал страх перед настоящим сражением. Но он был Рроном, наследником своего рода, истинным потрясающих близнецов. Он просто не мог струсить. Поэтому, когда отряд старшекурсников под командованием Дисы оказался на территории Немиантрии, Ррон нашел среди своих Дэля и перекинулся с ним мимолетным взглядом. Эльф лишь молча кивнул ему. Он был преисполнен уверенностью защитить родное государство. Стоило первым рядам продвинуться немного вперед и рассредоточиться по указанному ранее периметру, как показались первые воины со стороны врага, и бой начался. Ррон был готов поклясться, что безумнее взгляда, чем у завербованных дарков и фей, он не видел еще никогда. Разумные могли по праву лишиться этого статуса, нареченные зверями. Это не была их вина, их просто заставили, поработили разум. И они были запрограммированы только на то, чтобы не просто убивать, но уничтожать. Несколько десятков противников метнулись в сторону лесов Жизни, и Ррон кинулся им наперерез, обратившись в истинную ипостась и успев сжечь нескольких фей, опалив им крылья. Лишенные их, теперь они передвигались только по земле, но раненные недалеко добирались. У лесов Жизни уже были рассредоточены маги, поэтому Ррон развернулся, возвратившись на основное поле сражения. Тактика боя состояла в том, что как таковой тактики и не было. Оказавшись в горячей точке, и те, и другие просто пытались одержать верх и понести как можно меньше потерь. Ррон, зависнув над развернувшимся сражением, издал громогласный рык и спикировал вниз, обдав нескольких разумных пламенем. Но долго в такой форме держаться не стоило, ибо дракон мог зацепить в этой группе своих же. Бой развернулся в полную силу. Император, получив весть о том, что на Немиантрию было совершено внезапное нападение, крайне удивился этому, ведь территория государства была защищена от вторжения, как и Орртракс с Бротескардом. Он долго пытался понять, что послужило причиной тому, что защита не сработала. И тогда в голову пришли только дарки, что возникли вблизи континентов прямо из воды, ничего не предприняв и позже исчезнув. Что такого они сделали, что защита ослабла? Ведь около Немиантрии они тоже были. Защита ослабла… Конррвитаэн, сжав рукоять меча, велел проверить состояние защиты Орртракса. Как и предполагалось, вокруг государства отсутствовала совершенно всякая защита, и в глубине души дракон стиснул зубы от того, что Орртракс все это время был незащищен, и Лергрротакс мог появиться в самом сердце Инуррмара в любую секунду. Сам же Лергрротакс не заставил себя долго ждать. После того, как он внезапно появился в Штонсе, многие генералы, в том числе и сам Император, поняли, почему армия врага переметнулась из Штонса в Немиантрию. Это был отвлекающий маневр, так как основная масса боевых магов была уже рассредоточена на территории фей, пытаясь отбиться. Лергрротакс же воспользовался телепортом и навис над Шевией, сделав над столицей несколько кругов, после чего атаковал бушевавшими залпами жидкого огня. Пламя ударилось о купол над столицей, что тут же пошел рябью, такой мощи была атака дракона. Лергрротакс, взмахнув увесистыми крыльями, атаковал купол вновь, а после сразу же кинулся на него именно в то место, куда приходилось несколькими секундами ранее его пламя. От мощных ударов купол пульсировал и дрожал. Была объявлена массовая эвакуация горожан по задуманному плану. Перепуганные наги метнулись в подземные проходы, стремясь защитить и себя, и своих детей. Лергрротакс же не останавливался. Он наносил удар за ударом, драл купол когтями, вокруг последней стены уже собрались маги его армии, что явились из состава подкрепления. Как они общались между собой, находясь на разных континентах, оставалось загадкой. Скорее всего, был задействован определенный магический канал, по которому в голову каждого порабощенного поступали приказы от дракона. Так как Лергрротакс отвлек на себя все внимание опешивших появлением ящера нагов, части его армии удалось разрушить третью стену Штонса, и теперь осталась последняя. Вокруг нее был образован защитный купол, который не так-то просто было разбить. И громадный черный ящер, издавая громкий рык, раз за разом атаковывал преграду. Нужны ли ему были завербованные свежие наги, как только он разрушит защиту? Страшило его то, что многие разумные, благодаря додумкам Императора и Глав, стали почти невосприимчивы к гипнозу? Лергрротаксу было плевать. Он собирался сравнять Штонс с землей, как только разрушит магический купол. Ветер изменил свое направление, повеяло тревогой, и шкуру черного ящера опалило. Он громко зарычал и прекратил на время яростные атаки на магическую завесу. В поисках источника, что причинил боль, ящер повернул в сторону хищную морду, как вдруг заметил величественного серого дракона, чешуя которого так и переливалась в бликах пламени, что бушевало внизу из-за того, сколько залпов вокруг выпустил Лергрротакс. И дракон без труда узнал ящера. Повеяло знакомым запахом, а Конррвитаэн, зависнув в воздухе напротив старшего брата, взмахнул огромными крыльями, издав угрожающий