MAKE LAZYTOWN GREAT AGAIN

"Спортокус изменился. Он был самым популярным человеком в городе. Человек месяца. Человек года. Человек столетия. Человек - идеал человека. Ему уже было мало постоянных восхищений им со стороны жителей Лентяева и самолюбований. Спортокусу хотелось большего, - власти. Власть - один из главнейших стимулов человека добиться признания. Признанные легче получают власть. Спортокус добился известности, оставалось лишь забрать то, что, по его мнению, принадлежит ему. Контроль города. От того весёлого усатого спортсмена, вообразившего себя Супер-меном не осталось и следа. Теперь это был политик. Жестокий, злой политик, готовый порвать любого за электорат. Вместо яблок он теперь раздает агитационные листовки. Теперь все выходят не на зарядку, а на митинг. Всюду плакаты: "Голосуй за Спортокуса!", " голос за Спортокуса = + 1 год к жизни", "СПОРТ - НЕ ЧАСТЬ ЖИЗНИ, ЖИЗНЬ - ЧАСТЬ СПОРТА". Он всё ещё пытается оставаться в образе потешного гимнаста в латексном голубом костюме, - на своих выступления показывает разные трюки. Например, на прошлой неделе он подбросил в воздух яблоко и в прыжке во время кувырка надкусил его. Зиги аж залез на трибуну и порвал свою кофту на груди, чтобы Спортокус расписался на ней. На всё это тошно смотреть. Во что он превратил спорт? В политическое оружие? В магнит для голосов? В приманку для наивного электората? Несмотря на все его старания, всё равно побеждает дядя. Слава Богу, не я одна понимаю, что Спортокус - не политик. Он всего лишь гимнаст и поехавший веган,"- так рассуждала Стефани , сидя напротив Спортокуса в его дирижабле. Снаружи шел дождь, редкие молнии иногда освещали темный спортивный зал и Спортокуса. Он склонился над столом и внимательно смотрел на Стефани. Скрестил руки домиком, справа от него стоял наполовину допитый протеиновый коктейль со вкусом шоколада. "У тебя даже мышцы ненастоящие," - промелькнуло в голове у девочки. Стояла гробовая тишина, нарушаемая лишь мерным тиканьем часов да стуком капель дождя об обшивку. Около стола образовалась небольшая зеленоватая лужица, - крыша немного протекала, вода смешалась с крошками протеина, в результате чего лужа приобрела такой необычный цвет. Спортокус кашлянул и отпил немного напитка из своего стакана. Затем улыбнулся и медленно произнес: -Я рад, что ты пришла. -Чего тебе нужно? - ответила Стефани. От неожиданной грубости она вздрогнула, - её вопрос эхом отразился от стен округлого помещения дирижабля и вылетел вон на улицу через открытый люк. -Я бы хотел тебя кое о чём попросить, - беспристрастно ответил спортсмен. Улыбка не покинула его лица, казалось, что он и не заметил недовольства собеседницы. -Говори. -Ты же знаешь, что я участвую в выборах. Ох, уж эта политика. Никогда не понимал её. Народ делает выбор в пользу того кандидата, который сильнее польёт грязью противника. Кто не утонет в дерьме, тот и выиграл. Стефани молчала. Что он пытается сказать? -Знаешь, мой отец был политиком. Точнее председателем министерства культуры спорта и образования в Жоптауне. Это небольшой городок в Хуй-пойми-где-каламбузии. Знаешь, такой огроменный жеребец, объединивший физкультурное и юридическое образование. Жрал стероиды, как конь, даже заработал себе рак яичек.