Cоte-Rоtie

      Драко уснул минут через пятнадцать после того, как мы заняли горизонтальное положение, а я едва дышала и не могла отвести взгляда. Пальцы, в которых по сей момент была мелкая дрожь, перебирали светлые прядки, дотрагивались до шеи, скулы. А я до сих пор не могла скинуть оковы липкого страха, словно остаточный эффект. Мне всё ещё до конца не верилось в происходящее.       Я запуталась.       Что, если… я и правда впала в кому после падения?       На данный момент мне нужно было что-то, чтобы уцепиться за это, чтобы я могла быть твёрдо уверена, где явь, где сон, но никак не могла сообразить, что бы это могло быть. Как научиться разбираться в этих столь разных понятиях? Иначе, мне кажется, с такими темпами у меня на самом деле поедет крыша.       Пролежав около двадцати минут, я кое-как выбралась из объятий Малфоя, попила ещё зелья, а после попыталась встать. Задачка была не из лёгких, но всё же отвары Стебль творили свои чудеса, и мне это удалось с третьей попытки. Ватные ноги двигались крайне медленно, но мне нужно было дойти до цели. Невозможно выпить столько жидкости и не захотеть в туалет.       Приоткрыв ширму, я смогла в полной мере оглядеть лазарет. Почти все кровати были точно так же огорожены, за исключением нескольких, где горели свечи на прикроватных тумбочках. Ученики, которые занимали эти места, бодрствовали, занимаясь кто чем, но стоило мне появиться в поле их зрения, как они перевели заинтересованные взгляды, которые я проигнорировала — осматриваясь. Помещение лазарета было увеличено с помощью заклинания, а количество коек пугало. Прямо сейчас мне захотелось увидеть Рональда, и я взяла себе на заметку, что нужно будет спросить утром об этом у ребят, так как заглядывать за каждую ширму было бы не гуманно.       — Что-то случилось? Как ты себя чувствуешь? — со стороны ко мне приблизилась незнакомая медсестра, придерживая под локоть, словно я могу прямо сейчас упасть.       — Я хотела бы сходить в уборную, — я аккуратно задёрнула ширму, чтобы она не успела заглянуть в мою «палату».       Готова поставить пять сиклей, если она увидит Драко, то тут же отправит его в башню.       — Под твоей кроватью есть ночной горшок, если нужно, я помогу.       Я поморщилась, отцепляя её пальцы от своего локтя, и кивнула, пытаясь улыбнуться.       — Думаю, я смогу справиться сама и в обычной уборной.       Почти хромая из-за «иголок» в ступнях, направилась к выходу, придерживая длинный лазаретный халат. Боковым зрением видела, что женщина всё так же стоит около моей кровати, провожая взглядом.       Благо туалет находился не так далеко, но всё же добраться до него было задачей не из лёгких, хотя стоило мне покинуть стены лазарета, как я поняла, что теперь куда проще дышать. Мне никогда не нравилось Больничное крыло, оно угнетало, и настроение в этих стенах подавлялось с каждой минутой. Ещё со второго курса, когда я тут пробыла почти неделю, запомнила это ощущение.       Справившись со своими делами, я очень хотела не возвращаться обратно, но, кажется, если бы я ушла в башню, та женщина точно подняла бы шум. Смирившись с неизбежной хандрой, направилась обратно, но замерла посреди коридора.       Блейз, стоявший напротив, тоже замер ненадолго, оглядывая меня, и стоило ему начать двигаться, как я повторила его движение, идя навстречу.       — Уже был отбой, Грейнджер, — строго начала Дафна, но я откровенно плюнула на её слова и, приблизившись к Блейзу, обняла его за шею, вставая на носочки.       Послышался раздражённый выдох, и я, приподняв ресницы, увидела из-за плеча Забини недовольную Гринграсс, которая, сложив руки под грудью, отвернулась к высокому окну.       Плевать.       — Прости, что раньше не зашёл, думал, завтра, когда «окно» будет, зайти, как раз ни с кем бы не пересёкся.       