клич. Лергрротакс вторил ему, перенаправив тяжесть тела на передний корпус, подавшись вперед. Огромные крылья с легкостью удерживали на весу внушительное мощное тело, и Лергрротакс, хлестнув себя по боку хвостом, ринулся вперед, гортанно зарычав. Конррвитаэн вторил ему, рванувшись в атаку. Виаш сжал рубашку формы в области груди, тяжело дыша. Ему осточертело сидеть в пределах Академии, осточертело каждый раз тренироваться, не рассчитывая на то, что он вообще покинет безопасные границы. Инта был полностью солидарен с братом, поддерживал его и держал за руку, лишь взглядом говоря младшему брату о том, что Инта понимал его. Но понимал ли он младшего близнеца в том, что сосущая пустота внутри стала настолько невыносимой, что причиняла боль? Виаш остро чувствовал ее, знал, что эту пустоту ничем не восполнить, пока братья находились вдали от Ррона. Да, Виаш допустил в свою голову мысли о нерадивом истинном, который, рогант бы его побрал, занимал слишком много места в жизни парней. И как бы Инта ни отказывался говорить о Рроне и вообще упоминать о нем, Виаш разделился с ним во мнении. Наверное, это было впервые, когда мнения братьев не совпали. - Он нужен нам, - твердо произнес Виаш, стоя напротив Инты, когда парни тренировались в спарринге. - Кто? – Инта сдул с мокрого от пота лица выбившуюся из основного хвоста челку, смотря на брата. - Наш истинный, Инта. Рронгридор. - Ты серьезно? – дракон выпрямился, убрав взмокшие черные пряди назад, зачесав их пальцами. Друзья находились неподалеку, тоже тренировались, изредка переговаривались. Вэрш, за неимением партнера для спарринга, решил тренироваться с Бримэлем. Молодой дракон предпочитал оставаться в компании ребят, так ему было спокойней. Об отце не было никаких вестей, и Вэрш держался рядом со старшими братьями, ощущая родной запах и от этого успокаиваясь. Иногда он находил покой в присутствии Моты. Добрая женщина была мягкой с юным драконом, приветливой, и Вэрш невольно улыбался этому. Он скучал по женскому, даже какому-то материнскому вниманию. Где же его мать? Незадолго до самого начала войны отец перенаправил ее в самое сердце столицы, оставив на попечение лучших врачей. - Да, серьезно, - Виаш кивнул и вытер пот со лба о плечо, облизав соленые губы. – Пустота внутри сжирает меня. Я хочу, чтобы Ррон был с нами. - Он предал нас. - В том была не его вина, ты прекрасно знаешь, брат, но отказываешься принимать это из-за своего упрямства, - игры были окончены. Понимая, что война может лишить их совершенно всего, Виаш цеплялся за все, что ему могло быть дорого. И если Мота, Нирвэрдаэль, Инта и ребята были рядом, то по другую сторону защиты остались Мэтьмор, Дэль и Ррон. Виаш стиснул зубы, сжав руки в кулаки, и Инта приблизился к нему. - Послушай, что ты говоришь, Виаш. Ты ли это? Я тебя не узнаю. - Это я. Просто я осознал все, - парень покачал головой. – Мое сознание тянется к истинным узам. Я люблю тебя, Инта. Люблю больше жизни. Но Ррона я люблю тоже, прими это. - Я не хочу слышать тебя, - Инта оскалился, спор братьев привлек внимание друзей, которые впервые видели, что эти двое чего-то не поделили. Поэтому Бримэль осторожно приблизился, готовый в любой момент вмешаться, как и Вэрш. - Тебе придется слышать меня, ибо отныне я рядом, как мы и хотели. И я хочу Ррона. Не в платоническом плане, - Виаш покачал головой, смотря на то, как Инта попятился от него, будто не желал прикосновений, как только Виаш протянул к нему руку. – Я просто хочу его. Меня рвет на части от боли. - Я не разделяю с тобой стремлений, - грубо отрезал Инта и отвернулся от близнеца, направившись от него прочь в сторону скамьи, где он оставил свои вещи. Виаш замер на несколько секунд, разговор оборвался слишком внезапно. Но после уголок губ дракона дрогнул, и он тихо хмыкнул. - Упрямец. Инта шумно выдохнул, когда его резко развернули назад и тут же повалили на землю, удержав за плечи, чтобы дракон не смог подняться. - Какого роганта ты творишь? – рыкнул старший близнец, но младший уже навис над ним и что было мо́чи засосал в требовательном поцелуе. Широко раскрыв глаза, Инта сделал попытки отстраниться, но напористость Виаша всегда нравилась ему, сам дракон источал феромоны, заставляя покоряться. Не насильно, а именно добровольно. Поэтому, как только горячий язык близнеца скользнул по верхнему небу во рту Инты, парень закатил глаза и зарылся пальцами в мокрые волосы на затылке Виаша, застонав в поцелуй. Колено младшего брата бесцеремонно раздвинуло ноги парня и уперлось в пах, надавив. Инта чуть прогнулся, сжал волосы сильнее, но Виаш резко разорвал поцелуй, выдохнув в губы. - Ты примешь все, чего я захочу. - Гребаный диктатор. Прекрасно знаешь, что я не могу с тобой спорить, - Инта тихо рыкнул на слова парня, с вызовом смотря на него, и колено сильнее надавило на пах. Инта облизал влажные после поцелуя губы, смотря в льдистые глаза Виаша, и тот ухмыльнулся, вскинув бровь, а после кратким кивком головы указав в сторону общежитий. И Инта без труда понял этот жест, лизнув манящие губы близнеца.