Дракон и алая роза

У Чону есть мечта — купить остров посреди Тихого океана и вечерами любоваться коралловыми закатами на жемчужном песке. Парень стоит напротив двери корпуса журналистки и вспоминает тебя. Это было год назад, когда первые золотые листья опустились на землю. Твои волосы вобрали всю теплоту уходящего летнего солнца, а кожа светилась перламутром. Чону разговаривал с друзьями, когда их тема зашла о первокурсницах. Они весело обсуждали каждую проходящую мимо девушку, и парень в шутку сказал, мол «Та, что сейчас выйдет из этой двери, станет любовью всей моей жизни!» Дверь корпуса резко открылась и влетела ты, впопыхах ища аудиторию 202. На тебе было легкое золотое платье, с прозрачным подолом и черные босоножки на высоком каблуке. Сентябрьское солнце падало на тебя, освещая всё вокруг карамельными лучами. И Чону вдруг почувствовал, как сильная молния прошлась вдоль его тела и остановилась где-то у ребер, зарождая семена любви. Пока его одногруппники с расспросами приставили, как же он так вляпался, мол это же та самая, о которой говорит весь универ «первая-красавица-универа-из-факультета-журналистики», Чону судоржно хватал легкими воздух, чтобы не задохнуться. Очень долго парень не видел тебя и уже забыл о том глупом случае, хотя иногда, проходя мимо той двери, он тайком заглядывал в неё и просматривал расписание твоих пар в деканате, а потом снова убегал, не решившись дождаться тебя. Зимой было много снега, сугробы доходили до двух метров и выше. Парень медленно шагал к университету и увидел, как кто-то лежит прямо на земле и рассматривает падающие снежинки. Это была ты. Подул сильный ветер, запах твоих клубничных духов врезался в лицо Чону и на секунду он снова очутился в прошедшем лете, где море солнца и спелой зелени. Он лег рядом с тобой и заговорил. Это были слова о которых обычно жалеют, если вспоминают, слова, которые говорят только незнакомцам. «Я люблю зиму потому, что детством мы часто выбирались куда-то с родителями и хорошо проводили время». «Каждый раз я смотрю на снежинки и чувствую, как одиночество уничтожает меня с такой же силой, как их уничтожает тепло». «Мне хочется спрятаться дома и забыть обо всём на свете». «Иногда жить совсем не получается, но в таких моментах есть какая-то прелесть». Ваш диалог длился всего пару минут, Чону решил убежать от тебя, пока ты не поняла, кто это мог быть. Он быстро встал на ноги и довольный зашагал ко входу. Его наступления были маленькими, совершенно незаметными для тебя. Чону вычислял любыми способома насчет парней, которых ты интересовала и раз за разом ликвидировал их от тебя, на расстояние ста метров. Единственным, кто был непоколебим в своих желаниях оказался Минхо. Эти двое часто дрались в раздевалках, на улице или просто на совместных парах. И сегодня, когда парень не выдержал вечных напористых взглядом Минхо, направленных в твою сторону, он подкараулил того у шкафчика. Минхо в синей спортивной форме и растрепанными волосами шёл очень медленно, немного показушно, рассматривая Чону. — Тебе ещё не надоело? — у Чону был нежный, слегка сахарный голос, но сейчас это звучало как рычание огромного зверя. — Что именно? — повернулся к нему Минхо, открывая свой шкафчик. — Мне она нравится. Мне нравится то, как она выглядит и то, как ты бесишься из-за этого. Я чувствую себя хищником, которые гонится за добычей и в конце концов настигнет её. Резко парень оказывается припечатанным к стенке так, что одна рука Чону лежит поперек его горла, а вторая уже готова нанести удар. — Ты никогда не догонишь её, я всегда на шаг впереди. — Я слышал твой брат задолжал одному парню кругленькую сумму, — начал Минхо, и Чону ослабил хватку. — Ты же не хочешь, чтобы в этом была замешана наша красавица, боюсь ей не сладко придется, если кто-нибудь настроит этого парня против неё. — Кто может настроить его против неё, — Минхо победно улыбнулся, когда в глазах Чону проснулась паника. — Всё, что от тебя надо, это только убраться с её дороге и игнорировать любой контакт. — Какого чёрта! — Мне плевать, что будет с ней. Ясно? Если для тебя она не игрушка, то делай как я сказал. Минхо громко закрыл шкафчик и весело поднялся по ступенькам. Бутон раскрылся тогда, когда я увидел огонек в твоих