Любовь чешуйчастого

Саманта Подойдя вплотную к магической защите, оплетающей, как на мой взгляд самый большой на территории Академии полигон, василиск приложил к ней руку и подтолкнул замешкавшуюся меня в образовавшийся проëм, а сам проскользнул следом. Красные сияющие линии восстановили свое плетение, как только мы оба оказались внутри. Я с любопытством огляделась. Около тридцати адептов стояли ровным строем, гордо расправив плечи. Совсем даже не вывалянные в грязи, а в аккуратной форме: черного цвета кожаных брюках по фигуре и таких же куртках, украшенных металлическими шипами, заклепками и красными вставками. Молодые, подтянутые, статные и, главное, никакого нервного тика! Совершенно не подтвердились сплетни которых я успела наслушаться, за столь короткое время. Я засмотрелась, честно! А они так же с интересом разглядывали меня, наверняка думая, что я совершенно случайно здесь оказалась. — Принимай новенькую, Берт, — подойдя вплотную к высокому мощному мужчине, чинно расхаживающему перед строем адептов, сказал. — Ах да, — спохватился василиск, — Её зовут Саманта. — на миг замолчал и посмотрел при этом мне в глаза, со злорадной ухмылкой продолжил: — Она родная внучка нашего уважаемого ректора. Его слова произвели эфект взорвавшейся бомбы. А эта гадина чешуйчата стоит с такой невинной улыбкой. Словно это не он только, что подложил мне свинью. Ну погоди ж ты у меня! Со всех сторон послышались с толикой удивления, непонимания, злости, гнева и даже неприятия возгласы: — Невозможно! — Не верю! — Это шутка? А в моих глазах обращеных к декану Гадтеру застыл один единственный вопрос: Зачем? Понимая, что теперь мне тут жизни спокойной не будет, впрочем как и учёбы. Продолжая смотреть в лицо василиска приходит понимание, что это его месть мне родимой. Эх, не знала я наивная, что его расплата мне будет немного погодя. Мужчина тут же смерил меня взглядом желтых глаз, а я отметила его короткие жесткие черные волосы, широкую челюсть и лёгкую небритость. — В платье, — сморщился он и строго приказал. — Платье поменять на брючную форму, а волосы отрезать. На следующий урок в таком виде не пущу и прогул поставлю. — Волосы не дам! — я гордо откинула свои кудри, почти достигающие талии, за плечи. — Я столько сил и краски истратила, чтобы получился такой интересный цвет — чёрный, синий и красный. А самое главное один цвет плавно переходил в другой. — В них смерть твоя заключена, — мое заявление его не впечатлило. — Никакой магии не надо, чтобы за волосы оттаскать и что хочешь с тобой сделать. — Да что вы себе позволяете! — возмутилась я. — Я к своим волосам никому прикасаться не позволю! Тот лишь фыркнул. Декан стоял поодаль и не вмешивался, хотя прислушивался к разговору. Вот же гад! Берт кинул на него вопросительный взгляд: — Не против моих методов? Девушка как-никак… — Валяй, — равнодушно махнул рукой василиск. Куратор, а это несомненно был он, широко улыбнулся: — Сейчас вываляем и спесь собъём… Я вся подобралась, напряженно пригладила волосы и решила отстоять их любой ценой. Всю жизнь отращивала, не дам. — Адепт Ниар, — позвал тем временем Берт из строя светловолосого юношу. — Продемонстрируйте, внучке ректора её слабости. Без фанатизма и без магии. — как-то особенно он выделил слова «внучке ректора». Юноша вышел вперед, а остальные адепты рассредоточились вокруг нас, образовав ровное живое кольцо. В центре круга стоял мой противник и выжидающе смотрел на меня, не скрывая презрения в высокомерном взгляде. Хотят повеселиться? Я им сейчас устрою веселье. Смело подошла и встала напротив него, с вызовом вздернув подбородок. — Не бойся, сильно бить не буду, — усмехнулся блондин. — А я буду! Так что бойся! Глупая бравада на самом деле, но быть посмешищем не хотелось. Особенно перед таким количеством симпатичных парней. Со стороны адептов донеслось разрозненное хихиканье разных