Не совсем Светлый Лорд

Бечено! Гарольд был доволен новым приобретением, которым в будущем непременно станет Джонатан Сетракян, но на постоянной основе. Ему нужны последователи и желательно очень умелые, как этот колдомедик. Далеко не сразу, но Гарольд заметил, что этот целитель был не так уж и прост. Кхрюм умолчал, что этот «просто Джон» был не самым обычным Мастером Крови и Целительства. И с этим осознанием пришло «хочу» из глубин темной души. — Он хорош, — заговорил Гарольд, как только Гарри и Джон отошли в ритуальный зал. Он не беспокоился, что с первым что-то случится — все-таки клятвами мистера Сетракяна обвешали продуманно, не подкопаешься к трактовке — все четко и по пунктам. — Ты не упомянул о его боевой выучке, — Гарольд с намеком посмотрел на Кхрюма. — Стоило ли говорить о талантах, которые мистер Сетракян держит в секрете? — тот выгнул бровь. — Понятно, — усмехнулся Гарольд, по-новому взглянув на Кхрюма. — Вас связывают куда более крепкие узы, не так ли? — Может быть. — Это не мое дело, — прикрыл глаза Гарольд, выдохнув. Доверие нужно было заслужить, причем что у поверенного, что у колдомедика, с которыми предстояло работать еще очень долго. — Но со временем… я хочу услышать ответы на свои вопросы. — Непременно, Лорд Поттер, — скрипнул Кхрюм, понимая, что рано или поздно придется прийти к неизбежному решению. Все дороги рано или поздно ведут ко тьме, что стала неизменным полюсом притяжения для Темного Лорда.

***

Гарри вышел из ритуального зала очень усталым и высушенным, как изюм, засушенный на солнце. Похоже подобное состояние скоро станет для него привычным, но спать хотелось больше, чем думать о столь бесполезных вещах. — Как все прошло? — в голосе Генриха не было и капли былого радушия, зато Гарри слышал беспокойство и некую озабоченность его состояние. Сердце от этого осознания сделало очередной цирковой кульбит. — Я очень устал и хочу спать, Генрих, — выдавил из себя Гарри, буквально падая в его объятия. Тепло и уютно, а что еще надо для счастья? В какой-то момент стала не важна вся та боль, что Гарри испытал в ритуальном зале, и тем более усталость, которая последовала позже. Гарри просто нравилось это чувство защищенности и ощущение человеческого тепла, которое дарил брат. Нравилось, когда большая сухая ладонь гладила волосы и успокаивала все тревоги. Ничего подобного Гарри никогда не испытывал. — Джон? — Гарольд вопросительно посмотрел в его сторону, продолжая гладить Гарри по волосам. — Работы предстоит очень много, но если вы хотите управиться со всем за месяц-два, то курс ускоренного лечения будет нередко почти высушивать ребенка, — говорил Сетракиан с какой-то странной интонацией, пронизанной волнением. — Мы еще поговорим об этом. Если вы не против, то я отведу Гарри в номер, — Гарольд посмотрел на подопечного. Он уже почти спал и только на голом упрямстве все еще оставался в сознании, пытаясь подслушать хоть что-нибудь. «Какой любопытный», — Гарольд едва слышно усмехнулся. — Разумеется, Лорд… Генрих, — в какой-то момент колдомедик оговорился. Было непривычно называть человека столь высокого, а главное, заслуженного статуса неформально. Волнение тоже давало о себе знать, отчего язык совершенно не хотел слушаться. Гарольд понимающе улыбнулся. С ним тоже подобное случалось, но сейчас это казалось таким далеким и нереальным. Гарольд был еще совсем мал, когда повстречал свою Судьбу в лице Томаса Марволо Гонта. С молоком матери он впитывал уважение к старшим и традициям магического мира, поэтому, когда на пороге дома неожиданно появился будущий наставник, он был неуклюже, но совсем по-детски вежлив. «Спасибо вам, сэр», — эхом в голове стояли собственные слова и ощущение сильной сухой ладони на макушке. Как нынешняя ситуация, до боли в груди, напоминала его первую встречу с наставником. Гарри был слишком самоуверенным ребенком, любопытным, потому не удержался от маленького эксперимента с артефактами с печальными последствиями… возникшими бы, если бы не Томас, который спас незадачливого экспериментатора от результатов собственного детища. Артефакт оказался непригодным к использованию и крайне разрушителен. Это было первым опытом на тяжком пути юного артефактора Гарольда Поттера. — До свидания, господа… — напоследок сказал он, воспользовавшись портключом. Оказавшись в комнате, Гарольд уложил подопечного на кровать и взмахнул рукой, сменив повседневную одежду Гарри на новенькую голубую пижаму, которую они успели приобрести во время первого похода в маггловскую часть Лондона. Тот же лег набок, чтобы лучше видеть его. — Генрих. — Что такое, Гарри? — Ты вернёшься в банк? — Не сразу, — ободряюще улыбнулся Гарольд. — Посижу с тобой, пока ты не уснешь. — Правда? — Правда, — с самой серьезной миной подтвердил Гарольд. — Расскажи какую-нибудь историю из своей жизни, — попросил Гарри, но тут же стушевался под удивленным взглядом. Он никогда не просил ни о чем подобном, будто бы боялся, что новообретённый родственник сбежит, если его о чем-то попросить. Гарольд грустно усмехнулся. — На мой пятый день рождения мне подарили особые очки, какие используют артефакторы, которые не развили в себе способность «истинного зрения» или его аналогов. Обычно их используют подмастерья и подростки, ученики, которые только начали изучения столь тонкого искусства как артефакторика, — проникновенно начал он. — Мне не терпелось их надеть и приступить к изготовлению какого-нибудь артефакта, доказать взрослым, всем им, что я уже готов мастерить нечто невообразимое…

