Так похожи, но такие разные

POV Хёнджин Кажется мой мир начал крушиться. - Минхо-хён... Он вопросительно смотрит на меня. - Что случилось? - Можешь мне помочь? - Смотря чем, - Минхо с готовностью подсаживается рядом со мной на диван. - Разобраться в себе. - Выкладывай. Дело было после очередной нашей репетиции. Все ребята разошлись, а мы с Минхо остались разбирать ещё движения. С ним удобно работать, потому что он тоже танцор со стажем и он легко всё понимает. Мы собирались остаться всей танцевальной тройкой, но Феликс извинился и убежал на занятия по корейскому. Я тяжело вдыхаю и выдыхаю и долго смотрю на Минхо, думая, можно ли ему так доверять. Ведь я собираюсь ему душу излить. - Хён, я немного запутался в себе, - нерешительно начал я, но потом я принялся выкладывать всё как на духу. - Видишь ли, есть человек, который давно мне нравится, но он меня в принципе не воспринимает даже как друга. Но есть ещё и другой человек, которому нравлюсь я, но и он мне не безразличен. Хотя я боюсь немного... - Боишься чего? - перебивает Минхо. - Боюсь чувств. И его, и своих. Боюсь, что не смогу оправдать его ожиданий. Я ведь и сам не знаю, что делать. Это сложно. Мне очень хочется его поддержать, сказать, что всё будет хорошо, что я буду рядом. Ведь я вижу, как ему плохо и я уверен, что это из-за меня. Но вдруг я сорвусь? Так сложно устоять перед ним, ведь Мин такая плюшка... Ой! Тут я понял, что ляпнул больше, чем нужно. Как забрать свои слова обратно? Я оглянулся и мысленно обрадовался, что кроме нас двоих в зале никого нет. - Сынмин? - хохотнул старший. - Да ладно тебе, Хёнджин. Значит, не всё потеряно. Зачем же ты спрашиваешь меня, если ты уже и сам во всём разобрался? - Но, хён... - Джинни, всё, что я могу тебе посоветовать... Короче, просто прими Джинёна как обычного сонбэ, пример для подражания и всё. И прими, наконец, чувства Сынмина. Он ведь искренен, когда говорит, что влюблён в тебя. - Откуда ты это знаешь? - удивляюсь я. - Ты один ничего не видишь, да? - смеётся он. - Ну ты и тупица, Хван Хёнджин. - Хён! - До встречи в общежитии, Джинни! - Минхо подхватывает свои вещи и покидает зал. Я растерянно смотрю ему в след. Неужели на самом деле все вокруг уже обо всём знают, а я так активно туплю? Неспешно собрав свои вещи, я выдвинулся на выход. Проходя мимо залов я всё время думал над словами Минхо. Он подкинул мне пищу для размышлений. Отказаться от Джинёна и принять Сынмина? Так сложно. Хотя на самом деле хён прав - тут даже нечего думать. Ведь взаимные чувства у меня только с одним человеком, тогда зачем бегать за человеком, который меня в упор не видит? Но с другой стороны, довольно сложно забыть человека, который так долго получал много любви с моей стороны. Поэтому я снова теряюсь. Вдруг мне будет больно, когда я буду с Мином? Вдруг буду тосковать с ним по Джинёну и тем самым причиню боль Сынмину? А мне меньше всего хочется причинять ему боль. В момент своих размышлений я на кого-то слепо налетаю и едва удерживаюсь на ногах. - Ай! Джинни, аккуратнее! - ругается мягкий мелодичный голос, и я рефлекторно фокусирую взгляд на эту милую плюшку. - Прости, Сынмин, я просто задумался и не видел, - было сложно оторвать взгляд от его лица, поэтому я заботливо (как мне казалось) осмотрел его. - Не ушибся? - Так, не важно, - он потёр плечо. - Ты не в общежитие сейчас идёшь? - Нет, мне на вокал. - Аа... Когда вернёшься? - Не знаю, как получится, - пожимает он плечами. - Ладно, до встречи дома! - я аккуратно треплю его мягкие волосы. Я счастливо улыбаюсь и выхожу на улицу. Подождите, что я сейчас сделал? Что я сейчас сказал? Боже, когда же я научусь держать себя в руках... POV Сынмин Встретить после репетиции Хёнджина показалось мне немного странным. В смысле мы виделись на репетиции, но держался он вполне спокойно и, я бы сказал, даже холодно. Поэтому то, что произошло сейчас в коридоре