тембров. — Бой! — скомандовал ровным голосом куратор. Ниар пригнулся как кошка и бросился на меня. Я с легкостью увернулась. Все-таки женская грация — это женская грация. Тем более что с ровесниками я дралась с ранних лет, и опыт у меня был. А ещё у меня был друг, который обучил некоторым приёмам, чтобы я могла хотя бы откинуть от себя противника и убежать. В моём мире знать боевые искусства, бывает столь необходимо, как и воздух. Я же не виновата, что материалом для оттачивания этих самых боевых искусств являлись дворовые парни, которые были этим фактом крайне возмущены и жаждали мести! Хочешь драться — умей и спасаться. Юноша по инерции пролетел лишних несколько метров и неловко приземлился лицом в пыль. Вскочил и недовольно сжал губы. Я же, напротив, широко ему улыбнулась. Давая понять, что хоть я и девушка, но могу за себя постоять. Ниар кинулся вперед, схватил меня за руку, но я подставила ему подножку, а когда он упал, длинными ногтями оцарапала его лицо и отскочила на безопасное расстояние, пока он выл от боли и зажимал глаза руками. Адепты вокруг начали робко посмеиваться. Весь красный от злости, с кровоточащими полосами, перечеркнувшими лицо наискось, Ниар снова вскочил на ноги и попытался схватить меня за волосы. Я ударила его ногой в пах, не особо церемонясь. А что? Ему сказано мои слабости показать, значит, я тоже имею право его слабостями воспользоваться. А за свои кудри вообще убить могу! Робкий смех адептов перестал быть таковым и уверенно набирал обороты. Кто-то даже свистел и подбадривал… меня. Если честно меня саму начал разбирать смех. Рукой нащупала в кармане чихательный порошок. Не знаю правда, от куда он только у меня в кармане оказался? Впрочем в данный момент это неважно. Пальцами вскрыла бумажную упаковку и набрала горсть. А когда Ниар прекратил, согнувшись, стонать от боли и, раздувая ноздри, яростно кинулся вперед, не раздумывая, бросила в его лицо. В глазах парня появились слёзы, и весь полигон оглушил яростный непрекращающийся чих. Адепты валялись со смеху. А Ниар, несмотря на чихание, в порыве бессильной злобы всё же сбил меня с ног и схватил за волосы, решив продемонстрировать, какое подспорье в борьбе дают длинные волосы противника. Зря. Мою прическу охватило фиолетовое свечение, а затем неудачливого адепта отбросило в сторону. Честно сама была в шоке. Никогда бы не подумала, что мои волосы обладают таким замечательным свойством. Невольно вспомнилась моя бабуля, что специально для меня готовила шампунь. И сколько я себя помню пользовалась только им. Возможно… моя бабушка и в самом деле была ведьмой. Хотя неудивительно если учесть, что нежданно-негаданно я обзавелась дедушкой-демоном. Интересно, а кто на самом деле мои родители.? Эх Саманта не о том ты сейчас думаешь. Пожурила себя. Я ободрала коленки, когда упала, вывалялась в пыли и не успела ещё подняться. Багровый Ниар с наливающимися кровью глазами, с обожженными на концах волосами, которые встали дыбом, снова вскочил и замер, слушая хохот товарищей, но внезапно вскинул обе руки в мою сторону и произнес короткое заклинание. В меня полетел ярко-красный шар размером с человеческую голову. К такому я была не готова в моём мире боевые заклятья не изучают. Ибо магии там нет. От слова совсем. Неужели я здесь должна погибнуть. Я взвизгнула и закрыла лицо руками, так и стоя на саднящих коленях. Над полигоном пронёсся крик ужаса и так же быстро сменился потрясенным молчанием, а потом взволнованным гулом. Я отняла руки от лица и посмотрела на противника, который растерянно смотрел на потрескивающий зелёный контур, отделяющий меня от него. А чуть поодаль я заметила жёлтый контур с внушительной дырой. Случайно посмотрела на свою руку и оцепенела когда увидела на ней кольцо. Зелёный камушек словно подмыгивал мне. Откуда у меня кольцо? Опять не о том думаешь! Радуйся, что живая осталась. — Адепт