По его следам

Голова раскалывалась, рука горела, все тело ныло. Мои первые чувства после бунта. Я ожидал, что это будет эйфория от победы. Было жутко обидно и почти физически больно от нашего недавнего поражения. Мы были чертовски близки. Даже открывать глаза не хотелось. Сначала я прислушался к внешнему миру., но было тихо как…в гробу. Вдруг меня посчитали мертвым и закопали?! Эта мысль заставила меня открыть глаза. Хорошо это или плохо, но я не в гробу! Решив для себя, что это больше хорошо, чем плохо. Я попробовал подняться. — Ох, — простонал я, — какого черта?     Наручники спереди сковывали руки, весьма болезненно, стоит отметить. На ногах оковы. Все это контрастировало с комнатой, в которой я находился. Она была белой. Ослепляюще белой. в комнате была одна кровать и один туалет. Дверь можно было заметить только  если очень сильно постараться. Белая дверь, с белым прямоугольником на уровне глаз, практически сливалась со стеной. Это уже был явно не Временный пункт.Почувствовав неприятное жжение в здоровой руке, которую я вроде бы не калечил, я вспомнил слова охранника. — Нет, прошу нет. Ну пожалуйста, нет. — Я посмотрел на плечо здоровой руки. — НЕТ!        На плече красовалась аккуратная татуировка «03789», а прямо под ней " особо опасен «. — Лео меня убьет, потом воскресит и еще раз убьет.    Хотя «особо опасен «можно оставить. Это так круто. Раф точно обзавидуется. Хотелось верить, что Иркер и Муна в порядке. Она здорово рисковала. Проанализировав ситуация, я пришёл к нескольким выводам: 1) Бунт успешно подавили. 2) Мы в центре Ниупсиха или как там его. 3) Мне сделали дурацкую татуировку. 4)Меня опять вырубил Красноглазый. Теперь он может считать, что у меня на него личные обиды. Приняв сидячее положение, я почувствовал как наручники впиваются в кожу. Неприятно, но бывало и хуже. Где мои братья? Усаги уже должен прибыть к ним. Возможные причины их задержки не воодушевляли. В голову лезли не самые приятные мысли. Как сейчас не хватало лекции Донателло, нотаций Леонардо и ворчание Рафаэля. Возможно они бы придумали выход из этой ситуации. Даже Раф и тот что-то да и придумал. Я посмотрел в кристально чистый, белый потолок. От белого уже тошнило. Не знаю, как это возможно, но лампа и свет от неё тоже были белыми. Причем лампа была защищена решеткой. А жаль, разбив её я бы получил хотя бы подобие оружия. За мыслями о своём несчастной участи, я не заметил как заснул. Проснулся я от того, что кто-то зашёл в мою клетку, комнатой назвать это язык не поворачивается. Это был… Железный человек. То есть это, конечно, точно не Железный человек, но костюм очень даже похож. Разве что расцветка другая. Белая. А на месте глаз чёрные дырки. Он не спеша подошел ко мне и вытащил ключ. Смотрел на меня, наверное, минуты две и только потом соизволил снять наручники. Потом принялся за оковы. Это мой шанс. Он присел на корточки и я что есть мощи ударил его локтем в шею, в специальную точку, дабы вырубить Железного, как учил мастер. Он медленно поднял голову и слегка склонив голову влево посмотрел на меня. Шея, как оказалось, тоже была бронированной. И сейчас все моё самообладание уходило на то, чтобы не заскулить от боли в локте. Неприятное ощущение разошлось по всей руке. А он все смотрел, слегка склонив голову. Выдержав весьма драматичную и напряженную паузу, во время которой я приготовился отразить любой удар, хотя если так подумать моя плоть навряд ли протянет долго против железа, он вернулся к своему первоначальному делу. Попыток вырубить его я больше не делал. Он закинул снятые с меня цепи на плечо и на секунду задержал взгляд на моей новенькой татуировке. Потом он развернулся и ушёл. Мне так хотелось крикнуть ему в след какую-нибудь шутку про Тони Старка, но он слишком быстро удалился, и что-то подсказывает мне не оценил бы её по достоинству. Дверь бесшумно закрылась, а прямоугольник в ней открылся.  Оттуда вывалился поднос, обтянутый пищевой плёнкой. — Обслуживание по номерам. Как мило.        Я подошел к еде. Там все было…зелёное! Какое-то рагу, нечто похожее на брокколи и бутылка чего-то зелёного.  