я воспринял с каким-то недоверием к своим глазам и к самому Хёнджину. Быть двуличным ему совсем не к лицу. Я: "Сейчас столкнулся с Хёнджином (в прямом смысле слова)". Ф: "Вы ещё в агентстве?" Я: "Он только что ушёл, а я иду на вокал". Ф: "Не перенапряги горло ㅋㅋ" Ф: "Вы разговаривали?" Я: "Да, он спрашивал, когда я вернусь в общагу. Но зачем это ему, если ему на меня наплевать?" Ф: "Ему на тебя не наплевать". Я: "Наплевать". Я: "Ладно, я пошёл. До встречи". Теперь я выключил телефон вообще, потому что знаю, что Феликс будет присылать мне сообщения несмотря на мои занятия, а я не хочу отвлекаться, тем более тогда, когда у меня только начало всё получаться. Но видимо Хёнджин своей выходкой сбил мне весь мой боевой настрой. Всё вышло хуже, чем всегда, и теперь я сам это прекрасно слышал, но ничего не мог с этим поделать, потому что мой голос дрожал, хрипел, сколько бы я не прочищал горло. После этой недорепетиции я вылетел из репетиционной так быстро, что сам удивлялся своей скорости. Однако бежал я так потому, что не хотел слышать крики преподавателя из-за слишком хлопнувшей двери и не хотел, чтобы кто-то в компании видел мои слёзы. - О, ты же - Сынмин? Я обернулся на голос, что меня начинает раздражать с первых звуков, извергающихся из его рта. - Джинён-сонбэнним, - я отвесил ему лёгкий поклон, пряча свои глаза с подступившей влагой. - Всё в порядке? Выглядишь расстроенным, - его улыбка вызывала у меня тошноту. - Переживаешь из-за дебюта? - Нет, конечно, - притворно улыбаюсь я в ответ. - Я в порядке, просто сегодня были изнурительные тренировки. Ну, ты знаешь, предебютные времена, они тяжёлые. - Да, есть такое, - он кладёт руку мне на плечо и похлопывает по нему. - Всё будет хорошо, вы прекрасная успешная группа, я уже уверен в этом. - Спасибо. - Как там Хёнджин? - его улыбка стала шире. - Передавай ему привет. - Прости, не думаю, что скоро попаду в общежитие, так что сам передашь, - я делаю шаг от него, легко кланяюсь и ухожу в противоположном направлении от общежития. Телефон включить даже не пытаюсь, хотя знаю, что хорошенько получу от Чанбина и Феликса, но сейчас меня это не особо волнует, ибо мысли мои заняты совсем другим. Я прошёлся вдоль по улице, пряча мокрые дорожки под шарфом, каким-то образом дошёл до парка, где мы гуляли с Хёнджином, сел на лавку и дал волю эмоциям. Как же я устал, но я даже не думал сдаваться. Я буду работать и дальше, только дайте мне немного передохнуть. А ещё я для себя решил, что мне срочно нужно поговорить с Хёнджином. Ведь если он решил избегать меня ради моего же блага, то сделает так только хуже. Именно это мне и нужно сказать ему. С таким настроем я встал с холодной лавочки и торопливо пошёл в общежитие. Я миновал все сонные комнаты и подошёл сразу к двери Хёнджина. Я не уверен, что он там, но мне нужно надеяться на лучшее. Потому что если я перенесу этот разговор, то, вероятно, я потеряю настрой и этот разговор никогда не состоится, а я буду также мучиться и страдать, потому что меня избегают по моей же вине. Я не смело, но громко постучал в дверь. Ждать, пока мне откроют, пришлось долго, но, на моё счастье, открыл мне именно Хван. - Что случилось? - Поговорить надо. Я обратил внимание на то, что Хёнджин снова довольно холоден со мной. Теперь я точно убеждён, что нам нужно поговорить. Главное - не струсить. Он выходит из комнаты и закрывает за собой дверь. - Ты чего такой запыхавшийся? - спрашивает он, неприкрыто разглядывая меня. - Да я сбежал немного, - нелепо улыбаюсь я. - Что такое? Я ему коротко обрисовал свою позицию в вокале, а потом решил, что нам всё же нужно поговорить. - Мне вообще-то тоже нужно поговорить с тобой, - замялся Хёнджин, но уступил мне слово. - Джинни, я бы хотел... - я отвёл взгляд от него и посмотрел в пол. - Я бы хотел попросить тебя забыть всё, что я сказал тогда. Я хочу общаться с тобой так, как было