Блять, Антон

С чего обычно начинается утро в выходной день у каких-либо парочек? Кто-то любит поваляться в постели, не желая вылезать из-под теплого мягкого одеяла, а кто-то пораньше вскакивает с кровати, чтобы успеть за день сделать много дел. Или чтобы порадовать любимого человека приготовленным завтраком или кружечкой бодрящего горячего кофе.

***

— Арс, ну вставай, уже ведь почти двенадцать часов! — Шастун хмурится и немного щурит глаза как от солнца, лучи которого попадали в комнату через раздвинутые шторы, так и оттого, что его ленивый парень не хотел вставать ни под каким предлогом, пытаясь убедить Антона в том, чтобы он сам еще отдохнул. Лишь хмыкнув на слова Попова, Антон отпрянул от кровати и сразу же удалился на кухню, чтобы допить свой кофе, который почти остыл. Конечно, целых пятнадцать минут простоял просто так. Потирая свои глаза, мужчина лениво потянулся на кровати, но, резко поднявшись, он потянулся за одеждой, неаккуратно сложенной на прикроватной тумбочке. Вчера даже не хватило сил на то, чтобы аккуратно все сложить. Тяжело вздохнув, Арсений быстро справляется с кроватью, заправляя ее. А после идет на кухню к своему мальчику. — Шаст, а вот теперь доброе утро, — На губах актера появляется милая улыбка. Он берет в руки кружку с теплым кофе и делает несколько глотков, недолго смотря сначала в окно, затем на парня. — Давай сюда. Антон, надув губы, словно ребенок, замечает, что напиток в кружке закончился и берет у Арса уже пустую кружку, подходя к раковине, где было немало посуды. Принявшись за ее мытье, он полностью погрузился в свои мысли, где пытался прокрутить события вчерашнего вечера, начиная с самого начала их похода в бар всей компанией, заканчивая тем, как они разошлись по домам. Арсений, смотря на такого парня, нервно прикусил губу. Конечно, эти блядские шорты и футболка с растянутым воротом, которая была на размер больше и оголяла прекрасные ключицы Шастуна. Признаться, актеру хотелось прямо сейчас прижать его к стене, начиная целовать и вылизывать каждый сантиметр шеи, оставить парочку следов, чтобы все знали, что Антон только его. — Шаст, я бы сам это сделал. Подойдя к парню сзади, Арс оставил нежный и еле ощутимый поцелуй на его оголенном плече, кладя руку на талию и прижимая к себе. Антон вздрагивает скорее от неожиданности, нежели от поцелуя, в это же время тихо охает и ставит последнюю кружку на место, мокрыми руками касаясь рук мужчины. — Я уже закончил, а ты мешал, так что... — Не будешь слушаться — я тебя накажу. Попов сделал вид, что злится, однако было заметно это притворство. Он продолжал обнимать Антона за талию, устроив подбородок на его плече. — Интересно, как? — В зеленых глазах появились искорки интереса к словам мужчины. Он чуть наклонил голову назад и принял наигранно задумчивый вид, ненадолго задержав взгляд на потолке. — Я придумаю. — Тогда думай быстрее, а то мне очень интересно. Губы Шастуна исказились во многозначительной улыбке, а сам парень поддался чуть назад, теперь вплотную прижимаясь к Арсению. — Для начала я тебя отшлепаю. Усмехнувшись, но вовремя спохватившись, Попов вмиг состроил серьёзный вид, ведь он и вправду не смел шутить. — Для начала? — Антон повернулся к мужчине, глядя на него немного удивленно, но почти сразу же вновь мягко и хитро улыбаясь, положил ладони ему на плечи. — Тогда это очень... интересно. А потом что, актеришка? — Ой, да иди ты!.. — Арсений обиженно надул губы, словно ребенок, немного откашливаясь после. — Тише ты, а то мысли неприличные в голову лезут... — А вот не надо странные наказания придумывать, Арс! Знаешь же, что я испорчен, чтобы с легкостью додумать много вариантов развития событий, — Шастун чмокнул любимого в нос, тихо смеясь, поглаживая пальцами его плечи. — Ладно-ладно. Я, пожалуй, пойду надену футболку, а то прохладно, — Арсений нежно ведет пальцами по спине парня, резко отстраняется и удаляется в спальню.

