Ни вдоха без пеплу

      Появлению монстров, уничтожающих всё на своём пути, предшествовали определённые события. Не каждому известна история появления вируса и "клонов", которые поразили половину мира. Всё начиналось с гонки фармацевтических и генноинженерных корпораций, получившись от правительства тайный заказ на создание универсальных солдат. Многие учёные долгое время пытались улучшить показатели обычного человека, но лишь двоим удалось добиться более-менее стабильных прототипов.       Алекс Леман, руководитель немецкой корпорации Dawn Biotech и Кевин Клемели, главный директор Horzine Biotech, работая сообща и дополняя результаты исследований друг друга смогли сделать прорыв в области восстановления, клонирования и регенерации. Кевин Клемели научился не только этому. Ему удалось лично управлять волей своих созданий. Так учёные создают целую армию клонов. Однако, в отличии от британского отделения армия Лемана часто выходила из-под контроля. В то время начинает процветать Сопротивление, террористическая организация, мечтающая о мировом господстве. Увидев достижения учёных, те решили заключить с ними союз.       Возможности обоих учёных стали безграничны и они решаются потихоньку начинать геноцид вместе с сопротивлением, создавая некий синдикат. Соответсвенно, Кевин начинает с Великобритании, а Леман - с Германии. Но не всем понравились стремления безумцев и по иронии судьбы их же охрана покидает их. Так и появились на свет ERIS, люди, готовые противостоять Горизонту, Рассвету и Сопротивлению - тяжеловооруженная организация с железной внутренней дисциплиной. Но и служители правопорядка не дремлят, они вступают в эту войну, работая вместе с ERIS. Удастся ли Миротворцам победить вирус, или же они будут уничтожены? Неизвестно. Много хороших бойцов пало на полях битвы с этими монстрами. Военные тоже наделали дел, восприняв приказ по зачистке по-своему.        Армия клонов уже уничтожила многие страны и города, и не хотят останавливаться на этом. Заметные потери понесли половина Берлина, Москва, Париж, весь Лондон и пол Каира. Лишь Нью-Йорк остаётся нетронутым. Но это не навсегда.