раньше. Я просто знаю, что ты сказал Феликсу, что будешь к нам реже заходить из-за меня. Но я... Вот. Я неуверенно посмотрел на него, в его взгляде читалась непонятная тоска. - Мин, тебе же плохо, когда я рядом. - Всё в порядке, - выдохнул я и улыбнулся. - Не первый раз, так что переживу. - Ох, Мин... Хёнджин подошёл ко мне и обнял, а мне оставалось лишь ошарашенно уткнуться в его шею и вдыхать его чудесный запах. - Ну хорошо... - Хван немного отступил. - Я, вообще-то, на ту же тему хотел поговорить. - Вроде теперь всё решено, да? - Нет, Сынмин. Меня другое волнует, - он серьёзно покачал головой. - Давай выйдем куда-нибудь, чтобы не... не здесь. Он указал следовать за ним, и мы прошли на кухню. Хван закрыл дверь. - Так будет лучше, - успокаивающе говорит он, и замечает, что меня начинает потряхивать. - Снова плохо? Мне уйти? - Нет-нет, Джинни! Просто я замёрз. Я включаю чайник, жду пока вода закипит, завариваю себе чай и, осторожно отпивая горячую жидкость, сажусь напротив Хёнджина. - Так о чём ты хотел поговорить? - Сынмин, понимаешь... - протянул он, а я с замиранием сердца слушаю, как он произносит моё имя. - Если ты просишь всё забыть, то я не знаю, что мне делать. Я хотел попробовать вообще-то. - Попробовать - что? - не понимаю я. - Я хочу ответить на твои чувства. Может быть, если ты примешь меня, то мы могли бы попробовать начать встречаться. Принять тебя? Я оглядел его. Принять твой грубый, но заботливый характер, принять твою вечную опеку, принять очаровательную улыбку из пухлых притягательных губ, твои смеющиеся глаза и прекрасную, как произведение искусства, родинку под ними? Принять всё это? Так внезапно. Кто бы мог подумать, что он затеет такой разговор спустя почти неделю после моего признания. Что же изменилось за это время? Джинён отверг? Я мысленно рассмеялся, вспоминая наш сегодняшний диалог. Но нужно принять решение. Возможно, как и говорил Феликс, ему нужно было просто время на осознание всего происходящего. Думаю, стоит рискнуть всем и попробовать. - Хорошо, Джинни, давай попробуем, - наконец говорю я, а Хван смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Проходит минута в тишине, и вот он облегчённо улыбается. - Думаешь, получится? - Если не рискнём, то не узнаем, - смело отвечаю я. Ещё полчаса мы провели в пустой уютной болтовне. Теперь я чувствую атмосферу по-другому. Меня больше не трясёт и я уверенно смотрю в глаза Хёнджину. Он всё время что-то рассказывает, а я улыбаюсь и иногда киваю, как бы поддерживая разговор. Но на самом деле я весь в ликующих мыслях. Если бы он только знал, как я счастлив быть с ним. - Ладно, Джинни, мне пора идти на собственную смерть, - с небольшим сожалением говорю я, вставая из-за стола. - Почему на смерть? - удивляется он. - Я телефон выключил, когда ушёл. Могу поспорить, Феликс и Чанбин уже обыскались меня. - Надеюсь, ты останешься жив, - усмехается он. - Я тоже надеюсь. - Спокойной ночи, Сынмин-и~ - Доброй ночи, Джинни. Он нежно обнимает меня и за мгновение до того как отпустить меня, мельком касается губами моей щеки. Мои щёки покрылись румянцем. И он уходит, а я продолжаю чопорно смотреть ему вслед. - Где ты был, мать твою?! - Феликс и Чанбин припечатывают меня к двери, как только я появляюсь в их комнате. Я улыбаюсь, извиняясь за то, что так долго пропадал. Феликс долго злится и не отпускает меня, снова заставляя остаться ночевать у них в комнате. И я остаюсь. Наутро я просыпаюсь от умилённого возгласа своих друзей и, удивляясь, сонно смотрю на них. - Вроде день святого Валентина завтра, но... Мин, судя по всему это тебе. - Что? И Феликс протягивает мне маленький букетик из трёх маленьких розочек. К ним прикреплена записка: "Надеюсь, ты примешь меня". - От кого это? - любопытствует Чанбин, заглядывая мне через плечо. - Не знаю. Тут написано только "S. K.", так что непонятно. "Надеюсь, ты примешь меня. S. K."