Странствия Воителя (цикл "Хроники Неназванных Земель"

Снег был сегодня, словно более глубокий, чем обычно, делая труднее каждый последующий шаг. Метель мгновенно заметала следы так, что никто бы не смог пойти этой же тропой, окажись тут хотя бы минутой позже. Возможно, кто-то из друзей захочет догнать его и остановить. Но если таковые найдутся - то, скорее всего, придут уже слишком поздно. Буря усиливалась, а ветер по своему обыкновению напевал свои холодные песни, столь типичные для этих суровых земель. Вязкий снег, словно живой, хватал за ноги и останавливал Эрика, говоря: “Не иди туда! Стой! Остановись, пока не поздно”. Юному воителю было всего лишь восемнадцать. Самый молодой варвар, убивший чудище, о ком помнила история, был двадцати пяти лет от роду, намного более опытный и подготовленный, уже участвовавший ранее в войнах. У Эрика за плечами этого не было. Он был неимоверно храбрым, чем впрочем, среди воителей особо не выделялся, имел безрассудность, свойственную его возрасту. Но в опыте, он, конечно же, уступал тому, чье достижение хочет перечеркнуть. Драться ему приходилось, конечно, ранее неоднократно: нравы воителей таковы, что обучают детей драке с детства, как с оружием, так и кулаками. В боях со своими сверстниками он со временем стал одним из лучших в племени, умея драться как мечом, так и топором. Были и участия в различных походах, но весь его предыдущий опыт был совсем несоотносим с тем испытанием, что он себе выбрал. Драться он решил топором, поскольку топор более эффективен против крупных существ. Расстреливать из лука, либо закидывать дротиками было бы уже не совсем честной битвой, пусть даже никто этого и не увидит. Меч также был в ножнах, но на крайний случай. Сами по себе горные чудища не искали себе жертву среди людей, если те сами к ним не приближались. Хотя были случаи, когда их популяция перерастала определенные пределы , они спускались с гор и воителям приходилось отстаивать свои земли. Но это было крайне редко. Рост чудищ обычно составлял не менее трех метров, у самых крупных он доходил до четырех с половиной. Из-за того, что передвигались они на чуть согнутых лапах, а верхняя часть корпуса заваливалась немного вперед, образуя горб, с виду они казались не настолько длинными. Сил в их ногах хватало, чтобы удерживать на весу огромное туловище, со свисающими к тому же лапами. Их лапы имели длину в полтора-два метра, из которых торчали когти, длиною еще примерно с метр. Сражаться с таким вот созданием один на один, было задачей крайне опасной. Причем кроме варваров, у которых охота на чудище стала обычаем уже давно, никто и не пытался лезть с ними в бой. Эрик был ростом два метра и пять сантиметров, что для варвара было выше среднего роста, но далеким от предела. Его тело было мускулистым и прекрасно тренированным. Он, как и все воители, был невероятно закален и холод ощущал значительно слабее, чем люди, не живущие их образом жизни. Кожаные штаны, а также не очень тяжелый и толстый доспех под меховой накидкой и шлем-это все, что на нем было – обмундирование гораздо скромнее среднего рыцаря и вряд ли способное как-то серьезно ослабить урон от атаки чудища. Их огромные когти могли пробить голову человека насквозь вместе со шлемом. Очевидцы утверждали, что эти создания оттачивают свои когти о скалы. Сегодня у Эрика был шанс встретиться с легендой воочию. За его восемнадцать лет в походах его племени ему приходилось убивать разбойников, гоблинов, диких собак и волков, медведей, даже один раз он спас маленького мальчика от тролля, убив того. Но все эти бои не шли ни в какое сравнение с нынешним. Он боялся. Он никому бы этого не сказал, и не показал, но боялся предстоящего боя. Признаться в этом он мог только самому себе. Для Эрика этот поединок станет лишь маленьким шагом на пути к большой цели. Он мечтал прославиться, стать великим героем, чтобы о его деяниях пели песни и слагали легенды. Сегодняшний же день, а скорее даже ближайший час определит, будет ли эта первая песнь скорбной или звучащей мажорными нотами. А может эта первая песнь станет последней, и никогда ни кем не написанной… Может быть, сегодня его тело найдут растерзанным, а позже в ночи заплачет его мать и его друзья, когда никто не будет этого видеть. А может, а может… Сомнения остались позади, хотя они долго обуревали Эрика ранее. Если сейчас он вернется – это будет позор. Позор для него. Другие его поймут, и для них это будет просто здравый смысл, но для него обратного пути уже нет. Подъем в горы проходил очень неторопливо, горы не были крутыми и за каждым поворотом он готов уже был встретить своего противника. Вьюга усиливалась, затрудняя обзор перед собой для Эрика. Если бы он захотел сейчас найти путь домой, ему бы предстояло