Когда мне было лет десять. "Зачем он всё это мне рассказывает?" -Знаешь, что бывает при раке яичек? Конечно, после того, как их удаляют. Перестаёт выделяться тестостерон, растет количество эстрогена. Вырастают сиськи, мышцы дряблеют и обвисают. Мжучины очень тяжело это переживают, не только психически, но и физически. Мой отец долго не мог справиться со своей новой формой тела. Его руки дрожали, как у старика, а ноги отказывались ходить. Представь, какого это спортсмену, жопу которого обтягивали леггинсы с рисунками корабликов, а футболка которого рвалась из-за перекаченных бицепсов, внезапно прийти в магазин для толстяков, чтобы купить футболку по размеру из-за выросшей груди. Нет, должен согласиться, что сиськи у него были шикарные. Прямо дойки порноактрисы. На них даже не грех вздрочнуть было. -Так чего тебе нужно?! - не выдержала Стефани. Она ненавидела Спортокуса, ненавидела уже год. Эта ненависть раздулась до размера огромного мыльного пузыря из рекламы любого мыла. И не дай Бог этот пузырь взорвется. Если взорвется пузырь, взорвется и Стефани. А всё после того случая на реке, на границе Лентяева. Наверное, его стоило остановить. Но уже поздно. -Хорошо, перейду к сути, - Спортокус посмотрел на Стефани не то, что со злобой. Скорее с презрением. -Мой отец из жеребца превратился в пони. В тупое, слабое, мягкотелое создание, способное лишь на то, чтобы катать маленьких детей на ярмарках, которые еще не разучились срать под себя. Тем не менее, это событие заставило отца пересмотреть взгляды на жизнь, и он ушел в работу. Он пахал, как чернорабочий. Бюрократический раб. Он работал днём и ночью, уходил в министерство в семь утра, а возвращался только к часу ночи. Он забросил тренажёрный зал, забросил посиделки с друзьями в баре, забросил семью. Всего себя он посвящал лишь работе. Вонючей, грязной работе, единственному его прибежищу. Он разучился радоваться, разучился смеяться, разучился спать, соболезновать, сочувствовать, трахаться, любить. Он превратился в робота, конвеер, получающий за свой труд деньги. Однако, стоит признать, он добился неплохих успехов. Начиная с председателся министерства спорта и культуры, или чего-то там, в нашем маленьком городишке, он закончил министром дел спорта в столице. Мы переехали туда. В его руках были огромные деньжищи, он воротил сотнями тысяч долларов. В кругу его друзей теперь появились все министры, большая часть крупных бизнесменов столицы, несколько членов мафии и , конечно же, президент. Мистер Карл Дургофф. Они были не разлей вода, - ездили вместе на рыбалку, играли в гольф, тенис, крокет. Если бы мой отец был геем, я уверен, он бы бросил нас и стал бы жить с Карлом. Дургофф - его первый настоящий друг после операции. Да, на семью он окончательно забил. Я не знаю, было ли это выгодное, взаимовыгодное, ультравыгодное сотрудничество и общался он с ним только из-за меркантильных побуждений, но он был счастлив. По-настоящему счастлив. И в какой-то срок Карла подошёл к концу, а мой отец решил баллотироваться в президенты. -Если тебе нечего сказать, я пошла, - Стефани накинула себе на плечи легкую розовую летнюю курточку и встала. Гнев отдавался у неё в висках, вена бешено пульсировала. Она чувствовала, что вот-вот взорвется, нужно было уходить. Иначе она проломила бы голову Спортокусу табуретом. Внезапно Спортокус положил ей свою руку на плечо и силой усадил на место. -Он убил его, - медленно произнес Спортокус. -Застрелил, как собаку с помощью наемных убийц. Прямо за столиком в СтарБаксе. При всех. Это видели все - кассиры, посетители, прохожие. Пуля тринадцатого калибра, пробив панорамное окно сквозь нарисованную на стекле тетеньку в зеленом круглешке, разбрызгала мозги моего отца по всей кофейне. Маленький кусочек его лобной доли попал в мой торт "Дынная симфония". Это такой фруктовый тортик с крыжовником и желе из