Любовь чешуйчастого

Несколько дней спустя Две пары по «Теории построения магических атак» пролетели незаметно и в грустном настроении. Отчислят? Не отчислят? А за что отчислять? За то, что помогла ребятам проучить коменданта? Подумаешь велика провинность! Вот и вышла я из лекционной аудитории последняя, медленно волоча ноги. — Стоять! — раздалось сзади. Начинаю привыкать и к этому голосу, и к этой команде, но всё равно вздрогнула. Неохотно обернулась и увидела декана, прислонившегося спиной к стене рядом с аудиторией. Как всегда, собранный, серьёзный и со скрещенными руками на груди. Меня ждёт…, давно похоже…, ой не к добру… — Куда-то спешите, адептка? — поинтересовался он и сделал шаг навстречу. Спешу, не видно разве, как спешу! Только спешить-то некуда особо… Фергюс, поди, поджидает… Забавные у нас с деканом отношения выходят. Когда мы были одни он переходил на ты. И то если не злился на меня за что-то. На вы он меня называл только в том случае, когда я его сильно чем то выводила из себя. Что происходило довольно часто. А я всё также продолжала обращаться к нему на вы. Потому… потому что влюбилась в него. И даже сама не заметила, когда случилось сие большое событие. Честно, ну как? Как я могла вот так сходу, влюбиться в совершенно незнакомого мне мужчину. Для меня случившееся было подобно обухом по голове из-за угла. Но как ему сказать об этом не знаю. И вместо того, чтобы дать мужчине, хоть один малюсенький намёк, того что он мне нравится. Я продолжаю его доводить до белого каления, злить и выводить из себя. Эта внезапная влюбленность словно гром среди ясного неба. Заставляет меня творить чёрти что. Честно я сама себя не понимаю. Как угораздило влюбиться. Снова. Хочеться побиться головой об ближайшую стену, за дебилизм. Проклятие, Саманта, а ведь ты клялась, божилась, что больше никогда, и ни за что больше не влюбишся. Идиотка. Кретинка. Дура. Я ведь знаю, что василиска любить нельзя. Не знаю откуда, но мне четко пришло понимание о том, что моим чувствам к декану может помешать препятствие, одно… если… если наши чувства не взаимные. У меня есть все шансы превратится в камень. При мысли, что его возлюбленной, могу быть не я, становилось трудно дышать, а бедное сердце сжималось от боли. Что хотелось очень громко кричать. Вот, что делает любовь с человеком, особенно безответнная. Ещё не зная, я уже всеми фибрами своей души ненавидела его будущую избранницу. От всех этих мыслей мне стало дурно. Я так сильно задумалась о стоящем рядом мужчине, что с трудом услышала, что он мне говорит. Пришлось даже головой потрясти, приводя мысли в порядок. — Вы долго молчать будете? — Это не я! — выпалила, собственно, я, догадавшись о причинах появления декана. Хотя обычно в таких случаях адептов вызывают в кабинет. — Что — не вы? — не понял декан и нахмурился. — Ничего не я! — поспешно ответила, очень сильно надеясь, что гоблин всё же не успел нажаловаться, и я ошиблась. Василиск явно не поверил и что-то заподозрил. — Вы опять что-то натворили, адептка? И тон у него такой… не предвещающий одной конкретной ведьмочке ничего хорошего. — Нет-нет-нет! — сбивчиво затараторила я, слегка занервничав. — И вообще — меня там не было, ему показалось, и он пьет! Много! Мужчина очень заинтересованно выслушал, но промолчал. Сразу видно, умный декан — молчит, а глупая ведьмочка чуть сама всё не рассказала. — Я ничего не скажу! — сообразив, приняла единственное верное решение, пока не поздно. — Ладно, всё равно же узнаю, — хмыкнул он насмешливо. — И кто, и что, и где именно вас не было… История, похоже, занимательная, но я здесь не за этим. — А зачем? — уже спокойнее спросила я, радуясь, что наказание откладывается. — За тобой должок — вкрадчиво так произнёс мужчина вновь перейдя на ты. — Тебя хотят видеть на кафедре Зельеварения. Вот почему чуть что, так сразу ведьмочка виновата? У меня ещё впереди разборки с комендантом маячат, их бы пережить… — Если вас это расстраивает, могу рецепт зелья дать, — от злости съязвила я, так и не поняв, в чём именно меня обвиняют! — Адептка Ведьмовская, — угрожающе произнес декан, срываясь на шипение. — Мое терпение не безгранично и вот-вот закончится. — И что будет, если оно закончится? Бить меня вы не будете, отчислить просто так не отчислите без