По его следам

Сказать, что все было плохо — ничего не сказать. Все было хуже некуда. Мы провели в новой деревне три дня, помогая чем могли. И, естественно, Рафу это надоело. Леонардо с Рафаэлем целый день ходят как на иголках. Утром, когда солнце только взошло, Раф заявил, что не намерен больше находится здесь и тратить понапрасну время. Как бы Леонардо и я не старались переубедить его, он не соглашался. Конечно, я понимаю, что нам необходимо двигаться дальше, но след обрывается здесь, а идти куда-то наугад значит потратить больше времени и сил. Но так как в семье Хамато не упрямым был только тостер, да и тот довольно часто претендовал на моё свободное время, то стало быть бойкот между ними неизбежен. Но каким бы упёртым и гордым ни был Рафаэль, он редко ослушивался Лео. Скажет много лишнего, пойдёт другим, более сложным путем, но сделает как было сказано. Поэтому сейчас он, злой и нервный, помогает людям с шахтой, а старший, не менее рассерженный из-за утреннего инцидента, на другом конце деревне  вспахивает поля. Я постучал карандашом по столу, который на самом деле был огромным камнем, и вновь уставился на небольшой кусочек какого-то металла. Буквально сразу же после стычки между братьями, я решил внести свой вклад в развитие деревне, ну и отвлечься немного. Небольшой камень неизвестного происхождения,  как выяснилось, довольно активный элемент, то есть с помощью определенных реакции, я смог бы сделать неплохую взрывчатку для шахты. Конечно, некоторых необходимых предметов не было, но попытаться можно. Металл не реагирует на азот, кислород, ртуть (которой здесь оказалось огромное количество),  воду, водород и серную кислоту. Устало вздохнув, я взял лист с возможными катализаторами, и быстро пробежался глазами по списку. Я испробовал всё, что мог воссоздать. Смяв листик и швырнув его в мусорный уголочек  (мусорок пока не было), я увидел как под грудой бумаг лежит лупа, отражающая солнечный свет, играющий на стене. Огонь. Возможно он реагирует с огнем! Спички были чуть ли не самой важной вещью в любом походе, тем более в поисковом, а Леонардо проследил за тем, чтобы все необходимое было у нас. Я быстро потянулся за рюкзаком, который мы собрали на скорую руку, и вытащил спичечный коробок. Так. Теперь, во избежание ещё больших проблем, надо взять только маленькую крошку. Взяв складной нож я без особых усилий соскреб немного, а основной камень убрал подальше. Еще неизвестен радиус, а цепной реакции хотелось бы избежать. Я взял крошку и спички и отошел от стола на пятнадцать метров, чтобы в случае чего можно было спрятаться за него. Итак. Я зажег спичку и поднял над крошкой металла, которая лежала на полу. Раз.Два.Три. Бросив спичку и оказавшись за камнем за пять секунд, я почувствовал неплохую взрывную волну. Посчитав до шестидесяти, выглянул из-за камня. Хм, неплохо, очень даже неплохо. Взрыв был довольно сильным для пары граммов, радиус поражения тридцать метров. Как-то отстраненно, промелькнула мысль, что если бы не камень, то меня наверняка бы откинуло волной и я получил бы сотрясение. Зато был бы аргумент остаться в деревне и поискать ещё какие-то данные. То, что мы нашли было не то, чтобы правдоподобно, оно было просто сказочно. Майки, который умудряется кушать и на давиться во время силовых тренировок, подавился грибом слезинка-смешинка?  Майки, который до сих пор смеётся над романтическими фильмами влюбился за пару  дней, да ещё и стал отцом? Майки, который до последнего видит во всех хорошее, пошел убивать семьи профессоров из Ниуптиха? Все это смахивает на плохой анекдот и не тянет на правду. Вздохнув, я поднялся и потер переносицу. Надо сходить за Лео на поля, потом пойти с ним к Рафу на шахты, чтобы показать взрывчатку. Территория деревни Ценки увеличивалась с каждым днем. Дома становились все более похожими на места, где правда можно жить. За эти три дня мы уже успели стать своими, даже можно сказать