дыни на бисквите. Я знал, кто это сделал. Потому что, когда Карл победил на выборах, нашу семью депортировали из страны сюда. В "ХУЙ-ТЯЕВО". Так, я понял, как работает политика. В политике нет друзей. Есть лишь враги и не враги. -Так, что ты хочешь от меня? - гнев Стефани сменялся страхом. Глаза Спортокуса горели злостью. -Твой дядя - враг. Он мешает мне. Поэтому, - Спортокус отпил немного коктейля из шейкера. -Ты должна будешь избавиться от него. Ради меня. Для моей победы. -То есть?.. -Убей его. -Ты сошёл с ума. Я не буду этого делать. Я пошла, - Стефани встала, но Спортокус снова с силой усадил её на место. -СЯДЬ БЛЯТЬ НА МЕСТО! ТЫ МОЖЕШЬ ПОЙТИ ТОЛЬКО НА ХУЙ. ТЫ НЕ УЙДЕШЬ, ПОКА Я ТЕБЯ НЕ ОТПУЩУ! -Спортокус?.. - Стефани застыла в ужасе. Кем стал Спортокус? -Ох, извини... трудный денёк выдался. Да и голова болит. Наверное, сегодня перетренировался, - Спортокус поднялся с места, прошел до прикроватной тумбочки, открыл её и достал небольшой голубой конверт. Он уже был довольно старым, на нем стояла маркером дата двухлетней давности. -Я знал, что ты не согласишься. Поэтому, вот твой гонорар. Смотри. -Я не... -Не бойся. Открой. Стефани дрожащими руками раскрыла конверт. Бумага с треском порвалась, внутри оказалась пачка фотографий. Старых фотографий, пожелтевших по краям. Похоже, что они даже старее конверта. -Смотри. Рассмотри каждую внимательно. Никого не узнаёшь? Стефани достала фотографий. То, что она там увидела, не должен был видеть никто. Это был секрет, маленький секрет её и Робби-злобного, который должен был уйти с нею в могилу. -Какого чёрта, - Стефани заплакала. Она быстро запихала все фотографии в конверт и закрыла лицо руками. Слезы катились по её лицу, оставляя за собой мокрые длинные следы. -Пикантненько, да? Хоть на обложку Плейбоя помещай. А как ты кричала. Посмотри на качество, моя гордость. Я лично этими руками все фотографировал. Прятаться за железной печью было довольно тяжело. -Ты чудовище! Я тебя ненавижу. -Удивительно, что у тебя это получалось так профессионально. Самое удивительное, что тебе было всего лет пятнадцать. Даже поза наездницы получилась. Уверен, это точно не первый раз. Робби точно понравилось. -Чего тебе нужно?- тихо спросила Стефани. Её лицо было мокрое от слёз. -Эх, как быстро летит время... -Чего тебе нужно?! - Стефани уже кричала. Она ненавидела Спортокуса. Теперь уже точно. -Ну,ну, киса, не кричи. Всё хорошо. Так вот, если ты не хочешь, чтобы об этой порнушке узнал весь город, ты должна... -Я НЕ БУДУ ЭТОГО ДЕЛАТЬ! -Ты должна убить его. -А если обвинят меня? -Мы можем всё свалить на твоего бой-френда. -Но Робби мертв. Ты сам убил его. -Да, но об этом никто не знает. И для тебя лучше, чтобы не узнали. Иначе, - Спортокус кивнул на фотографии. Стефани вздрогнула снова. Спортокус - настоящий монстр. Настоящий монстр с пидорскими усиками. -Хорошо, - вздохнула девочка. -Я все сделаю. -Супер. У тебя три дня. -Всего три дня?! -А ты чего хотела? Выборы кончаются через неделю. У меня всё. Можешь идти. Это были незабываемые двадцать минут в моей жизни. Стефани вышла на платформу, чтобы зайти в лифт. Тот должен будет доставить её на землю. По сути, это просто воздушная труба со стеклянной футуристической капсулой внутри, похожей на яйцо. Никто понятия не имел, как она работает. Ветер трепал её волосы, дождь мочил одежду. Стефани зашла в капсулу. -Эй, Розовка! - позвал её Спортокус. Она оглянулась. -Удачи. Она увидела, как тот демонстративно поднял шейкер с протеином и отпил пару глотков, перед тем, как двери капсулы закрылись.