***

Стояла ясная для острова, вечно покрытого туманами, погода. Гарольд только-только закончил занятия по ненавистному каждому юному дарованию этикету и поспешил в тайную «мастерскую», которую основал в магическом лесу вблизи поместья Поттеров. Никто из родных не знал об этом месте. Обычно за ним присматривал домовик, но Гарольд давно уже научился сбегать от их бдительного ока. Не обошлось здесь без помощи крестного Сириуса-авантюриста, который был только рад научить его запретному и неизведанному, так как сам терпеть не мог родню в детстве за их строгие порядки и правила, которым «Наследник древнейшего и благороднейшего рода Блэк» должен был следовать беспрекословно. Сириус и сейчас противился как мог семейным устоям, мечтая изменить их на корню — в этом он видел благо и процветание рода, который застрял далеко в средневековье, когда магглы уже давно шагнули далеко вперед традиционного волшебного сообщества. Гарри осмотрелся в поисках слежки и преследования. Тихонько выдохнув, он постучал три раза по дереву, открывая тайный проход в низы старой заброшенной лаборатории. Нашел он ее довольно давно и даже лазал в нее вместе со своей маленькой хладнокровной подругой. — Сшшшш… — белая змейка высунула голову из-под одежды маленького господина. — Все в порядке, Хельга, — Гарольд дотронулся до головки своей напарницы по шалостям и проказам в отсутствии своих друзей. — Я знаю, что делаю, не волнуйся, — он аккуратно погладил ее, и Хельга под ласками раздобрела и разрешила вершить дело дальше. «Как ск-сажеш-шь, Гарри…» — она пару раз моргнула, вылезая из-под теплой одежды. Настала пора охотиться на наглых грызунов, которые посмели ворваться на территорию Великой Хельги — хозяйки этой тайной базы. — Удачной охоты, — пожелал Гарольд, а затем погрузился в работу. Его артефакт был почти готов. Оставалась только самая малость — штрихи. «Это просто», — хмыкнул Гарольд, но все равно с самой предельной внимательностью и концентрацией вырисовывал руну за руной на золотом браслетике — подарке матери на день рождения. Он точно не знал, что и когда пошло не так, но рунная цепочка оказалась ошибочной и ударила его током. Гарольд отшатнулся от браслета, во все глаза смотря на него. Тот метал молнии во все стороны, грозясь задеть и Гарольда, но проблема заключалась не в этом. Точнее, не это была главная проблема. «Кто ее остановит?» — этот вопрос волновал куда сильнее. Убежать отсюда будет очень непросто — невозможно, если быть совсем уж точным. Потому что тогда молния нагонит его, и останется от Гарольда Джеймса Поттера только кучка пепла. Остановить ее тоже будет сложно, но этот вариант будет более реализуем, если учитывать, что разрывать рунные цепочки он умел благодаря маме, уроки которой знал лучше всего. Гарольд сдвинулся с места, и молния полетела в его сторону. Как в замедленной съемке он видел, как его настигает электрический удар. Только чудом Гарольд увернулся, но на память получил шрам в виде молнии на лбу, который стал всегда напоминать ему о том роковом дне, дне встречи и его новой жизни. Следующий удар не заставил себя долго ждать, но Гарольд уже не мог увернуться, ранее ненароком подвернув ногу. Боль в ней разносилась по всему телу резкими, но короткими импульсами, приводя в себя Гарольда из шокового состояния. Его глаза расширились, когда добивающий удар летел прямо него… — Протего максима! — прозвучал незнакомый, но звучный голос из темноты. Мощный щит накрыл часть пространства, а после от него отлетело заклятие. Гарольд удивленно выдохнул, смотря на это. — Бомбарда, — следующее заклятие вылетело из белой костяной палочки и раздробило на части золотое украшение. Стоило всему завершиться, как незнакомец спокойно подошел к Гарольду, присел на одно колено и осмотрел его со всех сторон. Единственное, что Гарольд тогда запомнил — это бледное, словно полотно лицо, испуганные глаза цвета Авады и светло-зеленый теплый свет. — Сшшшш… — тихонько зашипела Хельга, выползая из рукава спасителя. Подобравшись к руке Гарольда, она лизнула ее языком, чем привела в чувство удивленного ребенка. «Похоже, что именно она привела сюда этого мужчину». — Ты в порядке? — незнакомец, беспокойно поблескивая глазами, аккуратно, едва касаясь раны в виде молнии на лбу, осматривал её и хмурился, и в итоге со вздохом бросил это дело. Усталая сильная рука опустилась на темную макушку. — Спасибо вам, сэр, — только и смог сказать Гарольд. Он даже испугаться не успел, только подумать о страхе, как тот вмиг перестал для него существовать. Была только молния цвета зелени, цвета смертельного заклятия, но такого красивого и живого. Он скорее завораживал, нежели пугал, пусть и нёс в себе смерть и разрушение…

***

Стоило закончиться истории, как Гарольд усмехнулся, наблюдая за уснувшим крепким сном Гарри. Его шрам в виде молнии на лбу отлично освещался в лунном свете. Он лишь больше уверил Гарольда в схожести между ними. «Как иронично…» — только и подумал он. Но, наверное, он был даже рад подобной встрече, нежели жалел о ней. — Спокойной ночи, Гарри, — прошептал Гарольд, проведя по его волосам, лбу, лицу рукой, после Гарри вмиг перестал хмуриться и расслабился. Не о чем беспокоиться, никакие монстры не страшны, ведь сон его хранит Темный Лорд во плоти…