причины… — начала я перечислять и задумалась. Про Фергюса ведь он пока не знает? А потому обрадованно и бесстрашно посмотрела прямо на него. — Да что вы мне сделаете? — Неужели вы сомневаетесь в моей фантазии? — усмехнулся он. Нехорошо как-то усмехнулся. Мне сомневаться сразу расхотелось, а глаза самопроизвольно стали искать пути отступления, и в голове один за другим забраковывались маршруты побега. — Ну вот и хорошо, — согласился он с моим затянувшимся молчанием. — Пойдёмте со мной. — А я никуда с вами не пойду, — попятилась назад практически инстинктивно. И честно призналась, почти шепотом: — Мне страшно. Вы мне только что про фантазию свою буйную рассказывали… — Страшно вам? — также шепотом переспросил он, подавшись вперёд. Я вся сжалась и ещё на шаг назад отступила. — А злить вам меня не страшно? Я не нашлась, что ответить, потому что злить дальше действительно стало страшно. По старой привычке прикусила губу и нервно потянулась теребить воротник платья. Только платье я не нащупала, ведь сама же вчера его выбросила. Вместо него пальцы поймали вырез новой блузки, на котором тут же и задержались, перебирая мягкую и приятную на ощупь ткань, изредка касаясь кожи. Декан ждал, плотно сжав губы, и я уже почти успокоилась и понадеялась, что василиск от меня отвяжется, но вдруг он как рявкнет ни с того ни с сего: — Хватит! Я даже подпрыгнула от неожиданности и устремила на него полный обиды и непонимания взор. — Ведьмочка, как вас там… Саманта, — ласково даже произнёс он мое имя, подойдя ещё ближе и осторожно отцепив мою руку от блузки. О как, даже имя моё забыл. Обидно как-то стало. А я люблю этого гада. Возьми себя в руки. Немедленно! Мысленно надавала себе тумаков.  — Давайте я не буду тратить драгоценное время на ваши уговоры… тогда и бояться вам будет нечего… и о фантазиях моих вы не узнаете… силой вас вести не придётся… договорились, да? Меня даже слегка заворожил этот вкрадчивый голос, настолько непривычно было слышать в нём, кроме сдержанной холодности и шипения, какие-то новые нотки. А ещё я поняла, что очень мало знаю о василисках. Вдруг они и гипнотизировать умеют? А это опасно, да? Чёрт. Саманта прекрати уже думать о нём. Резко выдернула свою руку из его ладони, которую он не торопился разжимать, и спрятала за спину. Совсем уж не к месту вспомнив о том, что люблю до безумия стоящего передо мной мужчину. Как? Ну вот как? Меня угораздило влюбиться в этого гада? Ведь и повода он мне не давал. А смотря на него внутри меня всё трепещет и ноги подгибаются. Проклятие! Он усмехнулся такой реакции, потом опять сложил руки на груди и наклонил голову набок, внимательно, но с откровенной издевкой на лице наблюдая за мной и давая время подумать. — Нет, не пойду, — слегка смутившись, упрямо повторила я. — Значит, не пойдëте? — вздохнул декан. — Я… а вам зачем? — настороженно поинтересовалась я, помня о его угрозе проявить фантазию в наказаниях. — Идёте, наконец? — устало спросил он. Кивнула в ответ, и мы молча пошли в Лабораторный корпус. Только мне было непонятно зачем туда идти? Точно. Он говорил, что там меня хотят видеть. Но зачем? Новые ботинки на платформе оказались удобными, но идти в них было непривычно, а я и так хожу не особо быстро по сравнению с деканом. В прошлый раз почти бежать пришлось, но сейчас он заметно сбавил скорость и шел рядом, почти вплотную. А когда пробивались через плотную толпу адептов на первом этаже, приобнял меня за плечо, прижав к широкой груди, провёл так до самого выхода из Академии и сразу выпустил. Неужели он думает, что маленькую ведьмочку так легко затоптать? Но забота даже ведьме приятна… особенно влюблённой ведьме. Надеюсь, он не увидел, как я улыбнулась, ведь получилось довольно быстро спрятать эту невольную улыбку. А быть в его объятиях оказывается приятно. Да сколько можно! Нет, у меня явно крыша поехала. Ведь я могу думать только о любви к нему. Так дело не пойдёт. Магистр Гадтер открыл передо мной дверь Кафедры Зельеварения, пропустил вперёд, подтолкнув в спину, и зашёл следом. — Явился! — как-то недобро прищурилась профессор, узрев нас обоих на пороге. Я даже поздороваться не успела, а она без долгих разговоров вскочила со своего места, схватила метлу и замахнулась на василиска. — Розалия, ты чего? — увернувшись