главными. Наше сходство с Микеланджело автоматически поднимало нас в их глазах, а дар Леонардо к лидерству лишь укреплял наше положение, поэтому по пути к полям все улыбались и здоровались со мной. Поля находились в десяти километрах от Центра, и представляли собой наполовину вспашенную территорию в несколько десятков гектаров. Леонардо работал самодельной мотыгой из дерева. Смотря на него сейчас, можно подумать, что он рос на ферме всю свою жизнь. Все движения чёткие и точные, ни одного лишнего. Вместе с ним стоял парень, который что-то говорил, изредка останавливаясь, чтобы показать руками размер или что-то ещё. Лео же внимательно слушал и иногда кивал. Когда я подошел, он поднял глаза и улыбнулся, прерывая собеседника. — Привет, — он подошел, вытирая пот, — что-то есть? — Да, у меня получилось найти способ ускорить работу на шахтах.   Лео взглянул на рюкзак в моих руках, а потом на меня. — Действенный? — Достаточно, чтобы облегчить жизнь некоторым шахтерам. Это взрывчатка. —  Безопасно? — Ну, насколько это возможно для взрывчатки. — Тогда чего же мы ждём. ?       Доверие. Это то, что было основой нашей семьи. Когда мы были совсем маленькими, отец в первую очередь учил нас доверию. Мы падали, надеясь, что нас поймают, кидали стрелы с присосками в мишень на головах друг друга и так далее. В будущем, в бою, это стало одним из главных наших преимуществ. Леонардо был спокоен и уверенной походкой направился в строку шахт, напоследок крикнув, что Умсви за главного. Я пошел за ним, прекрасно осознавая, что сейчас он настраивается на серьёзный разговор с Рафаэлем, который наверняка уже успел успокоится. Во время таких нечастых, но существенных, перепалок всегда прозвучит — " Не так ли, Донни?», " Дон тоже так считает, да? «, " Давай спросим у Дона «. Причем почти всегда это говорит Раф. В такие моменты Майки обычно сглаживал углы, умудрялся подбирать правильные слова. На губах появилась грустная улыбка. Я слегка встряхнул головой — сейчас не самое  лучшее время для меланхолии. Обогнав брата я встал напротив и пошел задом наперед. — Ты же не будешь утрировать, да? — Конечно, нет, Дон, — он пожал плечами, мол, какие проблемы. — Мы все проделали большой путь и устали. — Я знаю. — Чудесно. Значит, ты знаешь, что Раф сейчас не думает, что говорит. — Как и всегда. — Ты тоже устал и… — Я не устал, — он немного сузил карие глаза, но взгляд не отвел. — Да-да, просто не нагнетай, ладно?  Он тоже хочет найти его, и он скучает. — Как и мы все, — он резко сделал шаг вперёд, хватая меня за пояс, и в тот же момент, делая шаг назад,  я потерял опору и чуть не свалился с обрыва. — Ходишь задом наперед на незнакомой местности? Очень умно. — Мог бы просто сказать: " Там обрыв, Донни, обернись.» — Мог бы,  — он улыбнулся, как обычно улыбается Майки за секунду до воплощения его розыгрыша, и я не смог удержаться от ответной улыбки. — Ведешь себя как ребёнок. — Скажешь это Рафу сейчас.   Я обернулся и увидел огромную дыру в земле, радиусом пятьдесят метров и глубиной тридцать, внутри от неё отходили множественные туннели, по которым как муравьи ходили люди, кто-то с факелами, а кому-то повезло больше и у них был фонарик. Выглядело довольно внушительно. Рафаэль с киркой работал на третьем ярусе, и, судя по всему, был за главного. — Раф! — позвал я, махая. Он поднял глаза и сощурился, слегка поджимая губы. Небрежно бросив кирку (чем заслужила неодобрительное покачивание головой со стороны Лео), он не торопясь двинулся к лифту. Это была деревянная кабинка с верёвкой, за которую нужно постоянно тянуть, если хочешь подняться. В голове тут пронеслась дюжина идей, как его усовершенствовать. Надо будет поработать над этим вечером. — Ну что у вас? — голос Рафа выдернул меня из раздумий и , отступив от края (на всякий случай), я повернулся к братьям.  