Через года

POV Антон - Привет, - знакомый голос пронзает уши, и я дёргаюсь, но не позволяю себе взглянуть на нее. Я все решил для себя ещё в прошлом году, когда уехал. Ты просто сбежал, - проносится в моей голове, но я игнорирую. Впрочем, как и всегда. Сначала я думал, что мы больше не встретимся. Ведь, кто если не я, руковожу своей судьбой? Раз я решил так, то именно так и будет. Я верил в это. И все разрушилось в ту секунду, когда Стас предложил мне выбрать одно человека из зрительного зала. Шагнув к краю сцены, где свет перестал ослеплять глаза, улыбаюсь. А как не улыбаться, когда смотришь на несколько десятков и даже сотен зрителей, у которых так ярко горят глаза, чьи улыбки заряжают тебя такой энергией, что ты готов взорвать всю эту сцену. Мой взгляд проходится по каждому ряду, каждому человеку. Когда я только начинал заниматься юмором, то и подумать не мог,что когда-то на мои выступления будет приходить такое количество людей. Уже собираюсь сделать выбор, как замечаю девушку, которая так старательно спряталась в дальнем углу. Сердце сжимается, когда узнаю в незнакомке Иру. Она переехала? Они все ещё вместе с Поповым? Если да, то как ей удалось столько времени врать ему в лицо об измене? Неужели я так плохо знаю Кузнецову? Если они все ещё встречаются, то почему Попов как только приезжает в Москву ведет крайне разгульную жизнь? Собирая все кусочки пазла в голове, взрываюсь от злости. Как можно быть настолько лицемерными?