от первого, но далеко не последнего удара, выкрикнул декан, выставляя вперёд руку. — Я — чего? — снова взмахивая метлой и обрушивая её на декана, шипела она словно кошка. — Да ты там совсем на своем факультете оборзел! Убийц малолетних воспитываешь! Девочку чуть не угробили! И всё при тебе! И с твоего позволения! Гадëныш! А каждое свое слово подкрепляла новыми ударами, от которых ему приходилось отпрыгивать и уворачиваться. — Розалия! — возмущенно прикрикнул он и, вместо того чтобы избежать удара, схватился за её грозное оружие двумя руками и вырвал наконец метлу у разозлённой ведьмы. Но это же не единственное оружие в ведьминском арсенале! Я с интересом наблюдала, как дальше он в полсилы отбивался от заклятий и проклятий, а потом не выдержал, скрутил преподавательницу и привязал к стулу прутиками из её же метлы. Не ожидала, что декан умеет обращаться со специализированным транспортным средством, которое изредка используется не по назначению. — Розалия, ты подаёшь дурной пример адептке! — отбрасывая слегка полысевшую метлу в сторону, попробовал он вразумить разбушевавшуюся Грэдис. — Теперь понятно, почему все ведьмы такие… такие! — Зато мои адептки не убивают друг друга! — слегка запыхавшись, крикнула она в ответ и попыталась дотянуться и пнуть его по колену. — Ты вообще о чём думал? Я же просила за ней присмотреть, а это разве присмотр? — Это досадное стечение обстоятельств, как и её появление на моем факультете. А виновный наказан! Отчислен без права возвращения и никогда не переступит порог Академии! — с раздражением в голосе оправдался василиск, как будто сто раз уже это повторял. — Вы сломали ему жизнь, — возмутилась я. — Не знаете — молчите! — прикрикнул на меня декан, даже не оглянувшись. — Не ори на адептку! — рявкнула на него профессор Грэдис. — На МОЮ адептку! — прорычал он, сжимая кулаки. А я… я так и продолжила стоять на пороге. Потому что эта ведьма сильно напоминала мне подругу бабушки Феофанию. — Ты чего застыла паршивка! — обратив на меня внимания прошипела профессор. — Ты хоть в курсе, как за тебя тревожиться бабушка.? — Я… я.. я не хотела! — начала оправдываться и впервые за всё время мне хотелось плакать. — Не реви! — рыкнула взбешеная Розалия. — Раньше нужно было думать прежде чем бежать в зачарованный лес! Ты мне скажи о чём ты думала прежде чем тебя понесло туда? И главное каким местом думала? — Я не дум… — не договорив замолчала потому что как раз таки вспомнила. О чём именно думала. — Оу, я вижу процесс мышления в самом разгаре. Может с нами поделишься? — профессорша пытливо смотрела на меня на пару с василиском. — Я хотела найти свое счастье! — не подумав выпалила и тут закрыв себя рот руками замолчала. — Дурында! — слажено гаркнули оба. — Да что ж вы кричите на меня! Постоянно! — со слезами крикнула, чувствуя что нервы не к чёрту. — Почему с момента моего появления здесь, меня всегда в чём то обвиняют? Почему? — поочередно смотря на обоих с обидой в глазах. — Саманта, успокойся, — неожиданно нежно молвил Эллиан смотря на меня. Не знала, что он может быть таким. Милым. — Что, Саманта? Никто не спрашивал всё ли у меня хорошо, с тех пор, как я здесь очутилась. Но виновата почему-то всегда я. — смахнув злые слёзы продолжила: — Неужели вам не понятно, как мне трудно здесь ко всему привыкнуть. Но вы только требуете всегда что-то от меня! Не понимая как мне тяжело! — да вот и пришла запоздалая истерика, мелькнуло в голове. — Прости! Всего одно слово видимо способно творить чудеса. Если оно произнесено любимым человеком. — Ну всё хватит. Прошу тебя. Признаю был не прав. — неожиданно меня сгребли в охапку и прижали к каменной груди. — Успокойся. — Спасибо. — тихо прошептала, радуясь объятьям, где и слёзы делись. И не здержавшись ляпнула: — Почему все пытаются меня обидеть! — от жалости к себе любимой вновь шмыгнула носом. — Успокоилась. — меня отстранили и ощутимо встряхнули за плечи, да так что зубами клацнула. Высвободившись с обидой смотря в лицо несносного мужчины прошипела: — Да ты не василиск, а хамелеон какой-то. Послышался громкий смех обернувшись увидели профессоршу, что смеялась над нами. — Два сапога пара. — сквозь смех проговорила Розалия. — Что за шум? — декан факультета Тёмной Магии с любопытством заглянул на кафедру.