Ниар! — рычание куратора звучало устрашающе. — Вы с ума сошли! Атака смертельным заклятием неподготовленного первокурсника! Боевая магия шестого уровня против девушки! И повторюсь она внучка нашего ректора! Вы понимаете, что он с вами сделает если она пострадает! — рычание набирало обороты и напоминало уже больше раскаты грома. — Атаковать не стоящего на ногах противника запрещено! Боевые заклятия без разрешения — запрещены! Боевые заклятия шестого уровня на территории Академии — вне закона! Это не говоря о том, что магию использовать я вам ЛИЧНО запретил! — Отчислен, — спокойный и холодный голос магистра услышали все. И звучал он куда страшнее ора куратора. — Магистр Гадтер, простите! — багровый цвет лица Ниара уступил место неестественной бледности. — Я не хотел… — Отчислен, — жестко повторил декан. Мне стало жаль адепта. Мне ли не знать, как бывает важна для некоторых учеба, саму едва не отчислили с универа за плохую успеваемость, и… и ужасное поведение. — Магистр Гадтер, — вставая с колен, тихонько обратилась я. Гул стих, весь полигон застыл в немом молчании. Декан не пошевелился и на меня не посмотрел. — А может, не надо… Он молчал. Я аккуратно отряхнула платье, отметив появившиеся на нём дыры. Поморщилась от боли, когда стряхивала грязь с колен, и подошла вплотную к василиску. — Простите его, пожалуйста, — попросила я. — Всё ведь хорошо, никто не пострадал. Платье только немного, но мне его всё равно на форму менять… — Ведьмочка, заткнись, — прошипел Берт и, схватив за плечо, толкнул в сторону. — Марш в строй! Я вывернулась и вернулась к стоящему неподвижно со сжатыми кулаками декану. На его скулах опять проступили золотисто-зелёные чешуйки. — Магистр Гадтер, не принимайте поспешных решений, пожалуйста… — и шепотом добавила так, чтобы слышал только он: — Я как тут учиться дальше буду, если в первый же день из-за меня адепта отчисляют? Все подумает, что если я внучка ректора. То мне всё можно! — Если бы мы с Бертом не вмешались, учиться вы больше нигде бы не смогли, — глухо ответил он наконец. — И я отчисляю его не из-за вас. Адепт Ниар, за мной. Низко склонив голову, адепт подошел к магистру, и от меня не укрылась крупная дрожь, которая била его тело. Жалостливое сердце в очередной раз сжалось. — Дайте ему шанс, пожалуйста… — и всхлипнула. — Чего ты ноешь? — вмешался Берт. — Марш в строй, я сказал! Сегодня же волосы срежешь и переоденешься! — Волосы оставить, — перебил василиск и, не замечая удивленного взгляда куратора, обратился ко мне: — Но распущенными на практике не носить. Я кивнула, заметно обрадовавшись, но попробовала снова до него достучаться: — Магистр Гадтер, а может, всё-таки оставите адепта на факультете? У вас и так недобор… — Такие решения я принимаю самостоятельно, — грубо оборвал он меня. — А вы, адептка Ведьмовская, занимайтесь учёбой. — Но разве вам не жалко юношу? — не сдавалась я и нервно теребила ворот платья, не зная, куда деть руки. — Не смей унижать меня своей фальшивой жалостью, ведьма! — глаза Ниара лихорадочно заблестели и с губ с шипением стали срываться ругательства. — Сука, да чтоб ты подохла! Да чтоб тебя, тварь, нечисть по кусочкам раздербанила! Я, совершенно поражённая, смотрела на него, не сводя взгляд, а ругань продолжала литься из его рта. Такая ругань, что я чуть не задохнулась от красочных сравнений себя с низшими существами и от наличия у себя шокирующего числа сомнительных постельных талантов. Мне бы подойти и влепить ему хотя бы пощечину, но я настолько растерялась, что не смогла сделать даже шаг. Зато смог декан. Он молча развернулся к бледному и трясущемуся адепту, который с искаженным от злобы лицом продолжал выкрикивать непристойности, и двумя пальцами сжал дужку очков. Берт тут же оказался рядом со мной и накрыл широкой ладонью мои глаза, одновремëнно обхватив мою талию другой рукой и увлекая за спину декана, чтобы