искать его вслепую. Все следы заметены, метель скрыла все, что было видно. Холод все больше брал его тело в свои объятия. Теперь природа уже не тянула его назад ,а наоборот толкала быстрее к действию, так как сейчас будет холоднее, а чем холоднее – тем труднее сражаться. С воем ветра вдалеке послышался вой какого-то дикого зверя. Эрик двинулся в ту сторону. Неожиданно он увидел перед собой растерзанное тело волка. Еще за два шага до этого места его не было видно, все скрывал танцующий на ветру снежный занавес. От бедняги осталось совсем немного - лишь характерный цвет шерсти показывал, что это был волк. Немногие из зверей могли сделать такое. Для Эрика это означало, что скорее всего, он уже у цели. Завернув за очередной каменистый утес, он услышал рев: перед его глазами ревел огромный бурый зверь . Расстояние до него было около десяти метров. Вьюга заслоняла обзор, но размеры зверя не позволяли не заметить его совсем. Эрик сосредоточился и принял полную боевую готовность. Если он не хочет повторить судьбу увиденного только что волка, ему нужно драться на пределе своих возможностей. Эрик держал в руках топор и впервые в жизни не представлял заранее, что он будет сейчас делать в бою. Конечно, опыт и инстинкты война должны делать свое дело, но стоит ли полагаться только на них… Чудище, увидев очередную жертву, тут же двинулось по направлению к Эрику. Скорость его шага опережала человеческий раза в три. Первое, что сделал Эрик – это отступил назад, не упуская монстра из виду. Зная, что если он ускорится, то любая секунда может оказаться роковой. Чудища при беге могли набирать хорошую скорость, и Эрика этому учили. Сначала он хотел понаблюдать, что будет делать это создание, обуреваемое яростью. Ничего удивительного не последовало, горное чудовище просто шло по направлению к Эрику. Тут он замедлил шаг к отступлению и его топор схлестнулся с лапой зверя, попав в коготь, совершенно его не повредив. Следующий удар мог снести Эрику голову, но тот увернулся уклоном так, что огромный коготь прошел в сантиметрах двадцати над ним. Затем удар двумя лапами сразу и когти практически зашли в землю, а Эрик сделал своевременный прыжок назад. Ударом топора он попал чудовищу в лапу, чуть выше основания когтей, оно издало рев. Не то, чтобы почувствовав какую-то сильную боль, но все-таки первое попадание осталось за Эриком. Он прекрасно понимал, что любое попадание чудовища может стать, да и, скорее всего, станет решающим. Монстр с той же яростью ринулся на него ,размахивая мощными лапами ,Эрик успевал только ловко отходить ,на этот раз спрятавшись за деревом ,которое его противник повалил двумя ударами. На это раз он сам решил пойти вперед. Что отличало его от многих варваров, так это спокойствие во время боя. Обычно эти прирожденные войны плохо усваивали ,что злость и ярость мало что дают в бою с действительно сильным противником, который сам может использовать эти твои эмоции. Дерево стало медленно падать в сторону чудища, в этот момент Эрик и предпринял свою атаку. Монстр отшвырнул дерево в сторону, это дало несколько секунд для того, чтобы ударить его. Он резким прыжком приблизился к тому на опасное расстояние и ударил в область брюха, затем на отходе нанес еще один удар по лапе. Он понимал, что все идет сейчас так, как надо. Подняв над головой боевой топор, он готовился схлестнуться очередным ударом с лапой горного чудовища, но оно сделало резкий и неожиданный рывок вперед, выбив топор Эрика из его рук, при этом, несясь по направлению к нему. Тот успел лишь прыгнуть в другую сторону, упав на снег, в то время как монстр пробежал мимо. Но тут же повернул и направился в сторону варвара. Тварь была не только свирепой и быстрой, но и ловкой. Можно сказать, что Эрик был не готов к такому. Топор оставался в метрах десяти от лежащего Эрика. Тот резко поднялся и достал меч. Став разить им с уже большей скоростью, поскольку меч имел меньший вес, он встречал клинком удары лапой. Это походило на фехтование, ловкость Эрика давала ему возможность отражать удары и быстро уворачиваться и уходить в сторону, пытаясь ловким маневром оказаться сбоку или сзади, но воитель очень удивлялся природной ловкости зверя. Уж точно зверь не тренируется, как он. Но ловкость этого монстра просто поражала. Эрик продолжал бить мечом, встречая на пути лапы. От огромной силы ударов он с трудом удерживал меч в руках. Да и все больше давал знать о себе холод, пальцы замерзали, даже у воителей есть свой порог чувствительности к холоду. Он делал шаги назад ,планируя подобрать свой топор. Сдерживать удары было невероятно трудно, руки начинали, он опять сделал прыжок в сторону, а затем отвернулся и побежал прочь. Чудище устремилось за ним, затем резкий прыжок в сторону ,пара шагов