***

Как только дружеские разговоры приводят меня в равновесие, Кузнецова так бестактно врывается к нам, в мое пространство, в мою личную зону комфорта, где я всегда чувствовал себя спокойно. Матвиенко в ту же секунду улыбается и бежит к брюнетке. А я злюсь. Они всё-таки встречаются. Следующие минуты предпочитают смотреть перед собой, игнорируя Иру. От одного звука ее голоса мне хочется закричать и уже не из-за злости. Она смеётся над очередной шуткой Попова, а я сжимаю челюсть. Чертова ревность. - А чем будет заниматься наша холостяцкая команда? - от неожиданности позволяю себе посмотреть на Иру. Так они вместе или нет? С каждой секундой все становится более запутанным, и по решению большинства мы всей командой едем в квартиру Попова. И, как я понял, Кузнецова тоже живёт там. Нарочно напрашиваюсь поехать с этой "парочкой". Ох, уж это любопытство. Арсений предлагает мне включить музыку, и я замечаю, как напрягается Ира. Понимаю, что это мой шанс, и вступаю в диалог, который девушка тут же обрывает. Как знаешь, но, поверь, я хотел по-хорошему. Нахожу в плейлисте песню, которая запала мне в душу ещё три года назад. Едва она начинает играть, я замечаю, как Ира непроизвольно выпрямляет спину, борясь с желанием взглянуть на меня. Она узнала. Я улыбаюсь, замечая, как девушка закрывает глаза и на ее лице появляется румянец. Попов как всегда очень занят, чтобы увидеть подобную красоту. Как только машина притормаживает у дома Арса, я вылезаю первым, открывая перед Ирой дверь. Я думал, что такой своеобразный флешбек в прошлое растопит между нами лёд, но нет - все стало только хуже. Когда переносить абсолютное игнорирование от Кузнецовой становится невыносимо, выхожу на балкон, позволяя никотину успокоить свои нервы. Понимаю, что переживать из-за нее глупо, что я сам для себя все решил ещё в прошлом году. Признаюсь честно, когда, проснувшись утром, я осознал, что переспал с девушкой своего коллеги, испугался. Я представил, что было бы, узнав об этом Попов. Худшие мысли стали пробираться в мою голову, и я знал только одно - я не могу потерять наше шоу. Вот так, выбрав профессию, а не чувства, я покинул Кузнецову и надеялся, что навсегда. Хотя это решение было рискованным, ведь Ира могла сама рассказать Арсению, но по каким-то своим причинам этого не сделала. Это одновременно было и хорошо, и плохо. С одной стороны, благодаря ее молчанию мы избегаем некой неловкости при работе, а с другой мне становится тошно, когда я понимаю, что Арсения обманывают два близких человека. Находясь глубоко в своих мыслях, закуриваю вторую, уже давно как на автопилоте. - Шаст, так и до рака лёгких недалеко, - голос Арсения звучит беззаботно, но я знаю, что он здесь не спроста. Ведь за все время нашего знакомства брюнет не закурил ни одной сигареты, да и в принципе не приветствовал это дело на ровне с Матвиенко. На ум приходит только одна мысль – Кузнецова. Неужели она рассказала ему? Если да, то как давно? И если Попов знает об этом уже долгое время, то почему так долго молчал? Сигарета ломается в моих дрожащих руках и падает с балкона. - Может и к лучшему, - произносит Арсений, но все же позволяет мне закурить новую. Пользуюсь минутным перерывом, но Попов намерен выполнить свою миссию. - Нервничаешь? - Тур в самом разгаре, - меняю тему, делая очередную затяжку. - Вот кто-кто, а ты не должен бояться, ты же любимец публики, - Попов ударяет меня по плечу и улыбается, - ты вон походу даже Иру подцепил. Она у нас девушка гордая, а с тебя глаз отвести не может. И вновь сигарета выпадает из моих рук, и я даже не могу взглянуть на друга, не понимая, по какой причине все было сказано. - Шаст, тебе вроде бы только двадцать четыре, а руки дрожат, как у старого деда, - Арс смеется, и мне приходится его поддержать, чтобы скрыть всю сложившуюся неловкость ситуации. - Старею, что поделать, - в какой раз пытаюсь сменить тему, но лишь больше убеждаюсь, Попов пришел сюда с определенной целью. - Жить, Тох, просто жить. Я вот жениться планирую. Следующее, что полетело с балкона оказалась зажигалка, которую, как мне казалось, я крепко держал в руке. - Антон, да что с тобой сегодня?! - Мне бы самому знать, - отвечаю я самому себе, но Попов продолжает сверлить меня взглядом, - и кто счастливица? - Зовут Алена, - Арсений расплывается в улыбке и не замечает, как я выдыхаю, - мы только недавно познакомились, но я чувствую, она - та самая. - Не торопишься? - А что тянуть, Тох? Если ты чувствуешь, что вот оно – твое, то зачем терять время? – брюнет продолжает глупо улыбаться, и мне остается только догадываться о количестве выпитого алкоголя. Да уж, я как никто знаю, как можно бесценно просрать целых три года. - Ты пьян, - сухо констатирую, пытаясь завести парня в коридор. - Я влюблен! – Попов убирает мою руку с плеча и остается на месте, - надо только Кузнецову в хорошие руки отдать, знаешь, переживаю за нее. Понимаешь, она же для меня, как младшая сестра. - Девочка не глупая, найдет себе хорошего мужчину, - произношу спокойно, но чувствую, как внутри все разгорается, как только речь заходит об Ире. - Конечно, - брюнет усмехается, - нашла уже какого-то парня, тот несколько лет по голове ее юной ездил, потом переспал и свалил по-быстренькому. - Всякое в жизни бывает, - смотрю куда-то в пол, понимая, что выдаю себя полностью. - Да не всякое. Я, если знакомлюсь с девушкой на одну ночь, обговариваю это заранее или по крайней мере останусь на завтрак, а этот тип просто мудак. - Ты же его не знаешь, - злость просыпается во мне с новой силой, - не стоит осуждать. - Зато я знаю Иру и голову оторву любому, кто хоть когда-то ее обидит, - Попов произносит слова так гордо, что я не выдерживаю. - Вот только что-то твоя Ира не очень переживала о тебе, когда изменяла, - произношу и тут же осекаюсь, понимая, как сильно облажался. Попов всегда был умным, но выпитый алкоголь заставил его взять минутную паузу, чтобы осмыслить сказанное. Для меня эти шестьдесят секунд длились вечностью. - Вот же блять, - произносит Арсений, проводя рукой по волосам, - это… - Поступок морального урода? – пытаюсь сгладить обстановку и улыбаюсь, но Попов не намерен веселиться. - На тебя это не похоже и… ты лгал мне весь этот год. Улыбался мне, обсуждал со мной других девушек, ходил в клубы и все это время был тем, человеком, которого я так презирал. - Вот поэтому я и не признавался. - Да ты просто струсил! – брюнет резко встает, пиная табуретку. - Уверен, Ира думает точно также, - очередная ошибка. - Не смей говорить ее имя, не смей вообще говорить о ней, даже не подходи к ней! Ты хоть знаешь, как она была разбита? Она старалась улыбаться и делать вид, что все нормально, ведь ей было стыдно передо мной, но я слышал ее слезы по вечерам, видел грустное лицо, когда по телевизору крутили очередную мелодраму. Ты сломал ее и сбежал, даже не удосужившись хотя бы объяснить свой поступок. Тебе наплевать на нее, тогда и сейчас! Как говорится: больнее всех могу сделать близкие, потому что они знают, куда надо бить. Нет. Потому что они говорят правду. - Я моральный урод, но и ты не лучше, называя сестрой девушку, которую не единожды трахал, - фраза брошенная в порыве злости, самая опасная и обидная и совсем не удивительно, что после нее Попов срывается, толкая меня в сторону коридора. Практически поцеловавшись со стеной, разворачиваюсь, ударяя брюнета по лицу. На суматоху сбежались все, и Кузнецова в секунду материализовалась около Попова, рассматривая масштабы бедствия. Арсений поднимает на меня полные ярости глаза и бросается, отталкивая девушку в сторону. Ее тихий подавленный внутри крик все же вырывается наружу, заставляет меня в ту же секунду кинуться ей на помощь, и только ее холодный пронзающий взгляд, заставил стоять на месте. Я струсил… Снова. - Это же ты виноват? Всегда – проносится в моей голове, но я молчу, понимая, что эту ошибку она мне не простит. Как только Ира уходит к Попову, я возвращаюсь на балкон, докуриваю пачку сигарет. - Это же она? – голос Позова пугает, ведь я не знал, что он все это время был рядом. Я молчу. - Поговори с ней, не будь идиотом. Дима уходит и только тогда я решаюсь ответить. - А что еще мне остается? Увидев их вместе в ее комнате, мило обнимающихся на краю ее кровати, я снова срываюсь, чувствуя, как ревность разрывает меня изнутри. И хуже всего, что я не имею на это никакого права. - Давай, иди, ты же так отлично умеешь сбегать! - А ты лгать и изменять! Слова слетают с моих губ раньше, чем я успеваю их осмыслить, и тишина была худшим ответом. Ударяю рукой в бетонную стену, но злость не проходит. И самое плохое, что зол на самого себя. Слышу дверь закрывающейся квартиры, в которую мне больше никогда не войти, как и в жизнь Иры. Я потерял ее из-за собственной глупости и страха. Достаю телефон и заказываю цветы, печатая текст извинения не открытке. Глупо. Очень глупо.