Забини бережно обхватил меня за талию и слегка согнулся, ведь в силу его роста я едва доставала ему до подбородка. Цепляясь пальцами за мантию друга, я прижималась к нему что было сил, ведь в очередной раз была безмерно благодарна этому человеку. И пусть лично он ничего и не сделал, но моё подсознание наверняка знало, кого мне подсунуть и к кому я прислушаюсь. А это было настолько поразительно, ведь Гарри и Рон не единожды пытались уговорить меня вернуться в школу, а одна встреча с Блейзом перевернула всё вверх ногами, и теперь я, счастливая, стою почти твёрдо на своих двоих в реальном мире и имею возможность обнять друга.       — Забини, заканчивай уже, нам патрулировать надо.       Дафна прошла мимо нас неспешным шагом, всё так же держа руки под грудью.       Плевать. Пусть катится.       — Всё в порядке, я… — Он слегка отстранился, а я, улыбаясь, утёрла щёки, шмыгнув носом. — Рада тебя видеть.       — А я рад, что с тобой всё хорошо.       Он настолько мягко улыбнулся, что мне захотелось снова его обнять.       — Блейз! — Гринграсс почти заорала, отчего Забини закатил глаза.       — Я обязательно завтра зайду, ладно?       — Буду ждать, — я отступила в сторону, давая ему пройти.       Кое-как добралась обратно до лазарета, чувствуя неимоверную усталость, словно сдала настоящий кросс. Встретившись взглядом с медсестрой, я поспешила к своей кровати, а когда она последовала за мной, то остановила её у самой ширмы, выставив две ладони.       — Зелье я пью и помощь мне не нужна, лучше немного отдохните.       На этих словах я шагнула назад, прикрывая разделяющую ткань, и замерла, прислушиваясь, дабы убедиться, что она ушла. Только после этого повернулась в сторону мирно сопящего Малфоя на моей кровати. Он успел разлечься так, что мне даже сесть было некуда, но я, не стесняясь, приблизилась и встала коленями на край кровати, слегка толкая его.       Малфой приоткрыл один глаз, сонно оглядел обстановку и подвинулся так, что сам едва не свалился с другой стороны. Я хмурилась и почти улыбалась, глядя на его манипуляции, и только когда он замер, решилась опуститься, кладя голову ему на грудь, а ноги закидывая поверх него. Он вяло пошевелился, укладываясь удобнее, и обнял одной рукой меня за плечи, другую закидывая себе за голову. Мне захотелось заурчать довольной кошкой, но прогулка до уборной оказалась слишком изматывающей. Прикрыв глаза, стала вслушиваться в монотонные удары чужого сердца.

***

      Я так и не уснула, ни на секунду. Просто не смогла, да и не хотелось. Было спокойно и уютно, но сон попросту не шёл, хотя, может, это и не мудрено, в конце концов, я немало поспала… Малфой проснулся едва ли не с первыми лучами солнца, а я это заметила далеко не сразу.       Всё тело затекло и ныло. Зелье я допила, и стало немного легче, но всё же лежать на синяках на узкой и не самой мягкой кровати — дело не из приятных.       Малфой стал перебирать мои пальцы, и только на это я отреагировала, поднимая голову.       — Доброе утро, — прошептала едва слышно, чтобы не привлекать внимания.       — Ты хоть поспала?       Я слегка помотала головой, ложась обратно ему на грудь. Его сердцебиение участилось, но не так, как после вопроса «что же произошло в твоём сне?». Не так, как в процессе того, когда я начала свой рассказ, не скрывая ничего. В этом не было смысла. Это была моя жизнь, и кажется, если бы этой реальности вдруг не стало, то именно это и случилось бы.       