я не попала под его взгляд. Раздался стон, пробравший меня до кончиков пальцев. Я двумя руками схватила Берта за ладонь, отодвинула её со своих глаз и осторожно выглянула из-за его руки. Ниар корчился на земле, его била судорога, конечности неестественно выворачивались, он кричал. Страшно кричал, захлебывался криком. А декан стоял, надвинув очки на лоб, словно каменный, не реагируя на крики адепта и вытянув ладонью вперёд руку, с которой струилось зелёное сияние. — Что… — еле слышно пробормотала я. — Что он делает? — Злится, — коротко ответил над ухом куратор. И добавил мягко: — Не смотри. Но я не могла оторваться от этого зрелища и поражалась жестокости декана. — Почему он так кричит? Что происходит? — я требовательно постучала локтем по животу куратора, потому что отвечать он не торопился. И меня отпускать тоже. — Взгляд против магии… — я не поняла и снова ударила локтем в живот. Посильнее. Он неохотно, зато быстро объяснил: — Не позволяет ему окаменеть, а это, как видишь, весьма болезненно. Не бойся, но лучше не смотри. Однако подчеркнуто пренебрежительный тон в противоположность настороженному взгляду, который Берт не спускал с декана, заставил меня подумать о том, что он чего-то не договаривает, если не откровенно лжёт. — Хватит! — не выдержала я и попыталась ударить магистра по спине. Берт сжал мою талию крепче, и я не дотянулась, повиснув в воздухе. — Хватит, прекратите! Ниар уже не мог кричать, а хрипел, закатывая глаза. Даже Берта проняло. Он одной рукой зажал меня, кричащую во весь голос, чтобы прекратили издевательства, под мышку, а второй осторожно постучал декану по плечу: — Эллиан, и правда — ты же его убъёшь. Магистр Гадтер еле заметно вздрогнул, вернул очки на место и опустил руку. Ниар прекратил орать, обмяк и стал жадно хватать ртом воздух, безуспешно пытаясь встать на четвереньки. — Вы не василиск… — выдохнула я в спину декана. — Вы — демон какой-то! Так издеваться над живым существом! Садист! — Значит, я — садист? — он резко повернулся, и мне впервые стало страшно с момента нашего знакомства. — Я — демон? Он наклонился ко мне ближе, и я юркнула за спину Берта, который предусмотрительно не стал мне мешать и разжал руку. И уже из-за его плеча пискнула: — Да! — Ну, знаете ли… — он двинулся на меня, и я опять спряталась за широкой спиной куратора. — Эллиан, успокойся… — Берт уперся ладонью в грудь декана, остановив его, и повернул голову ко мне: — А ничего, что ты сейчас сама прячешься за спиной демона, ведьмочка? Я внимательно осмотрела спину куратора. И не только её. И уверенно ответила: — Вы не демон. У вас хвоста нет. Тот поперхнулся. — Ты куда там пялишься? — На туда, где должен быть хвост, если вы демон. — я даже потрогала, чтобы убедиться, потом пояс штанов оттянула и заглянула туда. Хвоста не было ни капли. — Зачем врёте? Чтобы я испугалась? Так декан по сравнению с вами гораздо страшнее. У него и хвост есть, я видела, зелёный такой, противный. Вы только не шевелитесь, пусть он сначала вас убьет, если что. — Эллиан, ты где её взял? — ошарашено спросил Берт, прикрывая одной рукой место предполагаемого хвоста. — Верни обратно, срочно! — Адептка, прекратите щупать куратора! — угрожающе прорычал декан. Я демонстративно подняла обе руки вверх, но из-за спины недодемона не вышла. — Я не щупала, а изучала! И врать нехорошо! — У меня матушка — демон! — проревел Берт в свое оправдание. — У меня от неё характер и способности! А батя оборотень! Гризли! Я вздохнула. — Какая печальная наследственность… — Ведьмочка, ты напросишься, я тебя сейчас декану сбагрю, раз ты его так боишься! — пригрозил куратор и попытался отойти в сторону, оставив меня нос к носу с василиском. Только я отрицательно замотала головой и намертво вцепилась в его куртку, сохранив за собой относительно безопасное место. — Нет, Берт, это теперь наша общая проблема, — как-то злорадно