Раф стоял, сложа руки и упорно не глядя на старшего, который отзеркалил его позу и сверлил его взглядом. Мысленно возведя глаза к небу, я как ни в чем не бывало, продолжил. — Металл, который вы добыли вчера, оказался взрывчаткой и вполне мог бы помочь вам. — Здорово, — произнёс он совершенно безэмоционально, — давай сюда, — Раф протянул руку и выжидающе посмотрел на меня. — Ну да, давайте сломя голову попробуем взрывчатое вещество. Это же так безопасно, — Лео сказал это на одном дыхании, и теперь демонстративно сделал шаг вперёд, прерывая между нами контакт. У меня даже ладонь зачесалась, так мне хотелось ударить себя по лицу. Конечно, я был согласен с Леонардо — испытывать взрывчатку сейчас опасно и рискованно, но это можно было донести и в более мягкой форме. — Разумеется, лучше ждать пока все решится само по себе. — Нет, но лучше взвесить все риски и принять правильное решение, нежели жалеть о содеянном и исправлять ошибки. — Думая о рисках, можно опоздать. — А не думая, совершить оплошность. — А можно заткнуться и дать мне подумать, -негромко сказал я, опуская взгляд на небольшой камень в руках и думаю как правильней его применить. — Так сиди и думай. Тебе мешает кто-то заниматься ничем? — Раф посмотрел на меня с вызовом, слегка нахмурившись и скрестив на груди руки. Его любимая поза.      Я поднял глаза на него, немного сощурив их от солнца, и сжимая кулаки, процедил сквозь зубы: — Если ты ещё не излил весь свой гнев в глубинах шахты, то будь добр, вернись обратно. Вообще-то, я уже давно начал понимать Леонардо. Раньше казалось, что оставаться спокойным во время ссоры или выяснения отношений легко и просто, но вот я стою на краю обрыва и еле сдерживаюсь, чтобы не врезать брату по напыщенной морде. — Если у тебя какие-то проблемы, Дон… — Парни, — Лео занял позицию между нами, краем глаза следя за камнем в моей руке, — довольно, — он слегка качнул головой, незаметно, но мы с Рафом легко уловили это движение. Обернувшись, я заметил, что мы уже некоторое время были центром внимания многих любопытных личностей. Я нахмурился и обвел взглядом людей, всем своим видом показывая недовольство, но с другой стороны разборки не стоило затевать чуть ли не в самом людном месте. Поняв свою ошибку, я уже был почти готов попросить прощение у Рафаэля. Почти. Он презрительно фыркнул и вернулся к работе, так и не посмотрев на меня и Лео. У него на лбу было написано, что ему все равно. Мы со старшим братом обменялись понимающими взглядами, и он обернулся к очевидцам, и лицо его было спокойно и доброжелательно, словно он только что не ссорился с братом. — Донателло смог найти способ облегчить вам работу.   На лицах случайных свидетелей начали появляться слабые, неуверенные улыбки, хотя многие ещё прибывали в каком-то шоке — как это родные братья самого Микеланджело ругаются. Неудивительно, Майки довольно неплохо себя зарекомендовал, выстроив репутацию идеального спасителя. — Да, но нужно пара испытаний для достоверности, — сказал я, уже успокоившись. В ответ многие немного испуганно и недоверчиво скосили глаза в сторону нашего неугомонного брата, но среди толпы послышались редкие хлопки и остальные подхватили аплодисменты. Расслабившись, я попытался найти взглядом Рафа, но его нигде не было. — Когда будем испытывать чудо-средство? — закричал мужчина, сложив руки на груди.   Что бы Раф не говорил, по-своему был прав. Оставаться здесь надолго нельзя. Майки большой мальчик и защитить себя в случае чего сможет, но для всех будет лучше, если мы найдём его как можно скорее. — Сейчас. Подготовка заняла полтора часа. Сначала мы оповестили всю деревню, чтобы они не испугались взрывов. Три раза проверили шахты, и, убедившись, что там точно никого нет, заложили камни, предварительно связав их ниткой, которую не раз окунули в канистру со спиртом. Осталось лишь зажечь один конец верёвки, расположенный достаточно далеко от основной взрывчатки. — Чисто, — Рафаэль вылез из шахты и сразу же окинул нас взглядом. Весь его вид говорил, что ему не терпится продолжить