Малфой слушал всё, что я говорила, не перебивая, лишь иногда прося пояснения или задавая сопутствующие вопросы. В целом у меня ушло достаточно много времени на то, чтобы описать своё прошлое. И уже ближе к концу моего монолога Малфою было пора идти на завтрак, который, как оказывается, за эту неделю стал обязательным «мероприятием», ведь Министерство прислало бесконечное количество бутыльков с зельем, которое помогало новым ученикам не впасть в ту же кому, что и остальные. Малфой же попал ко мне прошлым вечером, только по той причине, что показал той медсестре пустую бутылочку, как гарантию того, что ужин он не пропускал и выпил зелье.       После ухода Драко я умостилась поудобнее на кровати, тело немного ныло от неудобной позы, в которой провела полночи. Разглядывая свои руки, покрытые синяками, я неожиданно вспомнила о том, что Малфой в очередной раз называл мне то растение, которое очень заинтересовало как Финна, так и меня. Захотелось даже потянуться за телефоном, чтобы проверить заметки, ведь я записала всю информацию именно в него, но вспомнила, что это было во сне, а само устройство я даже никогда не брала в школу. Что же, я снова на нуле, без какой-либо информации. Хотя, как однажды сказал мне Малфой, всё в моём подсознании. Или это был не Малфой, а опять-таки моё подсознание.       Я прижала руки к лицу, издав протяжный и приглушённый вопль. Как же я запуталась! Ладно ещё просто не отличать реальность и сон, с этим я мало-помалу начинаю свыкаться, так теперь ещё и путаница с памятью. Мне тяжело отличать, какие мелочи произошли в реальности, а какие — всё-таки во сне.       — Привет.       Отняв ладони от лица, увидела Блейза, который стоял в проходе между ширмами.       — Доброе утро, — вымученно улыбнувшись, я снова заняла сидячее положение.       — Я ненадолго, скоро завтрак начнётся, а его посещение теперь обязательно.       — Да, мне говорили об этом, ну ведь не только поздороваться зашёл. Кстати, — вспоминая о том, что я обдумывала не так давно, решила и сейчас попытать удачу. — Ты случайно не знаешь растения, которое может начинаться как «танти»?       Забини присел рядом с моей кроватью, хмурясь и, очевидно, пытаясь вспомнить что-то.       — Извини, но нет, не припомню такого. Хотя не могу сказать, что сачковал на уроках зелий. Где ты вообще о нём услышала?       — Увидела в книгах Финна, уже давненько, просто мне кажется, что от нас что-то утаивают.       — Молодой человек, вам положено уже быть на завтраке.       С нахмуренным выражением лица медсестра отдёрнула ширму, держа в одной руке порцию еды для меня и новую бутылку с зельем. Это была та же женщина, которая была тут и ночью. Интересно, как часто они меняются?       — Уже иду, — Забини нервно поджал губы, вставая со стула. — Я вечером ещё загляну, если ты не против, и мы сможем продолжить разговор.       — Надеюсь, меня скоро выпишут, — улыбаясь, я проследила за ним взглядом, слегка задирая голову.       Забини подошёл чуть ближе, кладя ладонь мне на плечо и слегка сжимая его.       — Не думаю, что это произойдёт в ближайшее время, тех, кто очнулся первым, до сих пор не выписали, но я очень рад, Гермиона, что с тобой всё хорошо.       В тот же момент я напрягаюсь, поднимая взгляд на друга, который, немного печально улыбнувшись, снова пожимает моё плечо и спешит в сторону выхода, мимо крайне недовольной медсестры.       С момента ухода Забини мою ширму полностью убрали, до обеда ко мне подходило по меньшей мере человек девять, вопрошая о моём состоянии и о том, что я помню, как очнулась и есть ли у меня предположения, от чего это произошло. Пара работников Министерства не забыла упомянуть и про то, что зимний бал отменён, а экзамены перенесены на неизвестный срок. Они несколько раз осматривали меня, особое внимание уделяя синякам.       После очередного осмотра, видимо, решив, что я окрепла достаточно, к моему койко-месту подошёл мужчина, с первого взгляда определённый как министерский. В добровольно-принудительном виде, но довольно вежливо меня попросили следовать за ним из лазарета.       