***

— Арс, что ты ищешь? — Подойдя к двери, которая вела в комнату, Антон прислонился плечом к стене, скрещивая руки на груди. Найдя взглядом ноги Попова, которые были видны из-под кровати, парень еле смог сдержать смех, прикусив губу, и лишь усмехнулся. — Я ищу свою футболку, что ты там смеешься? — Арсений вылезает из-под кровати и чуть хмурится, глядя на Шастуна с самым серьезным видом, который прикрывал рот рукой и забавно пытался не рассмеяться. — С чего бы ей взяться именно на полу? Сразу заметил бы. Ты глаза пошире открой, невнимательный мой, — подойдя к кровати, парень становится на колени и тянется вперед, выгибая спину, чтобы подцепить пальцами искомый предмет, который оказался около подушки. — Не заметил. Спасибо, Шаст, — Тяжело выдохнув, Арсений лег на пол и на пару секунд задержал взгляд на потолке, а после в него прилетел его же элемент одежды, а после сам он заметил Антона, который лежал рядом, подперев голову рукой. И снова он двусмысленно улыбался. — Ты очень-очень красивый, ты ведь знаешь это? — Шастун медленно ведет кончиком языка по своим губам, не сводя внимательного взгляда с Арсения. Последний же приподнимается, хватает парня за воротник футболки и тянет на себя, впиваясь в его губы требовательным поцелуем, который после перешел в чересчур нежный. Повалив Шаста на пол, Попов устроил его руки по бокам от его головы, прижимая к полу за запястья. После, медленно рука Арсения скользнула по спине Антона, слегка нажимая пальцем на позвоночник, этим же заставляя прогнуться в спине. Обвив его талию рукой, брюнет заставил своего коллегу обвить его ногами, тем самым прижимаясь ближе. Когда воздуха стало катастрофически не хватать, Антон с шумным выдохом отстранился, жадно хватая воздух, не отрывая взгляд от манящих голубых глаз напротив него, вновь медленно водя языком по своим губам, словно дразня Арса. Оперевшись о пол руками по обе стороны от Шастуна, мужчина облизнулся, следя за его языком, и двинул бедрами вперед, специально прижимаясь ближе. На это парень шумно выдохнул и на секунду застыл на месте, смутившись. Этот чертов мальчишка сейчас всячески пытается возбудить Попова и второй это прекрасно понимает, а еще сразу же возникает желание трахнуть парня прямо сейчас, хоть без подготовки. — Блять, Антон... Усмехнувшись, Антон опустился немного ниже, обвивая шею мужчины рукой, целуя её, а затем, резко кусая, чтобы остался красный заметный след. Ведь Арсений его. И, приподнявшись, парень слегка прикусил мочку уха Попова, который сейчас вел пальцами по чужой шее. — Иди сюда, детка. Шумно выдохнув, голубоглазый привстал, придерживая Шастуна за талию, после уложил его на кровать. Обведя его изучающим взглядом, нельзя было не заметить что-то, что сейчас так сильно обтягивала ткань шорт парнишки и явно мешала. Вновь устроившись поудобнее на бедрах Шастуна, Арсений наклонился к его шее, покрывая ее нежными поцелуями, стараясь не оставлять ни единого нетронутого места. — Черт бы побрал эти эрогенные зоны... — Тихо шипит Антон и прикрывает глаза, наклоняя голову назад, открывая больше места для поцелуев. Прикусив ключицы парня, Попов отстранился, опуская руку на бедро шатена, который развел ноги чуть в стороны. Его рука забралась под одежду парня, нежно поглаживая грудь и живот Шаста, после стягивая футболку с худого тела, которая несколькими секундами позже оказалась где-то на полу. Немного поерзав на бедрах Антона, на что тот отозвался тихим стоном, мужчина ухмыльнулся и слез с него, отходя к шкафу. Тихонько наблюдая за тем, с какой целью его любимый направился к шкафу, парень тихо