спор, выяснив все отношения, и добиться своего. С ног до головы в пыли, на голове шишка, а на локте царапина. Не опасная, но кто знает какие вирусы водятся на этой планете. Взяв это на заметку, чтобы потом обработать ранку. Незаметно вздохнув и кинув взгляд на Леонардо, молчавшего как партизан, я пошел на контакт. Раф же этого не сделает. — Спасибо, Раф, — сказал я, надеясь, что прозвучало в меру извинительно и благодарно. Кто-то ведь в этой семье упрямых ослов должен делать первый шаг. — Что там со взрывом? — черты его лица немного разгладились и он перестал быть похожим на грозовую тучу. Уже что-то, хоть какая-то победа. По крайней мере, первый шаг сделан. — Можно начинать, — с азартом сказал я. Все-таки, как для учёного, открывать что-то новое для меня всегда какая-никакая честь. Вот он — триумфальный момент истины! Злость на братьев сошла на нет, в душе появилось то чувство, которое возникает у детей, когда им приносят новые, незнакомые игрушки, которые они должен немедля разобрать и узнать как все устроено. Быстрым шагом я подошел к концу верёвки, зажег спичку и с чистым благоговением поднес огонь к верёвке. В нос резко ударил запах спирта, к которому я уже успел привыкнуть за время, проведённое в своей лаборатории. Раз. Два. Три. Огонь коснулся заспиртованного конца и мгновенно объял всю верёвку, стремительно следуя по заданной траектории. Не прошло и минуты как землю сотряс мощный толчок, а звук был такой, словно несколько громов прозвучали одновременно. Уши заложило и на лице появилась какая-то странная улыбка, похожая на улыбку психа, но в душе я ликовал. Это было…изумительно!!! Я уже было собрался поделиться своим детским восторгом с братьями, но как только я обернулся, Раф схватил меня выше локтя и дернул. Не ожидав такого, я поддался инерции и упал на брата. Тот рывком встал, пока я удивлённо хлопал глазами, и одним резким движением поднял на ноги. Дальше все происходило как в режиме перемотки на высокой скорости. Раз — и мы оказались в пяти метрах места, где упали. Два — и с ног нас сбила не слабая взрывная волна, а земля под ногами начала разрушаться, осыпаясь, словно песок. — Бежим! Адреналин ударил в голову и эйфория начала быстро сходить на нет.  Не оборачиваясь на несомненно прекрасное зрелище, я побежал. Точно зная, что Рафаэль не отстаёт, я понял, что Лео нигде не было видно. Резко остановился, оглядываясь. — Раф, Лео… — В безопасности! Не останавливайся!  Нога под ногами начала дрожать. Надо было прыгать. Далеко не факт, что там земля устойчивей, но мы пробежали уже около двадцати метров, а радиус не может таким большим. — Прыгаем! Немного согнув ноги, я оттолкнулся от земли, в полёте с трудом цепляясь за надёжную опору, а точнее корень дерева. Зажмурившись, я ждал смерти. Но вот прошло десять секунд, пятнадцать и ничего. Я облегчённо вздохнул. — Я невероятно рад за тебя, Дон, но может поможешь.  Я посмотрел вниз, ловя взгляд Рафа. Он был на метров пять ниже, висел, хватаясь за выступ. — Сейчас. Так, как бы… Я взглянул на дерево. Оно было сухим и без листьев, чем-то напоминал саксаул. Доверие не внушает вовсе. Тихо чертыхаясь от безысходности, я поднял вверх ноги, окольцовывая  безжизненный ствол. Кстати, примерно четверть его корней довольно мило возвышались над пропастью. Держась лишь с помощью ног, я протянул руку Рафу, и все равно прилично не доставал. Рост не пять метров, все-таки. Схватив посох бо за спиной, я мысленно понадеялся на удачу. Рафаэль, до этого молча наблюдавший за моими акробатическими трюками, потянул руку к посоху. Еще чуть-чуть. Так ладно. Немного ослабив ноги, я спустился ещё на пару сантиметров. Еще немного. Раф посмотрел на меня, я на него. До нас одновременно дошло, что если он не сделает рывок и не прыгнет, то просто упадёт. Он поджал губы и напрягся всем телом.  Сейчас или никогда.  