Стараясь не слишком отставать, при этом исключив возможность случайно налететь на впереди идущего следователя, который даже не счёл нужным представиться, я вертела головой по сторонам, замечая теперь всё больше несоответствий между настоящим Хогвартсом и «школой в моей голове». За эти месяцы я успела соскучиться. Проходящие мимо студенты не выглядели удивлёнными моим пробуждением: видимо, новость успела разойтись между всеми, ещё раз подтверждая, что каждый вернувшийся ученик привлекает уйму внимания. Удивительно, но на меня смотрели сочувствующе и поддерживающе улыбались. Скорей всего, они понимали, куда меня ведут, и это явно не будет душевным чаепитием. Я благодарно кивала и отвечала на приветствия знакомых однокурсников.       После ненастоящих соучеников реальные казались намного роднее. По пути к кабинету я успела ещё раз обдумать, что сто́ит рассказывать, а что нет, делиться ли своими умозаключениями, позволившими мне проснуться. В любом случае, я должна что-то сделать, неизвестно, сколько ещё может быть жертв, поэтому мне необходима помощь привлечённого Министерства. Сейчас я дома, в окружении родных уже стен, наполненная заботой друзей, отогретая от ужаса прошедшего любовью Драко, я просто не могу не справиться. Всем собравшимся как минимум придётся меня полностью выслушать.       Провожатый открыл передо мной дверь, подождал, пока я зайду, и закрыл, не став заходить внутрь. Пожалуй, тут и так было слишком много народа. Бледная Макгонагалл сидела за столом напротив двери и поддерживающе мне кивнула, явно пересилив порыв подняться и подойти ко мне. Рядом с ней расположился коротко стриженный мужчина средних лет, когда я вошла, он оторвался от стопки бумаг, лежащей перед ним, и принялся хмуро меня осматривать. От их центрального стола полукругом стояли ещё по два с каждой стороны, всего я насчитала восемь человек, не считая меня. Посередине комнаты стоял отведённый мне стул, на который я опустилась, подчинившись приглашающему жесту. Сразу почувствовала себя на заседании в суде, ну, или на допросе, пока не определилась, что мне больше нравится. Примерно этого я и ожидала, так что взращённую мной внутреннюю уверенность и спокойствие это собрание пока не пошатнуло.       — Гермиона Джин Грейнджер… — закончив меня осматривать, сидящий рядом с директором мужчина наконец заговорил, и я подтверждающие кивнула.       — Что же, для начала примите наши поздравления по поводу вашего пробуждения, мы все неописуемо рады сему событию, — смотря на листок, проговорил он, совершенно не пытаясь добавить в голос хоть каплю выражения и искренности. — А также безмерно благодарны вашему согласию помочь нам в расследовании. Переступив порог этой комнаты, вы автоматически соглашаетесь на магическую и письменную запись всего нашего разговора… — Я покосилась на крайний левый стол, где пара магов Министерства явно отвечала за озвученное этим мужчиной. — Клянётесь говорить только правду и максимально полно отвечать на наши вопросы? — отвлёкшись от листа, он выжидающе уставился мне в глаза.       Я мысленно усмехнулась. «Соглашаетесь»… скорее, меня вынуждают, и никто моего согласия тут не спрашивает. К счастью, они, видимо, не собираются доставать показания силой, ограничившись обычным разговором. А подобные размытые формулировки, даже с клятвой, обходить я научилась ещё с первого курса в любимой школе.       Мало ли как сильно расходятся представления о полной правде у меня и людей из Министерства, да и вопросы можно понимать по-разному. Поэтому я с чистой совестью кивнула, возвращая главному честный взгляд. Он как-то устало вздохнул, не особо проникшись моими актёрскими талантами, и закончил.       — Позвольте представиться. Меня зовут Джон Вольфштейн, ответственный за дело с проклятьем в школе магии и волшебства Хогвартс, — он переложил лист под низ стопки и взял сверху новый, видимо, со списком стандартных вопросов.       Похоже, вся вступительная речь закончилась. Выглядел этот Джон довольно усталым, я решила надеяться, что он правда озабочен судьбой заснувших и поэтому у него нет лишнего времени даже на полный сон. Я села ровнее, повыше подняла подбородок и сложила ладони на коленях, приготовившись к долгому разговору.       — Попрошу вас рассказать всё, что вы помните, о времени, проведённом во сне, — он даже не поднимал на меня взгляда, изучая какие-то документы.       Мне очень хотелось бы поговорить предварительно с другими ребятами, которым удалось очнуться, и стало даже немного страшно говорить слишком много. Что, если я проговорюсь о своей связи с Драко? И, пожалуй, будь это кто угодно другой, они бы отреагировали иначе, уверена. Но он ведь Малфой, Пожиратель, приближённый. У меня и самой-то могут возникнуть определённого рода трудности, если эти ребята поймут всю проблему в полной мере. Сглотнув, я перевела едва ли не затравленный взгляд на директора.       Она поджала губы и незамедлительно поднялась со своего места, приближаясь.       — Не волнуйся, они здесь для того, чтобы всем нам помочь, — тихо начала Макгонагалл.       — Они не могут никому помочь, всё зависит только от ребят, — едва слышно проговорила я, бегая взглядом по присутствующим. — А если узнают про… будут проблемы, у всех.       — Я считаю это недопустимым! — достаточно громко заговорил какой-то мужчина, стукнув по столу кулаком, отчего я довольно ощутимо вздрогнула.       — Полно вам! — Макгонагалл тут же обернулась на него. — Дайте девочке прийти в себя! Нам не понять, через что прошлось пройти большинству из этих детей, а мисс Грейнджер так и подавно!       Она разозлилась. Очень сильно. И я слышала это. И, кажется, на это обратили внимание абсолютно все. Возмущённый мужчина со скудной бородкой осел обратно, поглядывая на своих коллег.       — Соберись и ни о чём не переживай, всё это делается только для одной цели — найти лазейку, через которую удастся вытащить остальных, мы не можем больше никого потерять, Гермиона.       Я неуверенно кивнула, а директор встала подле меня, держа тёплую ладонь на моём плече, и в какой-то момент мне показалось, что она вполне могла бы быть для меня не просто профессором из школы, а какой-нибудь двоюродной бабушкой. От этой мысли на душе стало чуточку теплее.       — Мне повторить вопрос? — Джон поднял на меня ничем не заинтересованный взгляд, словно всё, что произошло минутой ранее, было лишь в моей голове, а я на несколько секунд запоздала с ответом.       — Не нужно. Я помню всё, что происходило в моём сне, — я сжала руки в кулаки, сосредотачиваясь. — Было начало года, но я это не сразу поняла и, как обычно пошла на уроки, но уже по пути осознала, что мои друзья не могут дать ответ на элементарный вопрос касаемо прошлого вечера. И тогда я начала понимать неладное…       Сглотнув, я перевела взгляд на заколдованные перья, которые записывали на пергаменте мои слова, а как только я остановилась, они подняли на меня остриё, словно ждали продолжения.       Мне пришлось пересказать почти полгода моей жизни, искусно избегая абсолютно всего, что было так или иначе связано с Малфоем, кошмарами и моей святой уверенностью, что Драко сможет меня оттуда вытащить.       — Как вы поняли, что находитесь во сне?       — Так как это был не первый мой кошмар, я…       Джон снова отвёл от меня взгляд, но в этот раз очень резко, и, хмурясь стал внимательно изучать бумаги перед ним.       — Если это не первый случай, когда вы впадаете в такое состояние, почему в вашей медицинской карте ничего не сказано о предыдущих?       