ахнул, припоминая, что находится в пакете, что был в руках у хитро улыбающегося Арсения. Тот в свою очередь подошел к Антону, садясь рядом и прося его приподняться, после поворачивая к себе спиной и вытягивая по-девчачьи тонкие запястья над головой мальчика. Браслеты на этих руках глухо звякнули, коснувшись спинки кровати и наручников, коими руки Антона были прикованы к изголовью кровати. Слегка дергая ими, парень как бы проверил наручники на прочность, снова шумно выдыхая и, поворачивая голову в сторону, переводя невинный взгляд зеленых глаз на мужчину. Встав на колени, Попов слегка прогнулся в спине, специально как можно медленнее расстегивая свой ремень, вытягивая его из штанов и кладя рядом, ведь он тоже пригодится в скором времени. Облизнувшись, мужчина прижался всем телом к спине Шастуна, поглаживая его бедро, стягивая мешающие сейчас штаны, при этом мягко целуя его плечи. Стащив с шатена штаны вместе с нижним бельем, Арсений потянулся рукой к своему ремню, отстраняясь от Антона, осматривая его с ног до головы и чувствуя, как желание сделать то, что он задумал, становится лишь сильнее с каждой минутой. Несильно ударив по своей ладони ремнем, мужчина слегка замахнулся, после чего парень почувствовал на своей заднице легкий удар, ойкнув. — Считай, детка. Сглотнув, парень мелко кивнул и опустил голову вниз, жмуря глаза от очередного удара, стараясь не издавать никаких звуков помимо своего счета. А Арсения, кажется, забавляло то, как Шастун пытается сдерживаться, чтобы не вскрикнуть или не застонать от боли, но в один момент он замахивается сильнее, оставляя последний удар на ягодицах парня, которые уже горели от боли. Но Попов знает, что парень любит по жестче. Знает, что он любит, когда побаливает, пощипывает и тому подобное. — Т-тринадцать... Ах! Антон жмурит глаза и прогибается в спине, пододвигаясь ближе к спинке кровати, касаясь ее пальцами, которые как на зло соскальзывали. Ему кажется, что в таком темпе прошло уже около нескольких часов, в то время как на деле всего десять минут. Мужчина специально тянет время, специально мучает своего мальчика, ведь ему нравится наблюдать за таким парнем. Когда, к счастью или все же сожалению Антона, Арс откидывает свой ремень в сторону, сам шатен приоткрывает глаза, пытаясь унять немного сбившееся дыхание. Попов прижимается к чужому телу вплотную, отчего Шаст тихо шипит, сжимая зубы, но после его заставляют открыть рот и подносят два пальца. — Малыш, оближи. Антон чувствовал, как брюнет нахально и самодовольно улыбается. И, выдохнув, он медленно провел горячим языком по всей длине чужих пальцев. Повторив свое движение еще раз, Шастун взял кончики пальцев в рот, чуть посасывая, затем водя по ним языком, не выпуская изо рта и вбирая пальцы в рот почти до самого основания. Арсений шумно выдохнул, обжигая своим дыханием кожу на плече парня. Вскоре убрав руку ото рта, мужчина, аккуратно нажав большим другой руки пальцем на подбородок шатена, прося приоткрыть рот, нацепил на него кляп, после чего отстранился. Проведя ладонью по ягодицам Шастуна, Арс усмехнулся и раздвинул их в стороны, резко вводя сразу два пальца почти на всю длину. Тихо зашипев, зеленоглазый случайно подался назад, насаживаясь на чужие пальцы сильнее, открыв рот в немом стоне. Вновь прижавшись к мальчику сзади, скоро Арсений добавил и третий палец, делая резкие движения, одновременно с этим довольно сильно кусая бледную кожу на плечах и шее Антона, после чего на этих местах останутся следы алого цвета. Желание жестко взять Антона прямо сейчас стало еще сильнее, да и сопротивляться и сдерживаться становилось