Глупая привычка.

Обычно в зимние дни люди находятся дома, сидя на кресле, они жалуются на плохую погоду.На улицах пробегают старые серые собаки, которые ищут хоть какое-то пропитание. Странная зима была в этом году. Под ногами были огромные сугробы, но воздух идеально тёплый, словно холод и жар танцуют танго над небом Москвы. Из-за плюсовой температуры снег не хрустел под ногами, а превращался в серо-коричневую кашу. Перепрыгивая очередную лужу, тающего снега, Саша не рассчитав свои силы, плюхается правой ногой прямо в центр лужи, состоящей из полурастаявшей воды в перемешку с песком и грязью. Тихо ругнувшись себе под нос он оглядел насквозь промокшую обувь и продолжил двигаться дальше. Сашу выводит из себя то, что Егор постоянно опаздывает. Они договорились встретиться в четыре. На часах 16:01. Саша слишком пунктуален. Глупая привычка. Прошло около пяти минут ожидания, но на горизонте не было видно, даже очертаний машины Егора. Саша достаёт из кармана чёрного пуховика упаковку сигарет, смотрит на неё, поднимая брови вверх и тяжело вздыхая, думает положить обратно или нет? Нет. Он резким движением достаёт одну сигарету из пачки. Он выкуривает уже третью сигарету за этот день. Дымок медленно поднимался вверх, он, словно туман, заполнял собой все окружающее пространство. Наблюдая, как тлеет сигарета, унося с собой его здоровье. Крутя пальцами, оставшийся окурок, он напрягается и думает: —Может хватит? —Нет, не хватит, -тут отвечает он сам себе, поджигая новую сигарету.Дым заполнял легкие и постепенно поднимался в голову, затуманивая и путая мысли. Блондин лишь сильнее затянулся и задержал дыхание. В груди жгло, а в висках пульсировало от нехватки кислорода. Это уже стало привычкой, выкуривать не меньше пяти сигарет в день. Да он задумывался по поводу здоровья, ходил к врачам, у него даже однажды получилось бросить, но только не сейчас… Глупая привычка. —Наконец-то! -бурчит Саша, заметив подъезжающий автомобиль, он кидает не потушенную сигарету в мокрый снег, наблюдая за тем, как ярко-красный огонёк резко потухает и становится серым пеплом. Шмыгая одним кроссовком, он подходит к чёрной машине, не смотря на то, что на улице была ужасная слякоть, автомобиль Егора блестел, как новенький. Ввалившись в машину Саша обрушет шквал своего негодования на Егора, который всё это время вёл прямой эфир. Ряполов, смутившись тем, что порыв его эмоций сейчас наблюдают сотни человек, напыщенно поправляет платиновые волосы, при этом сурово смотря на улыбающегося Егора, делает глубокий вдох и… Отпуская всё, слегка улыбается ему в ответ. Глупая привычка. Внимательный взгляд следит за дорогой, а расслабленная рука держит смартфон, машину наполняют едва уловимые знакомые песни, доносящиеся по радио. Егор одним ловким движением нажимает кнопку «завершить прямой эфир» и теперь посвящает всё своё внимание Саше. Они смеются, вспоминают съемки фильма, Егор в очередной раз рассказывает историю про то, как его назначили «главным по американцам», а Саша внимательно изучает его, каждый сантиметр, каждый участок кожи.Он хочет запечатлить у себя в голове, буквально всё, чтобы прокручивать его у себя в голове, когда наступают бессонные ночи, когда он идёт курить, когда его нет рядом… Глупая привычка. Они подъезжают к зданию кинотеатра, где сейчас снова состоится их встреча со зрителями. Если честно, никто не ожидал такого успеха, такой отдачи от фанатов, а тем более кассовых сборов, переваливших за два миллиарда рублей. Саше не привычно всё это: поклонники, нескончаемые сообщения в соцсетях, внимание прессы. Он нервничает перед очередным выходом на сцену. Егор заметив непривычное состояние друга, подошёл к нему. Обнял. Улыбнулся своей привычной белозубой улыбкой. Всё как всегда. Глупая привычка. Егор в очередной раз обнял Сашу, пытаясь успокоить его. Объятия. Такие тёплые и нежные. Саше так не хватает этого бессонными ночами, когда он копается в себе, когда он думает, что это неправильно, против природы, когда он думает, что его никто не поймёт. Глупая привычка. Думать. И то ли от натиска чувств, то ли от нервов, то ли от того, что Саша наконец-то смог разобраться в себе. Он тихонько приближается к губам «друга», и они переплетаются сначала в коротком и невинном, а затем в долгом, таком нежном и очень глубоком поцелуе. Он понимал, что Егор—его привычка, от которой, отказаться от неё не было сил. Да и желания тоже не было.