ответил магистр Гадтер. И кивнул слегка ожившему Ниару: — Адепт, за мной, к ректору. Тот, покачиваясь, неуверенно встал на ноги. Почти забытое чувство жалости и несправедливости всколыхнулось снова. — Видите, до чего довели юношу? — я пальцем ткнула на адепта, лицо которого отливало зелёным цветом. — Он еле жив остался! Даже недодемон вмешался, а вы… — Кто тут недодемон! — раздался грозный рык, но его проигнорировали и я, и василиск, потому что оба сверлили друг друга взглядом. Я, конечно, не видела глаз, но мимика была достаточно красноречивой, чтобы понять, что он обо мне думает. Наконец он ответил. — Если вы позволяете одаривать себя подобными комплиментами, то я не терплю таких высказываний в своем присутствии, — кажущееся спокойствие голоса меня уже обмануть не могло. — Убийц я тем более не жалею, даже потенциальных. И применяю то наказание, которое сочту нужным. — Можно же было мягче… — снова высунулась я. — Некоторые понимают только силу, — отрезал декан. И ехидно добавил: — А некоторые не понимают даже её. Это он обо мне, что ли? Хотела возмутиться и уточнить, но не успела. — Берт, после практики проводи адептку Ведьмовскую до лекционной аудитории. — Может, она сама дойдёт? — сморщился куратор. — А может, и не дойдёт… хорошо бы… — Берт! — Ладно-ладно… — недовольно пробурчал тот себе под нос. Декан, не прощаясь, покинул полигон вместе с прихрамывающим следом Ниаром. — Ведьмочка, вставай в строй, — устало скомандовал куратор, едва они скрылись из виду. — Как самая мелкая — в самый конец. Марш! Пришлось плестись в самый хвост, проходя мимо шеренги парней, провожающих меня заинтересованными взглядами. Дошла до последнего, которым оказался симпатичный худощавый брюнет, и встала рядом, но даже ему я едва дотягивала до плеча. — Ведьмочка, ты молодчина, сработаемся! — шепнул он. И украдкой повернул руку ладонью вверх. — Дай пять! Я уныло ударила по предложенной руке, и он представился, всё так же шепотом: — Аскар, боевой маг. — Саманта Ведьмовская. — За что сослали? — Вот даже нисколько не удивилась вопросу, видать, на этом факультете он самый популярный. — Так решил мой дедушка — решила признаться я, — А тебя? — А я сам сюда перешёл с факультета Боевой магии, — не без гордости ответил он. — И не в середине семестра, как ты. — Зачем? — искренне удивилась я. — Ты что! — его глаза восторженно заблестели. — Здесь можно на настоящих зомби тренироваться хоть каждый день, а не то что у нас — на проекциях! И в Парк посылают раз в неделю. — Что нам с тобой делать на одном факультете? — горько вздохнула я. — Учиться друг у друга, — вполне серьезно ответил маг. И с жаром принялся объяснять. — Ты умеешь то, чего не умею я, и наоборот. А ещё — магия оборотней, вампиров и даже гномов! Не то что у нас — целься лучше, бросай дальше. Здесь интересно! — Разговорчики! — прервал его восторг крик куратора. Мы сразу сделали вид, что друг с другом не знакомы, и отвернулись в разные стороны. Громкий голос разлетелся над полигоном: — Вы сегодня стали свидетелями применения двух разных защит. Одна из которых подействовала, а другая нет. Кто скажет, что было бы с адепткой Ведьмовской, если бы защиту наложил только я? — От неё осталось бы мокрое место! — радостно выкрикнул кто-то из строя. — Ошибочное заблуждение, — рыкнул Берт, и я невольно выдохнула, а он невозмутимо добавил. — Никакого мокрого места от нее бы не осталось! Только дыра в почве! Как-то стало сразу не по себе. — Адептке Ведьмовской несказанно повезло, что на нее наложили две защиты — мою и магистра. Моя — приняла основной удар, а остаточный импульс поглотила вторая защита, — продолжал вещать Берт. — Кстати, чем ближе к объекту защита, тем сложнее её накладывать, но тем надежнее она получается Адепты достали из карманов блокноты и стали лихорадочно записывать. — Что не пишешь? — спросил Аскар. — Он два раза не повторяет. Я