Меня сейчас стошнит. Аккуратно открыв еду, вдруг ещё набросится, я её понюхал. Пахла она определенно приятней, чем выглядела. Ну ладно, как я собираюсь спасти кого-то на голодный желудок? Как говорят, все полезно, что в рот полезло. Вкуса у чудо-рагу не было, как и у брокколи и напитка. Может оно и к лучшему. Я посмотрел на свои руки, запястья которых были содраны. И опять же не в первый раз. Снова эта тоска по братьям, по отцу, по друзьям. Она просто рвала душу на сотню маленьких кусочков. Они разделялись на некоторое время, разумеется, но не в таких обстоятельствах, к тому же меня не часто отпускали одного, как, например, Донни. И как же теперь я хорошо их понимаю. Дверь бесшумно  открылась и вошли Железных человека. — Привет, Тони и… Тони. — Я помахал им рукой. Те медленно переглянулись и долго смотрели друг другу в глаза. — Верховный Доктор хочет тебя видеть.- Голос был хриплым и низким. — Главгад? — И они снова переглянулись и молча уставились. Может они так общаются? Скорость явно не их сильная сторона. — Верховный Доктор хочет тебя видеть. — Ну хочет, так хочет. — Я мог бы попытаться сбежать, но это по большей части дело Рафа. Я лучше мирно и тихо все узнаю. Как шпион. Они подошли ко мне с этими дурацкими наручниками. — А без этого никак? — Я поморщился, вспоминая ощущения от этого аксессуара.    Ответить мне не посчитали нужным. Я вздохнул и вытянул руки перед собой. Наручники с еле слышным щелчком захлопнулись на запястьях. Потом они встали по обе стороны от меня. — Парни, а где мы сейчас? Не то чтобы я не люблю сюрпризы…          Только не переглядывайтесь, прошу.  Они не переглянулись и вообще не посчитали нужным ответить на вопрос. Тем временем мы шли по белому коридору. С белыми дверьми, на которых, о чудо, были светло серые цифры. На фоне всего этого я чувствовал себя новогодним фейерверком.  От белого уже в глазах мазолило. — Ребята, а у вас глаза не болят? — На ответ я и не надеялся, но заполнить чем-то тишину было необходимо. И мы шли, и шли, и шли… Я правда пытался запомнить все дороги и повороты, но на повороте сотом уже сбился. Ладно, импровизация- наше всё. Наконец-то мы пришли к лифту. Белому лифту. Железный нажал какую-то кнопку, потом достал пропуск и приложил к красному квадратику, который тут же стал зелёным. В лифте играла какая-то классическая музыка. И ещё в нем было стекло. Я посмотрел на свое отражение. Болезненный цвет лица, уже начавшие заживать царапины на шее, огромная гематома на руке от монтировки, татуировка как у зэка и куча синяков. Чудесно. Просто чудесно. Я как сбежавший из ужастика зомби или как переживший зомби- апокалипсис в самом его эпицентре.  Я вздохнул и отвернулся от зеркала. Кнопки у лифта были обозначены не земным цифрами. Я посчитал их про себя. 57 этажей. Наконец-то, под не очень весёлую музыку, мы приехали. И снова начались хождения по лабиринтам. Я, громко простонав, поднял взгляд к белому, чтоб его, потолку. Мы петляли и петляли, пока не пришли к последнему коридору, в конце которого была двойная белая дверь. Тони Старки подошли и начали прикладывать свои пропуски. — И вы так каждый день ходите? Незавидная участь у вас. Надеюсь вам хоть платят нормально.      В ответ мне, разумеется, ничего не сказали.  Тут прямо из стены вышла маленькая камера. Она посмотрела сначала на Железных, потом меееееедленно повернулась ко мне и уползла обратно. Дверь открылась и передо мной предстал кабинет. Со столом, белым естественно. Не дай Бог, здесь появится что-то не белое, шкафом, телевизором и диванчиком. За столом сидел мужчина. Подозрительно похожий на человека. Я бы даже сказал, что это человек. Ему было не больше 40, волосы чуть ли не белые, глаза светло голубые, холодные. На нем были очки, с белой оправой. Он поднял глаза от бумаги, которую читал, и посмотрел на меня. — Здравствуй, Микеланджело. Проходи, прошу. — Он махнул рукой в сторону дивана.  