все сложнее, ведь перед Поповым такое зрелище. Отстранившись от парня, Арс, не медля, стянул с себя штаны с нижним бельем, затем опять припадая к телу шатена. Резко войдя в него, мужчина на несколько секунд застыл на месте, но после двинулся еще раз, входя теперь на всю длину. Негромко вскрикнув, Шаст немного шире расставил свои подрагивающие ноги, резко двинувшись назад, насаживаясь на член любимого глубже, откидывая голову назад и закрывая глаза. Вскоре он уже чувствовал быстрые толчки сзади, а также и руки Арсения, которые крепко держали его за талию. Кажется, и там останутся синяки от сильных чужих рук. Намереваясь услышать стоны Антона, а не тяжелые вздохи с попытками сдерживаться, Попов стал делать движения грубее, входя в парня глубже и резче, так, что были слышны шлепки тел друг о друга. Дернув руками, шатен расслабил их, закрывая глаза от удовольствия, все же протяжно пошло застонав, как последняя шлюха, когда Арсений нашел правильный угол и продолжил делать толчки в быстром темпе. — Сука, Шаст... Почему ты, блять, такой... такой? Одной рукой скользнув на ягодицу парня, сжимая ее, Арс сжал зубы и вновь толкнулся сильнее, входя полностью, остановившись так, давя на простату. Антон от такого действия выгнул спину еще больше, пытаясь унять свои стоны, что получалось, конечно, совсем плохо. Самодовольно ухмыляясь, Попов продолжил медленно двигаться в парне, почти выходя из него, а после входя полностью. Чувствуя, как его член вокруг сжимает горячее тело, брюнет тихо застонал в голос, наклоняясь и кусая Шастуна за шею, закрыв глаза и пытаясь ненадолго сдержать себя. От одного только вида: прикованные к изголовью кровати руки, приоткрытый рот, в котором находился красный шарик, закрепленный где-то сзади и слюна, медленно стекающая по подбородку, стонов и сладкого голоса своего мальчишки, Арсений возбуждался все сильнее, не в силах себя контролировать. Он все-таки сорвался, начиная рвано и грязно вбиваться в чужое податливое тело, громче постанывая от ощущений. Антон дернулся от первого резкого толчка, стараясь вновь сдерживать свои стоны назло своему парню, расставив ноги чуть шире, хоть и стоять на коленях уже почти не было сил. — Давай же, не сдерживай себя, грязный мальчишка. Покажи, как тебе это нравится, ну же... Прошептав прямо в шею Шастуну, мужчина продолжал толкаться в парня до предела, заставляя от каждого движения вздрагивать и громко стонать. И, чтобы доставить любимому больше удовольствия, Арсений обхватил член Антона рукой, делая медленные движения вверх-вниз, но чувствуя, что парень совсем уже на пределе, опускает руку к самому основанию и несильно сжимает, продолжая грубые и рваные толчки внутри зеленоглазого. Антон заскулил, пытаясь всячески избежать прикосновения чужих рук, чтобы наконец кончить. Он несколько раз двинул бедрами, опустив голову вниз и жмуря глаза, сжимая пальцами спинку кровати. Сделав еще пару толчков, войдя до упора, Арсений резко снимает кляп, убирая его в сторону, и изливается прямо внутрь с тихим стоном, убирая руку с члена Антона, давая тому расслабиться и громко простонать свое имя. Быстро расправившись с наручниками, Попов также убрал их, падая на кровать рядом с парнем, часто дыша и осматривая его с ног до головы. Антон, в свою очередь, слегка вздрагивал от только что нахлынувшего оргазма, лежа на кровати совсем без сил и желания двигаться. — Блять, Антон. Парень поднимает взгляд, встречаясь с серьезными, голубыми глазами, невольно вздрагивая. — Да, Арс? — Почему ты, блять, такой? И сейчас ты рискуешь остаться на второй тайм. — Правда? Так в чем проблема?