Я вспыхнула, судорожно соображая, что предыдущие никак не могли туда внести без упоминания о вмешательстве Драко.       Вдох. Выдох.       Как бы поступил он?       Вдох. Выдох.       — Потому что я не впадала в такое состояние ранее, — абсолютно спокойным голосом выдала я, расцепляя занемевшие и оледеневшие пальцы. — Это были кошмары, от которых я просто просыпалась посреди ночи. Кошмары, которые могут присниться любому.       Он удовлетворённо кивнул, и я вернула себе возможность вновь дышать.       — Так вот, поскольку это был не первый мой кошмар, я стала искать любую зацепку, чтобы, наконец, проснуться…       — Как вы поняли, что это кошмар? Происходило что-то ужасное? — совершенно неожиданно заговорила женщина справа от меня, которая до сих хранила молчание. Я, поджав губы, медленно перевела на неё взгляд, теперь начиная раздражаться.       — Я начала свой рассказ с самого начала года, — сквозь зубы выдала я. — И разве это само по себе не наталкивает на мысли о том, что что-то не так?!       — А только после этого мы добавим ингредиенты, для усиления эффекта данного зелья.       Я несколько раз моргнула, оглядывая профессора с ног до головы.       — Ох… — мне не удалось подавить своего возгласа, и несколько учеников на меня обернулось. — Это плохо, очень-очень-очень плохо.       Я начала подниматься, но едва не грохнулась, и единственное, что спасло от интимного контакта с половицами — рука Забини. Он дёрнул меня к себе, усаживая обратно на стул.       — Плохо-о, всё очень плохо.       Было ощущение, словно я потерялась в пространстве. Голова кружилась, глаза слезились, и мне очень натужно удавалось руководить телом. Подняв взгляд, посмотрела на Блейза, который судорожно изучал моё лицо.       — Всё в порядке, мистер Малфой? — профессор подошёл к нашей парте, а я кивнула головой так резко, что ощутила боль в шее.       — Извините, я могу выйти?       — Да, конечно!       — Я помогу ему, профессор.       — Идите, идите, но вы, мистер Забини, пожалуйста, возвращайтесь в класс, как только отведёте мистера Малфоя в лазарет.       Забини подскочил гораздо быстрее меня и, подхватив под локоть, достаточно быстро вывел из класса, несмотря на то, что ноги сильно заплетались. Дверь не успела закрыться, а я уже сползла по стене вниз, не в силах сделать ещё пары шагов. Блейз присел напротив, обхватывая моё лицо.       — Соберись! — негромко, но достаточно грозно проговорил он. — У тебя глаза закатываются даже, в чём дело? Посмотри на меня.       — Я в порядке, надо просто привыкнуть, давно этого не было.       Забини резко встал и помог мне подняться.       — Нам нельзя тут оставаться, если кто-то выйдет — поднимут шум. Сможешь идти? — В ответ я лишь невнятно покачала головой. Ноги ватные. Слишком высоко. Такое чувство, как будто это случилось впервые. — Давай я отведу тебя в башню.       — Нет-нет-нет. Нельзя, мне нужно ко мне…       — Гермиона, если бы сейчас себя видела со стороны, то…       — Блейз, — почти заныла я малфоевским голосом, — я была на допросе с министерскими! У нас и у Макгонагалл будут огромнейшие проблемы, если узнают, что между нами происходит!       Он хмурился несколько, а после, тихо выругавшись, закинул мою руку себе на плечо, и мы медленно пошли в указанном мною направлении.       Мерлин. Одно неверное слово — это провал. Если они узнают о наших перемещениях, то никогда в жизни не поверят в такие случайности. В то, что бывший Пожиратель не захочет воспользоваться ситуацией. Всё плохо, очень плохо.       — Нам нужно спешить.       — Если мы пойдём ещё хоть на полшага быстрее, ты просто рухнешь, а я не могу закинуть тебя на спину и побежать, не привлекая внимание к этому.       Я старалась как могла. Но было ощущение, что заново учусь ходить. Годрик, помоги нам, мне нужно туда успеть.