развела руками. Ничего у меня с собой не было. — Ладно, дам списать потом, — великодушно расщедрился маг. Я спорить не стала и продолжила слушать. — Итак, правило первое. Накладывая защиту на другой объект, следите за расстоянием. Наложите слишком близко — объект может покалечить отдачей. Слишком далеко — может не сработать сама защита. Мне не понравились оба варианта. И сразу вспомнилось, что зелёная защита была ко мне очень близко. — Правило второе. Если вы объект и на вас наложена защита, не стоит на неё надеяться и ждать удара. Лучше попытайтесь увернуться от атаки. Продлевает жизнь, знаете ли. Не смогла не согласиться с этим утверждением и запомнила на всякий случай. — Правило третье. Лучше чужой защиты — только своя. Но сегодня не об этом. Сегодня отрабатываем технику защиты объекта на расстоянии. Плетение первое — основное. Дальше он подробно описывал схему и направление потоков энергии. Я всё равно не запоминала и слушала невнимательно. До тех пор, пока он не произнес: — А теперь разделитесь по трое. Один — объект, второй — атакует, третий — накладывает защиту. На следующих двух парах меняетесь. Ко мне тут же подскочили Аскар и парень, что стоял рядом с ним. Тоже брюнет, но коренастый и жилистый. Оказалось, что оборотень. А ещё оказалось, что он будет накладывать защиту, маг атаковать, а я… да-да, а я — снова объект, несмотря на все протесты. Меня лицемерно уверили, что у меня есть незаменимый опыт. Хорошо, что я запомнила второе правило. Защита у оборотня не получалась. Ни с первого раза. Ни со второго. Ни… да он вообще тупой какой-то! А Аскар старался. Атаковал медленно, лениво, заметно себя сдерживая. Второе правило я использовала на совесть! На ведьмочкином платье чистого места не осталось — так я уворачивалась и падала на землю! А когда не успела в очередной раз пригнуться, а защита оборотня — сработать, мы с Аскаром, дружно переглянувшись, заставили этого оборотня есть землю вперемешку с чихательным порошком. Аскар его держал, а я кормила. На удивление помогло гораздо лучше, чем советы изредка подходящего Берта. Защита стала получаться. К концу урока две трети адептов приобрели тот вид, в котором их по слухам раньше и видели: грязные, потрепанные, злые. Те, что служили объектами, вздрагивать начали от любого резкого движения или звука. Те, кто защиту неудачно накладывал, землей отплевывались и бока потирали — адепты быстро оценили преимущества нашего метода обучения и с радостью его опробовали друг на друге. Пришлось поделиться порошком со всеми желающими. А я и не жадная, мне не жалко! Тем более что наш оборотень, которого звали Касси, очень быстро освоил плетение основной защиты и ставил её на меня с поразительным профессионализмом и точностью. Остальные адепты обзавидовались. Завидовали в основном мне, когда я расслабилась, села на землю и стала перебирать оставшиеся в кармане пакетики и проговаривать вслух их названия. Чихательный порошок был самым безобидным, и Касси очень старался. Берт тактично отворачивался, когда очередной адепт с тлеющими волосами и злым взглядом закатывал рукава и принимался месить неумелого защитника. Атакующие тоже помогали учить неудачников, используя грубую мужскую силу, но без особого энтузиазма. Из разных концов полигона то и дело раздавались примерно одинаковые выкрики: — Ой! — Ай! — Хватит! — Я всего две линии перепутал! — Сам ешь… ай! Тьфу, тьфу, апчхи! — Ты-то зачем лезешь? — взвыл в одной тройке побитый защитник, когда атакующий маг стал его мутузить, помогая объекту. — А я тоже не хочу погибнуть в настоящей схватке из-за твоей дырявой защиты! Делай прочнее! После этих слов остальные атакующие тоже приняли самое активное участие в профилактике дырявых защит. — Все свободны! — объявил об окончании занятия куратор и подошел к нашей уже сплоченной троице. Остальные адепты издали вздох облегчения и покинули полигон