Бегущий в Лабиринте. Спасение (не)возможно

Кесси разбудили тихие всхлипы. Она сразу поняла, что это снова, вместо того, чтобы спать, плачет Эмма. Кессиди свесила ноги за бортик кровати и как можно более тихо спрыгнула на пол, стараясь не разбудить спящую на нижнем ярусе Милен. Та что-то пробормотала во сне, повернулась на другой бок, но не проснулась. Кесси подошла к кровати Эммы и Миранды, встала на цыпочки и потормошила Редей. -Что?-с явным упреком в голосе спросила та. -Эм, слезь, нам нужно поговорить. Эмма, вытирая слёзы, спрыгнула на пол. И чего только Кесси понадобилось посреди ночи? -Давай выйдем в коридор,-Кесси подошла к своему столу и начала искать что-то в полке. Эмма встала у двери, наблюдая за подругой. Та, бормоча под нос что-то вроде "Да где же?" рылась в полке, вытаскивала листы с чертежами и ложила на стол. Затем подошла к шкафу. Начала рыться там. Через две минуты Кесси вытащила плетеную сумку. Открыла её, и засмеялась. -Вот куда я его засунула! Эмму слегка напрягли некоторая сдержанность в поведении Кессиди и тот факт, что та категорически не хотела, чтобы Редей видела содержимое сумки. Кесси повела её по коридору. Всю дорогу она молчала. Они пришли в главный центр ПОРОКа. Здесь Кессиди подошла к пустующей белой стене и оперлась на неё, скрестив руки. -Когда ты ходила на обед для особенных, мы с девчонками поговорили о тебе,-начала разговор девушка. -А что именно?-Эмма посмотрела на стену. И зачем подруга встала именно туда? -Короче, нас уже начало порядком беспокоить то, что ты плачешь целыми днями. -Кесси, ты же понимаешь, что я очень скучаю по Ньюту... И мне жаль наших девчонок, которых больше нет... Лицо девушки не выражало ничего. -Мы решили создать мемориальную доску,-Кесси вытащила из сумки чёрный маркер и протянула его Эмме.-Ведь легче, когда имя погибшего вырезано на куске бетона, а не на твоём сердце? Эмма с улыбкой сняла с маркера крышку и начала мемориальную доску с имени Селены Страуд. Конечно, Аве это не понравилось. Она вычитывала всем 4 девушкам длинные монологи о том, что в комплексе должна царить идеальная чистота, и если бы у Виктора не возникли вопросы по поводу участников эксперимента, то она, вооружив исследовательскую группу ведрами и швабрами, заставила бы их помыть весь корпус. А так они отделались всего лишь одной лекцией. Прошла ещё неделя. За всё это время остальные работники ПОРОКа, у которых тоже умерли друзья или просто знакомые, пополняли стену именами своих погибших. Вскоре имена заполнили почти всю стену. К некоторым именам даже прилагались фотографии. За Эммой начал ухаживать парень лет 17 из биологов- он всегда помогал ей, даже при малейшей нужде, открывал перед ней двери, выдвигал ей стулья, подавал белый лабораторный халат. Понемногу девушку это начало раздражать. Её сердце принадлежит Ньюту, и это никогда не изменится. Ещё через неделю Ава сообщила им, что теперь над ними будут многократно проводить различные тесты и брать всевозможные анализы. Им стало слегка страшновато, и ни одна не решилась сказать другим, что думает по этому поводу. Ньют чертил что-то палочкой на песке. Их было 7 глэйдеров, плюс Тереза, и они уже почти месяц шли по пустыне, а хваленое убежище не приближалось. А ещё он постоянно думал об Эмме. Его переполняли тоска и сожаление. Он не успел сказать Редей, что любит её. Она работала на ПОРОК, но ведь это было давно, и Эмма искренне об этом жалела. Ньют надеялся, что Эмма, с её-то умом, найдёт способ обдурить ПОРОК и сбежать. И заодно прихватив с собой подруг и Викторию, которую забрали почти сразу после них. Его размышления прервали крики- это глэйдер по имени Джеймс заметил, как к ним по пустыне приближались человеческие фигуры.