Мне ч трудом удалось не вскрикнуть, когда он открыл рот. Вот производит впечатление совершенно не опасного мужчины, а у следующий момент у него оказываются во рту зубы тирекса, только тоньше. Я подавив желание развернуться и убежать, спокойно, насколько это было возможно, пошел и сел на диван, крайне удобны, стоит заметить. — Вы знаете моё имя? — Не самый лучший способ начать разговор, но " Привет. Как дела? Не правда ли погода чудесная сегодня? " отпадает сразу. — У меня свои источники, Микеланджело. — Ну да, а как же. Главгаду нужно сохранить таинственность, иначе все было бы слишком легко. — К тому же номера, -он кивнул на татуировку, — это необходимость, которая мне не по душе. Просто иначе нельзя. Лично я стараюсь называть своих пациентов по имени. Так. А теперь к делу. — Он снял очки и положил их в футляр. — Я хочу, чтобы ты понял- мы здесь не враги тебе и, если ты будешь сотрудничать, то мы будем на равных правах. Давай сыграем в игру. Я задаю тебе вопросы, а ты честно на них отвечаешь. А после каждого моего вопроса, ты задашь свой и я отвечу тебе на него правдой. Начнём. Сколько тебе лет? — Скоро будет семнадцать. — Почему бы и не сыграть. Не ответить, я всегда смогу. А так хоть узнаю какую-нибудь информацию. — Где мы? — В Ниуптихе. Величайшей корпорации всех времен и народов. Межгалактический прорыв. Мы добились астрономических результатов. — Незаконно. — Некоторые просто не понимают всю важность. Где-нибудь есть ещё такие же как ты? — Раз уж знает моё имя, то наверняка знает и о братьях. Но это не точно. Может быть прозвучит эгоистично, но почему со мной рядом нету сейчас братьев?! — Вы же и так знаете ответ. — Да, знаю. Но четверо на весь мир-это слишком мало, не находишь? — Да. С этим не поспоришь. Что вы здесь делаете? — Мы модифицируем ДНК. Изучаем селекцию, применительную к разумным существам.  Мы уменьшаем вероятность вырождения в генофонде. У нас благие цели, Микеланджело. — Я никогда так не жалел, что пропустил одну из лекций Донателло. — Кто ваш хозяин? — Что? — Не понял я. Какой ещё хозяин. — Ты воин — наёмник. Видно по твоей технике. Да, я смотрел видео бунта. Мы к нему ещё вернёмся, будь уверен. Сомневаюсь, что ты и твой маленький народ самоучки.      И тут в голове родилась невероятная мысль. Конечно, может не сработать, но, черт возьми, я просто обязан это сделать. Да начнётся лапшевешанье! — Моего хозяина зовут Сплинтер. Он научил меня всему.Но я опозорил свой клан, и побоявшись наказания сбежал. Теперь трое моих сородичей ищут меня с целью покарать за проступок.  И если они меня вдруг найдут, то это будет величайшим кошмаром во всей моей непродолжительной, но яркой жизни. — Эм…ясно. Твоя очередь.      Что ещё можно спросить у него? Так много хочется спросить… — Откуда у вас деньги на все это? — Некоторые готовы хорошо платить за…определенную помощь. За сверхмощную защиту, например.       Меня как будто холодной водой окатили. Модифицирование ДНК…Селекцию… Генофонд… Все это я уже слышал в одном старом кино про вторую мировую. Был бы здесь Донателло… — Вы занимаетесь создание сверхсущества!!! Вы…вы, — я попытался вспомнить, вспомнить слово, — Вы занимаетесь евгеникой!  — Честно говоря, если бы не кино, никогда бы и не узнал значение этого слова. Но теперь оно ассоциируется с чем-то низким, подлым и мерзким. Зачем менять себя? Ах, да, они же делают это не по своему желанию. — Хм. У тебя на лице все написано. Тебе это неприятно. Но поспешно заверить тебя, у нас огромное количество добровольцев. Ко всему прочему… — Вы ставите на ЖИВЫХ существах эксперименты… Вы сделаете меня подопытным кроликом! — Прошу, успокойся, Микеланджело. Никто не будет превращать тебя в кролика. Моя очередь. Ты сам поднял бунт во Временном пункте? — Что? А, да. — Не хватало ещё и Иркера с Викки и Муной впутывать в этот беспредел. — Ты лжешь, Микеланджело. А мы так не договаривались. — Я не лгу. — Возможно, неубедительно, но я ещё не отошёл от шока. Все таки не каждый день тебя приговаривают к участи лабораторной крысы. И вот теперь я по — настоящему рад, что никто из моей семьи не оказался в этом…я даже не знаю как назвать! В голову лезут только плохие слова, после которых Лео мне язык оторвет. Ну может быть и не оторвет, но по головке точно не погладит. -Ладно, ты сам не захотел сотрудничать.- Он нажал на кнопку на своих белых часах. — Харби и Дарби подойдите ко мне в кабинет.         