раньше, чем я успела моргнуть. — Пошли, ведьмочка, провожу, раз пообещал, — хмуро позвал он. — Да ладно, куратор Хамон, мы и сами её можем проводить, — беспечно улыбнулся Аскар и руку мне протянул. Берт перевел на него тяжелый взгляд. Маг сразу руку в карман убрал, и улыбка тоже куда-то пропала. — Обещал я, значит, и провожу я, — прорычал куратор, глядя ему в глаза. — А вы с Касси можете друг друга проводить. Оба адепта примолкли, но остались на месте и вопросительно на меня посмотрели. Я бы и сама лучше с ребятами пошла, чем с этим громилой. — А может, и правда? — с надеждой спросила я. — Зачем вам на меня время тратить? — Пошли, говорю! — рыкнул он и в сторону выхода повернулся. — Потеряешься по дороге, меня Эллиан потом тоже где-нибудь потеряет, да так, что не найдёт никто. — Тоже его боитесь, да? А ещё демон… — разочарованно протянула я. Берт резко развернулся, и его жёлтые глаза сверкнули на солнце, а клыки заметнее стали. — Просто хорошо его знаю. А демоны тоже жить хотят, — отрезал он и громко хрустнул костяшками пальцев. Я от этого звука вздрогнула, а он довольно прищурился: — А ведьмочки не очень, да? — А меня до вашего Ниара никто убить и не пытался, — обиделась я, поджав губы. — Пополняй коллекцию, — хохотнул он. — У меня уже руки чешутся! — Мыть надо! Он автоматически сначала на руки свои посмотрел, а потом на меня. Лучше бы дальше руки свои разглядывал! — А ну сюда иди! — гаркнул Берт и попытался схватить меня двумя руками. — Я сейчас тебя сам помою! Я, не будь дурой, оборотнем и магом прикрылась. Они, правда, сопротивлялись и в разные стороны шарахнулись, но я-то тоже крепко за куртки держаться умею. — Вы там что-то магистру обещали! — из-за их спин напомнила я. — Мытье туда не входило, я точно помню! — Считай, бонус! — обходя слева парней, обрадовал он. — Я чистая и не чешусь! — крепко держась за них, мелкими шагами отходила я в противоположную сторону. — Не надо бонусов! Хотите, я вам сама бонус дам? У меня средство от чесотки есть, хорошее! — Ты это средство знаешь куда засунь! — окончательно разозлился он. Адептов откинул и меня за шиворот поднял: — Попалась, зараза мелкая? Я брыкалась, вися в воздухе, но это не помогало. Куратор Хамон был неподвижен, как скала, и зол, как настоящий, а не половинчатый демон. Глянул мне в лицо, держа меня в вытянутой руке, как напакостившего котенка, и я как-то сразу пожалела о своём длинном языке. А когда он меня так за шиворот и понёс, совсем страшно стало. Я и к совести его взывала, и нажаловаться грозилась, и даже пнуть хотела, только не дотянулась. А он всё нёс и нёс. Молча, полный решимости. Парни следом шли, только сделать ничего не могли. Куда уж им до него… — Вы знаете, что это за колечко? — извернувшись, сунула ему указательный палец прямо в лицо. Мне интересно. Вдруг он знает, что это за кольцо и кто его настоящий владелец? Берт остановился как вкопанный. — Очень даже хорошо знаю, адептка Ведьмовская, — с каменным лицом произнёс он. И поставил меня на землю. — Помнится, я проводить обещал до аудитории. И то, что дойдëшь туда, тоже обещал… Я даже пискнула, не поверив счастью. — А может, до столовой лучше? Кушать хочется, — мечтательно вздохнула я, окрылённая успехом, пока поправляла платье. Тот зыркнул на меня жёлтыми глазами. — Нет так нет, — смирилась я сразу. — Но хочется, правда… — Сказано до аудитории, значит до аудитории! — отрезал он. — Пошли, а то опоздаешь… Я торопливо пошла за ним, а адепты за мной, о чём-то шушукаясь. И уже когда к главному корпусу подошли, Берт спросил глухо: — Что там ведьмочки едят-то, вообще? Я снова вздохнула, подумав о еде. И желудок красноречиво буркнул. — А мне бабушка обычно готовила, а сейчас я даже пирожку была рада. — Что ни ведьмочка, так всё поближе к кухне держится, — усмехнулся Берт. Не к кухне, а к вкусной еде, теплу и уюту, подумала я, но спорить не стала.