глазах. Ты — цветочная вуаль, что покрывает мое тело лёгкими касаниями лепестков. Твои руки, губы, нос, любая часть тела, которой ты соприкасаешься со мной, будто отдает часть своей лёгкой нежности и цветочного аромата мне. Каждая твоя улыбка — словно новый раскрытый бутон на огромном необъятном поле моей любви. Я не пересчитаю их никогда в жизни, да мне это и не нужно. Ты улыбаешься чаще, чем я успеваю сказать что-то. Это невероятно. Я всегда любил цветы, это красиво, это нежно, это интимно, это искусство. Ты — искусство. Я влюблен в тебя каждой клеточкой. Мне казалось, что не бывает таких красивых, но как я рад, что ошибся. От кончиков волос до последней черты характера, ты — самый чудесный на свете цветок, который я буду оберегать до конца своих дней. И твоё имя — Роза. Чону справлялся как мог. Он зарывался по нос в одеяло и долго лежал на кровати. Он же мужчина. Он должен оберегать тебя. Как он сможет защитить тебя, лежа дома и прячась ото всех? Мысли поедали его сердце. Брат уже неделю не приходил домой, поговорить с ним не было никакой возможности. Чону не ходил в университет. Ему было страшно и стыдно перед тобой. Как-то вы случайно встретились на улице и его сердце было готово разорваться, а руки уже потянулись обнять тебя. Но парень отшатнулся в сторону, и на все твои вопросы, молча ушёл. Ты ходила на пары, а в перерывах терпела разговоры этого странного футболиста Минхо. Каждый день он капал тебе на голову о том, какая же ты доверчивая девочка, раз не распознала в Чону такого подлеца. И откуда только он узнал о ваших отношениях? Тебе было холодно, хотя на улице во всю буйствовал май и пахло сиренью. Тебе не хватало теплых рук и ангельского голоса по соседству. Плеча, на которое можно было прилечь просто так и стать мгновенно счастливой. Как-то ты задержалась после дополнительных занятий, что на улице заметно стемнело. Домой идти не хотелось, поэтому ты решила пройтись вдоль тихих улиц и забыть обо всем. Казалось, кто-то идёт за тобой, аккуратными шагами ступая следом по твоим шагам, чтобы не спугнуть. В тебе проснулся небывалый азарт, ты хотела быть в опасности, чтобы Чону, вдруг, примчался к тебе на помощь и спас. Воздух пах медовым сиропом и ты на секунду потеряла бдительности, вдыхая вечерний аромат. Тебя схватили за руки, выдернув из ушей наушники. Это был Минхо. Его довольное лицо вызвало отвращение. Парень схватил тебя мертвой хваткой и начал целовать. Сначала щеки, потом открытую шеи и плечи. — Я ехал за тобой с самого университета, а ты совсем не обращала на меня внимание, — его губы на твоих ключицах. — Гулять вечером, вдалеке от шумных улиц. Ты совсем бесстрашная. Как-будто каждый лепесток розы отрывали с яростной силой и немного медля, чтобы сделать больнее. Всё тело покрылось страхом, а живот свело от боли. Но не прошло и двух минут, как Минхо оказался лежащим на земле с окровавленной губой. На Чону была хлопковая белая кофта и обычные светлые джинсы, но тебе показалось, что этот парень выглядел как-то иначе. Словно его одежда — чешуя, а руки — огромные лапы дракона. И, когда он поднимает за шиворот футболиста, припечатав его к стене и что-то шепча на ухо, то ты, кажется, начинаешь верить в сказку о драконе и алой розе. Чону шёл за тобой с самого университета, он был осторожным, чтобы не напугать тебя и поэтому немного потерял из виду. Он уже не мог сидеть в стороне, когда узнал, что его брат давно отдал задолженные деньги, а Минхо воспользовавшись ситуаций решил действовать. И сейчас держа тебя в своих медвежьих объятиях, монотонно поглаживая по голове, ему хочется ещё сильнее любить тебя, еще сильнее прижиматься к твоему телу и ни о чем не думать. Когда твои губы накрыли его без всякого предупреждения, он немного опешил, разорвав объятия. Его руки повисли вдоль тела, а сердце пропустило сотню ударов в секунду. Но стоило тебе почувствовать себя главной, как Чону перехватил инициативу, забравшись руками под твою футболку и обжигая всё тело прикосновениями. Его губы были сладкими, горькими и похожими на огненную лаву. Твои — на ароматные медовые лепестки. Если бы сейчас какой-то прохожий увидел вас, укрытых золотыми лучами рассвета, то подумал бы, что любовь между драконом и алой розой всё-таки существует.