Рывок, пара мгновений в воздухе и крепкая хватка. Я выдохнул, а он улыбнулся мне своей фирменной улыбкой, говорящей, что все в порядке. У каждого члена нашей семьи была такая. И у каждого она была особенной. Покрепче перехватив посох, Раф начал карабкаться вверх. Минута и мы уже стоим на краю и глупо смотрим на огромный кратер. Теперь радиус дыры, то есть шахты, тянул на все 180. — Вау. — Ага. Вот и все, что мы сказали по этому поводу. Я не видел конца шахты, но она стала глубже как минимум в раза полтора. В принципе, всё не так плохо. Если подумать… Меня как током ударило. Лео! — Раф! — я схватил его выше локтя, в ответ он уставился на меня как на сумасшедшего. — Лео, он… — Он цел, — поспешил успокоить меня брат, хотя лицо его выдавало тревогу. — Когда прошла началось… все это, мы услышали голоса. Лео пошел проверить.  — Ясно. Значит нужно разделиться и поискать его. Так ты осмотри… — Не стоит. Мы с Рафаэлем повернулись на голос старшего брата, и когда я увидел живого и невредимого…ну, почти, я вздохнул с облегчением. Не хватало ещё и второго брата потерять. Раф тоже заметно расслабился с появлением Леонардо. Он был весь в пыли, словно он работал в шахтах три года без остановки. Слегка прихрамывал. Локоть и губа разбиты. В целом, довольно неплохо для мутанта, пережившего такое. Мы наверняка выглядели не лучше. Взяв на заметку левую ногу, я пошел ему навстречу, и лишь тогда заметил, что он не один. За ним неспешно плелись двое. Парень лет двадцати, хорошего телосложения, такой же грязный как мой брат, также прихрамывал, но заметнее. Все лицо было в мелких царапинах, а одежда порвана в некоторых местах. За него, как за спасательный круг цеплялась девушка. В её длинных светлых волосах чего только не было — листья, ветки, грязь, какие-то цветы. Зрачки расширены, одежда не лучше, чем у спутника. Зато у нее был хвост, как у рыси, только тоньше. Сейчас он едва заметно подрагивал. — Ты как? — спросил я, как только сократил между нами расстояние до метра. Раф не отставал. — Царапины, — он небрежно повел плечом, а потом кивнул в сторону пацана, — а вот у него похоже ушиб или вывих. Я еще не разобрался с…их физиологией. — Дьюрг, — парень протянул дрожащую руку. — Дон, — я пожал его руку, но он тут же переплёл наши пальцы, -эмм… — У вас так не здороваются? Извини. — Ничего. — Дьюрг, — он протянул руку Рафу. — Раф. — И-идда. Девушка, видимо, все еще пребывали в шоке. Я уже решил предложить помощь и пройти осмотр в больнице деревни, но Рафаэль меня опередил. — Ну и какого черта вы остались на территории шахты, когда всем было сказано, что скоро будут проводится долбаные взрывы? — Раф. — М-мы не у-услышали, — Идда ещё сильнее вцепилась в Дьюрга, но тот в ответ лишь накрыл её руку своей и поджал губы. Брат картинно закатил глаза, и начал что-то говорить Лео. Я уже не слушал. Предложив все же помощь, я повёл голубков в так называемую больницу. Больница — это, конечно, невероятно громкое название для данного учреждения, но какое-то подобие есть. По дороге все спрашивали как прошли испытания. Без устали отвечая, что все прошло вполне успешно,  я и сам начал в это верить. Ну подумаешь взрывную силу немного не рассчитали. Да, может быть это был неоправданный риск. Возможно немного просчитались с огнем. Но какое это теперь имеет значение? Пострадавших почти нет. Так что, можно с уверенностью сказать, что испытание прошло удачно. Просто необходимо немного рассчитав массу металла. Мы дошли до больницы, практически не разговаривая. Девушка так и не отцепилась от парня. — Нас…нас теперь накажут? — Дьюрг слегка поморщился, когда затянул повязку него лодыжке. — Микеланджело вас наказывал ?  — спросил я чисто для справки, прекрасно зная ответ, и взглянул на Дьюрга, который периодически гладил девушку по плечу или брал её за руку, оказывая поддержу. — Нет. Мы беженцы из Гренлинска. — Хм… — Гренлинск разгромили. Он…пал. — Пал? — негромко сказал я, не поднимая глаз, сосредоточенно перевязывая ушибленное плечо. — Под натиском войск Ниуптиха. Да и в целом государство было не особо сильным. Междоусобицы, контрабанда… — Нет, — тихо выдохнула Идда, слегка разжимая пальцы на запястье Дьюрга, — нет, это было волшебное место с водопадами. Таких водопадов  я нигде ещё не видела. А какие там озера! И…и там мой дом. — Был, — осторожно добавил Дьюрг. — Верно, — ещё тише сказала она. — Кхм. Я закончил. — Благодарю. — Не за что. Дьюрг и Идда осторожно поплелись в сторону леса. Наверняка хотели побыть одни. Я встал и направился к братьям. Итак, что мы имеем? Ниуптих серьёзная проблема, возможно мы недооценивали всю его мощь. Раз у него ушли дни на разрушение государства, то деревня точно не станет помехой, а они найдут её рано или поздно. Возможно, Микеланджело организовал ещё одну деревню, но это маловероятно. Майк не любит постоянство. Он остался с большей частью сбежавших, то есть неопытных гражданских. Скрываться в лесу было бы неразумно, но высокие деревья и однообразие пейзажа могли сыграть им на руку, если кто — то решит напасть. Майки мог использовать это, он неплохо адаптировался к новым условиям окружающей среды. Однако мы осмотрели всю территорию в радиусе десяти миль и ничего не нашли, а они не могли уйти далеко, не в таком состоянии. Мимо то и дело мелькали напуганные лица, но большинство все же были спокойны — они знали о предстоящих испытаний. Неожиданно для себя я понял, что мне не хотелось покидать это место. Люди, объединенные одним горем, были добры друг к другу. Практически ни одного конфликта не случилось. Все было спокойно и тихо. Пронеслась мысль, что Сплинтеру бы здесь понравилось. Однако, несмотря на всё это, в воздухе витала грусть. Не у всех, но у многих были семьи, друзья, прежняя жизнь, а сейчас ради своих же близких и себя, они вынуждены начать с начала. Ниуптих ни в коем случае нельзя оставлять в покое. Хотя бы ради них. Во время пребывания в Ценке я успел заметить, что здесь были и дети от семи лет и старики. Все это вызывало лишь омерзения к Ниуптиху и желание все это остановить. Мне как никому другому было знакомы чувства учёного, которому не терпится открыть что-то новое, но я бы никогда не перешёл границ дозволенного. Они просто позорили всех учёных… — Дон?    Я вскинул голову и увидел Леонардо, который стоял в двух шагах от меня. Пришли. Он вопросительно посмотрел на меня, но я лишь отмахнулся. — Просто задумался, — и опережая его следующий вопрос, выпалил, -а где Раф? —  Спускается, — вздохнул он, поняв, что спрашивать сейчас что-либо бесполезно. Я слабо, но благодарно улыбнулся. — Уже? А как же мы? — Ты знаешь его. Зато я ждал тебя, — он протянул мне верёвку, а " чтобы удостовериться, что ты не влипнешь куда-нибудь» осталось невысказанным. — Пошли, — я коротко кивнул в знак благодарности, и принял верёвку. Надёжно закрепив один конец верёвки на краю, а другой обвязав вокруг области живота, мы начали наш спуск. Мимолётно бросив взгляд на брата, я проверил правильно ли он обвязался. Я, конечно, в Лео не сомневался, но одна ошибка, и при срыве, он легко сможет сломать позвоночник или сорваться. Но нет, вроде все в порядке. Мы спускались в тишине.  Слева время от времени характерно подрагивала верёвка Рафа. Интересно какая тут глубина, раз Рафаэль ещё не дошёл до дна? Словно прочитав мои мысли, Лео промолвил: — Достиг.  Я повернул голову и увидел, что верёвка в самом деле  ослабла, ну не упал же он… Еще немного. Спустя ещё 6 минут, стало видно дно и красная маска Рафаэля. На расстоянии трех метров мы не сговариваясь спрыгнули. Приземлившись на одно колено, как учил Сплинтер, перенося свой вес с носочков на пятки, я увидел, что Раф сидит на карточках и  на что-то сосредоточено смотрит. Почувствовав колебание воздуха, я понял, что Леонардо приземлился в метре от меня. Я медленно подошел к Рафу,  направляя на него фонарь. Он растирал между пальцев какую-то чёрную субстанция. Как неосторожно… Я присел рядом. — Дон, это… — Нефть.

