Женщины - слабые создания

-- Надо вот здесь плавный переход в музыке, - тыча пальцем в монитор компьютера. - Я не могу постоянно делать прыжки, мне тоже нужен небольшой отдых. -- Ну, я попробую туда втиснуть что-то плавное, но это сложно, учитывая, что сама по себе мелодия быстрая, - задумчиво что-то перечёркивая в нотной тетради, проговорила Виктория. - Может оставим на этом куске только звук фортепиано? Должно неплохо получиться... -- Ну, я не умею представлять всю эту хрень в своей голове, ты лучше сделай и дай послушать. Голубоволосая, предварительно сохранив изначальную мелодию, принялась удалять колонки со звуком в том месте, где это было нужно. Плисецкий уже третий час заседает у композитора, высказывая свои желания. Виктория старается исполнить все его капризы, однако, иногда он просит слишком много и у них возникают ссоры. -- Блин, зимние соревнования уже на носу... Так не хочется всей этой беготни! -- Да ладно тебе, ты хорошо катаешься, возьмёшь золотую медаль и домой, - трепя блондина по голове. - А то дедушке Коле без тебя скучновато. -- Эх, это как пойдёт... - тяжело вздыхая. - Слушай, Вик, я знаю, что немного невежливо спрашивать человека о том, о чём он не хочет говорить, но всё же... Где твои родители? -- Что это ты вдруг? -- Просто я тут уже достаточно долго, но ни разу не видел никого из них... Немного настораживает, что ты живёшь с двумя парнями, которые тебе не являются родственниками, в одной квартире. Девушка потянулась, развалившись на кресле, и пробубнила практически себе под нос, что не особо хочет об этом говорить. Фигурист решил не добиваться ответа, потому что всё ещё помнил ту странную просьбу Валеры не упоминать её родственников. Разговор после этого немного не клеился, поэтому Юра решил напомнить об обещании, которое девушка дала в магазине: -- Ты, кстати, обещала рассказать про свою аритмию или как там её.... -- Ой, точно, вылетело из головы, - Вика вскочила из-за компьютера. - Я сбегаю на кухню, выпью таблетки и расскажу. Девушка ураганом умчалась в выше указанное помещение, оставив парня в недоумении сидеть на её кровати. *** Беловолосый заваривал себе кофе, после крепкого сна, чтобы хоть как-то растормошить организм, который ни в какую не хотел просыпаться. Виктория залетела на кухню и полезла в аптечку, в которой хранились лекарства. Быстро выудив нужное, она налила в стакан воду и проглотила таблетку. -- Опять забыла выпить в нужное время? - осторожно ставя кружку с горячим напитком, пробубнил Максим. -- Всего лишь на два часа просрочила, ничего страшного. -- Это страшно, Вика! Когда до тебя дойдёт такая простая информация?... -- Не кипятись, бельчонок... Кстати, где Витька? Его не видно. Тяжело вздохнув, парень указал на подоконник. *** -- Юрка, смотри, я Витьку притащила! - весело кружась, голубоволосая приземлилась на кровать. -- Аккуратнее, женщина, ты чуть на меня не приземлилась! -- Да я лёгкая, - положив голоу на колени к фигуристу. - Всего 40 килограмм. Плисецкий подумал, что ослышался, поэтому переспросил. После этого на девушку обрушилась лекция про то, что надо нормально питаться, а не перебиваться перекусами. Виктория слушала это всё не особо внимательно, ведь подобные лекции ей закатывал и Валера, когда в очередной раз узнавал, что его подруга потеряла в весе. -- Это нормально для меня... Почему всё так суетятся по этому поводу? - вздыхая. -- Это уже почти анорексия! - неунимался блондин. - Зачем себя так изводить?! -- Да тихо ты! Не извожу я себя ничем, оно само, я ничего для этого не делаю... Врачи говорят, что это стресс и постоянный приём таблеток... -- Кстати, об этом, давай, рассказывай, чтобы я знал, что может случиться, когда я в следующий раз соберусь с тобой в магазин. Голубоволосая положила кота на кровать, а сама обняла Юру за талию, уткнувшись носом в живот. К удивлению девушки, Плисецкий не сопротивлялся, а смиренно сидел, даже ничего не сказав по этому поводу. -- Только обещай, что не перестанешь со мной общаться после этого, - выдыхая в кофту, пробубнила Вика. -- Давай рассказывай, а то Гугл меня уже изрядно напугал, когда я вбил "аритмия сердца", - кладя руку на голубую макушку. Честно сказать, интернет действительно напугал фигуриста обилием тех болячек, которые могут вызвать эту аритмию. Их было слишком много, чтобы гадать какая именно у его знакомой. Сам того не замечая, Плисецкий потихоньку привязался к этой взбаламошной особе за лето. Она практически каждый день была рядом, поначалу забегая к дедушке Коле, а потом, чтобы дать послушать мелодии. После того совместного похода на каток, они начали понемногу налаживать общение. Фигурист многое узнал о девушке от парней, которые особо не церемонились, поливая блондина всё новыми подробностямя из детства подруги. Как оказалось, познакомилась эта троица уже очень давно, они были друзьям с детства. Попав в одну начальную школу, они сначала не особо общались, а потом как-то само пошло. Вместе гуляли, вместе росли и узнавали что-то новое. Девушка в своё время занималась фигурным катанием, но не срослось. И на этом рассказ всегда обрывался, парни не хотели ничего говорит дальше, начиная нести всякую чушь про то, что без ведома "фонарика" не могут говорить дальше, потому что обещали ничего никому не говорить о том времени. -- У меня Ишемическая болезнь сердца, вследствие неё развилась аритмия, - начала Виктория. - Там внутри меня сужается какая-то артерия, ну и, из-за этого погибает часть сердечной мышцы, что в итоге приведёт к моей быстрой гибели... -- Ты слишком спокойно это говоришь... Что за пессимизм? -- Знаешь, Юр, я устала... Я бросила любимое дело из-за этого, постоянно по больницам, меня ненавидит практически весь коллектив в колледже... Иногда мне хочется, чтобы эта грёбаная артерия сужалась сильнее и мышца отмирала быстрее... Плисецкий внятно слышал всхлипы и чувствовал, как намокает от слёз его тонкая кофта. Он, конечно, подозревал, что эти полуобморочные состояния, намёки не на самое лучшее состояние здоровья, однако, что всё так плохо, он не догадывался. Пока голубоволосая говорила, она постоянно держалась за то место, где расположено сердце. -- Больно? - кладя вторую руку на маленький кулачок девушки, слишком нежно, удивляя самого себя, спросил блондин. -- Нет, я в норме... - продолжая всхлипывать. - Ничего страшного, если я сегодня побуду плаксой и пожалуюсь тебе на жизнь? -- Ну, если тебе немного полегчает, то жалуйся сколько влезет, но мне больше нравится, когда ты улыбаешься и прыгаешь на всех знакомых, весело смеясь. Виктория сильнее уткнулась в тёплую кофту, так называемого работодателя, который за время их совместной работы, стал другом. В итоге, голубоволосая так и уснула на коленках у Плисецкого, свернувшись калачиком, пока тот рассказывал про своё детство и горячо любимого дедушку.