и он оказался сзади. Хорошая ловкость Эрика дала ему сейчас шанс победить. Он вонзил меч в спину чудовищу, оно заревело. Но меч, при всем старании Эрика, не хотел выходить. Монстр резко развернулся и лапой,скорее плечом попал Эрику в голову так, что тот отлетел в сторону. Голова закружилась, а он остался без оружия. Чудище ревело от боли, но этот рев был скорее рев ярости, не было похоже, что эта рана смертельная, или, что она нанесла какое-то увечье. Он с трудом встал. Чудище ринулось добивать его. Эрик снова прыгнул в сторону, где лежал его топор. Голова еще не пришла в себя от сотрясения, удар был настолько сильным, что перед глазами все немного расплывалось. Если бы не шлем, то возможно Эрик бы уже не поднялся, и чудище успело бы растерзать его. Эрик успел взять топор и приготовился к отражению очередной атаки. Чудище набрало скорость и помчалось в сторону Эрика, тот успел отскочить, но оно успело задеть его когтем. Коготь пробил доспех и из раны пошла кровь. Он не был осведомлен во врачевании и не мог определить, насколько серьезна эта рана, но понял одно – то, что бой нужно завершать быстрее. Ведь, чем дольше он будет терять кровь, тем больше он будет слабеть. Он понимал, что с открытой раной, вкупе с леденящим холодом в долине смерть его, скорее всего, близка. Даже если он сейчас победит, у него может не хватить жизненных сил, чтобы вернуться. Внутренне смирившись с неминуемой гибелью и преодолев подступающие в голову ростки страха, он поднял свой топор и сам пошел вперед, превозмогая ноющую боль. От страха избавиться не получалось, но он попытался его максимально сдавить, насколько это возможно. В очередной раз схлестнулись топор Эрика и мощная лапа чудовища, затем удар топора пришелся по другой лапе зверя. Эрик бил сильно, почти отчаянно, освободив внутреннюю ярость, и уже, будучи готовым героически умереть. Очередной удар пришелся в коготь, не нанеся урона чудовищу. Следующий шаг был самым рискованным и вполне мог бы закончиться смертью война в случае малейшей ошибки. Он резким прыжком приблизился к монстру, минуя удар лапы, практически вплотную и ударил в глаз. Чудище заревело, из глазного отверстия хлынула кровь. Войну пришлось сразу же отскочить в сторону, поскольку даже доли секунды сейчас решали, выживет он или нет. Малейшее попадание лапой могло бы сбить с ног или оглушить, затем его бы уже ничто не спасло от растерзания . Частично ослепленный зверь заревел так, что слышно было явно не за одну милю. Эрик обогнул его сзади и вонзил топор в спину. Затем еще несколько ударов. Чудовище продолжало наносить удары и даже развернулось в сторону Эрика, надеясь умертвить того. Но попадание оружием в глаз повлияло на его скорость, все-таки боль испытывают даже самые опасные звери. После того как топором ему пробили спину, монстр сделал еще несколько попыток сопротивляться неизбежности, а затем повалился на живот. Эрик нанес еще несколько добивающих ударов, пока не убедился, что противник мертв. Он посмотрел на свою рану. Эрик потерял много крови, а сильный мороз помог остановиться кровотечение. Он не знал к лучшему это или к худшему. Голова его кружилась, и он чувствовал, что теряет сознание. Ему оставалось только одно, как он и запланировал, отрезать один коготь от лапы чудища, дабы принести как трофей. К тому же те немногие, кто побеждал чудовищ, делали из него оружие, которое, конечно же, несло его владельцу огромный почет. Он, превозмогая себя, приступил к делу. Зверь лежал, не шевелясь, а кровь, выливающаяся из-под него, окрашивала снег в алый цвет. Да, от его рева сюда могут сбежаться его соплеменники. А может и другие звери. Эрик надеялся, что за ним отправились кто-то из его друзей. Он чувствовал, что силы его скоро покинут. Разделав топором лапу чудища, он с большим трудом получил такой желанный ему трофей. Все, теперь можно возвращаться домой. Там, где его теперь ждет слава. Слава самого молодого воителя, победившего горное чудовище. Но все-таки зверь успел его ранить основательно. Он чувствовал ноющую боль в области живота, где зверь резанул его когтем, холод все больше сковывал Эрика, он чувствовал, что, скорее всего не дойдет до дома. Ведь среди этой пурги и метели дорогу до него нужно еще и найти, а увидеть хоть что-то дальше, чем метров на пять перед собой сейчас было невозможным. Словно само это место сейчас мстит Эрику за его вторжение сюда. Голова кружилась все сильнее, делая шаг за шагом, он повалился на снег. Общее недомогание не давало испытывать радость от победы, а усталость и оледенение практически выжали из него страх подступающей и почти неизбежной и еле осознаваемой смерти. В глазах все закружилось, а затем белый снег закрасился огромным черным пятном, Эрик упал и перестал шевелиться…