***

Сказать, что это было неожиданно- ничего не сказать.   Проверив все результаты тестов, я ещё раз удостоверился, что это натуральная земная нефть.  Сейчас все готовились к празднику в честь обновления шахты и нахождению месторождения. Женщины приготовили, что смогли, а полевые, рудные и строительные работы закончили пораньше. Что ж время всех порадовать — это чистая нефть. За прогрессом дело не встанет. Правда нужно будет сделать кое-какое оборудование, но это не сложно, только три месяца назад смотрел строение нефтеообрабатывающей технологии. А потом ещё и спрашивают: зачем ты читаешь всякую ненужную информацию?  Внутренне ликуя, я пошел к грибной поляне — там должна была быть вечеринка. Все уже собрались. Вся деревня праздновала, а во время заката это выглядело особенно красиво. Пятеро музыкантов пытались сыграть что-то из подручных средств. Выходило не очень, но это никого не волновало, каждый считал своим долгом сделать им комплимент.  Раз в минуту какая-нибудь компания то и дело начинала смеяться, а другие подхватывали, дети играли самодельными игрушками и с их лиц не сползали улыбки, старики, тоже улыбаясь, о чем-то разговаривали, девушки помогали с закусками и едой. Это было похоже на земной семейный пикник. Найдя взглядом братьев, я прошёл к ним.  Они вполголоса что-то обсуждали. Заметив меня, они закончили и на как-то странно улыбнулись. От этого хотелось бежать как можно дальше. — А вот и наш гений! — закричал Рафаэль, беря меня за плечо и притягивая к себе. Тем временем Дьюрг перехватил меня и засвистел, обращая на себя внимание. Я попытался вырваться, но быстро вспомнил о его больном плече и прекратил попытки. Течь по течению, так сказать.Все затихли и обратили к нам свои взоры.  Дьюрг резко поднял одну мою руку вверх. — Донателло сегодня совершил подвиг. Открыл элемент! Донателлиум! — Что? -Нашёл ему практическое применение! Апгрейдил нашу шахту! И открыл месторождение самой настоящей нефти! Ура Донни! — Ура! — Эм, спасибо. Более неловко просто не могло быть. — Не зря говорят, какие бы разные не были бы братья, если они одной крови, то они все одинаково  талантливы. — Верно, — тихо выдохнул я, — одинаково. Майки не хватало, и сейчас во время торжества это особенно остро ощущалось.  Как дыра в груди.  Весь энтузиазм как водой смыло, а праздновать без него теперь казалось невероятно низко. Заметив резкую (да и плохо скрываемую) перемену в моём настроении, братья подошли и в молчаливой поддержке положили руки на плечи. — Он бы этого хотел. Пиршество продолжалось, и стоит отметить весьма достойно для аграрной деревушке. Народ все время что-то пил, от чего мы с братьями дружно отказались, и немного расслаблялись. Ужасная музыка теперь никого не волновала, и каждый пускался в пляс. Уже было далеко за полночь. Раф и Лео разговаривали о чем-то с Дьюргом. Я лишь спрятался в тени дерева, чтобы избежать лишних разговор уже не с трезвыми людьми. Тем не менее каждый третий подходил поздравить и поблагодарить за открытие. Вдруг ветка позади меня громко хрустнула. Я резко обернулся и увидел как что-то шевельнулось в кустах. Я попытался разглядеть это в чёрной гуще леса, но ничего не смог услышать- народ шумно отмечал. Я нахмурился и медленно присел на корточки, подбирая первый попавшийся камень. Не убьет, но больно будет. — Становишься таким же параноиком как Лео, — неожиданно произнёс голос Рафа. Я даже не дрогнул. За шестнадцать лет успеваешь привыкнуть к тому, что над ухом в любой момент могут что-либо сказать. Сам не раз так делал. Бесшумность входит в привычку. — Я не параноик! — Тссссс! Я что-то слышал. Братья насторожились, а руки на автомате потянулись к оружию. Я также медленно встал с камнем в руках и сделал три шага вперед. Возможно это кто-нибудь из жителей, но зачем им тогда скрываться? Еще три шага. Лео с Рафом не отставали и достали оружие. Скорее всего тоже заметили что-то неладное. Надо бы посох достать, но у камня радиус поражения больше да и бить палкой кого-то заблудившегося тоже не охота. Под деревом стоял силуэт. Мужской. И ждал. — Кто ты? -Леонардо сделал шаг вперед, и мужчина вышел из — под дерева, вставая напротив. Лео приставил катаны к горлу…парня, говоря что дальше он не пройдёт.  Он был молод, а одежда была дорогая, сразу видно не из деревни. Драгоценное кольцо на левой руке бросалось в глаза. Он внимательно посмотрел на каждого из нас с нечитаемым выражением лица. — Мне повторить вопрос? — Мое имя Лиам Моргенфейн Первый. Я пришёл просить вас о помощи.