Не прошло и минуты, как в комнату вошли Тони Старки. К этому времени главгад что-то написал на листе и отдал Железному — Отведите его в комнату для допроса. Пусть Вош займется им.        Они встали по обе стороны от меня, я напоследок кинул гневный взгляд в сторону главгада, а он сидел с таким выражением лица, мол ты только что упустил свой единственный билет в Рай. Мы двинулись в путь по белым коридорам. Надо бежать отсюда пока мне не отрастили хвост или вторую голову. Теперь я максимально старательно пытался запомнить дорогу. Я сбегу во время допроса с пристрастием. Это просто вопрос времени. Я ниндзя, черт возьми! Мы пришли к какой-то двери, надпись на которой гласила " Смертельный пункт 4 «. Железные открыли дверь все теми же пропусками. Очаровательно. Осталось обзавестись такими. В комнате был стол со всякими опасными шутками, предназначение которых мне знать совсем не хочется. На стульчике за столом сидел тигр, в котором было что-то от ящерицы. Ну за что?! Меня довольно грубо толкнули в комнату. Вош обернулся. — Приветствую, 03789. Что мне нужно узнать? — Тони Старк протянул лист бумаги этой низкой, жалкой шестерке, которая ни за что не заставит меня расколоться. Кого я обманываю? Эта жалкая шестерка голыми руками переломает мне хребет. Я так чувствителен к боли! Сглотнув, я приложил максимум усилий, чтобы не показать свой страх. Но это по части Лео и Донни. Это они владеют эмоциями, могут их скрыть. А Раф так вообще бы не испугался. По его наглой ухмылке я понял, что эмоции я скрываю примерно так же как пятилетний ребенок. Довольно грубо он взял меня за наручники и подвешал. Пульс участился минимум в сто раз по ощущению. Так. Соберись, Майки. Я ниндзя, черта с два! И не дам запугать себя какими-то избиениями. Да, именно так. Сработало не совсем убедительно, но на 0,0000001% я поверил, в то что не умру от болевого шока. — И так, 03789. Проверить время регенерации. Что тут у нас? — Он не спеша подошел ко столу со всякими опасными шутками. — Быстро регенерируешь? — Нет! Медленно, невероятно медленно! — Ну это мы сейчас увидим. — Он взял нож, сильно похожий на кухонный и вернулся ко мне. -Эй, я не индейка!         Не обратив должного внимания на мою реплику он взял и провел ножом по моему бедру. Сначала я почувствовал соприкосновение холодной стали с кожей. А потом боль. Это не была адский боль, как при раздроблении кости, но все же боль! Рана, сантиметров 15 длиной, начала ныть и щипать. Я зашипел, но не вскрикнул. Хотя-бы за это мне нужны аплодисменты и овации. Спокойный как удав тигроящер поставил секундомер, будто ожидал, что рана затянется за пару минут, и вновь посмотрел на лист. — Можешь обходиться без прологода? — Эм, думаю что да. — Греконда? — Да. — Кислорода? — Увы, но кислород мне жизненно необходим. — Ясно. — Твое имя. — Серьезно? И теперь мы перешли к стандартным вопросам? — Зачем вам моё имя, если вы дали мне другое? — Тут я заметил, что его шея не защищена как у Железных. А мои ноги не связаны. — Отвечай. — Микеланджело. — Спокойно ответил я. Если бы я только мог…я попробывал еле заметно подняться на руках. Ну за что мне такая боль?! Наручники ещё сильней впились в уже разодранную кожу. — Что сподвигло тебя на бунт во временном пункте ? — Вы серьезно? — С сарказмом спросил я. — Может из-за пленения или нет, постойте, возможно во всем виноваты эксперименты. — Где ты обучался военному искусству? — Далеко отсюда. А вы? — Потянуть время, просто ещё не много. — Здесь я задаю вопросы… — А я отвечаю, знаю, знаю. И все-таки какая-то сомнительная у вас организация. — Когда я выберусь, я буду покупать Кланку годовой запас корма. — У тебя есть последователи? — За мной придет армия. -Я нагло улыбнулся. В лапшевешенье я уже чуть ли не мастер. — За тобой придет армия? — С интересом спросил он. — Или я хочу, чтобы бы ты так думал. — Я снова улыбнулся. Что ж, если я в чем-то и хорош, так это доставать кого-либо болтовней не о чем. Так просто потянуть время или поиграть на нервах. Любой из братьев подтвердит. — Хм, может ты хочешь, чтобы я думал, что за тобой не придет армия, а на самом деле она придет? — Может я хочу, чтобы бы ты думал, что я думал, чтобы ты думал что за мной не придёт армия, а на самом деле она придет? — Нет, это ты хочешь, чтобы я думал, что ты думаешь, будто бы я думаю, что за тобой придет армия, а она не придёт. — То есть, армия не придёт. — Нет. — Тогда зачем я сказал, что за мной придет армия? — Чтобы ввести нас в заблуждение. — А может я знал, что ты придешь к такому выводу и специально сказал об этом, чтобы вы не ожидали армии? — Какой смысл тогда говорить это? — Ввести в заблуждение.        В одно мгновенье я  поднял свой вес ухватившись за цепи и поморщился от боли. Но она того стоит. Заключив ногами заключил шею тигроящера в тиски, я немного вывернул его шею, как учил мастер. Жить будет. Он продержался две секунды и упал в обморок. Во время его падения я быстро взял ключи и с великим трудом освободил руки. Потом посмотрел прямо в камеру, которую заметил еще на входе сюда, и подмигнул. Ха ха ха! Победа! Я знал! Быстро обчистив тигроящера, я уже собирался идти, но напоследок, решил посмотреть ещё раз в камеру. Я улыбнулся, всей душой надеясь, что главгад увидит это и вышел. Как и ожидалось на страже стояли Железные. Но я был готов. Я забрал у допрощика два платка. В общем-то, оказалось, что Тони намного быстрее двигаются, чем разговаривают. Первый бросился на меня с умопомрачительной скоростью. я прыгнул использовав его голову как трамплин и приземлился на его плечи. Еще секунда и я завязал платок на его глазах. С его большими железными пальцами он не скоро его снимет. Потом сделав сальто назад, я оказался за спиной второго. И проделав то же самое, пинком отправил к первому, вследствие чего оба повалились на пол. — И вот я снова победитель!       В ответ на фразу, нога начала болеть, мол не все так радужно. Спустя мгновение я услышал крики. Не долго думая, я побежал на звук и прибежал к Одиночке 34. Я открыл дверь пропуском, что забрал у Железного человека. В клетке сидел молодой парень со странными, красивыми татуировками. У него были лохматые коричневые волосы и большие глаза и еще у него не было ушей. Жутко. — Пошли.Быстро. — Раз уж я его нашёл, значит надо брать с собой. Не бросать же.      Мы долго бегали как крысы в лабиринте. Все таки я нифига не запомнил. И тут спустя почти час мы увидели свет в конце туннеля, в хорошем смысле, разумеется. Где-то в голове промелькнула мысль, а почему не подняли тревогу. Но она быстро ушла. Дареному коню в зубы не смотрят. -Стой! — Наконец-то подал голос парень. -Что? Зачем? -Там…там ещё один… -Мы вернёмся за ним. — Мы правда вернёмся. За всеми. Я спать спокойно не смогу, пока не вытащу всех. Сейчас это все равно что пытаться забрать муравьев из глубин муравейника. Ладно, аналогия так себе, но смысл тот же. -Понимаешь, мы сейчас не можем вернуться.  Охрана наверняка уже заметила наш побег и спустила всех собак. Если мы пойдем туда сейчас, над пути не будет. А так у нас будет время на план, на подготовку. Мы всех их вытащим.  Обещаю. — Начал объяснять я как малолетнему. -Но… -Пошли. Быстрей.-Я  взял меня за руку и потащил к выходу. -Послушай.  Я безмерно тебе благодарен, но без него не уйду.- Ну почему он такой упертый?! -Мы спасёт его, но чуть позже, а пока…  -Он мой брат и я не… -Брат? — Там его брат… А оставил бы я своего брата хоть на минуту в этом месте? -Да. Он мой брат и я его не брошу. И раз ты мне не поможешь, то я сам его спасу, или хотя-бы попытаюсь. -Хорошо. Но тогда мы освободим всех и сразу, — немного подумав произнёс я, -держись  рядом. -Меня зовут Крось. — Его глаза загорелись надеждой. —   Когда-нибудь, если мы выживем, я оплачу тебе. Обещаю. Слово Крося Неавиродного Ужаса Четвёртого. -Ключевое слово 'если'. -Я посмотрел ему в глаза. Ну и имечко. — Можешь звать меня Майки. Для начала надо было вооружиться. Не идти же с голыми руками на высокотехнологичные пушки. Поискав немного кладовку, мы вошли туда. Там, кстати, тоже все было белым. Можно было и вернуться в крыло Смотрительных, где всякие опасные штуки, но сдаётся мне там теперь компания побольше. Я протянул Кросю белую швабру. Оружием может быть все. И тут мой взгляд наткнулся на это. Это выделялось на фоне всего белого серым пятном. Мне хотелось хлопать в ладоши и прыгать на месте. Моя любимая, моя ненавистная… — Монтировка!!!